vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи


ЧЧ, Мадхйа 9.245

Комментарий Б. Сарасватӣ / А. Ч. Свāмӣ Прабхупāды (продолжение)


1

Б. Сарасватӣ: তথায় শ্রীব্যাসকে ‘গীতাভাষ্য’ শ্রবন করাইয়া সম্মতি গ্রহন করেন ব্যাসের নিকট হইতে অল্পকাল-মধ্যেই নানাবিষয়ে শিক্ষালাভ করেন.

Зачитав Вйāсе Гӣтā-бхāшье, он получил Его одобрение. За короткое время, проведенное подле Вйāсы, он получил от Того наставления по множеству вопросов.

А. Ч. Свāмӣ: It was there that he met Vyāsadeva and explained his commentary on the Bhagavad-gītā before him. Thus he became a great scholar by studying before Vyāsadeva.

Там он встретился с Вйāсадэвой и зачитал перед ним свой комментарий на Бхагавад Гӣту. Так он стал великим знатоком, учась при Вйāсадэве.

Перевод ББТ: Там он встретился с Вьясадевой и представил на его суд свой комментарий к «Бхагавад-гите». Изучив писания под руководством Вьясадевы, он стал великим знатоком Вед.


Перевод А. Ч. Свāмином слов Б. Сарасватӣ неточен. Также неточен и русский перевод ББТ слов А. Ч. Свāмина во второй части цитаты. В словах А. Ч. Свāмӣ нет „изучив писания…, он стал великим знатоком Вед“.

Подобного рода недочеты, как в книгах А. Ч. Свāмӣ, так и в переводах его книг на русский, встречаются слишком часто и по всей видимости также являются одним из фатальных катализаторов мифообразования в среде западных последователей Чаитанйи.

Веды и ведāртх Āчāрйа начал изучать с семи лет («Мадхва-виџайа», 3.49). На протяжении всей жизни сиддхāнт Āчāрйи не менялся ни на йоту, как до похода в Бадарӣ, так и после. Это видно из книг Сарвамӯла, собрания всех произведений Āчāрйи, в том числе и из созданных до похода в Бадарӣ, например, «Крьшн̣а-падйам», славица Крьшн̣ы, сочиненная в детстве, и «Гӣтā-бхāшье», в котором Вйāса исправил всего одно слово в маӈгала̄чаран̣е, т.е. суть и содержание бхāшья остались не измененными.


2

А. Ч. Свāмӣ: По возвращении из Бадарикашрама в Ананда-матх Мадхвачарья завершил свой комментарий к «Бхагавад-гите».

Б. Сарасватӣ: বদরিকা হইতে আনন্দমঠে প্রত্যাবর্তন-কালেই শ্রীমধিবর সূত্রভাষ্য রচনা শেষ হয়.

Вернувшись из Бадарӣ, в Āнанда-мат̣хе Мадхва завершил Сӯтра-бхāшйе, а Сатйа Тӣртха его записал.

Вероятно, это ошибка наборщиков, напечатавших „комментарий на Бхагавад-гӣту“ вместо „комментария на Брахма-сӯтры“. Сам А. Ч. Свāмӣ пишет на одну строку выше: Там он встретился с Вьясадевой и представил на его суд свой комментарий к «Бхагавад-гите».


3

Еще одной неточностью и у Б. Сарасватӣ, и у А. Ч. Сва̄мӣ является упоминание А̄нанда-мат̣ха. В «Мадхва-виџайе» (6.44) речь идет об Ананта-мат̣хе – мат̣хе саннйа̄са-гурова Мадхвы Ачйутапраџњи.


4

Шрила Мадхвачарья покинул материальный мир в возрасте восьмидесяти лет, составляя комментарий к «Айтарея-упанишад». (перевод ББТ)

Б. Сарасватӣ: মাঘী-শুক্লা-নবমী-তিথিতে ‘ঐতরেয়’ উপনিষদেরভাষ্য ব্যাথ্যা করিতে করিতে অশীতিবর্ষ বয়ঃক্রমকালে শ্রীমধ্ব পরলোক গমন করেন.

В возрасте восьмидесяти лет, в месяц мāгха, щукла-навамӣ-титхи, объясняя комментарий на Аитарейа-упанишаду, Щрӣ Мадхва ушел в высший мир (паралока).

А.Ч. Свāмӣ: Śrīla Madhvācārya passed from this material world at the age of eighty while writing a commentary on the Aitareya Upaniṣad.

Шрила Мадхвачарья покинул материальный мир в возрасте восьмидесяти лет во время написания комментария к «Айтарея-упанишад».

Перед нами распространенное в среде гауд̣ӣй представление о завершении земного пути Мадхвāчāрйи. Иногда его дополняют тем, что случилось это в храме Анантещвары после того, как с небес на Āчāрйу посыпались цветы. Под этим цветочным дождем он скрылся из виду и больше его никто не видел.

В заключительном стихе «Мадхва-виџайи» (16.58) действительно говорится о цветочном дожде, но ни о каком покидании мира во время объяснения комментария или создания комментария к Аитарейа-упанишаде речи не идет. Мы попросили Баннанџе Говиндāчāрйу прояснить, как именно завершил свой земной путь Мадхва.

«Āчāрйа не исчез и не умер во время объяснения комментария или во время составления комментария на Аитарейа-упанишаду. Попрощавшись с учениками, Āчāрйа ушел из Уд̣упи. Что случилось с ним после этого — неизвестно». Это все, что мы знаем из «Мадхва-виџайи» и комментариев на нее — «Бхāва-пракāщики» и «Прамейа-нава-мāлики» Щрӣ Нāрāйан̣ы Пан̣д̣итāчāрйи, «Падāртха-дӣпики» Щрӣ Ведāӈга Тӣртхи, «Саурабха-пракāщики» Щрӣ Рагхуварйи Тӣртхи.



продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Объяснения третьего сӯтра Щаӈкарой и Рāмāнуџей поражают своей громоздкостью и неуклюжестью. Они вынуждены были прибегнуть к выше упомянутому адхйа̄ха̄ре, пришлось также вставить слова संकर्षणादीनाम् (Саӈкаршан̣ы и других), чтобы сохранить смысл собственных толкований. В этом их объяснения явно проигрывают Мадхве, который объясняет этот адхикаран̣ам и сӯтры в нем как опровержение учения ща̄кт. Его слова виџња̄на̄дибха̄ве ва̄ естественным образом взаимосвязаны со словом картух̤ из предыдущего сӯтра नच कर्तुः करणम्.

Как считает Щаӈкара, длинную фразу тадапратишедхах̤ в третьем сӯтре спокойно можно заменить одним словом сах̤, относящимся к утпаттйасамбхавах̤. Мадхва же употребляет эту фразу полностью по самым разным причинам. Признав заявление па̄њчара̄трика, что слово саӈкаршан̣а и другие не означают џӣва̄тмана, а только Брахман, будет логичным следующий вывод: па̄њчара̄трик видит всех их как различные проявления одного и того же Брахмана.

При таком раскладе повторное приведение аргумента о невозможности происхождения (उत्पत्त्यसंभवप्रतिषेधः) со стороны Щаӈкары не оправдано. Заявление о том, что причина обладает превосходством над следствием, и мысль о та̄ратамйе между причиной и следствием нельзя применить к проявлениям (प्रदुर्भाव) самого Бога. Иначе даже сам Щаӈкара вряд ли решился бы утверждать, что џӣва̄тман может быть трехкратным, пятикратным, семикратным, стооднократным и т.д. Упанишады говорят о Брахмане как о самом „блаженстве“ и о „блаженстве Брахмана“ так, как будто они разные. Почему же Щаӈкара проявляет недоумение, когда Пањчара̄тро один раз говорит о силе, мощи и славе божественных форм, а в другой раз называет эти достоинства Ва̄судэвами?

Когда же мы, после разбора критики Щаӈкарой учений Пањчара̄тра о вйӯхе и џӣвотпатти, взвешиваем аргументы Ра̄ма̄нуџи и Мадхвы по поводу этих спорных моментов, то вынуждены признать, что Мадхва и Ра̄ма̄нуџа были правы, говоря Щаӈкаре अनभिज्ञो भवात् भागवतप्रक्रियायाः (Ты неверно осведомлен о всех тонкостях Бха̄гавата теологии).

То, как Щаӈкара злоупотребил невинным артхава̄дом Ща̄н̣д̣илйи в защиту Пањчара̄тра-ща̄стр, и уязвимость большинства его критических замечаний заставляют нас думать, что он был не справедлив к великой Бха̄гавата традиции. Среди современных ученых Р. Д. Кармаркар был первым, кто открыто выступил против позиции Щаӈкары по этому адхикаран̣у.


P.S.: И это только небольшая часть заблуждений Щаӈкары и неверного понимания им щāстр. К этому следует прибавить его извращенные объяснения Упанишад и вычурность махāвāкьев. Фантазия Щаӈкары есть не что иное, как воровство смысла. Несколько слов, но по сути абстракции, набившие оскомину, схоластическая суетня, та же неувязка концов с концами.

Мятущаяся от одного лагеря к другому душа др. С. Радхакришнана, запутавшегося в самых элементарных и базовых моментах Ведāнта, так и не разобравшись в них, оставила своим почитателям лишь неопределенность и заблуждения.



vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Заявление Щаӈкары о внутреннем противоречии в Пањчара̄тре касательно гун̣агун̣ибха̄ва-связи между Ва̄судэвой и Его божественными характеристиками это явное доказательство того, что учение о вищешах и савищеша̄бхеде входило в представления Пањчара̄тра о Брахмане и Его проявлениях и достоинствах. Это учение было сохранено в первозданном виде и перенесено из ядра Упанишад (срав. неха на̄на̄сти кимчана; эвам дхарма̄н прьтхак пащйан ***; экадхаива̄нудрашт̣авйам; сатйам џња̄нам анантам брахма) в слова и видение Мадхвы, а именно в положение о Брахмане как о савищеша-Брахмане. Такое ви́дение опирается на понятие вищеша как на краеугольный камень всего учения.

Зная об удивительном могуществе и возможностях Всевышнего, нет смысла поднимать вопрос, почему у него только четыре вйӯха. Он может быть четырьмя или больше, при этом Он вполне способен поддерживать единство своей сущности и полноту достояний. Аргумент Щаӈкары о том, что среди всех проявлений Брахмана одно должно обладать неким превосходством, иначе невозможна была бы причинная связь между ними, может быть применим к эмпирическому опыту, но никак не к состояниям, связанным с Брахманом. Щрути говорит:

पूर्णमदः पूर्णमिदं पूर्णात् पूर्णमुदच्यते
पूर्णस्य पूर्णमादाय पूर्णमेवावशिष्यते — Брьхадаран̣йака-упанишада, 5.1.1

Заявление Щаӈкары о том, что проявления Бога не могут быть ограничены до четырех, обнажает его несведущесть в телеологическом представлении о вйӯхах. Пањчара̄тро говорит о четырех видах творения (и Мадхва называет их все) — щуддха, пара̄дхӣна-вищеша̄пти, кевала и мищра. Щуддха-срьшт̣и это проявление (пра̄дурбха̄ва) из мӯларӯпа (изначальной формы) всех необходимых для творения форм Бога без малейшего изменения качеств, тела или органов. Его цель — возобновить космологический процесс после долгого периода маха̄пралайа. Соответственно, в конце периода маха̄пралайа Всевышний, по своему желанию, принимает свою первую форму как Ва̄судэва. В этом проявлении Он одаривает счастьем мокша тех, кто для этого пригоден. По Его же воле Лакшмӣ, которая нитйа-муктā, принимает форму ма̄йи и предоставляет себя к услугам Всевышнего. Затем Бог принимает свою вторую форму Саӈкаршан̣а. Пребывая в ней, он управляет процессом сам̇ха̄ра. Его сопровождает Лакшмӣ, принявшая форму џайа̄. Третья форма Бога, Прадйумна, управляет процессом творения и развития мира, Лакшмӣ принимает для Него форму крьти. Четвертая вйӯха-форма это Анируддха, чьей задачей является поддержание (стхити) сотвренного мира, Его спутница в этой функции - ща̄нти. Таким образом, первые четыре вйӯха несут в себе определенный телеологический смысл (cм. Маха̄бха̄рата-та̄тпарйа-нирн̣айа, 1.2-8). Согласно Ф. О. Шрадеру, Маха̄санаткума̄ра-сам̇хита̄ говорит о Ща̄нти, как о Щакти, спутнице Саӈкаршан̣ы. В теологии Пањчара̄тра „Щакти“ персонифицирована как спутница, супруга: शक्यत्वात् शक्तयो भार्याः (Мадхва). Помимо этих четырех основных вйӯх, в Пањчара̄тре говорится еще и о многочисленных других проявлениях (слово вйӯха означает „само-выражение“), действующих в определенный момент времени на благо различных адхика̄ринов:

एकमूर्तिश्चतुर्मूर्तिरथवा पंचमूर्तिकः ।
द्वादशादिप्रभेदो वा पूज्यते सज्जनैर्हरिः — Гӣта-та̄тпарйе Мадхвы, 9.11

Посему вопрос об ограничении вйӯх Брахмана до четырех несостоятелен.


Отложив дискуссию о вйӯхах и џӣвотпатти, нам нужно проверить, насколько интерпретации этого адхикаран̣а Щаӈкарой и Ра̄ма̄нуџей совпадают со структурой самих Сӯтр. Если бы этот адхикаран̣ам ставил своей целью показать логическую и философскую несостоятельность указанных выше учений Пањчара̄тра или самого Пањчарāтра, как думает Щаӈкара и другие блядознавцы, или же защитить их от критики, как предположил бы Ра̄ма̄нуџа, то не было бы нужды во втором сӯтре „на ча картух̤ каран̣ам“. Все аргументы в пользу происхождения џӣва от Ва̄судэвы, а разума от џӣвы приведены уже в первом сӯтре. Там объясняется эта идея сполна: „уттпатйасамбхава̄т“.

Если бы обсуждение второй части этого положения (т.е. происхождения разума от џӣва̄тмана) требовалось вынести в отдельное сӯтро, то он был бы составлен куда более подходящим образом: картущча каран̣асйа. Такая формулировка лаконична и ясна, более того, она позволила бы избежать навязчивого отрицания в начале сӯтра и излишней роскоши введения нового сказуемого „утпадйате“ или „утпадйама̄нам дрьщйате“, как у Щаӈкары, ибо смысл и формулировка первого сӯтра утпаттйасамбхава̄т очень легко и гармонично привязывается к картущча каран̣асйа.

В традиции интерпретации Сӯтр считается уместным избегать адхйа̄ха̄ру (чрезмерную перегрузку) там, где слова из предыдущего сӯтра простираются и на следующий, что поддерживает их взаимосвязь (анушаӈга). Тем не менее это сӯтро звучит на картух̤ каран̣ам, а это намек на открытие новой темы обсуждения: यथान्यासपक्षेऽपि ह्युत्पद्यत इत्येतदध्याहार्यम् । अध्याहाराच्चानुषंगो ज्यायान् — Тāтпарйа-чандрикā, стр. 939b. Ра̄ма̄нуџа, дабы избежать присовокупления сказуемого, пытается читать в сӯтре именительный падеж каран̣ам как родительный: कर्तुःजीवात् करणस्य मनसः उत्पत्तिर्न संभवति (मनसो ब्रह्मणो ह्यत्पत्तिःश्रूयते) — Веда̄нтадӣпа, 2.2.40. Это определенная свобода, которую он себе позволяет в формулировке сӯтр.



