vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Джӣва Госвāмӣ


Бхāгавата-пурāн̣а 11.5.32 (ш́рӣдх.)


(продолжение)


§

Йуге йуге


В гауд̣ӣанской авата̄рологии йуга-авата̄ры:

а) приходят каждую йугу.
б) их миссия — установление дхармы для каждой йуги.


В подтверждение этих тезисов последователи Чаитанйи ссылаются на Гӣту 4.8:


परित्राणाय साधूनां विनाशाय च दुष्कृताम्
धर्मसंस्थापनार्थाय सम्भवामि युगे युगे


Перевод Прабхупāды, рус. пер. ISKCON: «Чтобы освободить праведников и уничтожить злодеев, а также восстановить устои религии, Я прихожу сюда из века в век».

Комментарий Прабхупāды, рус. пер. ISKCON: «…Господь говорит, что Он приходит в материальный мир из века в век. Это значит, что Он воплощается и в век Кали».


Ш́лок 4.8 неразрывно связан со ш́локом 4.7:

यदा यदा हि धर्मस्य ग्लानिर्भवति भारत
अभ्युत्थानमधर्मस्य तदात्मानं सृजाम्यहम्


Перевод Прабхупāды, рус. пер. ISKCON: «Всякий раз, когда религия приходит в упадок и воцаряется безбожие, Я Сам нисхожу в этот мир, о потомок Бхараты».

В обоих ш́локах заметна причинно-следственная связь: йадā-йадā — йуге-йуге. Бхагавāн приходит йуге йуге тогда (тадā), когда (йадā йадā) наблюдается упадок дхармы у суров, когда у сāтвиков теряются понятия о дхарме. Об этом же говорит Вйāса в Махāбхāрате 13.11:

йадā дхармо глāйати ваи сурāн̣āм̇
тадā кр̣ш̣н̣о джāйате мāнуш̣еш̣у
дхарме стхитвā са ту ваи бхāвитāтмā
парāм̇ш́ча локāнапарāм̇ш́ча йāти



Со значением «йуге йуге» Виш́ванāтха не может определиться: йуге йуге пратийугам̇ пратикалпам̇ вā.

«Йуге йуге — ежейужно или ежекалпно».

Вероятно, Виш́ванāтха помнит о «калпе калпе» в Бхāг. 2.6.39 и 12.11.50.


Бхāну Свāмӣ (ISKCON) переводит слова Виш́ванāтхи следующим образом: I do this in every yuga in the day of Brahmā, or in every kalpa (day of Brahmā).

Я делаю это ежейужно в день Брахмы или ежекалпно.

«Или» здесь явно не к месту, т.к. гауд̣ӣанская аватāрология проводит различие между калпа-аватāрами и йуга-авата̄рами. Цель прихода первых отличается от цели прихода вторых, не говоря уже о различиях во времени.


Баладева: йуге йуге тат-тат-самайена.

«При возникновении подходящих условий».

Баладева трактует 4.8 как ответ на невысказанный вопрос: «Твои бхакты в лице рāджāрш̣ей и других вполне способны обуздать адхарму и установить ведний дхарм. В чем же особая надобность именно Твоего явления? „Сāдху переживают горе в виде неузрения Меня, поэтому Я даю им са̄кш̣а̄ткāр“». Тут Баладева добавляет: «Есть дхарм, который только Я могу установить — ш́уддха-бхакти-йога». Кроме этого, Баладева говорит, что убивать асуров Бхагавāн приходит в тех случаях, когда эти асуры непобедимы ни для кого иного: Даш́агрӣва (Рāван̣а), Кам̇са и др.


Бхāну переводит объяснение Баладевы так: «At those times when this is necessary, I appear (yuge yuge)» \ Когда это необходимо, Я являюсь.

Из этого перевода, однако, не ясно, что «йуге йуге» = at those times when this is necessary. Предубежденному уму может показаться, что «йуге йуге» — уточнение к словам «когда необходимо», т.е. это необходимо «в каждую йугу».


Ш́рӣдхара Свāмӣ связывает «йуге йуге» (4.8) с «йадā йадā» (4.7): йуге йуге тат-тад-авасаре самбхавāмӣтй артхах̣, а в комментарии к Бхāг. 1.3.28 не придает «йуге йуге» вообще никакого значения. В этом же комментарии Ш́рӣдхара называет Кр̣ш̣н̣у самим Нāрāйан̣ой (сāкш̣āд нāрāйан̣а), поскольку Кр̣ш̣н̣а явил все возможные ш́акти (сарвеш̣āм). Другими словами, Кр̣ш̣н̣а и есть Нāрāйан̣а — свайам Бхагавāн.


Ш́ан̇кара: «йуге йуге пратийугам» \ «ежейужно».

Мадхусӯдана Сарасватӣ: «йуге йуге пратийугам» \ «ежейужно».


Бхāшье к 4.7 Рāмāнуджа начинает такими словами: «на кāла-нийамо 'смат-сам̇бхавасйа» \ «нет установленного времени для Моего явления».

«Йадā йадā» — когда дхарма и т.д.

А бхāшье к 4.8 завершает так: «дева-мануш̣йāди-рӯпен̣а йуге йуге самбхавāми / кр̣та-третāди-йуга-виш́еш̣а-нийамо 'пи нāстӣтй-артхах̣» \ «Являюсь „йуге йуге“ в образах девов, людей и других. Нет никакого правила, которое связывало бы Мои явления в разные йуги».

В гауд̣ӣанском толковании «йуге йуге» упущена (скорее намеренно опущена) важная деталь. «Йуге йуге» относится к сама̄сам типа а̄мред̣ита — повторение, указывающее на периодичность. Отдельно взятое «йуге йуге» означает «в каждую йугу» (пратийугам), но лишь при отсутствии каких-либо условий и оговорок.

Если же условие присутствует, например, «каждую третью йугу» или «каждую йугу, когда дхарма приходит в упадок», тогда речь идет о каждой такой йуге. В Гӣте 4.8, в непосредственной контекстуальной и смысловой связи, вместе с «йуге йуге» стоит четкое условие (йадā йадā тадā — 4.7), говорящее, о каких конкретно йугах идет речь. Именно в каждую такую йугу и приходит Бхагава̄н.

Оба ш́лока Гӣты 4.7 и 4.8 — одна цельная мысль. Не обрывки фраз, не изолированные от контекста цитаты. В 4.7 приведено условие, в какие конкретно йуги приходит Бхагава̄н, а именно в те, когда дхарма приходит в упадок. Ш́лок 4.8 является непосредственным продолжением этой мысли, и слова «йуге йуге» относятся именно к таким йугам, т.е. Бхагава̄н приходит не в каждую без исключения йугу, а в йуги убывающей дхармы.

Контекст и условие, высказанное в 4.7 (йадā йадā), очерчивают границы функциональности «йуге йуге», определяют признаки каждой йуги, в которую Бхагавāн приходит, ибо «каждый» это абстрактное понятие, само по себе не несущее информации, о ком или о чем каждом идет речь. Каждый день, каждый третий день, каждый день, когда светит солнце — от указания этих условий значение а̄мред̣иты не меняется как таковое, но уточняется, конкретизируется. Именно эта мысль прослеживается в объяснении Рāмāнуджи, обращающего наше внимание на наличие условия, о каких именно йугах идет речь и каковы признаки этих йуг.

В Гӣте не указаны какие-либо временны́е параметры, например, каждую вторую йугу. Говорится об условиях, привязанных к определенным событиям, а не к единицам времени. В данном случае событие — это упадок дхармы, но с какой частотой наступают йуги приходящей в упадок дхармы, точно не указано, и мы не встречаем свидетельств о том, что упадок дхармы в Сатйа-Третā-Двāпара-йуги — это цикличное закономерное явление, повод для прихода каких-то аватāров или йуга-авата̄ров, предлагаемых гауд̣ӣанами. Достаточно вспомнить хотя бы отсутствие гауд̣ӣанского двāпара-йуга-аватāры, в том числе в ближайшую к нам Двāпара-йугу, в самом конце которой родился Кр̣ш̣н̣а.


NB: Несмотря на прамāн̣ы о приходе Рāмы в Третā-йугу, Прабхупāда утверждает, что Рāмачандра приходил в Двāпара-йугу, но не в нашу маха̄йугу.


Из ш́āстр мы знаем, что Бхагавāну нет нужды приходить самому (самбхавāми йуге йуге). Он может наделить кого-то силой для выполнения той или иной миссии, включая защиту сāтвиков, без собственного аватāрия. Об этом, например, говорит Сатйа-сам̇хитā, которую цитирует Āчāрйа Мадхва в объяснении к Бхāг. 2.7.20:


मन्वन्तरेषु भगवान् चक्रवर्तिषु संस्थितः
चतुर्भुजो जुगोपैतद् दुष्टराजन्यनाशकः
राजराजेश्वरेत्याहुर्मुनयश्चक्रवर्तिनाम्
वीर्यदं परमात्मनं शङ्खचक्रगदाधरम्


«Во время манвантар (периодов защиты человечества одним Ману) Бхагавāн пребывал в чакравартинах в своем четырехруком сам-образе и защищал Землю, уничтожая злых правителей. Муни называют Парамāтмана, пребывающего в чакравартинах с ш́ан̇кхой, чакрой и гадой, дающего им силу и смелость, Рāджарāджеш́варой».

Каков смысл слов «когда дхарма приходит в упадок»? Упадок дхармы — естественное свойство Кали-йуги. Преобладание дхармы — свойство трех йуг. Когда адхарма начинает преобладать в трех йугах, появляются условия для прихода Бхагавāна. Поэтому Бхагавāн говорит «йадā йадā тадā йуге йуге» — тогда, когда дхарма теряется, в каждую такую йугу Я прихожу. «Такую» здесь подразумевает три йуги: Сатйа, Третā, Двāпара — йуги, в которые возобладание адхармы противоестественно, однако происходит. Почему именно три йуги, а не четыре, вместе с Кали? Потому что Бхагавāна называют Трийуга (Бхāг. 7.9.38): …дхарммам̇ махāпуруш̣а пāси йугāнувр̣ттам̇ чханнах̣ калау йа-абхавас трийуго атха са твам, ибо в другие йуги, когда Он является в человеческих, зверьих, р̣ш̣иевых и пр. аватāрах, Он хранит соответствующую йугам дхарму (Гӣтā, 4.8, описывает именно такое явление Бхагавāна), но когда Он является в Кали, то делает это с другими целями (напр., Будда — мохāватāра).

Гауд̣ӣанские йуга-авата̄ры строго «привязаны» к йугам. Четыре йуги — четыре йуга-авата̄ры. В любом гауд̣ӣанском описании любые аватāры перечисляются поименно, но только не йуга-авата̄ры. Единственным для гауд̣ӣан подтверждением существования йуга-авата̄ров служит Бхāгаватам, точнее четыре ш́лока: 11.5.21, 11.5.24, 11.5.27, 11.5.32, однако в них о йуга-авата̄рах ничего не говорится, тем более не приводятся их имена, да и самого слова «аватāра» в этой главе Бхāгаватам нет.

Упадок дхармы у суров — это не единственная причина прихода Бхагавāна. Любое аватāрие — это лӣлā. Поэтому еще одно гауд̣ӣанское понятие «лӣлā-аватāра», как отдельная категория, в Бхāгавате не встречается. Наоборот, Бхāгаватам подтверждает, что все без исключения аватāры — это лӣлā-аватāры (1.1.18, 1.2.34, 11.11.20).

Лӣлā-аватāра — синоним любого «аватāры» и суть «джанма карма ча ме дивйам» — любого действия или проявления Бхагавāна. Почему же все аватāры — лӣлā-аватāры? Потому что «на прайоджанаваттвāт» (Ведāнта-сӯтра 2.1.33). Категоризация аватāров на разные виды, отграничивая при этом «лӣлā-аватāры» от других аватāров — догма, противоречащая сути Вед.

Учитывая вышесказанное, объяснение Баладевы близко сути ш́āстр: «Когда возникает необходимость и условия». Условие описано в Гӣте 4.7: йадā йадā ... тадā — тогда, когда, т.е. «йуге йуге» — каждую йугу, соответствующую этому условию — тогда, когда воцаряется зло и дхарма приходит в упадок, в такие йуги Я прихожу.

Не существует прамāн̣ о том, что Рāма и Кр̣ш̣н̣а приходили несколько раз. Из ш́āстр мы знаем о единственном приходе Рāмы и Кр̣ш̣н̣ы. Кр̣ш̣н̣а родился в самом конце последней Двāпара-йуги, т.е. йуга-аватāрой, устанавливающим йуга-дхарму для целой Двāпара-йуги, Он быть не может. Иными словами, йуга есть, а гауд̣ӣанского йуга-авата̄ры нет. Более того, гауд̣ӣанские аватāрологи не продумали категорию йуга-аватāров в йуги, предшествовавшие предыдущим и еще более ранним йугам.

Вызывает большие сомнения способность гауд̣ӣанской аватāрологии представить йуга-аватāров для грядущих после нашей эпохи Кали йуг. По крайней мере ш́āстры будущих аватāров, кроме Калки, не упоминают, что уж говорить о гауд̣ӣанских йуга-аватāрах, которые вообще не существуют и с которыми у самих же гауд̣ӣан полная неразбериха. Но не будем уходить в хронологию настолько далеко, достаточно сосредоточиться на текущем цикле йуг — махāйуге, о йуга-авата̄рах которого в Кр̣ту и Трету гауд̣ӣане не могут сказать ничего вразумительного.

В ш́āстрах мы не встречаем речений в духе «О, Рāма! Ты приходишь как Рāма с Ханума̄ном и Лакш̣ман̣ом каждую Третā-йугу! Или каждую Двāпара-йугу!». Это касается вообще любых аватāров. Ш́āстра не упоминает другие явления Кр̣ш̣н̣а-аватāры, в отличие, например, от Вйāса-аватāры, который являлся и будет являться несколько раз в этот манвантар, т.е. Вйāса тоже не приходит «каждую» йугу:

तृतीये सप्तमे चैव षोडशे पञ्चविंशके ।
अष्टाविंशतिके कृष्णः सत्यवत्यामजायत ॥


«В третье, седьмое, шестнадцатое, двадцать пятое и двадцать восьмое Кр̣ш̣н̣а рождается у Сатйаватӣ».

Кӯрма-пурāн̣а:

तृतीयं युगमारभ्य व्यासो बहुषु जज्ञिवान् ॥


«Вйāса рождался во многих йугах, начиная с третьего».

Манвантара состоит из 71 махāйуги. В Ваивасвата-манвантару Бхагавāн является как Ведавйāса, сын Сатйаватӣ, неоднократно: в 3-ю, 7-ю, 16-ю, 25-ю и текущую 28-ю махāйугу. В остальные махāйуги деватā или р̣ш̣и исполняют назначение Вйāсы: разделение Веды в преддверии Кали-йуги. Например, следующим Вйāсой (в 29-ю махāйугу) будет Аш́ваттхāма. Именно по этой причине в Бхāг. 1.3.1–44, среди аватāров Виш̣н̣у, Кр̣ш̣н̣а-Вйāса упоминается до Рāмы, явившегося в 24-ю махāйугу Ваивасвата-манвантары, т.е. более чем за 4 махāйуги до последнего пришествия Бхагавāна Вйāсы.

Любопытна цитата из Падма-пурāн̣ы, которую мы находим у Рӯпы Госвāмина в «Лагхубхāгаватāмр̣те», 3.97:

калпāватāрā итй эте катхитāх̣ пан̃ча-вим̇ш́атих̣ пратикалпам̇ йатах̣ прāйах̣ сакр̣т прāдурбхватй амӣ


Рӯпа утверждает, что калпа-аватāры (они же лӣлā-аватāры) приходят раз в калпу. Гауд̣ӣанские йуга-авата̄ры приходят каждую йугу. Они как бы фиксированны, среди них, как мы помним из ЛК, ч. 40.5, Варāха, Капила, Нарасим̇ха, Рāма и Кр̣ш̣н̣а (опустим путаницу с собственными йуга-авата̄рами у чаитанитов). Однако лӣлā-аватāрами почему-то у чаитанитов считаются, помимо других, все те же Варāха, Капила, Нарасим̇ха, Рāма и Кр̣ш̣н̣а. Рӯпа говорит, что лӣлā-аватāры (калпа-аватāры) приходят раз в калпу, т.е. один раз в 4000 йуг, например, один раз в 1000 Двāпара-йуг, 1000 Кали-йуг, 1000 Кр̣та-йуг, 1000 Третā-йуг. А гауд̣ӣанские йуга-авата̄ры приходят каждую йугу, т.е. Кр̣ш̣н̣а приходит как минимум 1000 раз, и то же самое с другими йугами и йуга-авата̄рами в зависимости от гауд̣ӣанских версий.


Справка: 1 калпа = 1000 махāйуг (периодов по 4 йуги); 1 калпа = 4000 йуг: 1000 Кр̣та-йуг, 1000 Третā-йуг, 1000 Двāпара-йуг, 1000 Кали-йуг.


Вопрос: Если перечисленные лӣлā/калпа-аватāры приходят раз в калпу, т.е. один раз в 1000 йуг, то как же они могут приходить каждую йугу, будучи йуга-авата̄рами?

Если Кр̣ш̣н̣а — лӣлā/калпа-аватāра — приходит единожды в калпу, т.е. в одну из 1000 йуг (какую именно йугу, зависит, опять же, от гауд̣ӣанских версий), то 999 (девятьсот девяносто девять) йуг остаются без йуга-авата̄ры? И то же самое с другими «йуга-лӣлā-аватāрами» — Рāмой, Нарасим̇хой, Варāхой, Капилой. Если они уже приходили, то кто был йуга-авата̄рой в предшествующие их приходу 999 йуг? И кто будет йуга-авата̄рой в грядущие йуги?

На эти вопросы представители Чаитанйа-сампрадāйи ш́āстрово ответить не могут.


Кто-то скажет, что между йуга-авата̄рами и калпа-аватāрами нет различия. Тогда опять же два вопроса:

а) Кто был йуга-авата̄рой во все многочисленные йуги до нашего Кали, коих тысячи, если авата̄ры приходят лишь единожды в калпу?

б) Кто будет йуга-авата̄рами в следующие йуги и циклы йуг, если известные аватāры приходят единожды в калпу?

Получается, что в предыдущих йугах, за исключением трех самых близких к нашей эпохе Кали, не было йуга-авата̄ров, и в последующих йугах йуга-авата̄ров не будет. Поддерживая теорию о йуга-авата̄рах, последователи Чаитанйи, наряду с другими культами псевдобхакти, такими как культ Валлабхи, Нимбарки и др., загнали себя в апасиддхāнтовый тупик, из которого без потерь для культа выбраться уже невозможно.


25 аватāров, являющихся один раз в калпу, о которых говорит Рӯпа Госвāмӣ, невозможно ш́āстрово гармонизировать с йуга-авата̄рами. Понимая это, Рӯпа вынужден искать выход из сложившейся ситуации и находит его в использовании термина «ам̇ш́āм̇ш́а».

Прабхупāда переводит этот термин так: aṁśa — plenary portion; aṁśena — part of the plenary portion (см. Бхāг. 1.3.5).

Русский перевод ISKCON: ам̇ш́а — полная часть; ам̇ш́ена — часть полной части. Хотя «ам̇ш́āм̇ш́а» было бы правильнее перевести как «часть части».