продолжение следует


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Ра̄ма̄нуџа и Мадхва настаивают на том, что согласно теологии Пањчара̄тра слова џӣва, манас и ахам̇ка̄ра означают вйӯха-формы Всевышнего. Их нельзя понимать исключительно как самость, разум и антах̤каран̣а. Теперь понятно, что происхождение Саӈкаршан̣ы, Прадйумны и Анируддхи означает „проявление“ (пра̄дурбха̄ва) божественных форм, но не „возникновение, образование“ того, чего раньше не существовало (абхӯтва̄ бха̄варӯпотпаттих̤). Словами џӣва, манас и ахам̇ка̄ра нарекаются формы Всевышнего, ибо Бог есть наивысший принцип, который управляет всей системой применения имён к объектам конечной реальности, и это детально описывается на протяжении всего Саманвайа̄дхйа̄йа Брахма-сӯтр.

Что же касается других положений Пањчара̄тра, критикуемых Щаӈкарой, то Отто Шрадер замечает следующее: »Это учение постепенно исчезает из литературы сам̇хит. Причина этому, очевидно, лежит в трудности примирить понятие „ахам̇ка̄ра“ с таким абсолютно чистым проявлением как „вйӯха“. Та же проблема возникает, если принять материальный принцип разума. Этим ничего не объясняется. Но если понимать формы Брахмана в смысле адхишт̣хатрь, то трудность устраняется при любой точке зрения. Мы находим лишь один текст, который открыто пытается объяснить учение во всей его целостности, а именно Лакшмӣтантра (6.9-14). И его смысл таков, что Саӈкаршан̣а и т.д. являются как бы душой (џӣвом), разумом и органами самоутверждения играющего (творящего) Ва̄судэвы. Но истинное значение этого учения состоит скорее в том, что вйӯхи это что-то наподобие божеств, опекающих выше указанные принципы (душа, разум, органы чувств).

Это также соответствует учению Вишваксена-сам̇хиты, которое говорит о Саӈкаршан̣е „Он действует как заведующий душами“, о Прадйумне „Он — заведующий разумом“, об Анируддхе ничего не сказано, тем не менее, объявляя Бога Творцом мищраварги, т.е. душ, чья природа большей частью раџас и тамас, Его понимают как автора Сам̇хиты, адхишт̣ха̄тря ахам̇ка̄ра. В этой же сам̇хите заведование Саӈкаршан̣ы описывается так: „Затем Саӈкаршан̣а, божественный Всевышний, желая сотворить мир, стал управителем самого принципа жизни и создал мир. Сделав это, Он стал Прадйумной“ (срав. формулировку Мадхвы в его Маха̄бха̄рата-та̄тпарйа-нирн̣айе, 1.7: प्रद्युम्नतामुपगतः कृतितां च देवी) — из предисловия к Пањчара̄тру.

Щаӈкара сам обращается к такому специфическому толкованию учения Пањчара̄тра, рассматривая Саӈкаршан̣у (џӣва̄тмана), Прадйумну (манас) и Анируддху (ахам̇ка̄р), как имена-проявления божественных образов. Очевидно, что эта мысль является интегральным слагаемым теологии Пањчара̄тра с древнейших времен. Есть основания полагать, что Пањчара̄тро включает в себя определенный набор речений щрути Эка̄йана-щакхи. В комментарии на Брахма-сӯтра-бха̄шйе Щаӈкары Пракат̣а̄ртха-Виваран̣е одно такое речение, процитированное Щаӈкарой в его комментарии на 2.2.44, идентифицировано как взятое из Пањчара̄тра:

ईश्वरा एवैते सर्वे ज्ञानैश्वर्यशक्तिबलवीर्यतेजोभिरैश्वर्यधर्मैरन्विताः ।
वासुदेवा एवैते सर्वे निर्दोषा निरधिष्ठाना निरवद्याश्च ॥

Учение Пањчара̄тра никак нельзя назвать враждебным духу щрутьев. Среди хорошо известных речений щрути имеются ссылки на многочисленные проявления Всевышнего: अयं वै हरयोऽयं वै दश च सहस्राणि बहूनि अनन्तानि च — Брьхада̄ран̣йака Упанишад, 2.5.19; अजायमानो बहुधा विजायते — Таиттирӣйа-А̄ран̣йака, 3.13.1b; इन्द्रो मायाभिः पुरुरूप ईयते युक्ता ह्यस्य हरयः शता दश — Рьг-Веда, 6.47.18.

Но как и следовало ожидать, Щаӈкара продолжает аргументировать против проявлений Ва̄судэвы, происходящих одно от другого, как это описано выше. Щаӈкара пишет: если четыре вышеназванных проявления Ва̄судэвы имеют одни и те же гун̣ы, но при этом не являются одним и тем же существом, то это неизбежно ведёт к ошибочному и бесполезному заключению о существовании более чем одного Всевышнего, каждый из четырех мог бы выполнять работу другого. Предположение четырех разных Всевышних расходится с признанием Ва̄судэвы одним единственным Верховным Господом. Было бы нелогично предполагать, что все четыре обладают одними и теми же качествами и в то же время происходят один от другого. Разве что если один из них, являющийся источником других, обладает неким превосходством, но тогда невозможно себе представить, чтобы другие были источником этого превосходящего. Причинно-следственная связь подразумевает некоторое превосходство причины над следствием или ее специфичность. Глина, например, превосходит по своим характеристикам кувшин из глины (прим.: ибо глина как материал доступна в больших количествах, её имеются целые массы, более того из нее можно сделать самые разные вещи, кувшин же ограничен формой, для него использовано ограниченное количество глины, из него ничего другого уже не выйдет кроме кувшина).

Без подобного превосходства или специфичности не может быть речи о вйӯхамӯртьях, происходящих одна от другой. Дело в том, что Пањчара̄тро не признает различия или превосходства между такими характеристиками как знание, сила и т.д., ни между самими вйӯхамӯртьями, ни между ними всеми и Пара-Ва̄судэвой. Пањчара̄тро смотрит на все вйӯха-формы как на alter ego Всевышнего Ва̄судэвы, лишенные различия в качествах или силе. Щаӈкара приводит еще один аргумент против Пањчара̄тра — почему эти вйӯха-формы или проявления ограничены только до четырех (यदि तावत् परस्परभिन्ना <…> न चैते भगवद्व्यूहाः चतुःसंख्यायामवतिष्ठेरन् — Брахма-сӯтра-бха̄шйе Щаӈкары, 2.2.44). В заключительном сӯтре он также обращает внимание на тяжкое противоречие в Пањчара̄тре, где в одном месте о знании, управляющих способностях, потенциале, силе, бесстрашии и славе Всевышнего говорится как о „качествах“ (धर्माः), а в другом - как о „сущностях“ или „Ва̄судэвах“ (विप्रतिषेधश्चास्मिन् शास्त्रे बहुविध <…> इत्यादिदर्शनात् । — Брахма-сӯтра-бха̄шйе Щаӈкары, 2.2.45).

Странно, что Ра̄ма̄нуџа, который считает два последних сӯтра этого адхикаран̣а подтверждением слов Пањчара̄тра, не отреагировал ни на один из аргументов Щаӈкары в своем комментарии, кроме заявления о враждебности Ведам. Ра̄ма̄нуџа полагает, что Брахман и его гун̣ы отличны (धर्मधर्मिभेदवाद), по всей видимости из-за этого убеждения ему было трудно опровергнуть претензии Щаӈкары к Пањчара̄тру: गुणिभ्यः खल्वात्मभ्यो ज्ञानादीन् गुणान् भेदेनोक्त्वा, पुनरभेदं ब्रूते — „आत्मान एवैते भगवन्तो वासुदेवा“ इति (Бха̄матӣ, 2.2.45). На критику Щаӈкары по поводу гун̣агун̣итвакалпана̄ и т.д. попытался ответить комментатор Ра̄ма̄нуџи Сударщана.


Мадхва вообще не считает, что между этим адхикаран̣ом и доктринами Пањчара̄тра имеется хоть какая-нибудь связь. В своем Ану-Вйа̄кхйа̄не он указал на отсутствие связи и несостоятельность претензий Щаӈкары к доктринам вйӯха и џӣвотпатти.

Подходящий ответ на критику Щаӈкары дал Џайатӣртха. Проявления Бога не отличны друг от друга ни по своей сути, ни по качествам. Между ними нет та̄ратамйа (градации). Они одинаковы по всем параметрам. Они — часть одной и той же единой сущности. Благодаря своим удивительным силам Всевышний (Ва̄судэва) по своему желанию выбирает, в какой форме Ему проявиться. Разница не в сущности, а в выборе. Такое возможно благодаря онтологической категории вищеша, которая обеспечивает взаимосвязь между субстанцией и ее качествами, а также удержание их в одном общем целом. Вищеша является органичной составляющей в понимании природы Брахмана, как о Саччида̄нанда̄тмака, где тройственный союз сат, чит и а̄нандам не может быть ничем иным как сущностью Брахмана. Поэтому Мадхва̄ча̄рйа уместно дает четкое определение вищеша:

भेदहीने त्वपर्यायशब्दान्तरनियामकः ।
विशेषो नाम कथितः सऽस्ति वस्तुष्वशेषतः ॥

И это подтверждается щрутьями: एकधैवानुद्रष्टव्यं नेह नानास्ति किंचन.

Доктрина единства в разнообразии освещена в Ахикун̣д̣ала̄дхикаран̣е Брахма-сӯтр (3.2.28), а также в приведенной выше щрути.



продолжение следует


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


С точки зрения ш́рути аргумент Шанкары против сотворения āтманов Ва̄судевой однобок. В ш́рути предостаточно речений о «сотворении» āтманов Брахманом или их происхождении из Него. В комментарии к «Брахма-сӯтрам» (2.3.17), Шанкара цитирует такое речение, как подтверждающее происхождение āтманов: सर्व एते आत्मानो व्युच्चरन्ति, и еще одно: यतः प्रसूता जगतः प्रसूती तोयेन जीवान् व्यससर्ज भूम्याम् (Таиттирӣйа-а̄ран̣йака 10.1.1). Однако, он попытался объяснить, что тут подразумевается приобретение джӣвами упа̄дхи в виде тел, органов чувств и т.д.: यदपि क्वचिदस्योत्पत्तिप्रलयश्रवणं, तदप्यत एवोपाधिसंबन्धान्नेयम् । उपाध्युत्पत्त्योत्पत्तिः तत्प्रलयेन च प्रलय इति (БСБ 2.3.17), ибо ш́рути не признает иной формы «рождения» джӣвов (абхӯтва̄бхаванам). Нам ничего не препятствует понимать происхождение джӣвов от Ва̄судевы, о котором говорит Панчара̄тра и которое упоминает Шанкара, в том же смысле приобретения новых упа̄дхи, т.е. тела и органов чувств. Потому как мы находим столь же четкие и недвусмысленные свидетельства в сам̇хитах Панчара̄тры о том, что джӣвы не имеют начала и не имеют конца. «Джӣвы описываются как не имеющие начала и конца, как чистое сознание и блаженство» (История индийской философии. Дасгупта. Т.3, с. 51, глава о Панчара̄тре). Одно такое речение цитирует Ра̄ма̄нуджа:

अचेतना परार्था च नित्या सततविक्रिया ।
त्रिगुणा कर्मणां क्षेत्रं प्रकृते रूपमुच्यते ॥
व्याप्तिरूपेण संबन्धः तस्याश्च पुरुषस्य च ।
स ह्यनादिरनन्तश्च परमार्थेन निश्चितः ॥ (Ш́рӣ-бха̄ш̣йа)

Другое цитирует Мадхва:

अनादिकर्मणा बद्धो जीवः संसारमण्डले ।
वासुदेवाज्ञया नित्यं भ्रमति * * * ॥ (Анувйа̄кхйа̄на)

Все это в полной мере доказывает неверность предположения о том, что Панчара̄тра проповедует теорию создания джӣвов Ва̄судевой de novo или происхождение от Него. Критика теории, возникшей в результате заблуждения, бессмысленна.

Те же доводы можно применить к утверждению о «создании» разума джӣва̄тманом (Санкарш̣ан̣ой). Шанкара говорит: на ча картух̤ каран̣ам — инструмент не производится деятелем (2.2.43).

Похоже, он подразумевает причинную связь между инструментом и деятелем в смысле преобразования (упада̄нопа̄дейабха̄ва). Но вовсе не обязательно понимать производство инструмента деятелем в таком смысле. Деятель (картр̣) вполне может соорудить топор для себя и нарубить дров. Если критика состоит в том, что предмет, как инструмент в определенном действии, не произведён самим деятелем, не исходит от деятеля, в то время как деятель наделён способностью так действовать, то такую критику никак нельзя применить к заявлению Панчара̄тры о происхождении разума. Панчара̄тра говорит, что разум, как инструмент познания или инструмент для производства знания, не создан джӣва̄тманом, тем не менее джӣва̄тман действует как способный познавать и знать: पंचारात्रे ज्ञानलक्षणक्रियाकरणस्य मनसो ज्ञातृत्वावस्थापन्नादेव जीवात् जन्मानभिधानादिति (Нйа̄йасудха̄-Ш́ешава̄кйартха-чандрика̄ 2.2). Те же аргументы можно применить и к отрицанию происхождения ахам̇кары от манаса: एवमभिमानरूपक्रियायां करणस्य मनोवृत्तिविशेषस्याभिमन्तृत्वावस्थापन्नादेव जननानभिधानाच्च न विरोधरूपो दोषः.

Шанкара аргументирует далее, что ш́рути и смр̣ти говорят о происхождении разума исключительно от Брахмана, а не от джӣвы, и поэтому заявление Панчара̄тры о том, что разум происходит от джӣвы, Сан̇карш̣ан̣ы, противоречит ш́а̄стре. Следует обратить внимание на то, что́ говорится в Чха̄ндогйа-уп. (6.5.1): тончайшие элементы пищи, которую существо принимает каждый день, перерабатываются в материю разума. Это речение разбивает утверждение Шанкары о том, что ш́рути отрицают создание разума самим джӣва̄тманом. В «Нйа̄йасудха̄-Ш́еш̣ава̄кйартха-чандрике» ясно говорится, что слова Панчара̄тры о разуме, создаваемом џӣвой, относятся исключительно к ежедневному процессу «питания и производства» разума. Этим же аргументом можно парировать критику «Бха̄матӣ».

Джӣвотпатти в Панчара̄тре легко объясняется с позиции облачения джӣвы в физическое тело и органы чувств (пара̄дхӣнавиш́еш̣а̄пти). Тут как раз представление Шанкары о джӣве идёт вразрез с вечностью джӣвы. В философии Шанкары джӣва в сам̇са̄ре это сложносоставное существо (виш́иш̣т̣а) и непостоянно по своей природе. В адвайте есть понятие «чистой самости» (ш́уддха), которая в некоторой степени связана с джӣвой и несёт в себе «вечность» как качество джӣвы, но «чистая самость», перекликающаяся с понятием джӣвы, не является тем же, что и эмпирическая самость. Вечность эмпирической самости никак не зависит от вечности чистого сознания (здесь уместно будет отправить блогера изучать Рāмāнуджу, коль скоро он пишет о нем). Срав. मयि नष्टेऽपि मत्तोऽन्या... (Брахма-сӯтра-бха̄ш̣йа Рāмāнуджи 1.1.1).

Шанкара заявляет, что, признавая джӣва̄тмана созданным Ва̄судевой, Панчара̄тра делает невозможным выживание џӣва̄тмана в мокш̣е, это лишает смысла само состояние мукти. С теми же трудностями сталкивается Шанкара в своем понимании сам̇са̄ры. Явления сам̇са̄ры для джӣвы-отражения подобны грязи на зеркале, они непостоянны и отделимы от самости, в то время как сознание джӣва̄тмана, которое пребывает в мокш̣е, чисто и едино, оно не подвержено эффектам сам̇са̄ры. Таким образом, согласно Шанкаре, состояние джӣвы в сам̇са̄ре и в мокш̣е не привязаны к одному и тому же джӣва̄тману. Если джӣва̄тман, как чистое сознание, ограниченное авидьей или же отраженное в ней, может не иметь начала, то эмпирическое эго, ограниченное антах̤каран̣ой, следует признать в философии Шанкары как «создаваемое» в каждом новом творении и «рождаемое» каждый раз, когда эго (ахамартха) пробуждается к жизни из глубокого сна: अविद्यावच्छिन्नचैतन्यरूपस्य वा <…> कृतहान्याद्यापातात् (Тāтпарйа-чандрикā).