Применяя термин «ам̇ш́āм̇ш́а», Рӯпа пускается в туманные разглагольствования о порциях и частях: в другие махāйуги приходит не сам Кр̣ш̣н̣а, а Его «полные части».


Объяснения гауд̣ӣанами Бхāг. 1.3.1-28 изобилуют ошибочными толкованиями, где-то, возможно, вызванными наивной ошарашенностью глубиной ш́локов и цеплянием за привычные, но эфемерные смыслы, а где-то опускающимися до самого дна невежества, как в объяснении «эте свāм̇ш́а-калāх… кр̣ш̣н̣ас ту бхагавāн свайам».


Обратим внимание на «plenary portion» в переводе и объяснении Прабхупāдой Бхāг. 1.3.5:


Первая часть ш́лока: एतन्नानावताराणां निधानं बीजमव्ययम्

Перевод Прабхупāды: «This form [the second manifestation of the puruṣa] is the source and indestructible seed of multifarious incarnations within the universe».

Русский пер. ISKCON: «Эта форма [второе проявление пуруши] — источник и неуничтожимое семя многообразных воплощений Господа во Вселенной».

«Источник и нерушимое семя» — очевидная тавтология, невозможная в Бхāгаватам. Тем более, что значения «источник» у слова «нидха̄нам» мы не находим даже в бенгальских словарях, если не считать, что «вместилище» или «сокровищница», распространенные значения, подразумевают не только нечто хранящееся в чем-то, но и нечто исходящее из этого чего-то. Мадхва в данном контексте отказывается от этих значений, ведущих ложным путем, и объясняет: нидхāнам атраикӣбхавантй анта ити — «в конце становится одним». Аватāры суть единый и лишенный различий Виш̣н̣у. В Нем нет делений на порции. Здесь «в конце» означает «во время пралайи», а не «когда разрушаются тела аватāров». Пуруш̣а и аватāры всегда суть Одно существо, и даже во время пралайи никто не видит их отличными. Отклик этого ш́лока мы услышим в «эте свāм̇ш́а-калāх̣ пумсах̣ кр̣ш̣н̣ас ту бхагавāн свайам».


Вторая часть ш́лока 1.3.5: यस्यांशांशेन सृज्यन्ते देवतिर्यङ्नरादयः

Перевод Прабхупāды: «From the particles and portions of this form, different living entities, like demigods, men and others, are created».

Русский пер. ISKCON: «Из частей и частиц этой формы создаются различные живые существа: полубоги, люди и другие».

О каких «частицах и частях» идет речь? Если они не тождественны Пуруш̣е, то как можно было отделить от Него кусочки, чтобы «из них» сотворить людей, богов и прочих тварей? Если же «частицы и части» должны обозначать аватāров, а «from» в переводе означает что-то вроде «от его частиц и частей» [произошли люди, боги и др. — пошел их род], то более правильным переводом будет «от аватāров Его аватāров». Но тогда все, кто принимал участие в ср̣ш̣т̣и (Брахма̄, Рудра, праджа̄патины), должны считаться аватāрами Виш̣н̣у… И как раз эту абсурдную мысль мы обнаруживаем в комм. Прабхупāды:

Therefore all three, namely Brahmā, Viṣṇu and Śiva, are incarnations of the Garbhodakaśāyī Viṣṇu. From Brahmā the other demigods like Dakṣa, Marīci, Manu and many others become incarnated to generate living entities within the universe.

Таким образом, все трое — Брахма, Вишну и Шива — воплощения Гарбходакашайи Вишну. От Брахмы происходят такие полубоги, как Дакша, Маричи, Ману и многие другие, порождающие живые существа во вселенной.



Цепочка «инкарнаций» Бхагавāна со все уменьшающимися достоинствами ничуть не удивительна для гауд̣ӣанского мышления. Странно, почему никто не доведет ее до логичного конца и не признает наконец, что мы, джӣвы, тоже в своем роде аватāры — аватāры аватāров аватāров в минус четырнадцатой степени?

В действительности, если бы «ам̇ш́а» в данном ш́локе означало «часть», то «ам̇ш́а̄м̇ш́а» следовало бы перевести как «часть части», которую можно назвать просто «частью», не правда ли? Однако «часть» как значение слова «ам̇ш́а» — это всего лишь распространенное в обиходе значение. Этой же линии придерживаются и составители словарей Апте и Монье. Практически все значения у них так или иначе связаны с частичностью или делением. Однако в ш́āстре эти значения, как правило, не употребляются применительно к Бхагавāну и джӣве.

Если мы посмотрим на значения √аш́, от которого образовано слово «ам̇ш́ах̣», то мы не найдем явных значений частичности, зато множество значений, подобающих Бхагавāну или Его сам-аватāру.

С другой стороны, часть части это не одно и то же, что просто часть чего-то общего. Одно дело, когда мы говорим о пальце как о части руки, и другое, если мы ведем речь о пальце, как о части всего тела. Тут все зависит от того, насколько подробно мы хотим описать тело и насколько точно указать места составных частей тела, но даже если так, нет смысла говорить «часть части», если можно выразиться естественно и понятно, сказав часть руки вместо «часть части». У слова «ам̇ш́а» есть другие значения и Гӣтā это подтверждает.

В Дхāту-пāт̣хе: аш́ вйāптау.

Āчāрйа Мадхва в объяснении Бхāг. 1.3.5 говорит: «…ам̇ш́āм̇ш́ена сāмартхйаикадеш́ена…».

«Ам̇ш́āм̇ш́ена сāмартхйаикадеш́ена»: первое слово «ам̇ш́а» самāсы «ам̇ш́āм̇ш́а» означает «сāмартхйам», могущество, ш́акти, а второе «ам̇ш́а» — малую часть, толику: «толикой Его мощи создаются девы, звери, люди и другие твари».


Но почему бы этой строке не быть доказательством теории о том, что если я на своем уровне тоже участвую в цепочке творения — сотворил, например, стишок или породил сына, то я Виш̣н̣у? Конечно, не Виш̣н̣у о 60-ти качествах, а Виш̣н̣у о паре качеств: аватāр аватāрович аватāров. Потому что в Брахма-пурāн̣е есть другие слова Вйāсы, созвучные с объяснением Мадхвāчāрйи и опровергающие теорию «частичности» гауд̣ӣан.

यच्छक्त्यैकांशसम्भूतं जगदेतच्चराचरम्

«Тот, из единственной частицы силы которого возник этот движно-недвижный мир».


В связи с этим обращает на себя внимание комм. Виш́ванāтхи к Бхāг. 1.3.28 (сарвеш̣āм̇ сāдхāран̣а-прайоджанам āха…). Он утверждает, что все аватāры Хари пӯрн̣а-ш́акти, и цитирует Махāварāха-пурāн̣у: сарвве нитйāх̣ ш́āш́ватāш́ча…, но потом оговаривается: сатйам… — это все, конечно, так, однако мы проводим между ними тāратамье, насколько они проявляют (пракат̣а) или не проявляют разные ш́акти, кто из аватāров сколько ш́актей явил, тот такое место в бхагават-тāратамье и заработал. В подтверждение он приводит такое прамāн̣ие:

शक्तेर्व्यक्तिस्तथाव्यक्तिस्तारातम्यस्य कारणम…

Откуда сие прамāн̣ие? Из «Лагхубхāгаватāмр̣ты»! Неудивительно, что из ш́āстр прамāн̣ не нашлось. Подобные идеи в ш́āстрах не фигурируют, поэтому адептам культа Чаитанйи ничего другого не остается, как цитировать друг друга и ссылаться на внутрисампрадāйные сочинения.

Вполне уместный вопрос: откуда Виш́вана̄тхе знать, кто, что и сколько явил? Откуда ему знать, что явил Матсйа и возможна ли по отношению к Рыбе супружеская любовь? Была ли у него возможность узнать это у других рыб или у тех вечных спутников-Сверхрыб, которые, возможно, окружали Бхагава̄на?

Существенный момент: в отличие от других лӣл Бхагавāна, Кр̣ш̣н̣а-лӣлā описана довольно подробно. Неудивительно, что Виш́вана̄тха делает свайам-бхагава̄ном того из авата̄ров, о ком ему больше всего известно. Да и где прамāн̣ы тому, что Кр̣ш̣н̣а явил больше ш́актей, чем Бхагавāн в своих других рӯпах? Есть ли сравнительный анализ явления ш́актей?


Гауд̣ӣанская теория разделения Бхагава̄на на «полные части»-авата̄ры не вписывается в ш́а̄стра-сиддха̄нт: Бхагавад-рӯпы и Бхагавад-аватāры всегда полны и неделимы. Никаких полу-Кр̣ш̣н̣, полу-Рāмачандр в ш́āстре нет. Смысл, который вкладывает Рӯпа в термин «ам̇ш́āм̇ш́а», ошибочен. В отличие от Рӯпы, о «полных частях» Бхагавāна ш́āстры не говорят.


§

Йуга-дхарма


Миссия гауд̣ӣанских йуга-авата̄ров — установить йуга-дхарму для каждой йуги. Миссию установления йуга-дхармы в наш век Кали гауд̣ӣанская аватāрология отводит Чаитанйе.

Прабхупāда, предисловие к ЧЧ, Āди-лӣлā, гл. 3: «Как сказано в ведических писаниях, в эпоху Кали люди должны совершать нама-санкиртану, то есть совместно петь святое имя Господа. Чтобы открыть людям этот путь, в каждую Кали-югу на землю приходит воплощение Господа <…> Вот почему Господь Кришна пришел на землю Сам, в облике Господа Чайтаньи, вместе со Своими полными экспансиями. В этой главе говорится, что Господь Кришна явился в Навадвипе как Шри Кришна Чайтанья Махапрабху именно с этой целью».

ЧЧ, Āди, 3.40:

кали-йуге йуга-дхарма — нāмера прачāра
татхи лāги’ пӣта-варн̣а чаитанйāватāра


Перевод Прабхупāды и ISKCON: «Религия эпохи Кали — проповедь славы святого имени. Только ради того, чтобы прославить святое имя, Господь явился в облике Шри Чайтаньи — аватары желтого цвета».


Эпоха Кали началась 5116 лет назад (2015 г.). Чаитанйа родился в 1486 г. через 4587 лет после начала века Кали. Чаитанйа, йуга-авата̄ра века Кали, установил йуга-дхарму — сан̇кӣртану — всего лишь 529 лет назад. Иначе говоря, до появления Чаитанйи в наш век Кали на протяжении 4587 лет йуга-дхармы не было.

Вопросы:

1. Если йуга-авата̄ры устанавливают йуга-дхарму, то какие именно аватāры устанавливали йуга-дхарму в другие йуги?

Ответы на этот вопрос у последователей Чаитанйи слишком туманны и ш́āстрами не подтверждаются.


2. Разве ш́āстры говорят о йуга-авата̄рах, установивших йуга-дхарму в век Кали?

По мнению традиционных последователей Чаитанйи йуга-авата̄рой, установившим йуга-дхарму в Двāпара-йугу, был Кр̣ш̣н̣а. И это вновь не стыкуется с прамāн̣ами, т.к. Кр̣ш̣н̣а родился в самом конце Двāпара-йуги, поэтому установление йуга-дхармы для целой Двāпары, когда йуга подошла к концу, — не более, чем аш́āстровая чепуха. Это абсурдно не только с точки зрения ш́āстры, но и здравого смысла.


ЧЧ, Āди, 3.19:

йуга-дхарма правартāиму нāма-сан̇кӣртана
чāри бхāва-бхакти дийā нāчāму бхувана


Перевод Прабхупāды и ISKCON: «Я положу начало религии этого века — нама-санкиртане, совместному пению святого имени. Пусть весь мир затанцует от счастья, наслаждаясь четырьмя расами любовного преданного служения».


ЧЧ прямо и однозначно заявляет: Чаитанйа — зачинатель нāма-сан̇кӣртаны, т.е. до Чаитанйи нāма-сан̇кӣртаны как явления не существовало. Несколько исторических фактов опровергают это заявление:

а) За 400 лет до рождения Чаитанйи сан̇кӣртание — воспевание святых имен — уже было распространено среди тамильских ш́аивов.


Кто-то может возразить: йуга-дхарма века Кали и миссия Чаитанйи — это воспевание имен Кр̣ш̣н̣ы!


б) За 350 лет до рождения Чаитанйи сан̇кӣртание, как йуга-дхарма, было распространено в южной Индии среди ваиш̣н̣авов ш́рӣ-сампрадāйи.


в) За 250 лет до рождения Чаитанйи, благодаря Мадхвāчāрйе, его ученикам и движению харидāсов, Кр̣ш̣н̣а-сан̇кӣртание уже было широко распространенным явлением практически по всей территории Индии, в особенности на Юге.


Разумеется, история сан̇кӣртаны не исчерпывается упомянутыми нами фактами, хотя и этих трех примеров достаточно, чтобы опровергнуть заявление о том, что Чаитанйа является основоположником сан̇кӣртаны и йуга-авата̄рой, установившим йуга-дхарму в наш век Кали.


Если в ш́āстре нет даже понятия «йуга-аватāра», не говоря уже о самих йуга-аватāрах, каким образом тогда устанавливается йуга-дхарма?

Веда — нитйа-татва — всегда присутствует на Земле. Р̣ш̣и раскрывают суть Веды. Ману определяют направление жизни обществ. Ш́āстра направляет общество и корректирует представления о мире. В обществе всегда есть общее понимание дхармы. Недаром ш́лок Бхāг. 11.5.32 находится в череде ш́локов пятого скандха Бхāгаватам — среди ответов девяти йогендр рāдже Ними, в том числе и о йуга-дхарме.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи


ЧЧ, Мадхйа 9.256-257



āчāрйа кахе, — ‘варн̣āщрама-дхарма, крьшн̣е самарпан̣а’
эи хайа крьшн̣а-бхактера щрешт̣ха ‘сāдхана’ (256)


Русский перевод ББТ: «Ачарья ответил: Лучшее средство достижения высшей цели жизни — это выполнение представителями четырех каст и четырех ашрамов своих обязанностей ради Кришны».



пањча-видха мукти’ пāњā ваикун̣т̣хе гамана
‘сāдхйа-щрешт̣ха’ хайа, — эи щāстра-нирӯпан̣а (257)


Русский перевод ББТ: «Человек, который посвящает Кришне все то, что он делает, исполняя свои обязанности в варнашрама-дхарме, может обрести любой из пяти видов освобождения. Так он попадает в духовный мир, на Вайкунтху. Это высшая цель жизни, что подтверждают все богооткровенные писания».


Утверждение якобы „таттвава̄дӣ-а̄ча̄рйи“ в этих стихах полностью расходится с татвава̄дом и татвава̄дом не является. Предложенная от лица таттвавāдӣ-āчāрйи версия татвавāда свидетельствует о полном незнании автором ЧЧ сути татвавāда.


Варн̣а — не телесная категория. „Четыре цвета“ Гӣты — чāтурварн̣ие, в корне отличаются от господствующей ныне идеи „четырех каст“. Прамāн̣ии, подтверждающие свабхāвность варн̣, собраны Мадхвой в «Гӣтā-тāтпарье» 4.13 „ча̄турварн̣йам майā срьшт̣ам̇…“. Гӣтā говорит исключительно о сущностной природе, индивидуальной самобытности џӣвы. Требуется обнаружить подлинный цвет души. Совершенством человеческой жизни является полное раскрытие неповторимой самости, свабхāва. Мукти, или освобождение, есть состояние наслаждения блаженством самости.

Жизнь в путах (сам̇сāре) не что иное, как урок, помогающий индивидуальной душе выявить и раскрыть то, что уже укоренено внутри. Другими словами, раскрытие самости происходит в строгом соответствии с ее внутренней самобытностью.

Самобытность џӣвы — это его естественная жизнь, его вольница, внутренние черты, искони определяющие џӣву. Их не изменить никакими усилиями. Сāттвика, или чистосердечная душа, никогда не превратится в тāмасу, злонамеренную. Тāмаса никогда не обернется сāттвиком.

Варн̣, цвет, не передается по наследству: он глубоко и необратимо индивидуален, его определяет сущностная, собственная самобытность. Таков правильный общественный уклад. В таком укладе сын обслуги (щӯдры) может стать бескорыстным мыслителем (брāхман̣ом). И напротив, даже сын брāхман̣а может оказаться щӯдрой.

स्वाभाविको ब्राह्मणादिः शमाद्यैरेव भिद्यते । योनिभेदकृतो भेदो ज्ञेय औपधिकस्त्वयम् ॥ (Гӣтā-тāтпарйа-нирн̣айах̤, 4.13): „В основе естественного деления на четыре варн̣а лежат щам (невозмутимость чувств) и прочие признаки. Деление, основанное на происхождении, должно пониматься как исключительно условное“.

Исполнение свадхарма (причем) является всего лишь одним из средств достижения или обретения Знания (с большой буквы означает апарокшйам), которое в первую очередь пробуждает бхакти, являясь слагающим бхакти. Линия мысли автора понятна, мол, щуддха-бхакта поклоняется Крьшн̣е щраван̣а-кӣртанием, а татвавāдӣ — свадхармāчаран̣ием. И чтобы эту мысль подтвердить, Чаитанйа цитирует слова Прахлāды из Бхāгавата 7.5.23-24 (см. ЧЧ, Мадхйа 9.260): „щраван̣ам̇-кӣртанам̇-вишн̣ох̤-смаран̣ам̇“. Да только в словах Прахлāды совсем другой смысл, нежели автор от лица Чаитанйи предлагает в качестве противопоставления.

Апарокша-Знание и только оно дает мокш по милости Бхагавāна, это тāтпарье всех Упанишад, и Мадхва совершенно ясно и неоднократно показывает это прамāн̣ами. Татвавāдӣ-āчāрйа не мог быть ну настолько невежественным в сиддхāнте.

Разумеется, свадхарм играет важную роль для парокша-џњāнина. Карма — это только помощь в достижении апарокша-Знания и соответствующей ему бхакти. После Знания кармы совершают не ради мокша, а ради полного раскрытия āнанда в мокше. Бхāшье щлока Гӣты 3.20 „карман̣аива хи сам̇сиддхим̇“... является одним из развернутых примеров подобного толкования.

Причем даже в этом случае совершение / несовершение сат-кармени апарокша-знавцем — это его прāрабдха-карма. Никто не сможет достичь большего āнанда в мокше, чем достоин по сварӯпу.


Таким образом, смысл щлока Гӣты 3.20, судя по комментарию, А. Ч. Свāмӣ прояснить не смог: „Хотя человеку, развившему в себе сознание Кришны, ничего не нужно в этом мире, он все равно продолжает трудиться, чтобы своим примером научить людей тому, как следует жить и действовать. Опытные преданные, обладающие сознанием Кришны, всегда знают, как поступать, чтобы вести за собой других“.

Щрутьи говорят о достижении мокша лишь апарокшйа-Знанием, это же подчеркивается и в Гӣте 2.51 и в Пуруша-сӯкте: „Мокш достижим не иначе, как Знанием“. А Џанака и Прийаварата как раз и есть апарокша-знавцы, как о них говорят Махāбхāрато, Бхāгавато и др.

Нам же автор ЧЧ предлагает неправильное понимание варн̣ и сути татвавāда, в котором совершенство (что бы под этим в данный момент ни понималось) достигается лишь исполнением варн̣овых, причем кастовых, обязанностей. Соблюдение варн̣āщрама с поднесением дел Крьшн̣е не есть непосредственно мокша-сāдхание.

Поклонение Бхагава̄ну свадхармом и щраван̣а-кӣртанием вовсе не противоречат друг другу. Складывается впечатление, что сāдхаку надо работу бросить, иначе помнить или, например, āтма-ниведанам творить просто нет никакой возможности. Такое представление привело к появлению в среде псевдоваишн̣авских сект класса ба̄бāџей. Они как бы не тратят время на мирскую жизнь и целиком посвящают себя так называемому „преданному служению“. Словно Крьшн̣а не говорит „мāм анусмара йуддхйа ча“ \ „сражайся, помня Меня“. Сāдхание заключается не только и не просто в слушании-повторении… (щраван̣а-кӣртана…), а в осознанном действии, т.е. действии со знанием. Щраван̣а-кӣртанāди — это признаки бхакти (бхактищ чен навалакшан̣ā), а не эксклюзивные средства ее достижения. Бхакти небездружна знанию. Равно важно и понимание бесконечной славы Бога. Понимание величия Бога необходимо вызывает бхакти — преданную любовь к Нему. Это понимание рождается из татва-знания.

Путь џњāна-йога, верховного знания, отнюдь не противоположен карме, действию. Дихотомия пути действия для невежд и пути знания для посвященных абсурдна. Знание без действия сводится к бесплодному интеллектуальному упражнению. Действие без знания — не более, чем слепая традиџия.

Для развития знания недостаточно физического зрения. Необходимо, чтобы открылось внутреннее око; необходимо обратить свой взор внутрь. Для этого есть только два пути: непосредственный опыт и слова мудрости, завещанные нам провидцами Веда. Их слово, как факел, освещает нам путь. В его свете мы пройдем этим путем и найдем Истину. Поэтому совпадение слова Веда и нашего непосредственного опыта служит высочайшим критерием верности наших убеждений. Чтобы прийти к нему, нужна практика непрерывного слушания, размышления и вницания.

Неприемлемо даже духовное утверждение, если оно противоречит моей совести. Пробужденная совесть сможет открыть для себя неразрывную целостность, лежащую в основе всех ведних утверждений. Брахма-сӯтра, Бхāрато, Пањчарāтро, Пурāн̣ы были созданы, чтобы показать непрерывность единого смысла в Ведах. Эти данности — главные источники знания. Слова смрьтей (нравственных законов), авторами которых являются Ману и другие мудрецы, приемлемы как достоверные источники, только если согласуются с сущностным смыслом Веда. Они не могут служить высшими авторитетами сами по себе.

Смысл есть только в предании себя Богу. Необходимо вручить себя голосу одаренных высоким опытом боговедцев, ведовидцев, — вручить себя слову Веда. Надо познавать через ведние слова, познав, испытывать знание, испытав — увидеть, увидев — погрузиться в увиденное, погрузившись всецело — достичь искомого. Для этого и необходимо предать себя во власть Бога; знать через предание; познав, предаться вновь. Пребывающий в таком сознании обладает ключом к радости.

यमेवैष वृणुते तेन लभ्यस्तस्यैष आत्मा विवृणुते तनूं स्वाम् ॥ (Кāт̣хака, 1.2.23, и Āтхарван̣а, 3.2.3)

„Кого Он, Парамāтмā, принимает [„он Мой бхакта“], тому открывает Свое сварӯпо“.
Потому ни знание, ни бхакти не являются непосредственной причиной мукти или освобождения — но милость Бхагавāна, вызванная ими. Когда причина достижения лежит не в осознавшем и испытывающем и не в осознании и опыте, но в предмете опыта, то это называется прасāдах̤:

जिज्ञासोत्थज्ञानजात् तत्प्रसादादेव मुच्यते ॥

„Мукти достигается только Его милостью, вызванной џњāнием как прямым ви́дением Его, что рождается из поиска подлинного знания в достоверных источниках и постижения его смыслов в поиске бессомненности, позволяющей сосредоточиться на этих смыслах в дхйāнии“.

Хотя бхакти и џњāние неразделимы и являются разными ликами одного и того же явления, именно на бхакти указывает Мадхва как на отправную точку в сāдхании, и на бхакти указывает он как на пхалам — высшее обретение, сиддхих̤:

भक्त्या ज्ञानं ततो भक्तिस्ततो दृष्टिस्ततश्च सा ।
ततो मुक्तिस्ततो भक्तिः सैव स्यात् सुखरूपिणी ॥ (Анувйāкхйāнам, 3.4)

„Благодаря бхакти (как сварӯповой расположенности к почитанию Ӣщвары) приобретается знание (парокша-џњāние); благодаря парокша-знанию возникает бхакти (как осознанная преданность и желание поклоняться Ӣщваре), в такой бхакти приходит дрьшт̣и, знание-ви́дение Бхагавāна, апарокша-џњāние, которая становится причиной бхакти как непрерывного потока всепобеждающего снеха, за которым следует мукти, за которой следует снова бхакти — являющаяся вечным переживанием неизъяснимого счастья, самоцелью џӣвьего бытия“.

Эта окончательная бхакти уже не является средством получения знания, средством обеспосредования знания, средством достижения святой свободы — это та вечная жизнь, которая сама по себе, а не только в силу отсутствия смертного тела и связанных с ним страданий, приносит неисчерпаемую радость сāттвика-џӣве:

हरेरुपासना चात्र सदैव सुखरूपिणी ।
न तु साधनभूता सा सिद्धिरेवात्र सा यतः ॥ (БСБ, 4.4.21)

„Там, в мукти, богование (упāсанā) Харайа и является вечным и непрерывным счастьем, а не целеванием — сāдханием — путем, ибо в такой упāсане и состоит сиддхи — совершенство — исполненность — наивысь свободного џӣвы“.

Подытоживая, вспомним замечательное определение бхакти Џайатӣртхой в Нйāйасудхе:

परमेश्वरभक्तिर्नाम निरवधिकानन्तानवद्यकल्याणगुणत्वज्ञानपूर्वकः स्वात्मात्मीयसमस्तवस्तुभ्योऽनेकगुणाधिकोऽन्तरायसहस्रेणाप्यप्रतिबद्धो निरन्तरप्रेमप्रवाहः । यमधिकृत्य ‘यत्र नान्यत्पश्यति’ ‘सा निशा पश्यतो मुनेः’ इत्यादिश्रुतिस्मृतयः ।

„Бхакти к Парамещваре есть непрерывный, в предзнании Его безграничной бесконечной безупречной достокачественности, поток премени (любви), во много крат превосходящего любовь к себе и всему своему-родному, неуклонный даже перед лицом тысяч препятствий. О такой бхакти слова щрути и смрьти: йатра нāнйат пащйати \ „…где не видит ничего иного“; сā нищā пащйато мунех̤ \ „для обретшего зрение мыслителя [бдение существ] — это ночь“ и другие“.


Йог (в просторечии „йога“) — состояние осознания сопряженности всех слагающих своего бытия, от побуждений до плодов поступков, с Бхагавāном. Йогӣ, бхакта, (в просторечии „йог“) — тот, кто стремится достичь такого состояния или пребывает в нем. Такое целостное сочетание путей знания, действия и преданности составляет совершенное направление человеческой жизни.
Таков татвавāд — щāстровый путь к бхакти с бхактью же.


Вывод


Представленный на страницах ЧЧ спор Чаитанйи с якобы татвавāдӣ-āчāрйей по сути своей беспредметен, т.к. ответ таттвавāдина татвавāдом не является, а сам такой āчāрйа кто угодно, но только не татвавāдӣ.



В статье использованы материалы из Ежевременника Н. Дивногорского.




продолжение будет


Кто?

Jun. 14th, 2014 12:27 pm
vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Преждѣ чѣм манйате, почитать кого-либо сāдховом, нам надо быть абсолютно увѣренными. Асад-упāсаніе, ложное поклоненіе, основанное на ложном возвеличеніи, на ложном отождествленіи, гораздо страшнѣе, чѣм неопознаніе в судурāчāрѣ любимца Господа. Если физически или публицистически я буду противостоять дурāчāру божественной личности, не замѣтив внутри ваішн̣ава (или даже замѣтив!), мнѣ воздастся пун̣ьем, ибо я исполню должное, поступлю правильно. Если я буду почитать, даже мысленно, дэвом или рьшином зауряднаго человѣка в отсутствіе каких-либо указаній на его дэвій свабӿāвъ̤, такое лжеупāсаніе приведет меня к ложным взглядам, усугубленію пāпа и непріятію правды.

Достаточныя и недостаточныя свидѣтельства божественности судурāчāры


Остаточныя и поверхностныя проявленія бӿакти не могут расцѣниваться как отголоски былого и будущаго величія. То, что „бывшій“ не материт Нерожденнаго, а признает „годы духовной практики важным этапом своего становленія как личности“, или продолжает проживать в индійских тропиках-субтропиках, героически не сбѣгая в северный хлад и смрад, или устроился в нишах примиренчества, портняжа пушистых франкенштейнов методом мультирелигіознаго синтеза, не обнаруживает его ваішн̣авскій потенціал и не оправдывает его дурāчāръ̤.

Годы ваішн̣авской „практики“ за плечами тоже не указывают на временно отошедшаго йогина или пытливца. Во-первых, для большинства людей исполненіе религіозной обрядовости не отвѣчает их природной предрасположенности, а значит и не может быть основным дѣлом, карменем в карма-йогѣ. Дѣлал ли человѣк то нужное и цѣнное, что ожидалось в этой жизни именно от него, что было дано ему сдѣлать — это уже вопрос. Во-вторых (и в-главных), аттрибутика ваішн̣ава-дӿарма, повтореніе мантров и имен, проповѣдь тѣх или иных идей могут быть проникнуты невѣжеством, а значит быть недѣйствительными. Если человѣк исповѣдует вѣрные взгляды, то судить о том, насколько глубоко он их воспринял, с наших позицій почти невозможно. Но если его прежнія, в бытность „ваішн̣авом“, убежденія — фантазіи, бред, расходящійся с реальностью щāстр и міра, то это самоочевидно, и говорить становится не о чѣм: налицо отсутствіе одного из основных — и главнаго видимаго — признаков как дэвы, так и йогина или скромнаго џиџњāсова. Обрядовость, аттрибутика и терминологія без должнаго знанія и пониманія — спесь.


Из ежевременника Ashvattho



vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


Сравнительный анализ комментариев к 10.87.23 и выводы


Судить об искаженности источника или его частей следует по объясняемым в комментариях словам, в нашем случае словам щлока. Если в комментарии объясняются слова, которых нет в пāт̣хе, значит комментаторы на тот момент пользовались уже искаженным текстом. Таким образом, по комментарию мы можем отчасти воссоздать тот щлок, который комментатор объяснял, и не факт, что воссозданный по старинному комментарию он будет совпадать с прошедшим через руки редактора, издателя.

Воссоздание щлока по комментарию (объясняемым словам) может показать, к какому именно тексту комментатор обращался. Широкое распространение получило издание Бхāгавата-пурāн̣ия с одиннадцатью комментариями, в которых дается щрӣдхаровская версия текста. Среди этих комментариев есть работа Виџайадхваџа Тӣртхи «Падаратнāвалӣ», в которой мы встречаем пример расхождения объясняемых слов в комментарии и слов щлока щрӣдхаровского текста издания.


Заглянем в комментарии, на основе которых с наибольшей вероятностью выстраивали свое толкование щлока 10.87.23 последователи Чаитанйи. Мы выяснили, что цитируемый щлок в ЧЧ, Мадхйа 9.123, встречается и у Щрӣдхары Свāмина, хотя и с небольшими изменениями, и является искажением щлока Бхāгавата 10.94.24, а искажение щлока приводит к искажению смысла.


Примечание: мы не будем подробно рассматривать каждый комментарий, лишь обратимся к сути некоторых из них.



Щрӣдхара Свāмӣ


Свой комментарий Щрӣдхара начинает с объяснения дхйāния, обращая внимание на его значение в щрути.

इदानीम् „आत्मा वाऽरे द्रष्टव्यः श्रोतव्यो मन्तव्यो निदिध्यासितव्यः“ इत्याद्याः श्रुतयो ध्यानमङ्गत्वेनोपदिशन्तीत्याह …मनोऽक्षदृढयोगयुज इति । मरुत्प्राणो मनश्चाक्षाणि इन्द्रियाणि च निभृतानि संयमितानि यैस्ते च दृढं योगं युञ्जन्ति ते दृढयोगयुजस्ते तथाभूताः मुनयो हृदि यत्तत्त्वमुपासते तदेवारयोऽपि तव स्मरणाद्ययुः प्रापुः स्त्रियोऽपि कामतः उरगेन्द्रभोगभुजदण्डविषक्तधियः अहीन्द्रदेहसदृशयोर्भुजदण्डयोर्विषक्ता धीर्यासां ताः परिच्छन्नदृष्टयः समदृशः सममपरिच्छिन्नं त्वां पश्यन्त्यो वयं श्रुत्यभिमानिन्यो देवता अपि ते समा एव कृपाविषयतया अङ्घ्रिसरोजं सुष्ठु धारयन्त्यः अयं भावः इत्थम्भूतस्तव स्मरणानुभावः योगिनस्त्वां हृद्यालम्बनमुपासते याश्च वयं त्वां समं पश्यामो याश्च स्त्रियः कामतः परिच्छिन्नं ध्यायन्ति ये च द्वेषेण सर्वानपि तांस्त्वामेव प्रापयतीति ।


Естественно, у Щрӣдхары нет разделения на Парамāтмана и безличного Брахмана, как у гауд̣ӣй. Его идеи куда ближе по духу к адваитавāду. Гауд̣ӣйи утверждают, что враги достигают безличного Брахмана, йоги – Парамāтмана, бхакты – Бхагавāна, а по мнению Щрӣдхары враги, йоги и бхакты достигают одной цели.

То татво, которое культивируют в своих сердцах муни (मुनयो हृदि यत्तत्त्वमुपासते), достигают и враги, помня о Тебе (तदेवारयोऽपि तव स्मरणाद्ययुः), а женщины достигают, вожделея (प्रापुः स्त्रियोऽपि कामतः)…

Змей сравнивается с руками. Объясняется, что такое кāма. Женщины, чьи помыслы и сознание привязаны к Твоим змееподобным рукам (उरगेन्द्रभोगभुजदण्डविषक्तधियः अहीन्द्रदेहसदृशयोर्भुजदण्डयोर्विषक्ता धीर्यासां), ограничены в своем видении (ताः परिच्छन्नदृष्टयः).

Вот такого Тебя мыслями йогины удерживают в сердце и Тебе поклоняются. Есть и те, кто ненавидит Тебя, но все они достигают Тебя.

А мы дэваты, щрути-абхимāнины, содержим в себе амрьту Его стоп (पश्यन्त्यो वयं श्रुत्यभिमानिन्यो देवता अपि ते समा एव कृपाविषयतया अङ्घ्रिसरोजं सुष्ठु धारयन्त्यः).

Синтаксисом и падежами Щрӣдхара немного отличается от гауд̣ӣйского варианта щлока, в котором, например, вместо щрӣдхаровского समम् \ самам используется самāх̤ (ЧЧ, Мадхйа 9.123 / Бхā. 10.87.23).


Суть: Йоги достигают Тебя с помощью дхйāния, женщины видят Тебя ограниченно и достигают Тебя, вожделея, двешины достигают Тебя с помощью двеша. Таким образом, кто как, но все они встречаются в одной точке. Однако, дальше следует молитва Щрӣдхары к своему ишт̣а-дэве (Нарасим̇хе):

चरणस्मरणं प्रेम्णा तव देव सुदुर्लभम् । यथाकथञ्चिन्नृहरे मम भूयादहर्निशम्

Очень сложнодостижимо памятование Твоих стоп в преме (вероятно, не двешем, не вожделением, а именно памятование премой). Каким угодно образом, но пусть это будет у меня, о Нрьхари, и денно, и нощно.

Как видим, сам Щрӣдхара хочет видеть Хари в преме. О стрийах̤ как о гопӣ он не говорит. Стрийах̤ по его мнению это женщины, которых он упоминает наряду с йогинами, Веда-абхима̄ни-дэватами (непонятно, кого именно он тут имеет ввиду) и двешинами. Кāму Щрӣдхара не расшифровывает как прему. В конце он молится о преме, правда, не очень ясно, хочет ли он достичь премы любым образом (यथाकथञ्चित्) или према достижима любым образом (ненавистью, вожделением и т.д.).

Даже поверхностное знакомство с комментарием Щрӣдхары показывает, что его взгляды отличаются от того, что утверждают гауд̣ӣйи. Складывается впечатление, что гауд̣ӣйи подгоняли свой комментарий под свои же идеи, хотя щлоки брали в целом такие же, как у Щрӣдхары, а не из пāт̣ха.


Вам̇щӣдхара


Вам̇щӣдхара дает два комментария. В одном из них „стрийах̤“ объясняется как гопӣ. Опять же фигурирует сравнение рук Крьшн̣ы со змеями. В первой части объяснения он дает общий смысл комментария Щрӣдхары.

इदानीमीश्वरभजने ध्यानमङ्गत्वेनापदिशन्त्यस्त्वां स्मरता सर्वेषां तुल्यैव त्वत्प्राप्तिरित्याहुः

Достижение Тебя доступно всем, как бы они о Тебе не помнили, главное, чтобы было дхйāние, неотрывное сосредоточение.

Те, кто, подчинив себе чувства и ум, неотступно и в йоге поклоняются Тебе, те, кто помнят Тебя из ненависти, такие как Кам̇са и Чаидйа, те, кто мечтают об объятьях Твоих рук — гопӣ (согласно только Вам̇щӣдхаре, т.к. Щрӣдхара этого не утверждает), те, кто видит Тебя как целое и неделимое, — все они достигают Тебя. Удивительна сила памятования о Тебе, которая всех приводит к Тебе.

По мнению Вам̇щӣдхары в этом щлоке раскрывается слава памятования о Нāрāйан̣е. Как бы человек не помнил о Нем, так или иначе все равно он достигает Его. Само памятование настолько могущественно, что даже из ненависти и вожделения они все достигают Тебя. И вожделение, и ненависть употребляются здесь со словом „даже“. Это достижение точно такое же, как и у бхакт.

Далее Вам̇щӣдхара рассуждает о сути комментария Вищванāтха, в котором уже появляются савищеша- и нирвищеша-Брахман:

अत्र ज्ञानिनां मते सविशेषनिर्विशेषभेदेऽपि निर्विशेष एव तात्पर्यम्

Вам̇щӣдхара затрагивает и слова Нӣлакан̣тха:

Естественно, он отсылает к седьмому скандху: गोप्यः कामाद्भयात्कंसो द्वेषाच्चैद्यादयो नृपाः. То же настроение, что и у гауд̣ӣй: все они достигли Бхагавāна тем или иным способом. В адрес щрути вываливаются всякие помои. Щрути и карма — неотделимые с его точки зрения понятия.

एव ह्येवेति श्रुतिस्तु कर्मगोचरगतिविषया न ध्यानविषया

Суть: Каких-то существенных отличий от Щрӣдхары нет. „Стрийах̤“ это гопӣ, что сближает его с гауд̣ӣйами.


Валлабха


Валлабха Бхат̣т̣а в своем комментарии «Субодхинӣ» следует щрӣдхаровской версии текста.