Есть еще одно критическое замечание Шанкары о происхождении разума от джӣва̄тмана, которое бьет рикошетом по самой же системе адвайты, ибо согласно Шанкаре, ш́рути अनेन जीवेनात्मनानुप्रविश्य नामरूपे व्याकरवाणि наделяет самого Всевышнего функцией образования имён и форм по принципу тройственности трёх элементов теджобанна, что подтверждает Его единение с джӣва̄тманом и тождественность с ним. То есть получается, что и разум, и другие субстанции создаются тем же джӣва̄тманом. А это заключение опять же должно выстоять критику «на ча картух̣ каран̣ам», которую Шанкара направил против Панчара̄тры — инструмент не производится самим деятелем и не происходит от него: एवं जीवान्मनस उत्पत्त्यसंभवदोषोऽपि <…> वक्तव्यत्वात् (Тāтпарйа-чандрикā, с. 928).



продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Что, собственно, определяет ведность того или иного мировоззрения? Частное мнение некоего гуру? «Авторитетное» заключение э́кспертов кафедры индологии или, быть может, это могут сделать мнящие себя интеллектуалами блогеры, не видевшие в глаза мӯла-ш́āстру?


Шанкара считает вторую пāду второго раздела (адхйāйа) «Брахма-сӯтр», в том числе, критикой Панчарāтры и бхāгавата-традиции. Индологи, воспринимая Ведāнту через призму Шанкары, не особо вникая, придерживаются того же мнения. Блогошушера разного пошиба, от безмозглых шактистов до блаженных болтунов, без образовательного лоска, начитавшись Радхакришнана, также повторяют сию чушь.

А ведь стоило бы просто изучить тематику этой части Сӯтр, сверившись прамāн̣ами, и, глядишь, все встает на свои места — рассеивается поверхностный туман Шанкары; Панчарāтра предстает по-новому, по-веднему.

Невежественное мышление — не пытаться разобраться в методике распознавания смыслов и истории их возникновения.

»Секта Панчаратра была не ведической системой, которую можно отнести к тантрическим направлениям, не основанным напрямую на откровении Вед и Упанишад. Эту систему, как ложную, справедливо критикует Бадараяна в Брахма Сутрах относя её к еретическим учениям противоречащим Упанишадам. И именно Панчаратра стала родоначальницей вайшнавизма« — пишет один писака.

Разумеется, никаких прамāн̣ он не дает. Прочитал перевод-другой какого-нибудь деятеля индуизма и вот уже однозначное мнение готово. Кроме того, он подменяет понятия, а главное, умалчивает, или скорее всего просто не знает, что не Бāдарāйан̣а в Сӯтрах критикует, а Шанкара так считает.

Знает ли блогер принципы, по которым определяется ведность? Очевидно же, что не в курсе. А известно ли ему, что Шанкара не отрицал панчарāтра-упāсану, но высказывался лишь по некоторым заключениям Панчарāтра-дарш́ана, не отрицая его полностью? Чем именно Панчарāтра противоречит упаниш̣адам? Способен ли блогер продемонстрировать это?

Если повторяешь как попугай, не разбираясь и не приложив усилий для анализа, то имей хотя бы честность, сказать «это мое мнение», «мне так кажется», «я не изучил, но хочу разобраться». Шушера безапелляционно выдает серость своего невежества за реальность.


Разобраться в правильном понимании Панчарāтры и увидеть заблуждения Шанкары нам поможет проф. Б.Н.К. Шарма в своей книге «The Brahma Sutras and Their Principal Commentaries» (Vol. 2).

Во второй пāде раздела «Авиродха» «Брахма-сӯтр» анализируется ряд мировоззрений и показана их неведность и па̄шан̣д̣атва.

«Рачанāнупапаттйадхикаран̣ам» (2.2.1-4), «Анйатрāбхāвāдхикаран̣ам» (2.2.5), «Пуруш̣āш́мāдхикаран̣ам» (2.2.7-8) и «Анйатхāнумитйадхикаран̣ам» (2.2.9-10) — тема четырех адхикаран̣ов — несостоятельность и опровержение учения и взглядов школы Сāн̇кхйа и ее разновидностей.

«Абхйупагамāдхикаран̣ам» (2.2.6) — несостоятельность и опровержение идей Чāрвāки (атеистический материализм).

«Ваиш́еш̣икāдхикаран̣ам» (2.2.11-17) — несостоятельность и опровержение школы Ваиш́еш̣ика.

Начиная с «Самудāйāдхикаран̣а» (2.2.18-25) опровергается буддизм и его разновидности — Ваибхāш̣ика (сарвāстивāда) и Саутрāнтика. «Асададхикаран̣ам» (2.2.26-29) — низвержение Ш́ӯнйавāды (одного из направлений буддизма). «Анупалабдхйадхикаран̣ам» (2.2.30-32) — несостоятельность и опровержение Виджн̃āнавāды (направление буддизма. Распространено в Тибете, Китае — школы Фасян, Шэлунь, Дилунь, в Японии — школа Хоссо, и в Монголии).

«Джаинāдхикаран̣ам» (2.2.33-36) — несостоятельность и опровержение джайнизма.

За ним следует «Пāш́упатāдхикаран̣ам» (2.2.37-41) — анализ и опровержение идей, воззрений и практик антиведней секты «пāш́упата».

И, наконец, рассматриваемый нами «Ш́āктāдхикаран̣ам» (2.2.42-45), который Шанкара считает опровержением школы Бхāгавата и учения Панчарāтры о вйӯхах (अथापि स्यान्नैते संकर्षणादयो <…> प्रकारान्ततरेणेत्यभिप्रायः — «Брахма-сӯтра-бха̄ш̣ья Шанкары, 2.2.44) и происхождении джӣва̄тмана от Ва̄судевы (यत्पुनरिदमुच्यते-वासुदेवात् <… > तस्मादसंगतैषा कल्पना — БСБ Шанкары, 2.2.42). Шанкара также заявляет, что Панчара̄тра враждебна Ведам, ибо, как говорит одна из сам̇хит, «не найдя высшей благости в четырех Ведах, Ш́а̄н̣д̣илйа стал изучать эту ш́а̄стру» — वेदप्रतिषेधश्च भवति — चतुर्षु (БСБ Шанкары, 2.2.45).


Однако, в учении Панчара̄тры о верховенстве На̄ра̄йан̣ы и о методах поклонения Ему Шанкара не находит ничего, что можно было бы опровергнуть (तत्र, यत्तावदुच्यते, योऽसौ... Чхāндогйа-уп., 7.26.2,
इत्यादिश्रुतिभ्यः परमात्मनोऽनेकधाभावस्याधिगतत्वात्... БСБ Шанкары, 2.2.42). Более того, в пура̄н̣ах (वेदेन पंचरात्रेण भक्त्या यज्ञेन... Варāха-пурāн̣а, 66.19) и в «Мокш̣адхарме» (पंचरात्रस्य कृत्स्नस्य वक्ता... Маха̄бха̄рата, 12.337.63, 67; इदं महोपनिषदं चतुर्वेदसमन्वितम्... Маха̄бха̄рата, 12.326.100; भाविष्यति प्रमाणं वै... Маха̄бха̄рата, 12.332.37; а также ऋग्वेदो यजुर्वेद <…> उपनिषदः श्लोका — Бр̣хада̄ран̣йака-уп., 4.5.11) о Панчара̄тре говорится с большим почтением. Учитывая это обстоятельство, будет разумно для согласования разных положений Панчара̄тры, составляющих, подобно доктринам о вйӯхах и происхождении джӣва̄тмана от Ва̄судевы, применить принцип асати хйанума̄нам (विरोधे त्वनपेक्षं... Пӯрвамӣмāмсā-сӯтры Джаймини, 1.3.3).

Очевидно, именно по этой причине Калпатару в комментарии к «Бха̄матӣ» с осторожностью анализирует учение Панчара̄тры и обращается к согласовывающим противоречия методам, в отличие от Шанкары и Ва̄часпати. В начале нового адхикаран̣а, посвященного доктринам Панчара̄тры, Калпатару перечисляет доводы, почему вообще потребовалось открытие отдельного адхикаран̣а о Панчара̄тре: эти учения — работы самого На̄ра̄йан̣ы. (1) Его всезнание подтверждается Ведами, (2) Он не равен Капиле или Патанджали, простым джӣва̄тманам, Он есть сам Господь, (3) В пура̄н̣ах нет указаний на то, что Его учения созданы с целью ввести в заблуждение недостойных, как в случае с Будда-аватāрой (पंचरात्रकर्तुर्वासुदेवस्य वेदादेव सर्वज्ञत्वावगमात्... Калпатару, 2.2.42).

Ввиду этих доводов к Пањчара̄тру следует проявить особое внимание и уважение. Его статус особый. Пањчарāтра-прамāн̣ие такое же как щрути-прамāн̣ие. А вот то, что противоречит щрутьям в паурушейа источниках, следует безоговорочно списать как химеру заблуждения (бхра̄нтам). Однако такой подход не приемлем к учению Пањчара̄тра о сотворении џӣва. Следует разобраться в контексте и значениях слов. Своим особым авторитетом Пањчара̄тро пользуется благодаря своему автору (कर्तृगौरव), доводы приведены выше. И как говорит «А̄бхога», комментарий на Калпатару, причина такова: (पूर्वोक्तयुक्तेरिति) तत्कर्तुः सर्वज्ञत्वावगमविरोधादित्यर्थः («Калпатару-А̄бхога», стр. 534).

Калпатару приходит к заключению:

सिद्धान्तस्तु —
बुद्धिपूर्वकृतिः पंचरात्रं नियश्वसितं श्रुतिः ।
तेन जीवजनिस्तत्र सिद्धा गौणी नियम्यते ॥
अतः प्रमाणापहृतविषये गौणं तद्वचनम्, न तु भ्रान्तम्, पूर्वोक्तयुक्तेरिति (2.2.42, из того же произведения).

Эта сан̇грахаш́лока Калпатару процитирована Вйа̄сатӣртхой в «Та̄тпарйа-чандрике», а отрывок в прозе из Калпатару цитирует Ра̄гхавендра Тӣртха в «Та̄тпарйа-чандрика̄-прака̄ш́е».

Вйа̄сатӣртха упоминает Калпатару для демонстрации того факта, что по меньшей мере один ведущий комментатор школы Шанкары не соглашался с мнением Шанкары и Ва̄часпати, отрицающих достоверность Панчара̄тры только потому, что она утверждает происхождение джӣва̄тмана от Ва̄судевы и тем самым противоречит ш́рути. Если бы Панчара̄тра действительно провозглашала такие убеждения, то ее можно было бы целиком отвергнуть как ложное учение. И тогда нет смысла такому комментатору-адвайтину как Амала̄нанда выступать в защиту Панчара̄тры или же протестовать против попытки окрестить их ложным учением, и уж тем более нет смысла предлагать интерпретировать учение в более образном, либеральном ключе — этой нотой в защиту Панчара̄тры он противостоит Шанкаре (तस्मादसंगतैषा कल्पना — «Брахма-сӯтра-бха̄ш̣йа», 2.2.42): गौणं तद्वचनं, न तु भ्रान्तम्. К чему же такие поблажки Панчара̄тре?

Вйа̄сатӣртха подчеркивает, что понимание положений Панчара̄тры о сотворении āтманов в фигуральном смысле (как это делает Калпатару) вовсе не лишает их достоверности. Из Сӯтр мы знаем (например, гаун̣йасамбхава̄т, 2.3.3), что если между двумя ш́рути имеется противоречие, то одно из речений следует интерпретировать в фигуральном смысле, дабы избежать противостояния двух противоположностей и в то же время не ставить под угрозу достоверность одного из них. Точно так же в нашем случае, достоверность Панчара̄тры и ее учений, понятых в фигуральном смысле, не нарушается. Таков метод ш́āстра-вичāра и вообще принцип толкования ш́āстр.



продолжение не заставит долго ждать


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥



Према — высшая духовная цель. Мукти отвергается


Шастра говорит о четырех целях человеческой жизни: дхарме, артхе, каме и мокше. Мокша считается высшей и конечной целью, так как это завершение существования в сансаре. Мокша — преображение самости, бесконечная ананда самости. Чайтанизм предлагает свою высшую цель — прему. В подтверждение этой идеи цитируется стих из «Чайтанья-матта-манджуши» Вишванатхи Чакраварти.

ārādhyo bhagavān vrajeśa-tanayas tad-dhāma vṛndāvanam
ramyā kācid upāsanā vraja… prema pum-artho mahān

Оставив в стороне внутрисампрадайные сочинения, заглянем в «Бхагаватам» 1.9.28:

धर्मार्थकाममोक्षांश्च सहोपायान् यथा मुने नानाख्यानेतिहासेषु वर्णयामास तत्त्ववित्
dharmārthakāmamokṣāṃśca sahopāyān yathā mune nānākhyānetihāseṣu varṇayāmāsa tattvavit

Пословный перевод Свами Бхактиведанты:

Дхарма - обязанности по роду занятий; артха - экономическое развитие; кама - исполнение желаний; мокшан - окончательное спасение; ча - и; саха - вместе с; упайан - средствами; йатха - как они есть; муне - о мудрец; нана - различные; акхйана - цитируя исторические повествования; итихасешу - в летописях; варнайам аса - описанные; таттва-вит - тот, кто знает истину.


प्रसङ्गमजरं पाशमात्मनः कवयो विदुः स एव साधुषु कृतो मोक्षद्वारमपावृतम्
prasaṅgamajaraṃ pāśamātmanaḥ kavayo viduḥ sa eva sādhuṣu kṛto mokṣadvāramapāvṛtam (Бхаг. 3.25.20)

Перевод Свами Бхактиведанты: «Каждому, кто обладает знанием, хорошо известно, что привязанность к материальным удовольствиям заковывает духовную душу в кандалы материального рабства. Однако, если у живого существа развивается такая же привязанность к общению с осознавшими себя преданными, перед ним распахиваются врата освобождения».


Шастры называют высшей целью именно мокшу. В заключительной главе «Бхагаватам» имеется стих, подводящий итог всему, что было сказано до того:

आदिमध्यावसानेषु वैराग्याख्यानसंयुतम्
हरिलीलाकथाव्रातामृतानन्दितसत्सुरम्
सर्ववेदान्तसारं यद् ब्रह्मात्मैकत्वलक्षणम्
वस्त्व् अद्वितीयं तन्निष्ठं कैवल्यैकप्रयोजनम्

ādimadhyāvasāneṣu vairāgyākhyānasaṃyutam
harilīlākathāvrātāmṛtānanditasatsuram
sarvavedāntasāraṃ yad brahmātmaikatvalakṣaṇam
vastv advitīyaṃ tanniṣṭhaṃ kaivalyaikaprayojanam (Бхаг. 12.13.11-12)

«От начала до конца, «Бхагаватам» наполнено деяниями Господа, которые дают блаженство преданным, наделенным отречением. «Бхагаватам» является сутью веданты, потому что ее темой является Брахман, недвойственная сущность. Главной целью является освобождение» (kaivalya).



Слово prema в «Бхагаватам» тоже встречается, например 1.9.11 или 1.13.6, но не как высшая цель, превосходящая все остальное, а в обычном повествовании о чувстве человека к ближнему. Это и привязанность, и приязнь, и чувство любви. Стандартное слово, ничего особенного.

Джаятиртха говорит о преме как о составляющей бхакти, но в учении чайтанитов према возможна лишь к Кришне — кришна-према. Самое возвышенное чувство.