तस्मात्केनाप्युपायेन मनः कृष्णे निवेशयेदिति भगवच्चरणपरतैव प्रयोजिका

Необходимо любым способом сосредоточить свой ум на стопах Крьшн̣ы.

У Валлабхи нет аспектов, встречающихся у Вищванāтха и других гауд̣ӣй (нирвищеша-Брахман и пр.). В отличие от Щрӣдхары, который довольно неопределенно говорит „того же татва они достигают“, Валлабха высказывается конкретно:

तदेव भगवत्स्वरूपं तदरयोऽपि स्मरणाद्ययुः सर्वात्मना यत्रैव मनो निविशते त एव प्राप्नुवन्तीति विहितानां निषिद्धानां तुल्यैव गतिरुक्ता । अनेन [भगवति?] प्रमेयबलमेव मुख्यं न प्रमाणबलमित्यपि सूचितम् । उभयेषामेषामन्तर्मुखता वर्तत इति बहिर्मुखानप्याह - स्त्रिय इति ।

Даже Его враги достигают того же бхагават-сварӯпа. На чем сосредоточили свой ум, того и достигают. Тот, кто следует положению должному, и тот, кто следует запрещенному, достигают одного назначения. Здесь главное – это сила Бхагавāна, как объекта их внимания, а не то, каким образом они это внимание сосредоточили. Внимание и тех, и других обращено внутрь [на Бхагавāна] (одни ненавидят Его, другие поклоняются Ему в сердце).

उरगेन्द्रस्य शेषस्य भोग इव काय इव यौ बाहू तत्र च विषक्ता धीर्यासां तादृश्यो गोप्यः अतिबहिर्मुखाः वयं च श्रुतयः अन्तर्मुखाः सर्वादरणीयाः एवं पुरुषाः स्त्रियश्च सर्व एव ते समाः । यतो भगवान् समदृक् सर्वानेव स्वकीयान् समत्वेन मन्यते । <…> वयं च श्रुतयः „सर्वे वेदा यत्पदमामनन्ति“ इति ।

Вместо бхуџа стоит бāхӯ (बाहू), его он и комментирует.

Из-за того, что были переставлены строки, предыдущий щлок о том, что двешем двешины достигают страдания, но никак не счастья (на раманти), оказался разорванным и рассыпался, так сказать. В разорванном щлоке все перемешалось и это привело к уравниловке.

Несмотря на несложный язык Щрӣдхары, в его комментариях надо разбираться, в отличие от Валлабхи, язык которого довольно прост и понятен. Может быть, в этом он Щрӣдхару и превзошел. Возможно, это и имелось ввиду, когда Валлабха якобы говорил на встрече с Чаитанйей (сам факт встречи, как мы помним, оспаривается последователями Валлабхи), что его комментарий превзошел Щрӣдхару:

ЧЧ, Антйа 7.113: бхāгавате свāмӣра вйāкхйāна… \ „Я разбил комментарий Щрӣдхары Свāмина…“.

ЧЧ, Антйа 7.114: сэи вйāкхйā карена… \ „Его объяснения разрознены и в них много противоречий. Ни одного его слова нельзя принять“.


Как видим, комментарий Валлабхи по сути не отличается от комментария Щрӣдхары, хотя Валлабха на него не ссылается. Вероятно, не так уж неправы последователи Валлабхи, утверждающие, что Валлабха Махāпрабху (именно так они называют своего кумира) никогда не встречался с Чаитанйей Махāпрабху, а значит Валлабха не мог отрицать Щрӣдхару, как это представлено в ЧЧ.

Важно и то, что Валлабха и Щрӣдхара, оба имели дело с практически одинаковым вариантом текста, который является искажением Бхāгавата, и будучи таковым приводит к неразберихе. Беда в том, что ни один комментатор не признается, что он не разобрался в том, что комментирует, или что-то не уловил, не понял, или какой-то щлок остался для него загадкой. Это ущемляет самолюбие, в результате чего появляются ложные выводы. Таковы последствия либо умышленного искажения, либо незнания щāстра-сиддхāнта, так рождаются и подпитываются ереси.

Есть и другие комментаторы, распространявшие комментарий Щрӣдхары, при этом не являясь гауд̣ӣйами.


Выводы о пребывании Чаитанйи в Щрӣ-Раӈгаме


1. Щлок Бхāгавата 10.87.23 щрӣдхаровского текста это искаженние пāт̣ха Бхāгавата. Эти щлоки, и наш щлок в частности, произносит Лакшмӣ, а не „олицетворенные Веды“.

2. Гауд̣ӣйи пользовались текстом Щрӣдхары, но смысл щлоков уже подгоняли под свои представления.

3. Прямого указания на гопӣ или их упоминания в щлоке нет.

4. Щлок косвенно охватывает дэвов и бхакт. В этом смысле в нем также косвенно упоминаются и гопӣ. Гопӣ это апсары, обитатели дэва-локи. Если мы рассмотрим гопӣ как косвенно упомянутых, то увидим их в истинном свете, на их истинном месте, которое они счастливо занимают, не стремясь превзойти тех, кто естественным образом занимает более высокое положение, чем они.

Гопӣ для людей являются почитаемыми существами. В Бхāгавате есть щлоки, прославляющие гопӣ, и у них безусловно есть своя слава, но они не превосходят своей бхактью Лакшмӣ или других бхакт, стоящих в тāратамье выше, чем они.

5. Анализ главы ЧЧ о пребывании Чаитанйи в Щрӣ-Раӈгаме выявил множество заблуждений в представлениях гауд̣ӣй о Лакшмӣ, гопӣ и бхакти. Более того, противоречия и апасиддхāнт указывают на недостоверное изложение событий в ЧЧ, ставят под сомнение сам факт пребывания Чаитанйи в этом городе, как это представлено на страницах ЧЧ, и выставляют Чаитанйу кем угодно, но не ваишн̣авом.

6. Щлок, представленный в ЧЧ, Мадхйа 9.123, отличается по структуре и смыслу от щлока Бхāгавата. Отличается он и от щрӣдхаровского толкования, хотя на страницах ЧЧ Чаитанйа восхищается Щрӣдхарой и его комментарием (см. главу о встрече Чаитанйи и Валлабхи).

7. Несмотря на неуклюжие попытки Чаитанйи представить гопӣ превосходящими Лакшмӣ, убедительных прамāн̣ он не представил. Наоборот, его понимание Лакшмӣ-татва противоречит щāстра-сиддхāнту и говорит о незнании как минимум Брахма-сӯтр и Гӣты.

8. То же самое, что и в пункте 7, можно применить к теме превосходства Крьшн̣ы над Нāрāйан̣ой. Сама постановка вопроса в таком ключе говорит о незнании Чаитанйей или автором ЧЧ (тут каждый волен выбирать) щāстра-сиддхāнта.

9. В целом разговор Чаитанйи и Вйеӈката Бхат̣т̣ы довольно противоречив. Участники то утверждают, то опровергают высказанное ими раньше.

10. Чаитанйа и его последователи толкуют Бхāгаватам 10.87.23 так же, как адваитавāдины. Они считают себя ваишн̣авами, но их сиддхāнт не просто расходится с ваишн̣авским, он откровенно противоречит ему.


Беседа Чаитанйи и Бхат̣т̣ы обладает одним несомненным достоинством — она заставляет сомневаться в достоверности ЧЧ и в некоторой степени обеляет Чаитанйу, в уста которого по всей видимости его последователи вкладывают противоречивые и дискредитирующие его самого слова и поступки.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


Бхāгавата: वयमपि ते समासमदृशः

वयमपि \ вайам апи \ мы также. „Мы“ — это щрути.

ЧЧ, Мадхйа 9.123: вайам апи те самāх̤ самадрьщах̤ \ вайам апи — мы тоже; те — Твоим; самāх̤ — равные; самадрьщах̤ — испытывающие такие же экстатические эмоции (перевод Исккон).


Āчāрйа Мадхва: वयमपि समासमदृशः.

На самом деле समासमदृशः — это одно слово, а не два, как полагают гауд̣ӣйи (самāх̤ и самадрьщах̤).

समदृशः \ самадрьщах̤ и असमदृशः \ асамадрьщах̤. सम означает समस्त \ полностью. Такое же значение мы встречаем в Гӣте, 5.18. Самадарщи — это ви́дение Его.

Āчāрйа Мадхва: सर्वमाहात्म्यस्य वेदैरपि वक्तुमशक्यत्वादसमदृशः \ даже Веды и Лакшмӣ (которая называет себя во мн.ч. असमदृशः) неспособны изречь всю полноту величия Нāрāйан̣ы, поэтому они зовутся असमदृशः \ асамадрьщах̤.

А что такое समदृशः?

Āчāрйа: वेदागम्यमाहात्म्यस्यापि वेदैरेव गम्यत्वात्समदृशः

Несмотря на то, что даже Веды не могут выразить всю полноту величия Нāрāйан̣ы, тем не менее, только через Веды, описание Его величия в Ведах, пусть и не всеохватывающе, возможно достичь Его. Поэтому समदृशः \ самадрьщах̤.

Веды – единственный источник знания о Нāрāйан̣е, которое позволяет привлечь Его прасāд (мукти).

Āчāрйа Мадхва: अतः कोऽन्यो वक्तुं वेद.

Поэтому, кто (कः) другой (अन्यः) настолько знает Тебя, чтобы [величие] выразить.

По мнению гауд̣ӣй Веды олицетворились. Если допустить, что они олицетворились в ком-то, но не в Лакшмӣ, то возникает закономерный вопрос — в ком именно? На этот вопрос гауд̣ӣйи ответа не дают. Сам факт олицетворения подразумевает существование кого-то, кто превосходит Веды по знанию, а значит эти „кто-то“ более приближены к Нāрāйан̣е. Возможно, из-за непонимания этой главы гауд̣ӣйи и считают щрути сознательными сущностями, в то время как щрути это вāк, звук, џад̣а-татва. Кто эти другие (कोऽन्यो), если не Лакшмӣ?

Бхāгавата: क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो

Āчāрйа Мадхва: को ह्यस्मांस्त्वां चर्तेऽपेतजन्मलयः

Кто, кроме Тебя и нас, अपेतजन्मलयः. Здесь мы и Ты — это Нāрāйан̣а и те, от чьего лица произносятся стути. Кто же эти „мы“? Действительно ли это Веды и Нāрāйан̣а? Если мы считаем, что Веды персонифицировались и произносят стути, то выражение अपेतजन्मलयः все равно не может относится к Ведам или к Нāрāйан̣е и Ведам одновременно, т.к. Веды это ачетана-татва, т.е. бессознательная категория, а Нāрāйан̣а четана. Однако категория „нитйа-мукта“ естественным образом относится и к Нāрāйан̣е, и к Лакшмӣ. И тут становится очевидным, что это щрути в лице Лакшмӣ говорят о том, что не знают Нāрāйан̣ы во всей полноте. Щрути — это бесчисленные рӯпы Лакшмӣ, которая является абхимāнинӣ Веда-щабд.

Прабодхинӣ: ततश्च त्वामृतेऽस्मांश्च ऋते कोऽपेतजन्मलयो जन्मादिरहितोऽस्ति न कोऽपीत्यर्थः

„Только мы“ — Лакшмӣ в своих Веда-рӯпах и Нāрāйан̣а вечно свободны от рождения и разрушения (अपेतजन्मलयः). Все остальные четаны (само понятие рождения относится только к четанам) рождаются, т.е. приобретают тело, и умирают (оставляют тело): जन्म \ џанма и लय \ лайа. Других нитйа-мукт не существует. Почему?

Бхāгавата: यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये

Āчāрйа Мадхва: यत उदगादुत्पत्तिमानेव ऋषिर्ब्रह्मा

Потому что даже Брахмā (ऋषिः \ рьши), высшее существо, обладающее наиболее полным знанием, когда-то был рожден (उदगाद् \ удагāд), когда-то возник (उत्पत्ति \ утпатти). Здесь „рьши“ стоит в единственном числе, а имени, указывающего на какую-то личность, к которой могло бы относится это слово, нет. Контекст также не говорит о каких-либо рьшиях, поэтому слово „рьши“ применимо только к Брахме.

Бхāгавата: अनुदेवगणा उभये

То же самое относится и к следующим за ним группам дэвов.

Āчāрйа Мадхва: प्राप्तपदा प्राप्यपदाश्च देवगणाः

प्राप्तपदा — дэвы, достигшие положения Щивы, Гаруд̣ы, Саӈкарщан̣ы и др. Например, Лāтавйа стал Вāйу.

प्राप्यपदा — те дэвы, у которых в будущем будет прāпти, т.е. дэвы, еще не занявшие следующего положения в тāратамье.

Несмотря на то, что тāратамье дэвов очень обширно, тем не менее, есть один способ их категоризации на два вида для того, чтобы мы могли сказать उभये \ оба вида дэвов — это деление на प्राप्तपदा и प्राप्यपदा. Āчāрйа приводит слова Сāӈкрьти-щрути, где смысл этого щлока излагается другими словами:

त्वं वेत्थ नापरस्ते स्वरूपं
न नित्यवाङ् नागभोगप्रियस्य ।
कुतो ब्रह्मा प्राप्तलोकाश्च देवास्तथाऽप्राप्ता जनिमन्तो यतोऽस्मात्

Только Ты себя знаешь. Даже нитйа-вāк, Лакшмӣ, не ведает [того], кому любезно тело змея (उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः), что говорить о Брахме и дэвах, достигших своей обители, и тех, кому еще предстоит ее достичь, ведь они рождаются.

Рождение это показатель недостаточности знания, необходимости сāдхания в отличие от нитйа-мукт — Нāрāйан̣ы и Лакшмӣ.

Тот же смысл, только словами Бхāгавата-тантры:

महिम्नः सर्वशोऽनुक्तेर्वेदाश्चासमदर्शिनः [समदर्शनाः]
तस्यापि वेदगम्यत्वात्तथैव समदर्शिनः [समदर्शनाः]

Веды – асамадарщанāх̤, поскольку они не выражают всю полноту величия Парабрахмана, но они также самадарщанāх̤, т.к. Он достижим только через них.


Бхāгавата: … वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो …

Прабодхинӣ: सुधा यथा स्वपानेन जराद्यभावं करोति तथा हरिचरणोऽपि मनसा ध्यानादिरूपस्वपानेन जरामरणादिराहित्यरूपमोक्षं करोति

Аӈгхрисароџасудхā является объектом выражения (вактум).

Почему используется слово „судхā“? Судхā это снадобье, испив которое избавляешься от старости, болезней и т.д. Стопы Хари и есть это снадобье, испив его, т.е. приняв в себя разумом, помня о дарщане, достигают избавления как от старости, болезней, так и от смерти как таковой, т.е. достигают мокша. Поэтому судхā это амрьта.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


По мнению гауд̣ӣй Щрути-Гӣтā (раздел десятого скандха Бхāгавата) это „молитвы олицетворенных Вед“. В действительности, щлоками Щрути-Гӣты величие Нāрāйан̣ы воспевают не Веды, а Лакшмӣ, абхимāнинӣ Вед, в своих бесчисленных рӯпах, в момент срьшти, когда миры еще не проявились и соответственно нет тех, кто мог бы возносить славицы Нāрāйан̣е.

Веды это џад̣а-татва, звук, существующий в пространстве. Как и в кого Веды олицетворились, гауд̣ӣйи не уточняют.

Рассматриваемый нами щлок выражает идею, которую мы также встречаем в третьем мантре Ӣща̄ва̄сйа-упанишады. В Тāтпарье Мадхва цитирует щрути:

असुर्या नाम ते लोका अन्धेन तमसाऽवृताः ।
तांस्ते प्रेत्याभिगच्छन्ति ये के चात्महनो जनाः

Слово आत्महनः \ āтмаханах̤ \ самоубийцы есть и в нашем щлоке:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः । — 10.94.24 пāт̣ха

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤


न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽत्महनो \ асад-упāсание, т.е. ложное поклонение Вишн̣у или же поклонение кому-то как Всевышнему, которое совершают эти самоубийцы, не приводит к счастью: न च रमन्ति \ на ча раманти.

यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः

यदनुशया \ анущайā — те, кто анущайа̄нам курванти, живут так.

Эти главы переводили ученики Прабхупāды. Для „анущайāх̤“ не нашлось иного перевода, нежели „постоянные и непреходящие желания“ (anuśayāḥ — whose persistent desires, 10.87.22), хотя в общедоступных словарях такого значения нет. Однако встречается значение „ненависть“ \ „двеша“, „враждебность“, в особенности древняя, глубокая и оно здесь весьма уместно. Переводчики ББТ или санскритские комментаторы, которым они следовали в своем переводе, этими значениями пренебрегли. Возможной причиной пренебрежения стала попытка связать эти две строки с двумя предыдущими, но и тут что-то по смыслу не клеилось, пришлось снова домысливать.

Те, кто совершает асад-упāсание, поклоняются Нāрāйан̣е не такому каков Он есть, ограничивая Его, а любые ограничения, которые мысленно накладываются на татво Нāрāйан̣ы, являются разновидностью двеша. Двеш — это не просто вражда или нетерпимость в духе „я не могу даже слышать имя Бога“, но и различные ограничения и рамки, в которые я помещаю Нāрāйан̣у, даже если, как мне кажется, я Ему поклоняюсь. „Асад-упāсана“ и „анущайа̄нам“ охватывают все виды двеша, в том числе религиозно-почтительный и откровенно демонический.

Живущие этим двешем (анущайāна курванти) скитаются (бхраманти). В данном случае под скитанием имеется ввиду лишение тела (अभवाः \ абхавāх̤), т.е. они лишаются рождений и скитаются неприкаянными. Ведь ощущение почвы под ногами, места принадлежности к чему-то, это тоже ощущение счастья, пусть минимального, но счастья. Находясь в вечном бестелесном состоянии (абхава̄х̤), двешины не чувствуют а̄щрайа-основы и лишены даже этого минимального счастья.


Āчāрйа Мадхва: अन्यथोपासनयाऽत्महनोऽसुर्यान्नामलोकान्नित्यनिरतिशयदुःखान्निरस्तसमस्तसुखान्प्राप्नुवन्ति

Они достигают не только ужаснейшей степени непрерывных страданий, но и состояния, в котором отсутствует малейшее счастье.

Почему अभवाः это лишение тела, а не „отсутствие“, как можно было бы перевести? Потому что у того, чего нет, не может быть страданий. अभवाः \ абхавāх̤ это कुशरीरभृत \ кущарӣрабхрьта.

Ради переживания āнанда, āтманы в мукти могут принимать любые чит- и ачит-тела, так как у них есть сварӯпа-щарӣро. Но āтмаханы, двешины, находятся в телах, которые только усугубляют их страдания — कुशरीरभृत \ кущарӣрабхрьта.

Таковы значения первых двух строк. Теперь переходим к строкам, которые в щрӣдхаровской версии приписали к следующему щлоку. И тут нам становится понятным их смысл. Йуџах̤ и мунайа (мн.ч.) это бхакты.

निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः

нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤


Āчāрйа Мадхва: ये मुनयो हृद्ययनं भगवन्तं निभृतमोक्षहृदयेन वायुना योगेन युक्ता नियमिताः सन्त उपासते तेषामरयोऽपि तदेव तमो ययुः.

Почему здесь вдруг говорится о бхактах? Потому что не только асад-упāсаки-двешины достигают состояния вечного горя или тьмы (андха-тамаса), но также враги бхакт и йогинов, являющихся сад-упāсаками, поклоняющихся с верным знанием о Нāрāйан̣е.

Враги бхакт — бхакта-двешины, तदरयोऽपि ययुः \ тадарайо апи йайух̤ — также идут туда, т.е. туда же, куда и āтмаханы-двешины: भ्रमन्ति अभवाः कुशरीरभृत \ бхраманти абхавāх̤ кущарӣрабхрьта. Эта мысль подкрепляется прамāн̣иями из щрути – Прāн̣асам̇хиты, Бхāгаватасам̇хиты.

Итак, асад-упāсаки-двешины достигают āсурйа-лока, туда же попадают и враги бхакт.

После того, как установлен смысл, можно переходить к щлоку, часть которого у Щрӣдхары является продолжением: … स्मरणात् । स्त्रिय उरगेन्द्रभोगभूजदण्डविषक्तधियो … \ смаран̣āт стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо (10.87.23). Пāт̣х же Бха̄гавата начинается со слова स्मरणात् \ смаран̣āт.

Для сравнения, щрӣдх.:

निभृतमरुन्मनोऽक्षदृढयोगयुजो हृदि यन्मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः स्मरणात् ।
स्त्रिय उरगेन्द्रभोगभुजदण्डविषक्तधियो वियमपि ते समाः समदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाः ॥ — Бхāгавата, 10.87.23

нибхрьта-марун-мано-’кша-дрьд̣ха-йога-йуџо хрьди йан-
мунайа упāсате тад арайа ‘пи йайух̤ смаран̣āт
стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо
вайам апи те самāх̤ самадрьщо ‘ӈгхри-сароџа-судхāх̤


Пāт̣х:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः ।
निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः ॥ — Бхāгавата, 10.94.23

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤
нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤

स्मरणात् स्वनुराग तद्भवान्
उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो
वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो
यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये ॥ — Бхāгавата, 10.94.24

смаран̣āт сванурāга тадбхавāн
урагендрабхогадан̣д̣авишактадхийо
вайамапи те самāсамадрьщо аӈгхрисароџасудхāм
ка иха веда ну вактумапетаџанмалайо
йата удагāдрьширанудэваган̣ā убхайе


सरोजसुधाः \ сароџасудхāх̤ Щрӣдхары отличается от सरोजसुधाम् \ сароџасудхāм пāт̣ха.

Часть пāт̣ха क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये у Щрӣдхары перенесена в следующий стих (24). С нее он и начинается:

ка иха ну веда батāвара-џанма-лайо гра-сарам̇
йата удагāд рьшир йам ану дэва-ган̣ā убхайе

Отличие не только в концовке-начале стихов, но и в смысле. Как видим, у Щрӣдхары есть слова, которых в Бхāгавате нет. Помимо этого, в гауд̣ӣйа-щрӣдхаровском щлоке во второй половине стиха отсутствуют глаголы, хотя в пāт̣хе они есть наряду со сказуемыми. Это принципиально важно. Глагол йайух̤ относится к тем, кто идет не туда, т.е. в Брахман.

стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо
вайам апи те самāх̤ самадрьщо ’ӈгхри-сароџа-судхāх̤

стрийах̤ — гопи; урагендра — змей; бхога — подобным телам; бхуџа — к рукам; дан̣д̣а — подобным палкам; вишакта — привлечены; дхийах̤ — те, чьи умы; вайам апи — мы тоже; те — Твоим; самāх̤ — равные; самадрьщах̤ — испытывающие такие же экстатические эмоции; аӈгхри- сароджа — лотосных стоп; судхāх̤ — пьющие нектар.

В аӈгхри-сароџа-судхāх̤ слово „судхāх̤“ заменило слово „судхāм̇“. Аӈгхри-сароџа-судхāх̤ относится к „нам“, т.е. к гопӣ, у которых есть нектар. Отсутствие глагола делает предложение назывным или пересказом-перечислением, кто есть кто: стрийа такие-то, вайам такие-то, но это не сочетается со структурой предыдущих предложений, в которых присутствовали глаголы бхраманти (скитаются), йайух̤ (достигают), упāсате (поклоняются). Из-за отсутствия в предложении глаголов переводчики вынуждены их подставлять: „гопи удалось вкусить нектар“, „мы тоже можем вкусить нектар“. Существительные в этом щлоке позволяют лишь догадываться о глаголах, которых там нет. Вот и приходится предложение-перечисление превращать в глагольное с помощью домыслов и переводческих уловок.


Каков же смысл щлока, если убрать „стрийах̤“, первые две строки поставить туда, где они должны стоять, и добавить недостающие три строки:

स्मरणात् स्वनुराग तद्भवान्
उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो
वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो
यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये ॥ — 10.94.24

смаран̣āт сванурāга тадбхавāн
урагендрабхогадан̣д̣авишактадхийо
вайамапи те самāсамадрьщо аӈгхрисароџасудхāм
ка иха веда ну вактумапетаџанмалайо
йата удагāдрьширанудэваган̣ā убхайе


Вместо слова स्वनुराग \ сванурāга в щрӣдхаровском стоит „стрийа“. Мадхва дает очень внятное и простое объяснение: हे स्मरणादेव स्वनुरक्त. Сванурāга — это обращение к Нāрāйан̣е: Ты Сванурāга. Анурāга означает приязнь, любовь, влечение. Слово „сванура̄га“ А̄ча̄рйа объясняет синонимом स्वनुरक्त \ свануракта. Речь идет о том, кто обладает анурāгой. Какого рода анурāг? Су=сушт̣у \ полный, беспримесный, наилучший, одним словом анурāг в высшей степени. Нāрāйан̣а – Сванурāга, обладатель сушт̣а-анурāга. По отношению к кому? Смаран̣āт — этот анурāг в Нем вызывает смаран̣ам, т.е. бхакти. Смаран̣ие \ памятование – наиболее доступная для каждого форма бхакти. С другой стороны, памятование является основой всякой бхакти, ее неотделимой составляющей. Без памятования любое коленопреклонение или āрчание, кӣртание и т.д. уже не бхакти. Поэтому здесь о бхакти говорится как о смаран̣ам.

Смаран̣а-бхакти вызывает в Нем анурāг, поэтому Его зовут Смаран̣а-Дэва-Свануракта, пишет Āчāрйа.

Далее तद्भवान्. Āчāрйа: तत्ते स्वरूपं भवानेव वेद तद्भवान् — это Ты. Ты то (тат). Мадхва показывает, что сказуемым к подлежащему бхавāн  \ भवान् является Веда \ वेद (предпоследняя строка: क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो), которого у щрӣдхарийцев разумеется нет, т.к. оно ушло в следующий стих. Тат \ तत् \ то — это сварӯпам в значении „индрийа-грахйам“. „То“ отличается от „здесь“ \ идам. Идам это џагат. А тат \ „то“ — это бхагават-сварӯпа, т.е. Нāрāйан̣а „то“, в отличие от џагата, который „это“ или „здесь“. Нāрāйан̣а недостижим для индрий.

तत्ते स्वरूपं भवानेव वेद

Только Ты себя знаешь.

Почему у Āчāрйи भवानेव वेद \ бхавāн эва веда, хотя в щлоке तद्भवान् \ тадбхавāн? Во-первых, это явствует из смысла — только Ты знаешь Себя (स्वरूपं भवानेव). Полное знание самого себя есть только у Нāрāйан̣ы, но частично Его знают и щрути, т.е. Лакшмӣ. В меньшей степени Его знает Брахмā, еще меньше дэвы и т.д. Выстраивается тāратамье. Во-вторых, есть правило, согласно которому здесь употребляется слово एव \ эва. Об этом правиле говорят комментаторы Та̄тпарья:

सर्वे शब्दाः सावधारणा… — Прабодхинӣ Щрӣ Чхалāрӣ Нāрāйан̣āчāрйи

Все эти слова имеют авадхāран̣ие — ограничение смысла до одного значения.

Эва \ только — это авадхāран̣ие. Смысл слова, после которого стоит „эва“, ограничен только одним значением этого слова и не охватывает никаких других значений. Если нет чего-то, указывающего на возможность употребления слова в разных значениях, или отсутствует расширяющий смысл контекст, например, „ади“, „апи“: „бхавāн брахмāпи веда…“ \ „Ты знаешь, а также знает Брахмā…“, то любое слово должно восприниматься, как имеющее авадхāран̣ие.

Когда говорится „бхавāн веда“, то имеется ввиду „бхавāн эва веда“ \ „только Ты себя ведаешь“, тем более, что сказанное далее этот смысл подкрепляет и на этом смысле настаивает.

Āчāрйа Мадхва: उरगेन्द्रभोगदण्डे विषक्तबुद्धेस्तेऽङ्घ्रिसरोजसुधाम्

Прабодхинӣ: उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो

В гауд̣ӣйско-щрӣдхаровском щлоке урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо вставлено слово бхуџа. Откуда оно? Возможно, размер щлока показался неправильным или слишком необычным и человек вставил это слово для выправления размера. Необычный размер щлока может навести на мысли, что в щлок закралась ошибка: лишние слова или наоборот отсутствие таковых.

Баннанџе Говиндāчāрйа в своих примечаниях к БТН отмечает необычность размера этого щлока. Но необычность размера не является признаком чего-то пропущенного или добавленного; чего-то неправильного или искаженного. Это не поэтический изъян. Возможно, именно необычность размера была причиной внесенных Щрӣдхарой изменений (или того, кто эти изменения вносил).

В Аитарейа-брāхман̣е говорится о различных видах просодий — чха̄ндасов. Существуют, в том числе, разновидности ануштубха, в которых на один или два слога меньше (30 или 31), а также на один или два слога больше (33 или 34).

В Бхāгавате встречаются необычные размеры и наш щлок тому пример. В одном из пāдов этого щлока на четыре слога меньше, чем в „классическом“ размере. Кроме того, каждая строка этого щлока имеет собственный размер. И это не признаки изъянов – что-то стерлось, недослушалось, по невниманию было опущено или забыто. Где как не в Бхāгавате встречаться удивительным и редким размерам? Возможно, в щрӣдхаровском щлоке слово „бхуџа“ было вставлено из соображений просодии.

Урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо, где урагендра это змей. Что может быть связано со змеем в щрӣдхаровском варианте щлока? Если речь зашла о женщинах (стрийах̤), т.е. о гопӣ, то вспоминаются поэтические образы „змеями своих рук Он обнимал гопӣ Враџа“ и т.д. Но есть и другой образ змея, который связан с Нāрāйан̣ой. Щеша — Змей Саӈкаршан̣а. Именно о нем здесь речь, если убрать лишнее слово „бхуџа“.

उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियः

Cлово उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः \ урагендрабхогадан̣д̣авишактадхӣх̤ стоит в родительном падеже и является именем Нāрāйан̣ы в отличие от предложенного гауд̣ӣйами перевода „дхийах̤“ как „те, чьи умы“, т.е. „они“ во множественном числе. Он – вишактадхӣх̤ и Его вишактадхийāх̤.


Словами अङ्घ्रिसरोजसुधाम् Āчāрйа показывает Его судху, немерть-амрьту Его стоп-лотосов. Что же означает имя उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः?

Нāрāйан̣а испытывает особую приязнь (анурāг) к телу (भोग \ тело – भोगः शरीर) Урагендры-Щеши, которое подобно дан̣д̣е, вытянуто. Урагендра возникает в Щрути-Гӣте не просто так. Он Чха̄ндаса-Дэватā, повелитель чха̄ндасов. Он поддерживает чха̄ндасы в џагате. Нāрāйан̣а испытывает анурāг ко всем, кто Его помнит и знает. Это анурāг к бхакти. Своим разумом (धीः \ дхӣх̤) Нāрāйан̣а испытывает приязнь к телу Урагендры. Почему речь идет о теле? Потому что Нāрāйан̣а возлежит на Щеше. Тело Нāрāйан̣ы и Его сознание (дхӣх̤) это единая сварӯпа-сущность. Телом возлежа на теле Урагендры, соприкасаясь своим сознанием с сознанием Щеши, сознанием с телом Щеши, своим телом с сознанием Щеши — таково соприкосновение (сактих̤) Нāрāйан̣ы и Щеши. Эти смыслы резонируют в имени Нāрāйан̣ы उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः \ урагендрабхогадан̣д̣авишактадхӣх̤. И это имя стоит в родительном падеже.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


Анализ паломничества Чаитанйи в Щрӣ-Раӈгам был бы неполным без упоминания стиха ЧЧ, Мадхйа 9.123, который является цитатой из Щрути-Гӣты Бхāгавата-пурāн̣ия 10.87.23. Этот стих Чаитанйа использует как подтверждение превосходства гопӣ над Лакшмӣ.

Цитируемый в ЧЧ щлок версии Щрӣдхары Свāмина не совпадает с па̄т̣хом Бхāгавата. Изменение щлока привело к искажению смысла. Именно щрӣдхаровскую версию использовали патриархи гауд̣ӣанства в своих комментариях. Ей же пользуются последователи Чаитанйи и в наше время.

निभृतमरुन्मनोऽक्षदृढयोगयुजो हृदि यन्मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः स्मरणात् ।
स्त्रिय उरगेन्द्रभोगभुजदण्डविषक्तधियो वियमपि ते समाः समदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाः ॥ — 10.87.23 (Щрӣдх.)

нибхрьта-марун-мано-’кша-дрьд̣ха-йога-йуџо хрьди йан-
мунайа упāсате тад арайа ‘пи йайух̤ смаран̣āт
стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо
вайам апи те самāх̤ самадрьщо ‘ӈгхри-сароџа-судхāх̤


Пāт̣х:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः ।
निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः ॥ — Бхāгавата, 10.94.23

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤
нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤

स्मरणात् स्वनुराग तद्भवान्
उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो
वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो
यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये ॥ — Бхāгавата, 10.94.24

смаран̣āт сванурāга тадбхавāн
урагендрабхогадан̣д̣авишактадхийо
вайамапи те самāсамадрьщо аӈгхрисароџасудхāм
ка иха веда ну вактумапетаџанмалайо
йата удагāдрьширанудэваган̣ā убхайе


Перед нами два щлока, которые отличаются нумерацией, синтаксисом и, наконец, смыслом. Одни слова похожи, другие определенно вставлены, ибо отсутствуют в па̄т̣хе. Например, слово हृदयं \ хрьдайам изменено на हृदि \ хрьди. Слово „стрийа“, которое судя по всему для гауд̣ӣй является ключевым, в гопӣческом понимании смысла щлока, здесь вставлено, вероятно, по причине непонимания истинного смысла щлока. Имеются и другие расхождения подобного рода.

Раздел Щрути-Гӣтā сложен для понимания, щлоки глубокомысленны, их размер необычен, смысл неочевиден. Поэтому комментарий Мадхвāчāрйи к Щрути-Гӣте настолько подробен: каждый щлок Āчāрйа объясняет пословно, демонстрирует взаимосвязь щлоков, выстраивая смысловой порядок, подводя к единственно верному смыслу.

Для того, чтобы понять, из чего был слеплен щлок в щрӣдхаровской версии, следует обратиться к двум щлокам пāт̣ха — этому и предыдущему.

Щрӣдхаровская версия щлока – это комбинация двух строк предыдущего щлока и двух строк следующего. Она начинается со слов:

निभृतमरुन्मनोऽक्षदृढयोगयुजो हृदि यन्मुनय
उपासते तदरयोऽपि ययुः स्मरणात् ।

нибхрьта-марун-мано-’кша-дрьд̣ха-йога-йуџо хрьди йан-
мунайа упāсате тад арайа ‘пи йайух̤ смаран̣āт


В действительности это первая строка второй части щлока пāт̣ха:

निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः

нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤

Если оторвать вторую половину от первой, то вторая должна заканчиваться на слове йайух̤ (отправляются, достигают), но тогда непонятно, куда „они отправляются“ и чего „достигают“. Даже если добавить „смаран̣āт“, с которого в пāт̣хе начинается следующий щлок, все равно остается неясным, чего же именно достигают эти तदरयः \ тадарайах̤ \ враги, того или Его?

अपि \ апи \ также — означает, что они достигают чего-то того же, но в силу разрыва щлока на две части, как в случае ЧЧ, Мадхйа 9.123, получается मुनय उपासते \ мунайа упāсате \ муни поклоняются, а अरयाः \ арайāх̤ \ враги также достигают.

Непонятно, чего достигают, куда идут. Упāсате означает „поклоняются“ (мн.ч.), а апи йайух̤ – „также достигают“ или „приходят“. Почему поклоняются и приходят через „также“? По всей вероятности переводчик не понял, с какой целью тут употреблено слово „также“ и домыслил (цитата из русского перевода, изд-во ББТ):

«Великие мудрецы укрощают ум и чувства, занимаясь мистической йогой и управляя дыханием. С помощью мистической йоги они обретают способность видеть в своем сердце Сверхдушу…»

„Сверхдуша“ — это уже доктринальное дополнение, которого в пāт̣хе нет. Гауд̣ӣй, читающий этот перевод, уже должен знать, что именно „они“ там в своем сердце видят.

Дальше в переводе идет полный абсурд, даже с точки зрения гауд̣ӣйа-сиддхāнта:

«…обретают способность видеть в своем сердце Сверхдушу и в конце концов входят в безличный Брахман…»

Дело в том, что по гауд̣ӣйским представлениям йоги достигают слияния с Брахманом или чего-то в этом духе, а џњāнины – единства с так называемым безличным Брахманом. Но йоги, о которых в этом щлоке идет речь, видят в своем сердце Сверхдушу, а затем входят в безличный Брахман, хотя в безличный Брахман входят только те, кого гауд̣ӣйи называют џњāнинами.

Из этого следует, согласно доктрине гауд̣ӣй, что йоги стремятся к одной цели и достигают ее, а согласно этому щлоку щрӣдхаровской версии Бха̄гавата йоги у гауд̣ӣй стремятся уже к другой цели и ее же достигают. Нестыковка. Почему так? Возможно, потому что надо куда-то определить врагов (Крьшн̣ы), но враги не достигают Парамāтмана (Сверхдушу). Такого сиддхāнта в щāстрах нет. И коль скоро враги Крьшн̣ы „тоже“ чего-то достигают, то логично предположить, что это Брахман, ибо ни о чем другом в контексте речи не идет. В щлоке, однако, не указано, чего конкретно враги достигают.