Дело в том, что према является составной частью вишну-бхакти и в бхакти же према нечто само собой разумеющееся. Бхакти без чувства как такового просто невозможна. Бхакти — это определение глубокого атменного чувства. Отношение на уровне самости, а не просто приобретение на пустом месте или бессвабхавное достижение. Отношение всегда складывается «свабхавно». По этой причине бхакти глубже премы и в бхакти входит и знание, и отречение, и према. Многогранность — такова бхакти.


Также описываются методы достижения конечной цели. И в этой же последней главе они суммируются в данном стихе:

श्रीमद्भागवतं पुराणममलं यद्वैष्णवानां प्रियं
यस्मिन् पारमहंस्यमेकममलं ज्ञानं परं गीयते
तत्र ज्ञानविरागभक्तिसहितं नैष्कर्म्यमाविस्कृतं
तच्छृण्वन् सुपठन् विचारणपरो भक्त्या विमुच्येन्नरः

śrīmadbhāgavataṃ purāṇamamalaṃ yadvaiṣṇavānāṃ priyaṃ
yasmin pāramahaṃsyamekamamalaṃ jñānaṃ paraṃ gīyate
tatra jñānavirāgabhaktisahitaṃ naiṣkarmyamāviskṛtaṃ
tacchṛṇvan supaṭhan vicāraṇaparo bhaktyā vimucyennaraḥ (Бхаг. 12.13.18)

«Бхагаватам» — безупречная пурана, доставляет радость вайшнавам. В ней воспето высшее безупречное знание, в бхакти, нестяжательстве и знании безупречные деяния, слушающий и изучающий серьезно с бхакти, освобождается.

Еще несколько примеров мокши как высшей цели:

स्थितप्रज्ञोऽपि यस्तूर्ध्वः प्राप्य रुद्रपदं ततः ।
साङ्कर्षणं ततो मुक्तिमगाद् विष्णुप्रसादतः

sthitaprajño'pi yastūrdhvaḥ prāpya rudrapadaṃ tataḥ ।
sāṅkarṣaṇaṃ tato muktimagād viṣṇuprasādataḥ — Гаруда-пурана

महादेव परे जन्मंस्तव मुक्तिर्निरूप्यते

mahādeva pare janmaṃstava muktirnirūpyate — Нарадия-пурана

Ибо сказано, Урдхва, известный в пуранах как Угра-тапас, обладающий необходимыми качествами (адхикарин), чтобы занять положение Рудры. Урдхва, даже будучи апарокша-знавцем, сначала прожил жизнь как Урдхва, а затем получил жизнь и прожил ее Рудрой, после этого он стал Санкаршаной и только затем по милости Вишну обрел мукти. Так говорит «Гаруда-пурана».


«Махадева! Твоя мукти определена тебе в твоей следующей жизни» — обращение к Шиве в «Нарадия-пуране».


Мукти это не просто освобождение от чего-то. Мукти — это обретение бхакти. После мукти бхакти становится счастьем. Не просто отношением, не просто убеждением, ни даже устремлением, но блаженством освобожденной дживы, то есть бхакти в полном смысле этого слова. Переживание бхакти и есть счастье в мукти, переживание осознания своей самости. Это и есть прамода, словами «Веданта-сутр».


продолжение следует


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥



Парампара № 2 — версия Прабхупады


Существует еще один вариант преемственности учителей, которую предлагает основатель Международного общества сознания Кришны, А. Ч. Бхактиведанта Свами. Она заметно отличается от уже описанной в четвертой части цикла. Вообще следует сказать, что Бхактиведанта Свами часто выступает как свободный мыслитель, игнорируя мнение предшественников и догматы культа.


О качестве книги Бхактиведанты Свами «Бхагавад Гита как она есть» высказался индолог С. Д. Серебряный: «Зато в 1984 г. вышла первым изданием русскоязычная (вот уж именно русскоязычная – но никак не русская!) версия пресловутой книги Свами Прабхупады «Бхагавадгита как она есть». Стоило бы назвать ее „Бхагавадгита, какой бы она лучше никогда не была“».

Это произведение заслуживает отдельного обстоятельного разбора. Здесь достаточно отметить две характерные черты: предопределенность перевода (и, разумеется, комментариев) сектантскими воззрениями Общества сознания Кришны и некоторое, мягко говоря, своеобразие русского стиля, обусловленное большей частью несомненным «посредничеством» англоязычной версии этой книги, опубликованной в 1968 г." ... "На мой взгляд, в свой перевод и комментарий к "Бхагавадгите" Прабхупада привнес слишком много своих собственных идей, унаследованных главным образом от традиции бенгальского вишнуизма" – С. Д. Серебряный, директор Института высших гуманитарных исследований им. Е. М. Мелетинского Российского государственного гуманитарного университета.“ — (http://bhagavadgita.ru/)


«Бхагавад Гита как она есть» изобилует уводами читателя в сторону от изначального смысла санскритского текста оригинала. Следует добавить, что не только уводит, но и не соответствует вайшнавскому учению, если не сказать, что противостоит ему.


Обратим внимание на ту часть парампары, которая продолжается после Чайтаньи. Этот вариант преемственности дал всем своим ученикам Бхактисиддханта Сарасвати, она придумана им:

Чайтанья-Рупа (Сварупа, Санатана)-Рагхунатха-Джива-Кришнадаса-Нароттама-Вишванатха-(Баладэва) Джаганнатха-Бхактивинод-Гауракишора-Б. Сарасвати.


В журнале «Обратно к Богу» от 20 марта 1960 года А. Ч. Бхактиведанта Свами пишет:

«И от Шрилы Рупы Госвами идет Шрила Рагхунатха Дас Госвами, как прямой ученик, а автор Чайтанья- Чаритамриты, Кришна Дас Кавирадж Госвами, является его прямым последователем. Прямой ученик Госвами Кришна Дас Кавираджи — Нароттама Дас Тхакур, принявший Вишванатху Чакрабарти как своего слугу. Вишванатха Чакрабарти принял Джаганнатху Даса Бабаджи, от которого Шрила Бхактивинод Тхакур был инициирован и Шрила Гоур Кишор Дас Бабаджи, духовный учитель Бхактисиддханты Сарасвати Прабхупады — моего божественного духовного учителя».


В литературе культа Чайтаньи нигде не говорится, что Чайтанья кого-то инициировал. Санатана Госвами был дикша-учеником Видья Вачаспати, майявадина из Варанаси. Рупа Госвами был дикша-учеником Санатаны Госвамина. Джива Госвами был дикша-учеником Рупы Госвамина. Рагхунатха Даса Госвами был дикша-учеником Ядунанданачарьи, а не Рупы или Санатаны. Нароттама Даса был дикша-учеником Локанатхи Госвамина, а не Кришнадаса Кавираджи. Вишванатха Чакраварти был дикша-учеником Радхараманы Чакраварти и никогда не встречался с Нароттамом, так как они жили в разное время. Баладева Видьябхушана был дикша-учеником Радха- Дамодары Госвамина, а не Вишванатхи Чакраварти. Джаганнатха Даса Бабаджи родился спустя много лет после смерти Баладевы Видьябхушаны. Кедаранатха Бхактивинод был дикша-учеником Випины Бихари, о чём сам пишет в своей автобиографии и в других работах, восхваляя своего наставника. Бенгальский историк Харидаса Даса отмечает, что Бхактивинод тщетно искал встречи с Гауракишорой, но последний избегал Бхактивинода. Гауракишора был учеником Нандакишоры Госвамина из Шантипура. В разговоре с бабаджи Рамакришной Дасом, махантой Радхакунды того времени, Бхактисиддханта Сарасвати признался, что получил дикшу у Гауракишоры во сне. Б. С. Сарасвати утверждал, что он является единственным учеником Гауракишоры. На самадхи-мандире Гауракишоры записаны имена учеников покойного — четыре человека, — два фермера и семейная пара. Б. С. Сарасвати среди них нет.


Ни идейно, ни исторически гаудийи не являются частью традиции Мадхвы. В «Чайтанья-Чаритамрите» встречаются прямые оскорбления (в том числе из уст Чайтаньи) последователей и учения Мадхвы. Такое же отношение заметно и у А. Ч. Бхактиведанты Свами.


Харе-Кришна-махамантра


В «Бхагавата-пуране» ХКМ не встречается.
В «Бхагавадгите» ХКМ не встречается.
В шрути ХКМ не встречается.
В пуранах ХКМ не встречается.
В панчаратра-самхитах ХКМ не встречается.
В «Рамаяне» и «Махабхарате» ХКМ не встречается.
В вайшнавов-ваидиков — Рамануджи и Мадхвачарьи упоминание о ХКМ и вообще о такой татве — не встречается.

В работах мыслителей до XVI в. упоминание ХКМ или похожей мантре не встречается.


Последователи Чайтаньи утверждают, что о ХКМ говорит «Кали-Сантарана-упанишада». Однако эта упанишада считается новоделом и не признается ортодоксальными ведантистами. Свидетельств существования этой упанишады ранее XVI в. не обнаружено.



Давайте строить отношения с Кришной


Выражения «строить отношения с Кришной», «строить отношения с гуру» весьма туманны. В шастрах ничего подобного не встречается. Кришнаиты говорят о пяти расах, которые садхака может развивать с Кришной — шанта, дасья, сакхья, ватсалья, мадхурья. Совершенно не понятно, что же такое «развивать»?! Подобная классификация в шастрах не встречается, но упоминаются «дасья» и «сакхья» в качестве методов бхакти (см. Бхаг. 7.23-24). Эротическая сторона «отношений с божеством» яркая черта чайтанизма. Одним из первых, кто об этом начал говорить, — Билвамангал Тхакур. Он же один из самых ранних, кто начал говорить о сексуальной подруге Кришны — Радхе.


продолжение следует


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥



Четыре авторитетных сампрадайи

Согласно легенде, Мадхавендра Пури был санньясином из мадхва-сампрадайи, одной из четырех авторитетных вайшнавских преемственностей в эпоху Кали. Ученик Мадхавендры, Ишвара Пури был наставником Чайтаньи. Таким образом, последователи Чайтаньи являются звеньями в цепи ученической преемственности, идущей от Мадхвы.


Источники отождествления культа Чайтаньи с традицией Мадхвы следующие: «Гаура-ганоддеша-дипика» Кави Карнапуры (XVI в.), сочинения Гопалагуру Госвами примерно того же времени, «Прамея-ратнавали» Баладевы Видьябхушаны (конец XVIII в.), а также поздняя работа Нарахари Тхакура (XVIII в.) «Бхакти-ратнакара», повторяющая версию Карнапуры.

Версия «Гаура-ганоддеша-дипики»: «Брахма, повелитель вселенной, был учеником Господа, повелителя духовного мира. Учеником Брахмы был Нарада, а Вьяса стал учеником Нарады. Шука стал учеником Вьясы. Вьяса дал дикшу в кришна-мантру Мадхвачарье. Учеником Мадхвы был Падманабхачарья, чьим учеником был Нарахари. Учеником Нарахари был брахман Мадхава. Ученик Мадхавы — Акшобья. Джаятиртха — ученик Акшобьи. За Джаятиртхой следовали Джнянасиндху, Маханидхи, Видьянидхи и Раджендра. Джаядхарма Муни — один из многих учеников Раджендры. Вишну Пури, автор „Бхакти-ратнавали“ и брахман Пурушоттама стали учениками Джаядхармы. Вьясатиртха, автор „Вишну-самхиты“, был учеником Пурушоттамы. Лакшмипати Тиртха, неиссякаемый источник преданности, был учеником Вьясатиртхи. Мадхавендра Пури был учеником Лакшмипати, он и основал эту религию. Ишвара Пури, ученик Мадхавендры, принял умонастроение мадхурьи, тогда как Адвайта Ачарья (ученик Мадхавендры) принял умонастроение дасьи и сакхьи. Гаура принял Ишвару Пури своим гуру, а затем наводнил материальные и духовные миры божественной любовью».


В «Прамея-ратнавали» преемственность короче:

Кришна-Брахма-Нарада-Вьяса-Мадхва-Падманабха-Нарахари-Мадхава-Акшобья-Джаятиртха-Джнянасиндху-Даянидхи-Видьянидхи-Раджендра-Джаядхарма-Пурушоттама-Брахманья-Вьясатиртха-Лакшмипати-Мадхавендра. Ученики Мадхавендры — Адвайта, Нитьянанда, Ишвара Пури. Чайтанья — ученик Ишвары Пури.


Обе преемственности почти совпадают, с той лишь разницей, что в ГГД Пурушоттама назван брахманом, а в ПР имеется звено-личность Брахманья.

Всеобъемлющего принятия учения Мадхвы нет ни в одном произведении последователей Чайтаньи, как прошлого, так и настоящего. Выразил почтение Мадхве лишь Баладева Видьябхушан̣а. На самом деле, чайтаниты Мадхву не признают своим ачарьей. У Карнапуры мы встречаем такие слова «Мадхавендра — ученик Лакшмипат, основал эту религию» (tasya śiṣyo mādhavendro yad-dharmoyaṃ pravartitaḥ).


Бхактивинод заявляет: «Мадхавендра был широко известным санньясином в мадхва-сампрадае. Его праучеником был Чайтанья Махапрабху. До появления Мадхавендры не было никаких свидетельств о према-бхакти в линии Мадхвы. В стихе, ayi dina-dayardra-natha (ЧЧ, М. 4.197), можно найти семя религиозной доктрины Чайтаньи Махапрабху».


Б. Сарасвати утверждает тоже самое: «Мадхавендра Пури был первым ростком древа желаний божественной любви, которая пришла из преемственности Мадхвы. До его явления не было признаков супружеского умонастроения преданности в линии Мадхвы».


Анализ преемственности чайтанитов, проведенный Б. Н. К. Шармой и другими учеными, показал, что никакого Мадхавендры Пури в списках санньясинов мадхва-сампрадаи никогда не было. Не говоря уже о том, что титул «пури» носят санньяси школы Шанкары.

Это интересно: http://vilasatu.livejournal.com/4481.html (подробный анализ преемственности кришнаитов).


Важно заметить, что доктрина «рас» и «према-бхакти», разработанная патриархами гаудианства, в Ведах не встречается.


Утверждения о том, что татвавадины не были знакомы с идеей бхакти, явная ложь, ибо Ачарья Мадхва были инициатором целого Движения Бхакти Харидасов за три столетия до рождения Чайтаньи, который, вдохновившись им, вероятно, будучи в Удупи, перенес подобие этого Движения в Бенгал. Песни харидасов исполнены бхакти, ради бхакти. В литературе чайтанитов не встречаются заявления Чайтаньи о том, что он является инициатором Движения Бхакти.

Основные догмы культа Чайтаньи сформированы последователями Чайтаньи. Единственное наследие Чайтаньи это восемь стихов, не содержащих каких-либо серьезных доктринальных положений, которые в последствии появились у кришнаитов (нет никаких однозначных доказательств, что автором восьмистишья действительно является Чайтанья).


И Бхактивинод, и Б. Сарасвати явно лукавили, говоря, что о бхакти у татвавадинов ничего не известно. А вот понятие «према-бхакти» в шастрах действительно не встречается.


Карнапура прямо утверждает, что Мадхва получил дикшу в кришна-мантру от Вьясы, но в работах Мадхвы и татвавадинов не встречается ничего подобного. Слова о «не эффективности» мантр, не полученных в авторитетной традиции, приписывают «Падма-пуране».


sampradāyavihīnа̄ ye mantrа̄ste niṣphalā matа̄ḥ…


Мантры, не полученные в ученической преемственности, бесплодны. Поэтому в век Кали появятся основатели четырех традиций — Шри, Брахма, Рудра, Санака — вайшнавы очищающие Землю. В Кали [они] появятся в Уткале Пурушоттамы (Орисса). Шри выбрала Рамануджу, Четырехликий выбрал Мадхвачарью, Рудра Вишнусвамина, Кумары Нимбадитью.