Глагол „йайух̤“ \ „идут, достигают“ не сопровождается своим дополнением, т.е. тем, чего именно достигают. Если достижение все того же безличного Брахмана, то „также достигают“ означает, что они должны достичь того же, что и йоги! Выбор у переводчика невелик: либо 1. Он должен изменить направление пути йогов с достижения Сверхдуши (каивалйа и др. гауд̣ӣйские идеи) на попадание в Брахман, либо 2. Он должен направить дрезину, на которой едут враги Крьшн̣ы, в Сверхдушу вместо безличного Брахмана. Естественно врагам туда путь заказан, значит на дрезине поедут йоги и смысл щлока становится таким, что все, о ком идет речь, попадают в одно и то же место, хотя по гауд̣ӣйскому сиддхāнту они должны попадать в разные (у одних брахмāлайа или нирвищеша-брахмāлайах̤, у других что-то в духе каивалйа). Так или иначе, они должны достичь чего-то, чего они, по представлениям гауд̣ӣй, достигают, но в щлоке не написано ни про йогинов, ни про врагов, и переводчику остается домысливать. Такой вариант домысливания все равно противоречит гауд̣ӣйа-сиддхāнту: йогины видят в своем сердце Сверхдушу, а потом входят в безличный Брахман, «…хотя того же положения благодаря памятованию о Верховном Господе достигают Его враги». Вот это „благодаря памятованию“ (смаран̣āт) сюда привлечено из следующего щлока, ибо чего еще можно достичь благодаря памятованию? В седьмом скандхе говорится, что они достигают того же, что и бхакты, но это опять же в гауд̣ӣйской расплывчатой интерпретации этих щлоков.

Подобного рода непонятки, кто и чего достигает, домыслы, вставки общеизвестных для гауд̣ӣй, аксиоматических, но на самом деле недоказанных вещей, жонглирование словами и пр., все это возникает из-за того, что отсутствует первая половина щлока:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः । — 10.94.24 пāт̣ха

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤

Если рассматривать эти строки как первую часть щлока, продолжением которого являются слова निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः \ нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤, то все встает на свои места, не надо ничего домысливать и придумывать.



продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Лакшмӣ = гопӣ


В 9.153-154 Чаитанйа и Бхат̣т̣а опровергают все сказанное ими ранее. Во второй части стиха 9.153 гопӣ отождествляются с Лакшмӣ: «гопӣ-лакшмӣ-бхеда нāхи хайа эка-рӯпа \ нет разницы между гопӣ и Лакшмӣ, ибо они единорӯпны».

Уравнение неизбежно, если не понимать Лакшмӣ-татво. Вкратце: Лакшмӣ не испытывает страданий, как другие џӣвы. Лакшмӣ отлична от всех без исключения чит-āтманов. Для всего сущего, состоящего из чит и ачит, Лакшмӣ и Нāрāйан̣а отец и мать (पितरौ \ питарау). Они пара (गृहस्थः \ грьхастхах̤), потому что у Него есть любовь к Раме̄ [Лакшмӣ] – рамā-пран̣айа:

चिदचिद्भेदमखिलं विधायाऽधाय भुञ्जते
अव्याकृतगृहस्थाय रमाप्रणयिने नमः — Татвасаӈкхйāние (3)

अचेतना चेतनेति द्विविधा प्रकृतिर्मता … पिता विष्णुः स जगतो माता श्रीर्या त्वचेतना… — цитата, приведенная Мадхвой в Гӣта̄-та̄тпарье, 7.4.

Союз Лакшмӣ и На̄ра̄йан̣ы вечен, безначален, бесконечен. Он беспределен – авйа̄крьта. Там, где На̄ра̄йан̣а, там и Лакшмӣ, они неразлучны. Взаимное влечение мужчины и женщины — основа союза людей. Мужчина чувствует притяжение к женщине. Женщина – притяжение к мужчине. Однако между Лакшмӣ и Нāрāйан̣ой все иначе. Лакшмӣ безусловно чувствует притяжение к На̄ра̄йан̣е, но она не притягивает Нāрāйан̣у. Почему же тогда говорится: рамā-пран̣айин \ возлюбленный Рамы̄ и любящий Рамӯ? Пран̣айа — это स्नेह \ снеха (очарование, приязнь, симпатия). Однако Рама̄ привлекает Бхагава̄на не потому, что она идеальная женщина. Он испытывает приязнь к тем, у кого есть знание. В Раме̄ знание присутствует в бесконечной степени больше, чем в любом представителе мира чит. Поэтому снеха Бхагавāна к Лакшмӣ превосходит влечение к кому бы то ни было другому, включая гопӣ. Бхакти невозможна без знания. Бхакта является џњāнином. Говоря о знании, речь, разумеется, идет о знании Бхагават-татва. Говоря о Нāрāйан̣е, мы говорим о свайам Бхагавāне, которого также называют Крьшн̣а.

Гопӣ не участвуют в творении миров, как Лакшмӣ (Брахма-сӯтры, 1.4.24-28). Лакшмӣ может воплотиться в сам̇сāре по своему желанию (Брахма-сӯтры, 3.3.40-42). Лакшмӣ – нитйа-муктā (Брахма-сӯтры, 4.2.7-14). В Гӣте (13.27, 13.30) мы находим другие указания на высшее татво Лакшмӣ. Āчāрйа Мадхва говорит, что в этом щлоке под словом „кшетра“ подразумевается Лакшмӣ: अव्यक्तं च महद्ब्रह्म, „क्षेत्रक्षेत्रज्ञसंयोगात्“ इत्यत्र क्षेत्रं श्रीः, и приводит в подтверждение прамāн̣ие: „मम योनिर्महसह्म तस्मिन् गर्भं ददाम्यहम्“. В Гӣте мы встречаем и другие стихи, касающиеся Лакшмӣ-татва.

В Пуруша-сӯкте Лакшмӣ это Бху-Дэвӣ. Она – абхимāни-дэватā Џад̣а-пракрьти и Вед. Лакшмӣ – акшара-татво, ее тело вечно неразрушимо. Гӣтā 15.18: यस्मात्क्षरमतीतोऽहमक्षरादपि चोत्तमः । अतोऽस्मि लोके वेदे च प्रथितः पुरुषोत्तमः \ Я превосхожу даже Акшара-татво.

Прамāн̣ий о верховенстве Лакшмӣ-Дэвӣ над гопӣ и всем сущим великое множество. По просьбе сомневающихся они могут быть представлены отдельно.


О Лакшмӣ:

http://vilasatu.livejournal.com/28415.html
http://vilasatu.livejournal.com/28744.html
http://vilasatu.livejournal.com/29107.html



Лакшмӣ и танец рāса
или
Чаитанйа-бхāгавата vs. Чаитанйа-чаритāмрьта


В ЧЧ, Мадхйа 9.120, 122 и 124, утверждается, что Лакшмӣ не участвовала в танце рāса Враџа-лӣлы:

рāса нā пāила лакшмӣ, щāстре ихā щуни \ однако ей [Лакшмӣ] так и не удалось принять участие в танце раса — ЧЧ, Мадхйа 9.120 (орфография Исккон)

лакшмӣ кене нā пāила, ихāра ки кāран̣а \ почему богиня процветания, Лакшми, не смогла войти в танец раса — ЧЧ, Мадхйа 9.122

щрути пāйа, лакшмӣ нā пāйа, итхе ки кāран̣а \ почему богине процветания не удалось войти в танец раса — ЧЧ, Мадхйа 9.124 (перевод Исккон).


Однако «Чаитанйа-бхāгавата» (Мадхйа-кханда, гл. 18) повествует об участии Чаитанйи и его друзей в театральной постановке Враџа-лӣлы и танца рāса. Чаитанйа играл роль Лакшмӣ, наряжаясь в ее платье и танцуя:

лакшмӣ веще анка-нрьтйа кариба т̣хāкура
сакала ваишн̣ава-раӈга бāд̣ила прачура
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.20

āи чалилена ниџа бадхура сахите
лакшмӣрӯпе нрьтйа бад̣а адбхута дэкхите
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.29

āре āре бхāи саба хао сāбадхāна
нāчиба лакшмӣра веще џагатера прāн̣а
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.41

лакшмӣ веще нрьтйа āџи кариба āпане
премабхакти лӯт̣и āџи лао сāбадхāне
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.47

прабху āџи нāчибена дхари лакшмӣвеща
атаэва э сабхāйа āмāра правеща
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.60


Иначе говоря, на страницах ЧЧ Чаитанйа утверждает прямо противоположное тому, что он говорит на страницах «Чаитанйа-бхāгаваты». Произведения противоречат друг другу. Если допустить, что вымыслом является сюжет ЧЧ, то возникает причина считать содержание беседы Чаитанйи и В. Бхат̣т̣ы выдуманным, что в свою очередь ставит под сомнение и опровержение Рāмāнуџа-сампрадāйа в лице В. Бхат̣т̣ы, равно как и очередную победу Чаитанйи.

Крьшн̣адāс неоднократно уподобляет Врьндāвана Дāса Ведавйāсе (ЧЧ, Āди 8.34; 13.48 и др.). Если это так, то мы должны допустить, что и сам Ведавйāса обманщик.

Более того, Крьшн̣адāс утверждает, что слушание ЧБ приносит благо (ЧЧ, Āди 8.35). Но если допустить, что ЧБ описывает нереальные события, какое же благо может быть от такой книги?

Крьшн̣адāс утверждает, что устами Врьндāвана Дāса говорит сам Чаитанйа (ЧЧ, Āди 8.39): „врьндāвана-дāса-мукхе вактā щрӣ-чаитанйа“. Если ЧБ описывает фантазии автора, то мы можем допустить, что и сам Чаитанйа выдуманный персонаж или ему приписывают события и поступки, которых он не совершал, а это влечет за собой скептическое отношение к догмам культа Чаитанйи, которых Чаитанйа не провозглашал. К слову, многие из этих догм все равно не подтверждаются и не провозглашаются Ведами и сат-āгамами.

Крьшн̣адāс заявляет, что ЧБ спасает от сам̇сāра: „аичхе грантха кари’ теӈхо тāрилā сам̇сāра“ (ЧЧ, Āди 8.40). Если допустить, что ЧБ полна противоречий и повествует о фиктивных событиях, то как же может быть спасением такая книга?

Противоречие между ЧБ и ЧЧ столь очевидное и обличающее, что игнорировать его просто нельзя. Либо кто-то из авторов обманывает читателей, либо сам Чаитанйа. Таков неутешительный вердикт для всех адептов культа Чаитанйи.

Из комментария А. Ч. Свāмӣ Прабхупāды (ЧЧ, Āди 8.39):

«Трансцендентное произведение, даже если оно написано далеким от совершенства языком, но автор его преданный, достойно признания, тогда как так называемые духовные книги, написанные каким-нибудь мирским ученым, даже если они совершенны по форме, бесполезны. Секрет произведения, написанного преданным, заключается в том, что, когда он пишет об играх Господа, Сам Господь помогает ему: преданный не пишет в одиночку. В «Бхагавад-гите» (10.10) по этому поводу говорится: дадāми буддхи-йогам̇ там̇ йена мāм упайāнти те. Поскольку, создавая литературные произведения, преданный служит Господу, Господь изнутри дает ему столько разума, что преданный чувствует себя так, как будто он сидит рядом с Господом и в Его обществе пишет свою книгу. Кришнадас Кавираджа Госвами подтверждает, что все написанное Вриндаваном дасом Тхакуром было поведано ему Самим Господом Чайтаньей Махапрабху, а он лишь повторял услышанное».

Факт противоречия одного произведения другому указывает на то, что как минимум одно из них не является богооткровенным, трансцендентным, достойным признания, духовным. Господь не давал автору разума изнутри. Автор не получал указания свыше, как и что писать, иначе откуда такие существенные расхождения? Бог гауд̣ӣй запутался в собственных лӣлāх? Если уже один подобный факт способен перечеркнуть состоятельность культа, то что говорить о противоречивости всего культа и многочисленных фактах обмана, которые мы доселе вскрыли?

Отсутствие Лакшмӣ в танце рāса было главной темой победы Чаитанйи над рāмāнуџинами в лице В. Бхат̣т̣ы.

О противоречивости литературы гауд̣ӣй см. эссе Джагадананды «The dāna-līlā play in Chandrasekhara's house».


Обращают на себя внимание еще два противоречивых утверждения Врьндāвана Дāса:

Брахмā, Вишн̣у, Махещваре томāра махимā
Балите нā пāре, анйе кебā дибе сӣмā
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.169.

Брахмā, Вишн̣у и Махещвара не способны описать твое величие, куда уж кому-то иному охватить твои пределы.

Комментарий А. Ч. Свāмӣ Прабхупāды: «Ты богиня бесчисленных вселенных. Под влиянием твоей энергии, религиозные принципы йуг защищены. Три главных божества творения, поддержания и разрушения космического проявления неспособны воспеть твою славу. Как же могут те, кто подчинен им достигнуть предела твоей славы?»

В этом стихе Врьндāван Дāс, прославляя Лакшмӣ, уравнивает Вишн̣у с Брахмой и Щивой. Но уже в следующем стихе Вишн̣у превозносит:

џагат сварӯпā туми, туми сарвва-щакти
туми щраддхā, дайā, лаџџā, туми вишн̣у-бхакти
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.170.

Ты самость мира. Все щакти в твоей власти. Ты щраддхā, сострадание и скромность. Ты Вишн̣у-бхакти.


Автор называет диалог Чаитанйи и Бхат̣т̣ы дружеской беседой, но уже в ЧЧ, Мадхйа 9.151, без видимых причин называет Бхат̣т̣у гордецом, и, оказывается, Чаитанйа, в том числе, усмирял его гордость. После прочтения сюжета о пребывании Чаитанйи в Щрӣ-Раӈгаме ну никак не складывается впечатления, что простой брāхман̣ Бхат̣т̣а, искренно поклоняющийся Лакшмӣ-Нāрāйан̣е, на самом деле является гордецом. По крайней мере его слова и манера поведения никоим образом не выдают этого. Для чего потребовалось автору ЧЧ выставить Бхат̣т̣у гордецом на пустом месте? О манерах же Чаитанйи и его поведении с оппонентами мы писали в предыдущей части цикла.


продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥

व्यासतीर्थाय नमः


Движение Саӈкӣртаны



Цикл «Ложь кришнаитов» был бы неполным без упоминания Движения Саӈкӣртаны, которое, по мнению гауд̣ӣй, начал-основал-активно распространил Чаитанйа.

Начало Санкиртане положил в начале XVI века основатель традиции гаудия-вайшнавизма Чайтанья. Это уникальное для индуизма нововведение Чайтаньи впоследствии стало отличительной чертой ИСККОН — современного продолжения гаудия-вайшнавской традиции — Википедия

Что бы ни говорили последователи Чаитанйи, одно несомненно: корни Движения Саӈкӣртаны в благодатной земле Карн̣āт̣аки, а не Бенгала. Историческая реальность беспощадна к гаудӣям и в этом вопросе.

Бхакти — неотъемлемое слагающее саӈкӣртания. Она его основа и цель, по этой причине более точным будет говорить о Движении Бхакти, а средством его выражения является саӈкӣртана.
Сразу оговоримся, что тема эта довольно обширна и выходит за рамки одной-двух статей. Мы ограничимся лишь упоминанием основных моментов.


Движение Бхакти Харидāсов (Харидāса-Кӯт̣а, Движение Бхакти, Движение Харидāсов, Движение Дāсов, Дāса-Кӯт̣а) возникло в период возрождения ваишн̣ава-дхарма. Идейным вдохновителем Движения был Мадхва̄ча̄рйа и его ученики. Благодаря им теизм Веда̄нты получил широкое распространение и стал причиной появления ордена Да̄сов. В течение двух столетий после Мадхвы татвавāд Ведия овладевал лучшими умами Карн̣āт̣аки. Позже, подобные Движения пробудились и за ее пределами.

Движение Харида̄сов не было привязано к конкретному месту. Оно состояло из сформировавшихся групп простых людей, посвятивших жизнь служению Богу. Славя Харайа в песнях, святые этого ордена странствовали по всей стране, обращая свое поклонение к Вит̣халу Панд̣харпура, который был их божеством-покровителем с давних времен. Панд̣харпур и прилегающие к нему области находились под культурным влиянием Карн̣а̄т̣аки. Позже эти места оказались под влиянием политической и культурной гегемонии Махāрāшт̣ры, а Панд̣харпур по-прежнему считался священным городом, центром мистицизма.

О Вит̣хале, как о «почитаемом и взлелеянном жителями Карн̣āт̣аки божестве», говорили еще во времена Џња̄нещвары: कानडा हा विठ्ठलु ॥ (абхаӈга, приписываемая Џња̄нещваре). Таким образом, святые Карн̣āт̣аки были первыми, кто проложил путь славлению Вит̣хала, превратив поклонение Ему в живую веру и могучий инструмент духовного подъема, через волнующую музыку и бхаџание на языке, понятном народу.

Да̄сы оказали сильнейшее влияние на сознание масс. Для каннад̣инских обывателей, женщин и представителей низшего слоя общества, не владевших санскритом, они делали то же самое, что великие веда̄нтины для образованной прослойки. Их произведения были написаны простым разговорным языком, пленяющим сердца и воображение людей.

Харидāсы разительно отличались от авторов щаива-поэзии (тэва̄рам) и прабандх āљвāров Тамилнаду, которые писали высоко-литературным языком в изысканном стиле. Да̄сы восхваляли достоинство џња̄ния и бхакти, помогали людям советом в вопросах веры и этики. Своими падами, облеченными в музыку ра̄г, они вдохновляли и поддерживали людей в их стремлении к Богу.

Большинство харида̄сов были знатоками санскрита и щāстр. Они упростили многие положения Мāдхва-сиддхāнта, изложив его в стихах языком, доступным и понятным простым людям. Будучи пылкими последователями Мадхвы, харида̄сы, естественно, старались подчеркнуть, насколько сиддха̄нт Мадхвы убедительней и гармоничней, чем другие системы мысли, в частности адваита Щаӈкары.

Признавая мир непостоянным и полным горестей, проповедуя ваира̄гье и бхакти, как путь к прекращению скитаний из тела в тело, харида̄сы были решительными сторонниками реформ, порицали обман и лицемерие, не скупясь на крепкое словцо. Они осуждали ложную, показную религиозность и увещевали людей быть честными в мыслях, словах и делах.

Харидāсы проповедовали чистую форму бхакти, в которой не было и намека на эротические эманации, прослеживающиеся в бенгальском ваишн̣авизме Чаитанйи и множестве других сект псевдобхакти Севера Индии.


Начало Движения Харида̄сов теряется в дебрях истории. Точных данных об основателях и времени зарождения Движения нет. Ачала̄нанду Вит̣хала (888 г.) и несколько других основоположников, или «āдйев», как их называет Виџайада̄са, считают теми мыслителями, кто подготовил почву для зарождения Движения. Одни предполагают, что а̄дйи были „сма̄рта“-бхактами школы Бха̄гавата. Другие считают, что а̄дйи это пионеры Движения, чьи имена были известны в период между Нарахари Тӣртхой и Щрӣпа̄дара̄џей, но были забыты позже.

Пример вӣращаива вачанка̄ров, как утверждает проф. Б. Н. К. Щарма, вероятно, также сыграл свою роль в возникновении Движения в Карн̣а̄т̣аке, вдохновленного Мадхва̄ча̄рйей.

На данный момент проследить историю Движения можно только со времен Нарахари Тӣртхи. Литература харида̄сов весьма обширна, но в связи с отсутствием какого-то централизованного управления, а также в силу отсутствия традиции сохранения материала и сильной рассредоточенности Движения по всей стране, в их материалы закралось много интерполяций и искажений. Важной, но вряд ли достижимой, целью было бы собрать их нетронутую искажениями литературу в некое законченное и достоверное издание.


Гауд̣ӣи называют себя ваишн̣авами, но их буйный, чересчур эмоциональный, так называемый бхактива̄д питается, не в последнюю очередь, душещипательной поэзией страсти (премарасака̄вйа) из «Гӣта̄ Говинды» Џайадэвы, описывающей отношения Ра̄дхи и Крьшн̣ы, чем сильно отличается от подлинного послания ваидика-дхарма, распространяемого харидāсами Карн̣āт̣аки.


Вйа̄сатӣртха (1478-1539)


Одаренный ученик Щрӣпа̄дара̄џи, один из самых ярких и талантливых представителей Движения Харида̄сов — Вйа̄сатӣртха, был одним из его лидеров, несшим послание бхакти простому народу. Он также был современником Чаитанйи и пережил его на девять лет.

Вйа̄сатӣртха живет в нашей памяти не только своими произведениями, но и тем, что подарил ордену трех величайших гениев: Пурандара Да̄са, Канака Да̄са и Ва̄дира̄џа.

Его песни — яркий пример того, какой чудесной силой обладает музыка и какое влияние она может оказывать. Он оставил множество падов, сул̣а̄ди, уга̄бхогов и других стихотворных композиций. Щедрая похвала и одобрение в адрес Пурандара Да̄са, подбадривание и вселение мужества в Канака Да̄са в условиях суровой ортодоксальной оппозиции указывают на силу его мышления, проницательность, широкий кругозор и нравственную смелость. Принятие им Канаки в орден было поистине переворотом, равным по своим масштабам лютеранской реформе.

Влияние Вйāсатӣртхи ощущалось далеко за пределами Карн̣āт̣аки. На Севере Индии теизм Веда̄нты, свободный от силков ма̄йа̄ва̄да, проповедовал Ра̄џендра Тӣртха и его преемник Џайадхваџа (Џайадхарма). Весть теизма разносилась благодаря литературной деятельности знаменитого ученика Ра̄џендра Тӣртхи, Вишн̣уда̄са̄ча̄рйи, автора «Ва̄даратна̄валӣ».


Движение Бхакти проникло и в сердце далекого Бенгала. Движение Саӈкӣртаны Чаитанйи переживало свой расцвет во время активной проповеди Вйāсатӣртхи, черпая свое вдохновение в Движении Бхакти Харидāсов.

Кавикарн̣апӯр, биограф Чаитанйи и автор «Гаураган̣оддещадипика̄», называет три работы Вйāсатӣртхи Вишн̣у-сам̇хитой:

вйāсатӣртхастасйа щишйо йащчакре вишн̣усам̇хитāм


Поэтому выглядит странным и в высшей степени досадным, что биографии Чаитанйи описывают его встречу в Уд̣упӣ с неким татвавāдӣ-āчāрйей, но совершенно не упоминают какой-либо встречи Чаитанйи с выдающимся лидером ваишн̣авов того времени — Вйāсатӣртхой.

Часть последователей Чаитанйи пошли дальше, заявив, что сам Чаитанйа находится в преемственности, идущей от Мадхвы через Рāџендра Тӣртху и Вйāсатӣртху.

Несмотря на то, что Чаитанйа и Вйāсатӣртха современники, Чаитанйа, тем не менее, предпочел саннйāс из рук мāйāвāдӣ. Тем более, что описываемое в «Чаитанйа-Чарита̄мрьте» принятие саннйāса было формальностью. Возникает вопрос, а знал ли Чаитанйа о Вйāсатӣртхе до своего путешествия на Юг? Влияние Вйāсатӣртхи было огромным, его слава звучала повсюду, особенно на Юге.


Тот, кто хотя бы немного знаком с историей Движения Харидāсов и имеет представление, насколько литература каннад̣ы обязана этим великим святым Карн̣āт̣аки, без труда увидит, какой огромный вклад сделал Вйāсатӣртха в великое дело „популяризации дхарма“ и культурного возрождения; ибо никто не решится отрицать, что Движение Харидāсов подняло среди народа новую волну стремления к ваишн̣ава-дхарму.

Влияние Вйāсатӣртхи следует рассматривать как источник торжествующего духовного возрождения 16-го века, причем одновременно на севере и на юге Индии. Ученые-историки должны быть просто слепцами, видя в деятельности и достижениях Вйāсатӣртхи всего лишь „утрированную важность поклонения Ханума̄ну“ да возведение пары храмов, не заметив ничего более существенного и вечного.

Более чем вероятно, что философия преданности сантов Махāрāшт̣ры, Тукāрāма и его предшественников была навеяна Движением Харидāсов, через всенародное поклонение Вит̣халу.

Легенда же о посещении Чаитанйей Уд̣упӣ, а тем более его победа в том, что последователи Чаитанйи называют спором, вызывает справедливые сомнения. Но об этой теме литературного творчества гаудӣй и их проповеднических приемах мы будем говорить в следующей части цикла.

Возможен и другой сценарий событий. Будучи на Юге, видя размах Движения Бхакти, вдохновленный им Чаитанйа начинает подобное у себя в Бенгале. В таком случае последователи Чаитанйи обязаны делать акцент на факте распространения им Движения именно в Бенгале под новым названием «Саӈкӣртана», истоки которого в Движении Харидāсов, вдохновленном Āчāрйей Мадхвой.

Последователям Чаитанйи не следует преподносить местечковые достижения своего культа в качестве миссии спасения всего человечества, при этом искажая реализм Вед. Равно как и не стоит приписывать чужие заслуги представителям или даже иконам своего культа.



Продолжение в следующем выпуске


vilasatu: (Default)

श्रीः


Голока


Слово «голока» встречается в «Бхагаватам» один раз: श्रीशुक उवाच गोवर्धने धृतेशैले आसाराद्रक्षिते व्रजे गोलोकादाव्रजत्कृष्णं सुरभिः शक्र एव च / śrīśuka uvāca govardhane dhṛteśaile āsārādrakṣite vraje golokādāvrajatkṛṣṇaṃ surabhiḥ śakra eva ca (10.27.1).

Издательство BBT (ISKCON) дает следующий комментарий: «Слово го-локат здесь указывает на материальную планету Голока, которая наполнена особенными коровами».

Однако этот стих адепты культа Чайтаньи интерпретируют как описание планеты духовного мира, верховную обитель, превосходящую Вайкунтху — Голока-Вриндавану.


Из «Брахма-самхиты» (http://vilasatu.livejournal.com/88892.html) цитируется история медитации Брахмы, во время которой он увидел верховную обитель Голоку. «Брахма-самхита» — источник сомнительной репутации, продолжает использоваться в качестве аргумента. Казалось бы, догмы ведического культа, каковым Бхакти Вигьяна считает культ Чайтаньи и Международное общество сознания Кришны (http://vilasatu.livejournal.com/88256.html), должны поддерживаться в первую очередь шрути, но в случае обоснования догмы о «духовной планете Голока-Вриндаваны» аргументация строится на источнике сомнительной репутации.


В «Бхагаватам» же история Брахмы описывается иначе:

तस्मै स्वलोकं भगवान् सभाजितः सन्दर्शयामास परं न यत्परम्
व्यपेतसङ्क्लेशविमोहसाध्वसं स्वदृष्टवद्भिर्पुरुषैरभिष्टुतम् (2.9.9)

tasmai svalokaṃ bhagavān sabhājitaḥ sandarśayāmāsa paraṃ na yatparam
vyapetasaṅkleśavimohasādhvasaṃ svadṛṣṭavadbhirpuruṣairabhiṣṭutam


Перевод А.Ч. Бхактиведанты Свами: «Аскеза, которую совершал Брахма, доставила Личности Бога огромное удовлетворение. Поэтому Господь явил его взору свою обитель, Вайкунтху, высшую из планет. Этой трансцендентной обители Господа поклоняются все, кто познал себя и избавился от страданий и страхов иллюзорного бытия».

Ваидика-шастры, включая «Бхагаватам», высшей обителью провозглашают обитель Вишну — Вайкунтху.


Радха


В «Бхагаватам» имя Радхи среди имен гопи не упоминается. Самым ранним источником содержащим слово «rādhā» можно считать словарь Амарасимхи, в котором это слово и контекст не имеют отношения к Радхе-божеству.


Хронологически первым источником, упоминающим божество Радху, является лирическая поэма «Гитаговинда» Джаядевы. «Гитаговинде» подражали современники и последующие поколения, включая Хемадри, Видьяпати, Чандидаса, Рупу Госвамина, Дживу Госвамина и др. Лирику Хемадри, Видьяпати и Чандидаса Чайтанья любил слушать и часто цитировал.

В поддержку радха-татвы чайтаниты ссылаются и на «Брахма-вайварта-пурану», в которой Радха часто упоминается. Внимательное прочтение «Брахма-вайварта-пураны», как отмечает ученый-пуранист Р. Ч. Хазра, показывает, что это произведение является самой поздней из дошедших до наших дней пуран. Йогеш Чандра Рой тщательно исследовал «Брахма-вайварта-пурану» и пришел к выводу, что впервые она была составлена скорее всего в VIII в. н. э. Примерно с X в. содержание и форма «Брахма-вайварта-пураны» претерпевают изменения. Содержание и форма пураны, которые мы знаем сегодня, являются результатом интерполяций бенгальских авторов, изменивших ее в XVI в. Помимо этих интерполяций, «Брахма-вайварта-пурана» содержит фрагменты, оставшиеся от ее ранней формы.

Утверждение о том, что существующая в наши дни «Брахма-вайварта-пурана» появилась скорее всего в VIII в., не означает, что до этого периода вообще не было пураны под названием «Брахма-вайварта». Учитывая старинное утверждение о существовании восемнадцати махапуран, с большой долей вероятности можно полагать, что до 700 г. н. э. существовала БВП, которая сегодня утеряна.


Судьба другого известного источника, упоминающего Радху, а именно «Матсья-пураны», та же, что и «Брахма-вайварта-пураны» — высокая степень интерполированности текста и отсутствие старинных комментариев, что не позволяет относиться к «Матсья-пуране» как к достоверному источнику.


«Брихад-гаутамия-тантра» — еще один источник, на который ссылаются чайтаниты в поддержку радха-татвы. История происхождения БГТ туманна. В ваидика-сампрадаях о ней ничего не известно. Похожая по названию на БГТ «Гаутамия-тантра» — произведение иной тематики и другого контекста.

О Лакшми:

http://vilasatu.livejournal.com/28415.html
http://vilasatu.livejournal.com/28744.html
http://vilasatu.livejournal.com/29107.html


продолжение следует

vilasatu: (Default)

श्रीः


Брахма-самхита



«Брахма-самхита» — важное для адептов культа Чайтаньи произведение. С ее помощью обосновываются некоторые постулаты культа. Упоминаний «Брахма-самхиты» в работах мыслителей периода до Рупы, Санатаны и Дживы Госваминов обнаружить не удалось даже в Бенгале. О традиции, живой или исчезнувшей, хранящей знание об этой самхите, также ничего не известно. При таком положении вещей, история появления самхиты (Чайтанья ее нашел в одном из храмов Южной Индии) выглядит, мягко говоря, подозрительно.


Кришна vs. Вишну



Трепетное отношение к имени «Кришна» породило идею о различии между Кришной и Вишну. Её корни, опять же, кроются в формуле Кришна — источник всех аватаров. Ещё одним аргументом питающим это различие служит раса-лила, самая таинственная и возвышенная из всех лил, как ее называют чайтаниты. Раса-лила — лила Кришны, в которую Лакшми так и не смогла попасть.

Заглянем в последний стих главы о раса-лиле: vikrīḍitaṃ vrajavadhūbhiridaṃ ca viṣṇoḥ śraddhānvito'nuśṛṇuyādathavarṇayedyaḥ bhaktiṃ parāṃ bhagavati pratilabhya kāmaṃ hṛdrogam āśv apahinoty acireṇa dhīraḥ (10.33.39). Что мы видим? Оказывается, раса-лила — это лила Вишну. Но в отличие от учения Чайтаньи, шастры говорят, что между рупами Бхагавана нет различий, т.е. Кришна и Вишну — это сам Бхагаван (бхагаван сваям). Кришна — сваям Бхагаван, вишну-аватара.


С чего начинается «Бхагаватам»? После прославления Вьясы Сута произносит слова, которые повторяют первые строки «Махабхараты» 1.2.4:

nārāyaṇaṃ namaskṛtya naraṃ caiva narottamam
devīṃ sarasvatīṃ vyāsaṃ tato granthamudīraye

Это благословение, предложенное Сутой перед тем, как он начнет повествование. Он благодарит Шаунаку и других ведомцев за их интерес к историям о Кришне (Бхаг. 1.2.5-7).

В продолжение Сута говорит о том, что Веды утверждают славу Васудэвы и наши действия должны быть посвящены Ему. Наше знание должно быть о Нем и Он высшее назначение (Бхаг. 1.2.29-30).

Далее Сута описывает аватары: (1) Санаткумара, (2) Вараха, (3) Дэварши или Махидаса, (4) Нара-Нараяна, (5) Капила, (6) Атрипутра, (7) Яджня, (8) Набхи, (9) Притху, (10) Матсья, (11) Курма, (12) Дханвантари, (13) Мохини, (14) Нарасимха, (15) Вамана, (16) Парашурама, (17) Ведавьяса, (18) Рама, (19) Баларама, (20) Кришна, (21) Будда, (22) Калки.

Следует обратить внимание на отсутствие в перечислении Вишну.

yasyāmbhasi śayānasya yoga-nidrāṃ vitanvataḥ
nābhi-hradāmbujād āsīd brahmā viśva-sṛjāṃ patiḥ — Бхаг. 1.3.2

etan nānāvatārāṇāṃ nidhānaṃ bījam avyayam
yasyāṁśāṁśena sṛjyante deva-tiryaṅ-narādayaḥ — Бхаг. 1.3.5

Из Вишну исходят амши и аватары.


Кришна-аватара перечисляется двадцатой. Кришна — ближайший к эпохе Кали аватара. Именно по этой причине в «Бхагаватам» ему посвящено больше текста.


Нара, Притху и Баларама — имеют особое присутствие Бога (viśeṣāveśa) и не являются аватарами. И хотя здесь представлено определенное количество аватаров, они, тем не менее, бесконечны.

avatārā hy asaṅkhyeyā hareḥ sattva-nidher dvijāḥ — Бхаг. 1.3.26

Аватары Хари равны. Все они svāṃśakalāḥ или svarūpāṃśa, такие же как Кришна. Он мула-рупа падманабха, как и другие.


ete svāṃśakalāḥ puṃsaḥ kṛṣṇastu bhagavān svayam — Бхаг. 1.3.28

Смысл этих слов: ete paramanuruṣasya svāṃśakalāḥ svarūpāṃśāvatārāḥ na tatrāṃśāṃśinorbhedaḥ । kimuktaṃ bhavati । kṛṣṇo bhagavān svayaṃtu bhagavān mūlarūpī bhagavān svayameva.

Не следует принимать Кришну как единственный главный образ (mūlarūpa), а остальные аватары считать неравными Ему. Аватары являются сварупамшами главного образа, как и сам Кришна. Сварупно они все равны. Это становится более очевидным при рассмотрении утверждения, которое идет по контексту раньше.


ṛṣayo manavo devāḥ manuputrāḥ mahaujasaḥ ।
kalāḥ sarve harereva saprajāpatayaḥ smṛtāḥ ॥

Риши, ману и т.д., упоминаемые здесь, являются калой, то есть бхинна-амшами. Здесь kalāḥ означает bhinnāmśāḥ, тогда как аватары Господа, включая Кришна-аватару, являются сварупа-амшами. Контраст между сварупа-амшами и бхинна-амшами здесь проводится не между Кришна-аватарой и другими аватарами, но между всеми аватарами Господа и риши, ману и др. Сварупа-амша — это все аватары, а бхинна-амша — риши, ману...


Итак, между аватарами нет различия — na tatrāmśāmśinorbhedaḥ.

Гаудиане же, не понимая контекст 1.3.28, делают Кришну источником всех аватаров. Но почему «Бхагаватам» выделяет Кришну? Да потому что аватары такого не было. Затем Он проявил свои лилы, теперь эти лилы стоит описать.

Повествуя об аватарах, выделяя Кришну, Сута подчеркивает, что «Бхагавата-пурана» составлена Вьясой именно для описания славы этих аватаров, в особенности аватары Шри Кришны (Бхаг. 1.3.40).


На что указывает вишну-татва и слово «вайшнав»? Почему вайшнав, а не дханвантарист какой-нибудь? Ибо Вишну. Его аватары, а не Кришны, что видно из самой «Бхагавата-пураны».

продолжение следует


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Мы отдаём себе отчёт в том, что приведенные в цикле «Ложь кришнаитов» доводы могут смутить рядового адепта культа Чайтаньи, т.к. о Ведии ему ничего не известно и в тонкостях Санатана-дхармы он не разбирается. В основе нашего исследования культа Чайтаньи лежит наследие великих ведомцев и Шастра.


С социально-религиозным течением, известным как бенгальский вайшнавизм, Гаудия-матх, рагануга-бхакти, Международное общество сознания Кришны, движение «Харе Кришна» и др., произошли любопытные исторические метаморфозы, охватившие саму суть воззрений этого течения. Оно было и остаётся одним из символов шастрового декаданса средневековой Индии, когда фольклор и буйство псевдоведних сект соревновались друг с другом в мистическом и трансцендентном.


Бенгальский вайшнавизм (далее — культ Чайтаньи, гаудианство), развивался постепенно, волнами. Одна волна воззрений сменяла другую, что-то добавлялось, что-то отходило как незначительное. Одной из таких волн, спустя четыреста лет после рождения Чайтаньи, были фантазии судьи и мыслителя новой формации — Кедаранатхи Бхактивинода. Именно с него началась эра отступничества от ортодоксального гаудианства.


Бхактивинод придумал новое гаудианство, во многом отличающееся от того, что проповедовали патриархи. Ортодоксы были возмущены. Свое ви́дение Бхактивинод доверил бумаге, плодовито издав несколько книг. Пожар неогаудианства охватил сначала Маяпур, Навадвипу, а затем перекинулся на Калькутту. Бенгал пылал.

Благодаря проповеди основателя Международного общества сознания Кришны (ИСККОН, ISKCON) — А.Ч. Бхактиведанты Свами Прабхупады, учением Чайтаньи заинтересовалась молодежь США, Европы, а затем и других стран.

ИСККОН взрощен на идеях Бхактивинода и личном понимании Прабхупадой учения Чайтаньи. По сути, ИСККОН отгородился от традиционного гаудианства. В организации проповедуется культ личности ачарьи-основателя. Свободомыслие подавляется. Противоречивость учения Чайтаньи неизбежно порождает вопросы у мыслящих адептов ИСККОН, не задерживающихся в организации надолго.


Бхакти Вигьяна Госвами


В интернетах можно встретить такую видеозапись:



https://www.youtube.com/watch?v=4XGHBNSKiig

Бывший руководитель «Московского общества сознания Кришны», Бхакти Вигьяна Госвами, отвечает на вопрос — цит.: «Часто можно слышать, что Международное общество сознания Кришны это секта, которая промывает людям мозги, зомбирует. Что вы можете сказать на это?».

Бхакти Вигьяна Госвами: «Общество сознания Кришны — это великая традиция, за нами достаточно долгая история».