В мае 2000 года Харидас Бхат и Н. Рао из «Пурнапраджня Видьяпитха» г. Бангалора сделали следующее заявление относительно этого слов: «Татвавада не принимает авторитетность этой шлоки, подразумевающей, что разные школы Веданты, спорящие о корректной интерпретации шрути, являются авторитетными, несмотря на существенные различия».


Традиция Мадхвы, согласно «Маниманджари», называется санакади-сампрадаей и никогда не называлась и не называется «брахма-сампрадаей».

Идею существования четырех вайшнавских традиций не удалось обнаружить в работах патриархов культа Чайтаньи, включая «Харибхакти-виласу».


Более того, Падманабха, Нарахари, Мадхава и Акшобья — прямые ученики Мадхвы, а не последовательные звенья преемственности. В списках парампар татвавада-матхов ученик Вьясатиртхи по имени Лакшмипати не встречается.

Легитимность связи культа Чайтаньи с традицией Мадхвы оспаривали многие ученые, в том числе и последователи Чайтаньи, например, С. К. Дэ, Сурендранатха Дасгупта, Сундарананда Видьявинод — ученик Б. Сарасвати, Фридхельм Харди и др.).





продолжение следует


vilasatu: (Default)

श्रीः


Голока


Слово «голока» встречается в «Бхагаватам» один раз: श्रीशुक उवाच गोवर्धने धृतेशैले आसाराद्रक्षिते व्रजे गोलोकादाव्रजत्कृष्णं सुरभिः शक्र एव च / śrīśuka uvāca govardhane dhṛteśaile āsārādrakṣite vraje golokādāvrajatkṛṣṇaṃ surabhiḥ śakra eva ca (10.27.1).

Издательство BBT (ISKCON) дает следующий комментарий: «Слово го-локат здесь указывает на материальную планету Голока, которая наполнена особенными коровами».

Однако этот стих адепты культа Чайтаньи интерпретируют как описание планеты духовного мира, верховную обитель, превосходящую Вайкунтху — Голока-Вриндавану.


Из «Брахма-самхиты» (http://vilasatu.livejournal.com/88892.html) цитируется история медитации Брахмы, во время которой он увидел верховную обитель Голоку. «Брахма-самхита» — источник сомнительной репутации, продолжает использоваться в качестве аргумента. Казалось бы, догмы ведического культа, каковым Бхакти Вигьяна считает культ Чайтаньи и Международное общество сознания Кришны (http://vilasatu.livejournal.com/88256.html), должны поддерживаться в первую очередь шрути, но в случае обоснования догмы о «духовной планете Голока-Вриндаваны» аргументация строится на источнике сомнительной репутации.


В «Бхагаватам» же история Брахмы описывается иначе:

तस्मै स्वलोकं भगवान् सभाजितः सन्दर्शयामास परं न यत्परम्
व्यपेतसङ्क्लेशविमोहसाध्वसं स्वदृष्टवद्भिर्पुरुषैरभिष्टुतम् (2.9.9)

tasmai svalokaṃ bhagavān sabhājitaḥ sandarśayāmāsa paraṃ na yatparam
vyapetasaṅkleśavimohasādhvasaṃ svadṛṣṭavadbhirpuruṣairabhiṣṭutam


Перевод А.Ч. Бхактиведанты Свами: «Аскеза, которую совершал Брахма, доставила Личности Бога огромное удовлетворение. Поэтому Господь явил его взору свою обитель, Вайкунтху, высшую из планет. Этой трансцендентной обители Господа поклоняются все, кто познал себя и избавился от страданий и страхов иллюзорного бытия».

Ваидика-шастры, включая «Бхагаватам», высшей обителью провозглашают обитель Вишну — Вайкунтху.


Радха


В «Бхагаватам» имя Радхи среди имен гопи не упоминается. Самым ранним источником содержащим слово «rādhā» можно считать словарь Амарасимхи, в котором это слово и контекст не имеют отношения к Радхе-божеству.


Хронологически первым источником, упоминающим божество Радху, является лирическая поэма «Гитаговинда» Джаядевы. «Гитаговинде» подражали современники и последующие поколения, включая Хемадри, Видьяпати, Чандидаса, Рупу Госвамина, Дживу Госвамина и др. Лирику Хемадри, Видьяпати и Чандидаса Чайтанья любил слушать и часто цитировал.

В поддержку радха-татвы чайтаниты ссылаются и на «Брахма-вайварта-пурану», в которой Радха часто упоминается. Внимательное прочтение «Брахма-вайварта-пураны», как отмечает ученый-пуранист Р. Ч. Хазра, показывает, что это произведение является самой поздней из дошедших до наших дней пуран. Йогеш Чандра Рой тщательно исследовал «Брахма-вайварта-пурану» и пришел к выводу, что впервые она была составлена скорее всего в VIII в. н. э. Примерно с X в. содержание и форма «Брахма-вайварта-пураны» претерпевают изменения. Содержание и форма пураны, которые мы знаем сегодня, являются результатом интерполяций бенгальских авторов, изменивших ее в XVI в. Помимо этих интерполяций, «Брахма-вайварта-пурана» содержит фрагменты, оставшиеся от ее ранней формы.

Утверждение о том, что существующая в наши дни «Брахма-вайварта-пурана» появилась скорее всего в VIII в., не означает, что до этого периода вообще не было пураны под названием «Брахма-вайварта». Учитывая старинное утверждение о существовании восемнадцати махапуран, с большой долей вероятности можно полагать, что до 700 г. н. э. существовала БВП, которая сегодня утеряна.


Судьба другого известного источника, упоминающего Радху, а именно «Матсья-пураны», та же, что и «Брахма-вайварта-пураны» — высокая степень интерполированности текста и отсутствие старинных комментариев, что не позволяет относиться к «Матсья-пуране» как к достоверному источнику.


«Брихад-гаутамия-тантра» — еще один источник, на который ссылаются чайтаниты в поддержку радха-татвы. История происхождения БГТ туманна. В ваидика-сампрадаях о ней ничего не известно. Похожая по названию на БГТ «Гаутамия-тантра» — произведение иной тематики и другого контекста.

О Лакшми:

http://vilasatu.livejournal.com/28415.html
http://vilasatu.livejournal.com/28744.html
http://vilasatu.livejournal.com/29107.html


продолжение следует

vilasatu: (Default)

श्रीः


Брахма-самхита



«Брахма-самхита» — важное для адептов культа Чайтаньи произведение. С ее помощью обосновываются некоторые постулаты культа. Упоминаний «Брахма-самхиты» в работах мыслителей периода до Рупы, Санатаны и Дживы Госваминов обнаружить не удалось даже в Бенгале. О традиции, живой или исчезнувшей, хранящей знание об этой самхите, также ничего не известно. При таком положении вещей, история появления самхиты (Чайтанья ее нашел в одном из храмов Южной Индии) выглядит, мягко говоря, подозрительно.


Кришна vs. Вишну



Трепетное отношение к имени «Кришна» породило идею о различии между Кришной и Вишну. Её корни, опять же, кроются в формуле Кришна — источник всех аватаров. Ещё одним аргументом питающим это различие служит раса-лила, самая таинственная и возвышенная из всех лил, как ее называют чайтаниты. Раса-лила — лила Кришны, в которую Лакшми так и не смогла попасть.

Заглянем в последний стих главы о раса-лиле: vikrīḍitaṃ vrajavadhūbhiridaṃ ca viṣṇoḥ śraddhānvito'nuśṛṇuyādathavarṇayedyaḥ bhaktiṃ parāṃ bhagavati pratilabhya kāmaṃ hṛdrogam āśv apahinoty acireṇa dhīraḥ (10.33.39). Что мы видим? Оказывается, раса-лила — это лила Вишну. Но в отличие от учения Чайтаньи, шастры говорят, что между рупами Бхагавана нет различий, т.е. Кришна и Вишну — это сам Бхагаван (бхагаван сваям). Кришна — сваям Бхагаван, вишну-аватара.


С чего начинается «Бхагаватам»? После прославления Вьясы Сута произносит слова, которые повторяют первые строки «Махабхараты» 1.2.4:

nārāyaṇaṃ namaskṛtya naraṃ caiva narottamam
devīṃ sarasvatīṃ vyāsaṃ tato granthamudīraye

Это благословение, предложенное Сутой перед тем, как он начнет повествование. Он благодарит Шаунаку и других ведомцев за их интерес к историям о Кришне (Бхаг. 1.2.5-7).

В продолжение Сута говорит о том, что Веды утверждают славу Васудэвы и наши действия должны быть посвящены Ему. Наше знание должно быть о Нем и Он высшее назначение (Бхаг. 1.2.29-30).

Далее Сута описывает аватары: (1) Санаткумара, (2) Вараха, (3) Дэварши или Махидаса, (4) Нара-Нараяна, (5) Капила, (6) Атрипутра, (7) Яджня, (8) Набхи, (9) Притху, (10) Матсья, (11) Курма, (12) Дханвантари, (13) Мохини, (14) Нарасимха, (15) Вамана, (16) Парашурама, (17) Ведавьяса, (18) Рама, (19) Баларама, (20) Кришна, (21) Будда, (22) Калки.

Следует обратить внимание на отсутствие в перечислении Вишну.

yasyāmbhasi śayānasya yoga-nidrāṃ vitanvataḥ
nābhi-hradāmbujād āsīd brahmā viśva-sṛjāṃ patiḥ — Бхаг. 1.3.2

etan nānāvatārāṇāṃ nidhānaṃ bījam avyayam
yasyāṁśāṁśena sṛjyante deva-tiryaṅ-narādayaḥ — Бхаг. 1.3.5

Из Вишну исходят амши и аватары.


Кришна-аватара перечисляется двадцатой. Кришна — ближайший к эпохе Кали аватара. Именно по этой причине в «Бхагаватам» ему посвящено больше текста.


Нара, Притху и Баларама — имеют особое присутствие Бога (viśeṣāveśa) и не являются аватарами. И хотя здесь представлено определенное количество аватаров, они, тем не менее, бесконечны.

avatārā hy asaṅkhyeyā hareḥ sattva-nidher dvijāḥ — Бхаг. 1.3.26

Аватары Хари равны. Все они svāṃśakalāḥ или svarūpāṃśa, такие же как Кришна. Он мула-рупа падманабха, как и другие.


ete svāṃśakalāḥ puṃsaḥ kṛṣṇastu bhagavān svayam — Бхаг. 1.3.28

Смысл этих слов: ete paramanuruṣasya svāṃśakalāḥ svarūpāṃśāvatārāḥ na tatrāṃśāṃśinorbhedaḥ । kimuktaṃ bhavati । kṛṣṇo bhagavān svayaṃtu bhagavān mūlarūpī bhagavān svayameva.

Не следует принимать Кришну как единственный главный образ (mūlarūpa), а остальные аватары считать неравными Ему. Аватары являются сварупамшами главного образа, как и сам Кришна. Сварупно они все равны. Это становится более очевидным при рассмотрении утверждения, которое идет по контексту раньше.


ṛṣayo manavo devāḥ manuputrāḥ mahaujasaḥ ।
kalāḥ sarve harereva saprajāpatayaḥ smṛtāḥ ॥

Риши, ману и т.д., упоминаемые здесь, являются калой, то есть бхинна-амшами. Здесь kalāḥ означает bhinnāmśāḥ, тогда как аватары Господа, включая Кришна-аватару, являются сварупа-амшами. Контраст между сварупа-амшами и бхинна-амшами здесь проводится не между Кришна-аватарой и другими аватарами, но между всеми аватарами Господа и риши, ману и др. Сварупа-амша — это все аватары, а бхинна-амша — риши, ману...


Итак, между аватарами нет различия — na tatrāmśāmśinorbhedaḥ.

Гаудиане же, не понимая контекст 1.3.28, делают Кришну источником всех аватаров. Но почему «Бхагаватам» выделяет Кришну? Да потому что аватары такого не было. Затем Он проявил свои лилы, теперь эти лилы стоит описать.

Повествуя об аватарах, выделяя Кришну, Сута подчеркивает, что «Бхагавата-пурана» составлена Вьясой именно для описания славы этих аватаров, в особенности аватары Шри Кришны (Бхаг. 1.3.40).


На что указывает вишну-татва и слово «вайшнав»? Почему вайшнав, а не дханвантарист какой-нибудь? Ибо Вишну. Его аватары, а не Кришны, что видно из самой «Бхагавата-пураны».

продолжение следует


vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥


Щатарудрійам 1.1 (Таіттирӣйа-сам̇хитā 4.5) с бхāшьем Баннанџе Говиндāчāрйи


ओ३म् ॥ रुद्राय भद्राय समुद्रगाय साराय सूराय समीरणाय ।
त्र्यक्षाय पृक्षाय परीक्षकाय नमोऽन्तरिक्षाय पराक्षराय ॥


Рудрāйа бхадрāйа самудрагāйа сāрāйа сӯрāйа самӣран̣āйа
трйакшāйа прькшāйа парӣкшакāйа намоɐнтарикшāйа парāкшарāйа



विष्णोः प्राणस्य रुद्रस्य प्रियं हि शतरुद्रियम् ।
जिज्ञासुजनबोधाय व्याख्यास्यामो यथामति ॥


„Вишн̣авѣ, Прāн̣ѣ и Рудрѣ очень любо Сторудріе. К разуменію џиџњāсавов, радѣющих в Вѣдах знанія, мы, в мѣру испытаннаго пониманія и согласно Ученію, будем толковать Сторудріе“

Атхāтах̤, отныне и потому[↓1] мы начинаем толкованіе Сторудрія.

Мы таіттирӣи — принадлежим к Таіттирӣйа-щакхѣ. Поэтому вначалѣ будем толковать Сторудріе по таіттирӣйскому чтенію (пāт̣ху). Йаџња-мантры Сторудрія содержатся в Пятом прапāт̣хакѣ Четвертаго кāн̣д̣а Таіттирӣйа-сам̇хиты. Нѣкоторые вѣдознатели называют прапāт̣хакъ̤ пращном. Согласно им, Рудрāдхйāйъ̤ является Пятым пращном. По Вāртикѣ[↓2] (Ашт̣āдхйāйи-сӯтры 4.2.28), щатарудрāч‿чхащ ча гхащ ча. Слѣдовательно, умѣстно употребленіе как „Щатарудрӣйам“, так и „Щатарудрийам“Читать далее... )

vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥


В марте сего года Палимāру Мат̣х, что в Уд̣упӣ, издал долгожданное и желанное «Щатарудрийам» - «Сторудрие» с объяснениями Баннанџе Говиндāчāрйи. Работа на санскрите во всех отношениях ценная и важная. Ценная знаниями смыслов, которые раскрывает Говиндāчāрйа. Важная, в том числе, тем, что раскрывая Рудра-татвам, обнажает поверхностность и невежество щаива и саӈкарито-āгамов, далеких от гармонии Веда-щабд.

100Rudriyam_01



100Rudriyam_02



Прекрасное эссе-вступление к этой работе пера Нāрасим̇хи Дивногорского: http://ashvattho.blogspot.de/2013/04/votchina.html

Книга издана ограниченным тиражом, всего 500 экземпляров. Содержит, кроме основного текста и объяснений, два дополнения: Нрьсим̇ха-ставах̤ и Тāратамйамӣмāм̇сā.

100Rudriyam_03


100Rudriyam_04



Из предисловія Баннанџе Говиндāчāрйи к Щатарудрійам


Оригинал: http://ashvattho.blogspot.de/2013/04/100rudriyam-nivedaniyam.html


Йаџасовое „Щатарудрійам“ (Сторудріе) находится и в Щукла-, и в Крьшн̣а-йаџур-вѣдах, за нѣкоторыми разночтеніями. В настоящее время нам доступны шесть прочтеній Сторудрія в шести Сам̇хитах. Это Таіттирӣйа-сам̇хитā, Кāн̣ва-сам̇хитā, Мāдхйандина-сам̇хитā, Маітрāйан̣ӣйа-сам̇хитā, Кāт̣ха-сам̇хитā и Капишт̣халакат̣ха-сам̇хитā. Несмотря на шесть существующих варіантов, это собраніе мантров во всѣх случаях традиціонно носит названіе „Щатарудрійам“. Таіттирӣйам Щатарудрійам состоит из одиннадцати анувāков и является Пятым прапāт̣хаком Четвертаго кāн̣д̣а Таіттирӣйа-сам̇хиты. Его называют также Рудра-пāт̣хаком. На него есть два старинных бхāшья: Сāйан̣ы и Бхат̣т̣а-Бхāскары. Мāдхйандинам Щатарудрійам Щукла-йаџур-вѣда объясняли Махӣдхара и Уват̣а. Кāнва-сам̇хиту комментировал Халāйудха, а также Сāйан̣а. Упомянутые объясненія не отвѣчают татвавāду — всѣ они Читать далее... )

vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥



ashvattho.blogspot.com


Бывает так, что исконныя земли имперіи, богатыя и лугами, и лѣсом, и чудными видами, лежат дѣвственно, невоздѣланы и не украшены поселеніями, пока народ процвѣтает в имперских городах и весях. И сосѣднія разбойничьи государства, скудныя природным богатством, зато изобилующія стеллами и монументами, шлют на те земли экспедиціи, снабдив их всевозможными вымпелами, табличками и полосатыми пограничными столбцами, чтобы обозначили: и это, мол, наше, вот гдѣ лежат родные предѣлы!

Да только авантюристы, вызывавшіеся в поход, похваляясь регаліями картографов и натуралистов, всѣ как один больны врожденным дальтонизмом, усугубленным агнозіей глубины и скверным пищевареніем. Ни дали, ни краски, ни созвучный хор птичьяго пенія, зверинаго рыка, журчаній, стрекотаній, шорохов, дуновеній, — ничто не доступно их чувствам, ничто не радует и не восхищает их душу. Гдѣ они — там туман, и бродят в туманѣ парокши, и удачей почитают тот день, когда набредает на них рѣдкій путник. Обступают, цѣпляются, восклицают, наперебой навязывая себя в проводники, трясут родословными, вымогая наперед свой бакшиш — слѣпую вѣру. Как головки клещей приходится вытравлять из-под кожи их зудливое наставничество.

Но настает время, и люди Вѣды, отдохнув у корней своих садов, запечатлев в памяти планы и перспективы своих исполненных Прāн̣ы покоев, текут в обѣтованные края — отребье сливается с тенью, туман тает на солнцѣ, и путешественнику открываются глубины, красоты, тропа под ногами и цѣль в вышинѣ.

На протяженіи вѣков, прошедших с учительства Мадхвы, бо́льшая часть литературы татвавāда была посвящена разбору смыслов, содержащихся в Сарвамӯлѣ — собраніи трудов и толкованій Āчāрйи. Емкость высказываній Āчāрйи и емкость слов Вѣдавйāсы, которыми полнятся его объясненія, множественность смысловых связей в едином и непротиворѣчивом телѣ Āгама, высвѣченная им, предоставляют неистощимую почву для изслѣдованія, изученія, постиженія, размышленія и, в конечном итогѣ, вницанія в надлегающій и всеподчиняющій Вишн̣у-смысл. В сравненіи с этой углубительной частью татвословія значительно меньше нам извѣстно словесности экспансивной, распространяющей экзегетическій подход Āчāрйи на щрути и смрьти, не охваченныя его истолкованіями.

Первыя сорок сӯкт Рьг-Вѣда изъяснены Āчāрйей в Рьг-бхāшьѣ. Загадочным образом в концѣ бхāшья, в отличіе от всѣх остальных его произведеній, отсутствует колофон, заключительная формула. Значит ли это, что у Рьг-бхāшья есть неизвѣстное ныне продолженіе, или же Мадхва указывает на то, что не может быть конца изъясненію бесконечнаго Вѣда, знать с точностью мы не можем. Тѣм не мѣнѣе, направленіе открыто, важность и удовольствіе вниканія в вѣдосмыслы невозможно преувеличить, но примѣров комментаріев за предѣлами тѣх-же сорока сӯкт мы находим крайне мало. Преданіе гласит, что великій Рāгхавендра Тӣртха дал толкованіе всѣм четырем Вѣдам, но манускрипта этой работы до сих пор не обнаружили, кроме того, что еще болѣе примѣчательно, цитат из нее мы также нигдѣ не встречаем, значит, разумным будет предположить, что это, к сожаленію, только преданіе.

Для человѣческаго сāдханія достаточно фундаментальных трудов Мадхвы, вѣрно понятых с помощью изъяснителей-татвавāдинов. Однако доказательством татвавāда служат не исключительно выбранныя Āчāрйей для истолкованія части щāстра, а вся совокупность Вѣда, Вѣдāнта, Пурāн̣, Махāбхāрата, Пањчарāтра и других сад-āгамов. В этом отличіе татвавāда от мāйāвāда, повисшаго над пропастью безсловеснаго мистицизма на тоненьких ниточках „махā-вāкьев“. Отличій же татвавāда от гаӯд̣ӣйскаго ачинтйа-бхедāбхедавāда, также аппеллирующаго ко всей цѣлостности щāстра, как минимум два. Татвавāдъ̤ дѣйствительно показывает единство смысла (а точнѣе, многоуровневое единство смысла) в сад-āгамѣ, а не извлекает то оттуда, то отсюда взаимоисключающіе популярные смыслы, чтобы убедить аудиторію в непостижимости их взаимнаго сосуществованія. В установленіи же этого смысла татвавāдъ̤ слѣдует естественным для щāстра правилам саманвайа, показанным Āди-татвавāдином Бāдарāйан̣ой в Брахма-сӯтрах, не признавая народных и фантазійных, подгоночных интерпретацій.

В этом свѣтѣ бхāшья Баннанџе Говиндāчāрйи на Пуруша-, Щрӣ-, Манйу- и другія сӯкта на кан̣н̣адѣ, на Асйавāмӣйа-, Прāн̣āгни- и другія сӯкта на сам̇скрьтѣ являются настоящим прорывом в исконные земли, провозглашеніем законных прав наиглавнѣйшаго Вишн̣у-смысла на бескрайнюю Вāк, тѣм болѣе цѣнным, что в любой вѣк носители осіяннаго Вѣдом разума (пан̣д̣ā ведоџџвалā буддхих̇), способные свершить такое толкованіе на заданном Мадхвой уровнѣ очень и очень рѣдки даже среди пан̣д̣итов и џњāнинов. И особенно значимым представляется бхāшье на Щатарудрійам, которое щаівы и значительная часть саӈкаритов привыкли считать своей территоріей. Как обнаруживается, сила этой привычки питается, смѣшно сказать, лока-рӯд̣ха значеніями вѣдних щабд. Дак сколько всего „освященнаго временем“ зиждется на смѣшном, случайном, инертном, наглом, недалеком! Привычка — не повод для піетета. Мѣсто идеологическим фетишам — в кунсткамерѣ. Водвореніе их туда может оказаться внутренним переворотом, вхожденіе в полноту вѣдних артх может потребовать постоянной умственной самокорректировки, но только так Вѣды предстанут перед нами не лоскутным одеялом, перетягиваемым декларативно терпимыми сантами, а гармоничным ландшафтом, ненасильственной экосистемой щабд, через которую пролегает единственная дорога к мукти.


vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥



Похоже, что А̄нанда-мāлā впервые упоминается в научном труде д-ра Б.Н.К. Щармы «История школы Дваита-Веда̄нта и ее литературы». Он пишет следующее:

„Сын (?) и ученик На̄ра̄йан̣ы Пан̣д̣ита̄ча̄рйи, который скромно именует себя „Траивикрама̄рйада̄сом“ – учеником и „рабом“ сына Тривикрамы, написал комментарий к Ан̣убха̄шйу, известный под названием «А̄нандама̄ла̄». Манускрипт этого комментария на дэвана̄гарӣ хранится в Майсорской ориентальной библиотеке. Отрывок из «А̄нандама̄лы» цитирует Џаганна̄тха Тӣртха в своей Бха̄шйа-дӣпике (стр. 1097), используя его для опровержения объяснения Вадира̄џем выражения „सच्चिदानन्द आत्मेति“, замечая, что это объяснение расходится с «А̄нандама̄лой». С. К. (стр. 20) ошибочно приписывает эту работу Падманабху Тӣртхе. Анализ текста не оставляет никаких сомнений в том, что автором этой работы был ученик На̄ра̄йан̣а Пан̣д̣ита. Тем не менее, автор предпочел не раскрывать свое имя.

Комментарий, самый ранний из известных комментариев на Ан̣убха̄шйе, закончен и содержателен. Его цветистый стиль наводит на мысли о семейном сходстве с языком Тривикрамы и его сына. Обильные восхваления Мадхвы — еще одна схожая черта. Наглядным примером этой особенности могут послужить следующие слова:

नदि बहुविशेषज्ञचूळामणिं सर्वज्ञभास्करमन्तरेण एतादृशभाष्यानुभाष्यरचने चतुरतरचेताश्चतुर्दशभुवनेष्वस्ति । किम्पुनरेकेनैव वाक्येन पदेनाक्षरेण वा तत्तदधिकरणार्थसंग्रहभाषणे कुशलमतिर्नास्तीति । यदभिप्रेतार्थस्य अंशांशमपि लेशत एव वयं वक्तुं सम्प्रति यथामति यतामहे । नचास्माकं तत्प्रतिपादनपाटवमपटुधियाम् । यद्यप्यस्मदाचार्याग्नयः मध्वसूर्यसन्दर्शितार्थान् तत्प्रसादैकबलमवलम्ब्य कथञ्चित् प्रायशः प्रकाशयितुं शक्नुवन्ति । तथाऽपि न खलु वयं खद्योतसमद्योतत्वादेतद्द्योतितानपि तानंशांशेन च प्रकाशयितुं शक्नुमः । किन्तर्हि? मनोवाग्भिस्तद्भाष्यभावावर्तनलौल्यादेवायमस्मत्सन्नाहविजृम्भः ।


На другие короткие работы Траивикрама̄рйада̄сы мое внимание обратил мой друг Щрӣ К.Т. Пандуранги. Эти работы — комментарии на Кат̣хопанишад-бха̄шйе и Ма̄ндӯка-бха̄шйе Мадхвы. Обе они доступны в виде полных манускриптов на дэвана̄гарӣ у Щрӣ-Гурџали Щрӣнива̄са̄ча̄рйи из Малкхеда. Свидетельством их авторства служат стиль изложения, вступление и колофон“, («История школы Дваита-Веда̄нта и ее литературы», часть 1, стр. 290-291).

В библиотеке рукописей при Щрӣ-Соде Вадира̄џа Мат̣хе в Удупи имеются рукописи упомянутых комментариев на Упанишад-бха̄шйе на языке тулу. Надеюсь, что оба произведения будут вскоре опубликованы.

Во время работы над данной книгой я справлялся с тремя рукописями. Помимо бумажной рукописи на дэвана̄гарӣ (обозначенной здесь как ग. पुस्तक) из Майсорской ориентальной библиотеки мне удалось найти две рукописи на пальмовых листах непосредственно в Удупи. Одна из них из Щрӣ-Палимара Мат̣ха (обозначена как क. पुस्तक), другая из Щрӣ-Соде Вадира̄џа Мат̣ха (ख. पुस्तक).

Я крайне признателен вышеперечисленным организациям за содействие, оказанное в этом великом деле.


Баннанџе Говинда̄ча̄рйа



vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥



Преданность автора его божественному Гуру находит свое выражение почти на каждой странице. Вот несколько щлоков в качестве примера:

नहि बहुविशेषज्ञचूळामणिं सर्वज्ञभास्करमन्तरेणैतादृशभाष्यानु-
भाष्यविरचने चतुरतरचेताश्चतुर्दशभुवनेष्वस्ति
(стр. 27)

ब्रह्मसूत्रार्थसारान्वेषणेन तद्व्याख्यानमुख्याधिकारस्तु मुख्य-
प्राणस्यैवेति हि किञ्चिदवोचाम
(стр. 30)

इहापि हि मुख्याधिकारिणो देवादय एव भगवन्तः श्रूयन्ते ।
अस्माकं तु तदनुगृहीत एव कश्चिदधिकारलेश आशास्यते ।
नतु स्वयमेवाधिकारः
(стр. 30)

Āнанда-мāлā открывает совершено новый мир. Свет, пролитый его трудом, углубляет глубины известного и расширяет пределы понятого. В ней мы находим толкования и смыслы, более не встречающиеся нигде. Ни один комментарий не воздал труду Мадхвы должное в большей мере, чем этот. И такой редкостный самоцвет скрывался доселе во тьме!

Интерпретаторский дар автора явствует из его объяснений в अन्तरधिकरण (стр. 28-29), गुहाधिकरण (стр. 38-39) и многих других местах.

Помимо всего прочего, этот великолепный труд является также самым древним из доступных в наши дни комментариев, то есть наиболее близким ко времени Мадхва̄ча̄рйи. Более поздним комментаторам, к сожалению, не посчастливилось ознакомиться с этой работой. Имей они такую возможность, их подход к интерпретации Мадхвы претерпел бы кардинальные изменения.

Единственным комментатором, которому попала в руки Āнанда-мāлā, был Щрӣ-Џаганна̄тха Йати из Щрӣ-Вйāсарайа Мат̣ха. В своей «Бха̄шйа-дӣпике» он цитирует из нее некоторые фрагменты.

Есть еще один немаловажный факт, на который исследователям стоит обратить внимание. Современный текст «Саӈграха-бха̄шйя» достаточно вариативен. Но А̄нанда-ма̄ла̄ в точности следует древнему изводу, обнаруживаемому в древнейшей рукописи Сарва-мӯлы руки Щрӣ-Хрьшӣкещи Тӣртхи, первого ученика Щрӣ-Мадхвы.


Продолжение следует



vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥



Вчера завершили слушание «Татвасаӈкхйāния».

Сегодня за день прослушали «Татвавивеку».

Завтра начинаем знакомство с объяснениями Брахма-сӯтр, слушая комментарий Мадхвы на них под названием «Сарва-щāстрāртха-саӈграха», более известный как «Анубхāшйа». Завтра Баннанџе Говиндāчāрйа будет объяснять краткий комментарий на СЩС под названием «Āнанда-мāлā».

Объяснения и перевод на русский будут.


vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥



Причин, инициировавших наше пусть и беглое, но тем не менее продуктивное знакомство с Брахма-сӯтрами, они же Ведāнта-сӯтры, и комментариев к ним, несколько. Причины весомые. Игнорировать их, полагаясь лишь на доморощенные теории индологов и вопиющие извращения сектантов средневекового индуизма, преступно.

Неудивительно, что о Брахма-сӯтрах на русском языке никогда никто не писал. Ведь нет и не было исследователей. Не было специалистов, не было даже энтузиастов, понимающих суть Вед, пусть даже и не будучи высокоучеными мужами в этом вопросе.

Первое, что хотелось бы подчеркнуть — желание понять смысл Вед, то есть Веда-артху, не ограничено ни происхождением, ни уровнем знаний, ни махровостью невежества. Главное, чтобы желание вообще возникло.

Изучение Вед не запрещено. Запреты на изучение не встречаются в щрути, однако некоторые любители околоведических идей любят настаивать на обратном, всячески подчеркивая, что лишь трем варн̣ам разрешено изучать Веды, при этом любители совершенно не понимают значение термина „варн̣а“.

Серьезной помехой для желающих познакомиться с культурой Вед является паразитическая деятельность псевдоведических проповеднических организаций и культов, таких как движение «харерамахарекришна», извращающих и профанирующих представления о Ведах, о щāстрах. Неподготовленный человек не обладает критическим аппаратом оценки истинности и ведности предлагаемых популярных индийских „религий-культов“. Парадокс в том, что и сами секты не владеют этим аппаратом, зачастую даже не слышали о нем.

Культуру Вед необходимо воспринимать, анализировать, оценивать инструментами этой же культуры, то есть, принципами Вед и эпистемологическими принципами, изложенными в Веда-щāстрах. К сожалению, не существует ни одного солидного русскоязычного труда на эту тему. Даже несолидных, и тех нет. Индийские мужи не горят желанием изучать русский язык. Знание санскрита по-прежнему является условием первостепенной важности в изучении Вед.

В основу нашего цикла легла работа профессора Б.Н.К. Щармы о трех томах — «Брахма-сӯтры и основные комментарии к ним». Первая часть цикла основывалась на труде «Брахмасӯтрабхāшйам» профессора К.Т. Пандуранги, заслуженного пан̣д̣ита-таттвавāдина из Бангалора, директора фонда дваита-исследований. По сути мы работали, имея обширный материал, анализ взглядов на Ведāнта-сӯтры трех представителей Ведāнты — Щрӣ-Мадхвāчāрйи, Рāмāнуџи и Щаӈкары.

Трактат «Брахма-сӯтры и основные комментарии к ним» проф. Щармы показывает успех эпистемологических методов Мадхвāчāрйи и его выдающуюся способность понимать язык Ведавйāса. Подход Мадхвāчāрйи способствует верному пониманию сути послания Ведāнта-сӯтр. Вне всяких сомнений, работа проф. Щармы это бесценная помощь для тех, кто желает серьезно разобраться, что же такое Веды, культура Вед и какова весть Веда-щāстр, что имеет ввиду автор Брахма-сӯтр, Ведавйāса.

Анализ показывает, что Мадхва и его комментаторы применили совершенно новый подход к источникам, на которые опирается Веда̄нта. Они передали суть Брахма-сӯтр — философию теизма, подчеркнув важность бхакти.

Бхакти невозможна без верного понимания природы Брахмана и Его величия. Одна из основных составляющих бхакти это чистая преданность Брахмени, раскрывающаяся благодаря верному пониманию Его таттвия.

Бхакти является и средством, и целью. Новый подход Мадхва̄ча̄рйи привел к осознанию самого главного, а именно — „Все без исключения источники Веда̄нты говорят о величии Брахмени, как обители бесконечной благости и вместилище бесчисленных достоинств, о Брахмени, лишенном всякого изъяна.

Некоторые тексты Веда̄нта описывают Его обладателем таких качеств, как всезнание, могущество, самодержное управление материей и душами, безграничная щедрость, красота и многих других. Иные говорят о Нем, как о свободном от всего ограниченного, например, греха, страданий, обреченности на воплощения в физическом теле.

Но есть источники, которые описывают Брахмени, как непостижимого умом и невыразимого словом, т.е. Его природа не подвластна нашему пониманию. Ее не постичь органами восприятия. Некоторые говорят о Нем, как о Единственно Реальном, намекая на то, что ничего другого не существует.

Однако есть и такие тексты, которые представляют Его как „Душу всех и вся“, намекая на то, что только Он причина всякого бытия, Он дарует способность к знанию и действию любой ограниченной реальности. Глупцы не в состоянии понять единую суть учения Вед, несмотря на многообразие и изощренность их методов в поисках божественного величия. Скудоумцы вещают о надуманных различиях „савищеша и нирвищеша“, „сагун̣а и ниргун̣а“, об уровнях восприятия „вйāвахāрика“ и „пāрамāртхика“” — (Нйāйā-Судхā, стр. 124).

Мадхва̄ча̄рйа и его комментаторы виртуозно воспели симфонию теизма Ведāнты, славящую Всевышнего, дали услышать звук Вед, который эхом отозвался в Брахма-сӯтрах. Их объяснения с применением анализа и оценки интерпретаций Сӯтр как их собственной школы мысли, так и школ Щаӈкары и Ра̄ма̄нуџи, особенно комментарии Вйа̄сатӣртхи по первым двум адхйа̄йам Сӯтр в его «Та̄тпарйа-Чандрике» и его преемника Рагхуна̄тха Тӣртхи по остальным адхйа̄йам в его «Щеша-Та̄тпарйа-Чандрике», на которые проф. Щарма опирался в своем исследовании, являются большим вкладом в развитие критического анализа Брахма-сӯтр и бесценно пополняют литературу, им посвященную. Они заслуживают особого признания.

Результаты критических исследований Тибо и ряда других современных академиков, в том числе и рецензии на истолкования Сӯтр Щаӈкары и Ра̄ма̄нуџи, по своему объему, глубине и весомости никак не могут сравниться с результатами, которых в том же направлении достигли уже несколько столетий назад Вйа̄сатӣртха и Рагхуна̄тха Тӣртха, уделившие особое внимание интерпретациям Сӯтр всех трех основных школ Веда̄нты.

Дасгупта — единственный современный историк, исследователь индийской философии, который в работе «История индийской философии» подметил важность работ Џайатӣртхи и Вйа̄сатӣртхи. Но его глава «Интерпретация Брахма-сӯтр Мадхвы и Вйа̄сатӣртхи» (стр. 102-149) разбирает детально лишь сӯтры 1.1.1-4, после чего следует весьма беглый и поверхностный „обзор других важных тем Сӯтр“. Такой анализ адхикаран̣а-щарӣров интерпретаций Адваиты, Вищишт̣а̄дваиты и Дваиты никак нельзя назвать великим трудом, в отличие от анализа Вйа̄сатӣртхи в его «Та̄тпарйа-Чандрике». Дасгупта уделил внимание лишь некоторым вопросам, поднятым в «Та̄тпарйа-Чандрике», и обзору нескольких адхикаран̣ов, например, 1.2.9-10, 18-20, 21, 24; 1.2.13; 1.4.15-18; 2.1.13, 14, 20. Но он полностью опустил обзор Вйа̄сатӣртхи взглядов Ра̄ма̄нуџи. Очевидно, что глубокое и тщательное исследование «Та̄тпарйа-Чандрики» Вйа̄сатӣртхи не входило в планы этого историка. Его работа — лишь попытка описать некоторые школы индийской философии на ограниченном количестве страниц.

Бо́льшая часть «Щеша-Та̄тпарйа-Чандрики» все еще хранится в виде манускриптов. Неудивительно, что эта работа до сих пор осталась нетронутой современными академиками. «Та̄тпарйа-Чандрикā» и «Щеша-Та̄тпарйа-Чандрикā» не переведены на английский. Поэтому академики, студенты, не знающие санскрита, не говоря уже о сāдхаках и тех, кто хотел бы начать свой Путь, лишены возможности полноценно изучить содержание этих работ, что негативно отражается на уровне их понимания Вед в общем и целом, а возможно и ограничивает сāдхание.

Трехтомная работа проф. Щармы — это его желание дать импульс серьезным и всесторонним исследованиям индийской философии и культуры Вед. Эта работа — первая веха в систематическом анализе Вед на основе их квинтэссенции — Брахма-сӯтр, открывает доступ к ценному материалу, содержащемуся в «Та̄тпарйа-Чандрике» и «Щеша-Та̄тпарйа-Чандрике» — двух выдающихся произведениях школы Дваита по теме интерпретаций Брахма-сӯтр. К ним прилагаются сведения из других источников, таких как «Анувйа̄кхйа̄на» и «Нйа̄йа-Виваран̣а» Мадхва̄ча̄рйи, «Таттва-Прадӣпа» Тривикрама, «Таттвапрака̄щика̄» и «Нйа̄йа-Судха̄» Џайатӣртхи и комментарии таттвава̄динов Рагхӯттамы, Ва̄дира̄џи, Ра̄гхавендры, Сатйана̄тха и Џаганна̄тха. Кроме того, проведено систематическое изучение адхикаран̣а-щарӣров Сӯтр по Щаӈкаре и Ра̄ма̄нуџе, причем не только их бха̄шии, но и непереведенные и неисследованные комментарии, например, «Бха̄матӣ», «Калпатару» и «Щрутапрака̄ща», и обзор их толкований в двух выше упомянутых классических произведениях школы Дваита («Та̄тпарйа-Чандрика̄» и «Щеша-Та̄тпарйа-Чандрика̄»).

Для проф. Щармы, равно как и для таттвавāдинов, было важно разрушить труднопреодолимые преграды, которые стояли перед многими современными исследователями и студентами. Теперь они могут куда более детально изучить ранее недоступные на европейских языках старинные работы, а мы надеемся, что в будущем на русском выйдет достойное исследование Брахма-сӯтр Ба̄дара̄йан̣ы словами Мадхвы, то есть, самого Бāдарāйан̣ы, что позволит обдумать и оценить фундаментальность его подхода в сравнении с подходом Щаӈкары и Ра̄ма̄нуџи. С устранением этой помехи исследователи смогут уделить методам Мадхвы и его объяснению Брахма-сӯтр достойное внимание — внимание не меньшее, чем то, которое незаслуженно досталось двум другим школам за последние 200 лет. Не побоюсь сказать, что двум другим школам уделялось почти эксклюзивное внимание в академических кругах. В кругах сект о них мало что известно. Видимо, сказывается доморощенность средневековых народных верований.

Подход таттвава̄да к Ведам теперь может быть изучен в свете тойностных взаимосвязей и с учетом верных перспектив, с применением критического инструментария и обращая внимание на лингвистические особенности стиля Сӯтр, а также в сравнительном анализе с другими школами, идеям и толкованиям которых Мадхва̄ча̄рйа и таттвава̄д смело бросили вызов, разгромив их в прах.

До тех пор, пока к изучению комментариев Дваита-Веда̄нты, предложившей иной подход к интерпретации Вед и Сӯтр, не будет серьезного отношения, бесполезно ожидать какого-либо ощутимого развития в поиске сути и промысла Сӯтр Ба̄дара̄йан̣ы, культуры Вед и сāдхании. Несерьезность, однобокость, сектантские представления и пр. не дадут нам ответа на вопрос, куда же ведет нас Ба̄дара̄йан̣а в своих Брахма-сӯтрах, о чем же говорят Веды.

Надеюсь, я смог передать и обозначить хотя бы пунктирно основную весть Брахма-сӯтр и Вед, равно как и вооружить читателя, академических ученых, сāдхаков и просто любопытствующих критическим инструментарием, ведущим к верному пониманию сути.

Я попытался не только передать содержание, но и описать структуру, формулировку, стиль и лингвистические особенности Ведāнта-сӯтр, то есть, с помощью каких приемов Ведавйāса выражает свою мысль через слово, каким образом он опирается на щрути в поддержку своих утверждений.

Академические исследователи, индологи, философы несомненно почерпнут много полезного из выдающихся работ великих умов таттвава̄да.

Возможно, знакомство с новыми формулировками и терминами в интерпретации Сӯтр (например, „пара-видйā“ и „нирн̣а̄йака-ща̄стро“) приведет их к озарению.

Проф. Щарма надеялся, что академики справедливо оценят вклад великих мыслителей таттвава̄да в интерпретационную литературу Брахма-сӯтр и проявят интерес к их изучению вместе с желанием понять их весть, равно как и увидеть пылкое сердце сӯтрака̄ры, подарившего человечеству такое блистательное произведение.

Этот цикл, конечно, не заменит самостоятельного изучения Брахма-сӯтр и прочтения комментариев к ним, но дает общее представление о них и, надеюсь, пробуждает интерес к более глубокому исследованию этого незаменимого слагающего Прастханатрайи.

В заключение хочу подвести итог и озвучить то важное, которое должно осесть в памяти читателя после знакомства с циклом.

Суть Вед — Брахман и Его величие. Брахма-сӯтры это критическая квинтэссенция, воспевающая величие Брахмана, раскрывающая Его природу, дающая ориентир, как Его достичь, и подчеркивающая важность џња̄ния и бхакти, как средств Его достижения.

В Брахма-сӯтрах содержится доказательство Его самоуправности, всемогущества, всезнания, бесконечной благости и бесчисленных достояний. Они знакомят с такими понятиями, как „саманвайа“ и „та̄ратамйа“, без которых немыслимо начать духовную практику.

Саманвайа дает возможность верно интерпретировать ща̄стры. Та̄ратамйа — фундаментальное понятие, без которого невозможно понять структуру мироздания.

Итак, мы обсудили:

• Природу Брахмени
• Саманвайа (метод интерпретации, гармонизирующий кажущиеся противоречия в положениях ща̄стр)
• Та̄ратамйа (градация в мироздании)
• Таттвы (реальности, составные элементы мироздания)
• Сам̇са̄р
• Џња̄ние
• Щраван̣ие, манание, дхйа̄ние
• Бхакти
• Дэват
• Ма̄рга и гамйа (путь и цель)
• Мукти (святая свобода — незамутненное переживание самости)

Речь шла о важности изучения БС (прагматическо-дидактический подход). О самом содержании БС (рационально-смысловой подход). О причинах, побудивших написать цикл о БС (публицистический подход).

Надеемся, было интересно и познавательно.

ити

Карл фон Бергштрайссер, Удупи, 1 955 885 113 г. от начала дня Брахмы, 5113 г. эры Кали.




vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥



Пхала-адхйа̄йа, 4-й па̄да (бхога)



Последний па̄да последнего адхйа̄йа Брахма-сӯтр описывает мукти. Виды наслаждения плодами џиџња̄са̄ и апарокша-џња̄ния — внутреннее счастье и благость самости согласно различным типам џња̄нинов, например, дэваты, которые достигли Брахман, как это описано во втором и третьем па̄дах. Переживание самости. Дхйāние в мокше. Методы выражения сварӯпāнанда.

Сампадйāдхикаран̣ам (4.4.1) — Высшая и конечная цель лучших из лучших — Брахман. Это и есть мокша. Переживание своей пробужденной индивидуальности — это мокша. Апарокша — унисон с желаниями Всевышнего.

Муктāдхикаран̣ам (4.4.2) — О наслаждении (бхога) в мокше и полном переживании самости в счастье.

Āтмāдхикаран̣ам (4.4.3) — Парам̇џйоти — это Брахман.

Авибхāгāдхикаран̣ам (4.4.4) — Все вместе взятые наслаждения и радости сāйуџйа (высшая форма мукти) не являются даже мизерной частью āнанды Брахмени. Наслаждения, доступные џӣву в мукти, такие же, как и те, которыми наслаждается сам Брахман. Существует, однако, разница между степенью Его āнанды и других.

Брāхмāдхикаран̣ам (4.4.5-7) — О том, как мукты наслаждаются в сāйуџйе.

Сан̇калпāдхикаран̣ам (4.4.8) — Наслаждение мукт не зависит от прикладываемых ими усилий.

Ананйāдхипатйадхикаран̣ам (4.4.9) — Существует ли наставник (гуру) в мокше?

Убхайавидхабхога̄дхикаран̣ам (4.4.10-16) — Наслаждения в мокше в телах или без?

Адхикаран̣ам созвучен с сутью предшествующего (4.4.6) о том, что свободные души способны наслаждаться в своих „чит-телах“ (чиддэха), несмотря на то, что у них нет физического тела. Несколько аргументов пӯрвапакши сводятся к тому, что не существует каких-либо свидетельств наслаждения души в состоянии сушупти, даже если она обладает своим „чит-телом“, но лишена привязанности к физическому телу. Как же душа может наслаждаться в мукти, где она пребывает только в „чит-теле“ — теле-сознания, и не имеет материального тела?

Если признать, что свободные души обладают телами, то неизбежным следствием этого будет их способность испытывать боль, страдание и несчастье, которые ассоциируются с воплощением в теле. В этом случае о них нельзя сказать, что они переживают чистое счастье без тени страдания. Если у них нет тел, то отсутствует и сама возможность наслаждения. Даже факт наличия у них чит-тел, пребывающих в теле Брахмени, не убеждает в том, что они способны наслаждаться. Это может быть верно для са̄йуџамуктов, но как же с остальными? Да и в случае са̄йуџамуктов — радость от некоторых видов наслаждения, приписываемых им, невозможна без признания у них тел, отличных от чит-тела или брахма-дэха. От чит-тела нет никакой пользы, так как мы установили, что, несмотря на его наличие в сушупти, наслаждения не наблюдается. Всё это говорит о том, что наслаждение мукт невозможно объяснить, не признав наличия или отсутствия у них тела.

Сиддха̄нта: наслаждение в мукти можно объяснить, даже признав наличие у мукт тела, не говоря уже о его отсутствии. Сӯтрака̄ра обращает наше внимание на две точки зрения по данному вопросу — Ба̄дари и Џаимини.

Ба̄дари считает, что у мукт нет иного тела, кроме чиддэха. Џаимини говорит, что, согласно Удда̄лака-Щрути, некоторые мукты высшего ранга, помимо их чиддеха, обладают способностью облекаться в материальные тела из светящейся субстанции „щуддхасаттва“. Тела эти создаются не кармом. Что же касается наслаждения, которое испытывают мукты благодаря их телам щуддхасаттва, то чиддехи в этом случае остаются субстратом (основой) щуддхасаттва-тел.

Ба̄дара̄йан̣а согласен и с той, и с другой точкой зрения. Счастье переживается внешними телами мукт, сотканными из светящейся субстанции щуддхасаттва или их сварӯпа-(чид)-дэхов или их нематериальных тел. Отсутствие переживания счастья в сушупти даже при наличии чиддэхов обусловленно сильным влиянием бха̄варӯпа-џња̄ния. Но так как оно разрушается в мокше, трудности с переживанием счастья через сварӯпадэха не возникает.

Сӯтрака̄ра отвергает заявление, что обладая телами, естественным следствием воплощения в этих телах будет боль и страдание, что противоречит лишенному недостатков состоянию муктов. Невозможность наслаждаться радостью, не имея тела, и подверженность боли и страданиям в воплощенном состоянии (при наличии тела) свойственны только неосвобожденным душам. Муктам же чужды оба эти состояния. Они — сатйасам̇калпы, то есть могут осуществить желаемое, и уклониться от нежелательного.

Сӯтро 13 объясняет, что мукты наслаждаются, даже не обладая телами, так же, как человек может наслаждаться чем-либо в своих снах, которые не привязаны к физическому телу. Отсутствие такой привязанности к телу по сути равнозначно отсутствию тела.

Сӯтро 14 подтверждает наличие у мукт чиддэха (чит-тела), в котором они переживают счастье. Мукты могут обладать светящимися телами щуддхасаттва, но это не означает, что обладание этими телами может привести мукт к страданиям и горю, свойственным обладанию физическим телом. Привязанность мукт к такого рода телам по их воле не означает, что эти тела являются неотъемлемой частью мукт и обязательным условием их жизни и счастья (как в случае с нашими физическими телами в сам̇са̄ре).

Сӯтро 15 говорит, что независимо от того, какой природы тело мукты (чит или щуддхасаттва), мукта всегда переживает только благое, приятное и несущее счастье. Слова „татха̄ хи дарщайати“ в этом сӯтре подчеркивают суть мукти — освобожденные души наслаждаются чистым счастьем и благостью. Они не испытывают боль или страдания. Щрути подтверждает, что мукта „полностью осовобждается от горестей сердца“ (Брьх.-Уп. 4.3.22), и „в высших мирах нет страданий“ (Кат̣ха-Уп. 1.12).

Сӯтро 16 говорит, что только в двух состояниях, сушупти (сам̇патти) и мокша (сва̄рйайа), џӣва̄тман действительно лишен боли и страдания, которые являются результатами его (аништ̣а)-пун̣йам и его грехов (па̄пам). В своем комментарии Мадхва̄ча̄рйа обращает наше внимание на слово „анйатара“ и объясняет, почему Ба̄дара̄йан̣а избрал именно это слово. Џӣва̄тман не испытывает страданий и боли в обоих состояниях (мокша и сушупти), а не только в том или другом, как можно ошибочно предположить. Слово „анйатара“ предупреждает неверное понимание этого сӯтра.

Џагадвйāпāрāдхикаран̣ам (4.4.17-20) — О пределах āнанды освобожденных душ.

Экарӯпāстхитйадхикаран̣ам (4.4.21-22) — Уменьшается или возрастает счастье в мокше?

Анāврьттйадхикаран̣ам (4.4.23) — Бесконечность и вечность āнанды в мокше. Возвращения в сам̇сāр никогда не произойдет. Мокша — это конечная и высшая цель. Земля обетованная. Из мира Бога не бывает возврата.

Так заканчивается последний пāда последнего адхйāйа Брахма-сӯтр. На этом и мы заканчиваем беглое знакомство с Брахма-сӯтрами Ба̄дара̄йан̣ы.



vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥



Пхала-адхйа̄йа, 2-й па̄да (Уткра̄нти)



Ва̄н̇манаса̄дхикаран̣ам (4.2.1-2) — Дэваты речи вступают (входят) в дэват ума-манаса и пребывают в них. Дэватā речи (Умā) и дэватā ума-манаса (Рудра). Взаимодействие ума и речи.

Божество речи-ва̄ка Ума̄ пребывает в божестве ума-манасе Рудре. Чха̄н.-Уп. (6.15.1) подтверждает, что местом пребывания ва̄ка является манас (ум). Это обусловлено связью между контролирующим и контролируемым. Обитель каждого дэва определяется в соответствии с его местом в градации и его зависимостью от вышестоящего дэва.


Манах̤пра̄н̣а̄дхикаран̣ам (4.2.3) — Дэваты ума пребывают в Хиран̣йагарбхе.

Адхикаран̣ам говорит, что лайа (обитель) дэват ума Щеши и Супарн̣ы находится в дэвате пра̄н̣а Хиран̣йагарбхе, через Ва̄н̣ӣ. Пӯрвапакша отводит дэватам ума и пра̄н̣а равное положение и заявляет, что лайа возможен только между ниже- и вышестоящими дэватāми.

Сиддха̄нта: дэватā пра̄н̣а стоит намного выше в градации, чем дэватā ума. Происхождение ума от пра̄н̣а провозглашается в Каундинйа-Щрути. Происхождение ума от Брахмени, о котором речь идет в сӯтре 2.4.4, объясняется тем, что пра̄н̣а-дэва играет роль посредника или медиума (промежуточного звена, среды-проводника). Более детально эта мысль изложена в Теџо-адхи. (2.3.10), из которого ясно следует, что ум происходит от пра̄н̣а.


Адхйакша̄дхикаран̣ам (4.2.4) — Пра̄н̣а (Хиран̣йагарбха) вступает в Брахмени и пребывает в Нем.


Бхӯта̄дхикаран̣ам (4.2.5) — Обитель других бхӯтов и их абхима̄нинов.

Адхикаран̣ам описывает лайи дэват (кроме уже упомянутых в трех предыдущих адхикаран̣ах) в абхима̄н̣и-дэвата̄х различных элементов согласно их статусу. Множественное число „бхӯтешу“, которое в контексте относится к абхима̄н̣инам соответствующих элементов, указывает на то, что другие дэваты не входят в каких-то определенных бхӯта̄бхима̄н̣инов. Лайа определяется согласно „вхожести“ дэват (их предназначенности для тех или иных мест (лайа), их вхожести в различные источники, как говорит Щрути (таччхрутех̤).

Пӯрвапакша озвучивает следующую проблему: если у дэват несколько контролирующих, стоящих над ними управляющих, то это противоречит положению о вступлении и пребывании в одном единственном контролирующем вышестоящем.

Щрути говорит, что лайа дэват находится в „прикрепленных“ к ним управляющих. Например, дэваты элемента земли и эфира входят и пребывают в Ва̄йу через Брьхаспати, дэва воздуха (Праваха) — через Индру, воды — через Сому.


Наикасминнадхикаран̣ам (4.2.6) — В адхикаран̣е опровергается утверждение, что лайа дэват (кроме трех выше упомянутых) в Агни. В Щрутиях говорится: “рьбху входят в дэват земли, ащвины — в Варун̣у, сыновья Агни — в Агни, Индра — в Умӯ, Рудра, Саупарн̣ӣ, Супарн̣а и Ва̄н̣ӣ — в Хиран̣йагарбху. Сома входит в Хиран̣йагарбху через Анируддху, Ка̄м, Ва̄рун̣у, Щешу и Ва̄н̣ӣ. Сӯрйа входит в Хиран̣йагарбху через Брьхаспати, Индру, Саупарн̣ӣ, Супарн̣у и Ва̄н̣ӣ. Такова схема лайа (вступление и пребывание) дэват через ма̄рги (пути) Щеши и Гаруд̣ы.

Все это не противоречит правилу, что лайа таттв происходит в обратном порядке творения. Это применимо к џад̣ататтвам, но не к абхима̄н̣и-дэвата̄м, чьи лайи во вторичном творении могут не подчиняться порядку первичного творения.


Самана̄дхикаран̣ам (4.2.7-14) — Щрӣ-Дэвӣ не зависит ни от кого, кроме Брахмени, и ее тело свободно от лайа.

Щрӣ-таттва (Лакшмӣ) или чит-пракрьти (теџас) не имеет лайа. На нее правила и порядок дэват не распространяются.

Сиддха̄нта: Щрӣ-Дэвӣ свободна от сам̇са̄ра. Как и Брахман, она пронизывает время и пространство, свободна от любых оков. Ее свобода не является достижением с помощью са̄дхан и медитаций, как в случае других существ. Свобода Щрӣ-Дэвӣ — ее самобытность. Мнение о том, что Щрӣ метафизически зависит от Брахмени и поэтому должна обладать лайем, несостоятельно. Лайа существует там, где есть порабощение, удержание и привязанность к чему-либо. Лайа не имеет отношения к метафизической зависимости от кого-то.


Паралайа̄дхикаран̣ам (4.2.15) — Лайа Хиран̣йагарбхи в Брахмени.

Сиддха̄нта, опираясь на Кауша̄рва-Щрути, утверждает, что дэвы, освобождаясь от своих тел, вступают в Пра̄н̣ (Хиран̣йагарбха). Вместе с ним по восходящей через своих вышестоящих в та̄ратамии они входят во Всевышнего. Таков процесс достижения дэвами мокша.


Авибха̄га̄дхикаран̣ам (4.2.16) — После лайа дэваты не становятся независимыми. Их зависимость от Брахмени вечна даже в мокше.

Пӯрвапакша считает, что дэваты в мокше должны быть независимы. Иначе возникает потенциальная возможность их возврата в сам̇са̄р.

Сиддха̄нта: дэваты полностью и вечно зависимы от Брахмени. Они зависимы от Него даже в мокше. Щрути описывает дэват в состоянии освобождения как сатйака̄мов и сатйасам̇калпов. Под зависимостью дэват от Брахмени понимается полное созвучие и совпадение мыслей и желаний дэват с мыслями и желаниями Брахмени. Их желания не противоречат божьей воле.


Тадокодхикаран̣ам (4.2.17-21) — Смерть џњāнина и его уход в мокшу (уткрāнти) отличается от смерти простых людей.

В адхикаран̣е помимо описания разновидностей уткра̄нти, внимание сосредоточено на могуществе апарокша-џња̄ния, которое дает возможность апарокша-џња̄нинам особым способом умереть, что недоступно простым смертным.

Возникает вопрос, как џња̄ние может обладать такой силой, даровать ведающему Брахман особый путь оставления тела, особую уткра̄нти, если џња̄ние все еще находится в зависимости от пра̄рабдха-карма џња̄нина, как и в случае обывателя? Ответ на этот вопрос состоит в том, что апарокша-џња̄ние начинает приносить свои плоды уже в момент своего появления. स्वोदयात् फलदं ज्ञानत् (Нйа̄йа-Виваран̣а Мадхва̄ча̄рйи).

Сиддха̄нта представлен в первом сӯтре — самом длинном во всей работе:
तदोकोऽग्रज्वलनं तत्प्रकाशितद्वारो विद्यासामर्थ्यात् तच्छेषगत्यनुस्मृतियोगाच्च हार्दानु-गृहीतः शताधिकया (4.2.17).

Смерть џња̄нина разительно отличается от смерти обычного человека. Различие в том, что когда џња̄нин покидает свое последнее тело, верхняя часть его сердца, которая является обителью (окас) Бога, наливается светом благодаря силе, обретенной через видение Бога.


Йогйадхикаран̣ам (4.2.22) — Памятование „гати“ в момент смерти обязательно и необходимо.

Адхикаран̣ам описывает необходимость видьи (знания) и памятования пути (гати — движение, путь), пройденного џња̄нином с момента уткра̄нти, для достижения Брахмени.

Пӯрвапакша считает, что не памятование пути (гати-смрьти) важно для достижения Брахмени, а само время смерти. В Гӣте 8.24-26 говорится о двух маршрутах восхождения к Брахмени, дэвайа̄на и питрьйа̄н̣а, и о том, что достижение Брахмени зависит исключительно от времени смерти, но не от памятования пути с момента уткра̄нти. Пӯрвапакша считает памятование гати в момент смерти, когда человек поглощен мучительной агонией, слишком сложным, практически невыполнимым условием. Поэтому только время смерти играет существенную роль в достижении Брахмени.

Сиддха̄нта: два пути — дэвайа̄на и питрьйа̄н̣а, о которых говорит Гӣта̄ 8.24-26, относятся к џња̄найогинам и ка̄мйакармайогинам. Каждый идет предназначенным для него путем, но при этом обязательно памятуя о нем в момент смерти.

В этом сӯтре Мадхва̄ча̄рйа открывает новое понимание щлока Гӣты о дэвайа̄не и питрьйа̄н̣е, объясняя значение слов „йогин“ и „сма̄рте“. Применяя к са̄дхакам, идущим по пути дэвайа̄на и питрьйа̄н̣а, эпитеты „брахмавид“ и „йогӣ“, которые означают „џња̄найогӣ“ и „ка̄мйакармайогӣ“, Вйāсадэва говорит, что достижение этих двух целей зависит только от осознанного памятования пути к ним от сердца к Брахмени в первом случае и на Чандралоку во втором, а не только от собственно момента смерти, выпавшего на определенное время дня или ночи, или в то или иное „айание“. В любом случае это ни коим образом не умаляет могущества и важности знания, равно как необходимости помнить гати.

Более того, слова „ахах̤, щуклах̤, шан̇ма̄сах̤, дхӯмах̤, ра̄тих̤“ и т.д. относятся к управляющим ими дэвата̄м. Поэтому невозможно согласиться, что в этих щлоках Гӣты речь идет о смерти в какое-то определенное время дня или ночи. Зато в другом щлоке Гӣты (8.6) формулировка не оставляет никаких сомнений, достичь цели можно только при твердом памятовании в момент оставления тела. Поэтому следует признать необходимость помнить гати в момент смерти.

Аргумент, что в момент смерти человек находится во власти агонии и не в состоянии помнить свой путь, не применим к великим душам, годным для мукти. Такие души способны по-философски презреть телесное в момент смерти и не предаваться страданию. Даже обычные души скованы страхом перед смертью и страдают непосредственно перед наступлением смерти, но не в момент смерти как таковой.

В своем бха̄шии Мадхва̄ча̄рйа приводит и другие аргументы в пользу обязательного памятования гати и указывает на важность апарокша-џња̄ния, как средства достижения Брахмени (БС., 3.4.1).


продолжение следует


Profile

vilasatu: (Default)
vilasatu

March 2017

S M T W T F S
   1234
5 67891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 10:25 pm
Powered by Dreamwidth Studios