И тут же, противореча себе, продолжает: «Наша конкретная ветвь вайшнавизма началась 500 лет тому назад в Бенгале, в средневековой Индии. И основателем ее является Чайтанья Махапрабху — великий святой Индии, признанный всеми. На самом деле, сам он в свою очередь следовал еще более древней традиции вайшнавизма, которая насчитывает тысячу и тысячу лет, и запечатлена в таких источниках, как «Махабхарата», как «Бхагавад-гита» или «Бхагавата-пурана». За нами стоит традиция, насчитывающая много веков, в традиции со своими святыми, со своими очень высокими духовными и моральными принципами, которые в сущности являются гарантами того, что отклонения, которые будут безусловно допускаться, тем не менее не перейдут в какую-то злокачественную вещь. Обычно секты, которые допускают такое отношение к людям, изобретенное их собственными авторами, не имеют глубоких исторических корней».


К сожалению, это всего лишь показное «глубокомыслие». Проповеднический приём, направленный на обывателя, человека невежественного, знакомого с Индией, в лучшем случае, с подачи мадам Блаватской и Рерихов, на людей, для которых Индия — это шамбала-карри-гуру, с еле слышимой и пока ещё незагубленной тягой к прекрасному. Однако пользоваться невежественностью паствы для ее охмурения — низко и подло.


Вот ещё несколько цитат Бхакти Вигьяны из этого же видео:

«Всё то, что имеет глубокие исторические корни, не может быть построено на ложном фундаменте, потому что оно будет разрушено неумолимым временем».

«Но священные писания, на которых основано общество, учительские традиции, с которыми оно пришло, какие-то культурные традиции, которые оно несет, все они имеют очень глубокие корни и не имеют отношения к формальной организационной структуре».

«Естественно, с философской точки зрения, как я уже сказал, никакие обвинения в том, что это секта, не выдерживают критики».


Из заявленного видно:

1. Древность традиции и глубокие исторические корни — залог истинности.
2. Наличие выдуманных святых, отклонения — это нормально и незлокачественно.
3. Чайтанья принадлежал к более древней традиции, чем сами кришнаиты.
4. Высокие духовные и моральные принципы гарант незлокачественности.


Давайте проверим, так ли обстоят дела с культом Чайтаньи, как утверждает Бхакти Вигьяна Госвами.



Позиционирующая себя ведической традицией, с ведическим же учением, организация Международное общество cознания Кришны, равно как и другие ветви гаудианства (Гаудия-матх, группы бабаджи), оказываются на поверку, благодаря самому веднему проверочному аппарату (веда-шастра-прамана), ничем иным, как банальной профанацией, использующей популярный брэнд «ведический» для придания авторитетности своим идеям. Кришнаиты пытаются убедить мир в том, что культ Чайтаньи является древней традицией.


Чайтанья родился в 1486 г., т.е. чайтанизм появился в XV веке. Философская основа культа Чайтаньи представляет собой конгломерат из фольклора, средневековой поэзии, заимствований из тантры и других культов, эротики и откровенных фантазий патриархов культа.

Чайтанья не создал каких-либо философских трудов, поэтому о его взглядах нам доподлинно ничего не известно. Его описывают как майявада-санньясина, проповедывавшего вайшнава-дхарму, при этом в его словах и аргументах вайшнава-дхарма, как она представлена в шастрах, не прослеживается. По сути учение культа Чайтаньи формировали Рупа, Санатана и Джива Госвамины. Именно в их работах мы находим изложение основных догм культа.


К контрапунктам. Определяется ли «ведическая культура» древностью? Какими временными промежутками оперирует Бхакти Вигьяна Госвами, определяя древность идеологии культа Чайтаньи? Пятьсот лет достаточно или не очень? Каково определение «древности» в его понимании? То, что старше дедушек и бабушек?

Бхакти Вигьяна гарантирует, что в древности отсутствуют весомые отклонения и неистинность. Мягко говоря, это заблуждение. В «Веданта-сутрах» Шри Вьяса перечисляет школы, чьи учения противоречат Ведию и являются злом: буддизм, шактизм, санкхья и пр. Культ Чайтаньи — сообщество мятежного средневековья, появившееся в период, когда антиведние ереси вливались в массы бурным потоком. Это время возникновения культов псевдобхакти Кабира, Валлабхи, Чайтаньи, Нанака, раманандинов, Мирабаи; популярных в народе святых, таких как Тулсидас, Тукарам и других.


Следует упомянуть одну из «заслуг» культа Чайтаньи — создание Движения Бхакти (в Бенгале, спустя 200 лет после смерти Чайтаньи оно стало называться «Движением санкиртаны»). Побывав в Удупи, увидев размах Движения Бхакти, начатого Мадхвачарьей за двести лет до этого, вдохновленный Чайтанья начинает похожее Движение в родном Бенгале. Однако сегодня именно Чайтанье вменяют в заслугу основание этого Движения по всему миру. Историческая несправедливость налицо.

Фальсификация и явная ложь — ещё одна яркая характеристика культа Чайтаньи. Речь идет о встрече Чайтаньи с неизвестным татвавади-ачарьей в Удупи. Воображаемую автором «Чайтанья-чаритамриты» (далее — ЧЧ) встречу Чайтаньи с Валлабхой опровергают не только последователи Валлабхи, но и другие факты, о которых мы будем говорить в соответствующей главе цикла (далее — ЛК) и т.д., и т.п.


Существование антиведних ересей с незапамятных времен противоречит утверждениям Бхакти Вигьяны Госвами. Заявление о том, что древность традиции является гарантом истинности учения, лишь подтверждает невежество Бхакти Вигьяны. Ереси существуют не одно тысячелетие и будут существовать дальше.


Первый вопрос, который следует задать: основана ли идеалогия культа Чайтаньи на шастрах?

Позволим читателю не поверить на слово участнику видеоролика и проверим его утверждения.


Одной из главных догм культа Чайтаньи является догма о Кришне как об источнике аватаров (аватари).


В подтверждение этой догмы последователи Чайтаньи цитируют «Бхагаватам» 1.3.28:

ete cāṁśa-kalāḥ puṁsaḥ
 kṛṣṇas tu bhagavān svayam
indrāri-vyākulaṁ lokaṁ
 mṛḍayanti yuge yuge


ISKCON: «Все перечисленные воплощения представляют собой либо полные части, либо части полных частей Господа, однако Господь Шри Кришна — изначальная Личность Бога. Они нисходят на разные планеты, когда там по вине атеистов возникают беспорядки. Господь нисходит, чтобы защитить верующих».

А. Ч. Бхактиведанта Свами: «По утверждению Шрилы Дживы Госвами, основанному на авторитетных источниках (?), Господь Кришна — источник всех остальных воплощений. Сам же Господь Кришна не имеет источника. Личности Господа Шри Кришны в полном объеме присущи все признаки Высшей Истины, и в «Бхагавад-гите» Господь провозглашает, что нет истины, превосходящей Его или равной Ему. В этом стихе употреблено слово свайам, подчеркивающее, что у Господа Кришны нет иного источника, кроме Него Самого. Несмотря на то, что и в других местах воплощения описываются словом бхагаван, указывающим на особые функции этих воплощений, они нигде не провозглашаются Верховной Личностью. В этом стихе слово свайам определяет верховную власть как суммум бонум».


Слово сваям означает сам или сам лично. Вот, что говорит словарь: а) स्वयम् svayam ind. oneself; б) स्वयम् svayam ind. self; в) स्वयम् svayam ind. one's self. Никаких намеков на смысл, который вкладывает Бхактиведанта Свами.


А далее уже ставится под сомнение смысл других стихов «Бхагаватам», где зачастую для иных аватаров Вишну используются те же слова «сваям бхагаван». Например, Дханвантари описывается как Бхагаван сваям: धन्वन्तरिश् च भगवान् स्वयम् / dhanvantariś ca bhagavān svayam (Бхаг. 2.7.21).


Здесь описывается Вамана как «сваям Бхагаван Нараяна»: तस्यानुचरितम् उपरिष्टाद् विस्तरिष्यते यस्य भगवान् स्वयम् / tasyānucaritam upariṣṭād vistariṣyate yasya bhagavān svayam… (Бхаг. 5.24.27).


Далее о Вишну: श्रीराजोवाच समः प्रियः सुहृद्ब्रह्मन् भूतानां भगवान् स्वयम् इन्द्रस्यार्थे कथं दैत्यानवधीद्विषमो यथा / …bhūtānāṁ bhagavān svayam… (Бхаг. 7.1.1).


А здесь говорится о Господе Вайкунтхи, как о сваям Бхагаване: पत्नी विकुण्ठा शुभ्रस्य वैकुण्ठैः सुरसत्तमैः तयोः स्वकलया जज्ञे वैकुण्ठो भगवान्स्वयम् / …śubhrasya vaikuṇṭhaiḥ …vaikuṇṭho bhagavānsvayam (Бхаг. 8.5.4).


продолжение следует


vilasatu: (Default)


श्रीः




Один бывший кришнаит, который интересуется татвавадом задает мне уже давно один и тот же вопрос, он сильно его мучает и не дает ему отказаться полностью от идей гаудианства. Это глава из 10 скандха про жён брахманов. В щридхаровской версии это 23 глава, в южном патхе - это 21 глава. Там говорится о том, что Кришна проголодался и отправил пастушков за едой к брахманам, которые готовили йаџњ и даже не обратили внимания на просьбы мальчиков, хотя те увещевали, что это для Бхагавана. Узнав, что брахманы не отреагировали, Кришна рассмеялся и отправил мальчиков к жёнам этих брахманов. Жёны давно интересовались Кришной и надавали много еды. Идея у гаудий такая, что брахманы, следующие Ведам, сильно горды, а простые женщины Враджа, привлеченные красотой и необычностью Кришны достигли щуддха-бхакти. Тем самым как бы отвергается Веда-патх и создается другое направление - это простая враджа-бхакти.


21-й (согласно ваишн̣авскому пāт̣ху) адхйāй̤ 10-го Скандха Бхāгавата, описывающий встречу Щрӣ-Крьшн̣ы с женами брāхман̣ов-йаџњиков, неудовлетворенную этими брāхман̣ами просьбу посланных Крьшн̣ой и Рāмой гопов и последующее раскаяние йаџњиков, не сопровождается объяснениями Мадхвы. Очень сложно превратно понять само описание этой лӣлы или истолковать значение её, если только не пускаться в литературный домысел.

Очевидна показательность лӣлы в отношении гӣтовых щлоков

कामात्मानः स्वर्गपरा … क्रियाविशेषबहुलां भोगैश्वर्यगतिं प्रति … समाधौ न विधीयते । त्रैगुण्यविषया वेदा निस्त्रैगुण्यो भव … (Гӣтā 2.42–45)

पत्रं पुष्पं … यो मे भक्त्या प्रयच्छति तत् … अश्नामि … (Гӣтā 9.26),

а также таких щлоков Бхāгавата как विप्राद्द्विषड्गुणयुतात् … (Бхā° 7.9.10) и многих подобных.

Лӣлā совсем не о том, какое сāдхание или поклонение лучше — веднее йаџње обрядовое или просто взять и поднести Крьшн̣е пищу „своими словами“. И тем более не о том, что ради удовлетворения Бхагавāна надо непременно отбросить всяческие церемонии, в которых нет никакого смысла, кроме расчета на сварожные удовольствия. Как раз высший смысл в йаџњах есть, и беда брāхман̣ов состояла в том, что они забыли об этом смысле, самоуверенно предаваясь йаџанию в мелких, низких целях:

क्षुद्राशा भूरिकर्म्मणो1 बालिशा वृद्धमानिनः ॥ (Бхā° 10.21.9)

Смыслом же этим является Само Брахма, Бхагавāн, чьим присутствием проникнуты и осуществлены все слагающие йаџња, о чем в адхйāйе говорится дважды, второй раз — самими брāхман̣ами:

देशः कालः … क्रतुर्द्धर्म्मश्च यन्मयः ॥ तं ब्रह्म परमं साक्षाद्भगवन्तमधोक्षजम् … (Бхā° 10.21.10–11)

देशः कालः … क्रतुर्द्धर्म्मश्च यन्मयाः ॥ स एष भगवान् साक्षाद् विष्णुर्योगेश्वरेश्वरः । जातो भुवि … (Бхā° 10.21.47–48)

В Бхāгавате, в том числе в описаниях Крьшн̣āватāрия, упоминаются многие брāхман̣ы: Гарга̤, Сāндӣпани, Судāма̤. Ни один из них не отказался от брāхман̣ского свадхарма ради „простой Враџа-бхакти“. Гордость их от йаџњ не обуяла — они ясно сознавали Крьшн̣а-татво и ни на минуту не переставали быть Вишн̣у-бхактами. Неужели „Враџа-бхакти̤“ дискриминационна по отношению к высшим варн̣ам, наподобие классовой диктатуры пролетариата?

Неправота брāхман̣ов из 21-го адхйāя состояла не в том, что они исполняли свадхарм, а в том, как, с каким предзнанием, ради каких целей они его исполняли. По причине кāмаис таис таир хрьта-знания они забыли о Йаџње как Боге йаџња и не смогли узнать Его, явившегося перед ними, пренебречь ради Него отдельными правилами отправления йаџња, нарушение которых было вполне допустимо даже с самых строгих ритуалистических позиций, а с точки зрения смысла и назначения йаџња — бесконечно желательно. Без смысла их ведовые церемонии, которые сами по себе, даже не пошли Он к ним Своих друзей с просьбой, могли бы быть великим подношением Бхагавату, оказались пустой тратой времени, в конце удостоившейся даже их собственного презрения:

धिग् जन्म नस्तु … धिक् क्रियादाक्ष्यं विमुखा ये त्वधोक्षजे ॥ (Бхā° 10.21.39)

С другой стороны, внешне простой поступок жен, в котором, однако же, те не просто пренебрегли условностями, но сожгли за собой все мосты, придя к Щрӣ-Крьшн̣е тйакта-сарввāщāх̤, без малейшей надежды на возвращение к своей прежней жизни — это щраван̣ие и манание о Нем преисполнили их џњāнием, бхактью и ваирāгьем такой степени, — оказался не просто лучше или достойнее всей жизни их мужей, но качественно инаким, йач чхиндйāн мрьтйу-пāщāн грьхāбхидхāн, разрубающим гибельный кокон грьха, из которого даже в момент смерти не найдешь и не захочешь искать выхода, поскольку в нем ощущаешь себя собой, а свое своим.

Если бы ведние йаџњи, находящиеся на одной из сторон противопоставления, не обладали внутренним потенциалом величия и святости, полностью скомпрометированным бездумным, самоуверенным и мелкокорыстным их исполнением йаџњиками Враџа, то в чем бы состоял смысл сравнения их с простым, однократным, но пронизанным ананйа-бхактью поступком их жен? На фоне самого простого служения, вознесенного ведāнадхикāрин̣ом, но в сознании величества Бхагаванта („Вибхо“, „Ариндама“, — называют Его йаџња-патни) и с единственным желанием Его прӣти, самая сложная процедура, выполняемая досконально и стабильно на протяжении десятилетий после продолжительного обучения и в сопровождении фонетически и просодически безупречной рецитации Веда-мантров выглядит непроходимой тупостью, театром абсурда.

Так детализированность и системообразность практики, сакральная антуражность ежедневной и календарной обрядовости, легендарность и архаичность ассоциированной с ней героики наполняют адепта гордо-смиренным чувством принадлежности, закупоривающим доступ свежего, ненакаженного воздуха прамāн̣ий к тем участкам разума, что еще помнят момент и мотивы принятия этого пути в качестве средства самоосуществления.

Пример йаџња-патней — это то самое „апи“ — „даже“ — в

स्त्रियो वैश्यास्तथा शूद्रास्तेऽपि यान्ति परां गतिम् ॥

Сразу за которым следует „что говорить о“:

किं पुनर्ब्राह्मणाः पुण्या भक्ता राजर्षयस्तथा ।

इति । श्रीकृष्णार्पणमस्तु ॥

Здесь описание йаџњиков как бхӯрикарма указывает не на то, что они не правы, совершая „много кармен“, а на несоответствие между тем, что совершение этих кармен могло бы дать как во время их отправления, так и в виде плодов, и теми целями, ради которых йаџњики их употребляли. Слишком много трудов, и ради чего? Подчеркивается напрасность стольких кармен в случае конкретных йаџњиков, а не бессмысленность совершения многих кармен в принципе. Другими словами, порицается дисбаланс между карменем и џњāнием.

Оригинал статьи: http://giraf-ps.tumblr.com/


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥



Оригинал статьи: http://giraf-ps.tumblr.com/post/53429284424/a


tumblr_moorl540gx1sp2zl7o1_1280



Страничка из Таттва-сандарбха изданія Пурӣдāса Махāщайа (бывш. Ананта-Вāсудэва) с его же исправленіями для (так и не состоявшагося) второго изданія. Работу по сведенію текстовых варіантов из разных рукописей и изданій, которую он продѣлал, используя ресурсы Гаўд̣ӣйа Миссіи, с тѣх пор не повторял никто — всѣ авторитетные публикаторы берут за основу его изданія, чаще всего втихомолку.

Из текста и примѣчаній видно, что Џӣва относил Āчāрйу Мадхву к Щаӈкара-парампарѣ (щрӣмаччхаӈкарāчāрйа-щишйатā-парампарāм̇ лабдхвāпи), этот варіант встречается в подавляющем большинствѣ списков Таттва-сандарбхи. Никакого упоминанія о Мадхвѣ как о „парам̇-гуровѣ“ или чего-то подобнаго не присутствует.

При этом абзацем выше Џӣва проявляет полную освѣдомленность о сампрадāйной принадлежности Рāмāнуџи (сāкшāч‿чхрӣ-прабхрьтитах̤-праврьтта-сампрадāйāнāм̇), относит на его счет предсказательный щлокъ̤ из 12 Скандха Бхāгавата („квачит квачит махāрāџа дравид̣ешу ча бхурищах̤“) и говорит, что будет руководствоваться его объясненіями и истолкованіями (в то время как от Мадхвы он берет только собранные тем утерянные отрывки различных щāстр).

В комментаріи к этому отрывку Баладэва демонстрирует свою примѣчательную неосвѣдомленность о Мадхва-сиддхāнтѣ. Суммируя отличія мадхвоваго сиддхāнта от гаўд̣ӣйскаго, он пишет:

प्रचारितेति भक्तानां विप्राणाम् एव मोक्षः । देवा भक्तेषु मुख्याः । विरिञ्चस्यैव सायुज्यम् । लक्ष्म्या जीवकोटित्वम् इत्य् एवं मत-विशेषः ।

„… только бхакты-випры достигают мокша (?) … Лакшмӣ̤ относится к разряду џӣв (??)…“

Тематическую подборку цитат, легших в основу Шат̣-сандарбха, Џӣва получил от Гопāлы Бхат̣т̣ы. По-видимому, знанія Баладэва, при всей его периферической приверженности собственным представленіям о татвавāдѣ, значительно уступали эрудиціи Гопāлы Бхат̣т̣ы, но даже богатая коллекція цитат не помѣшала Џӣвѣ двинуться в истолкованіи Бхāгавата в діаметрально противоположном Мадхвѣ направленіи.



PS[КфБ]: Историческая и идеологическая преемственность между Мадхвой и гаудианством отсутствует.


vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥


Картина Уджвалы Ниламани (Олега Губского), написанная для оформления обложки книги „Саӈграха-Рāмāйан̣а“ Нāрāйан̣ы Пан̣д̣итāчāрьи под редакцией Баннанџе Говиндāчāрьи, предоставлена художником для благотворительного аукциона.


ФБ Аща Санграха Рамайана



Если, выехав из Уд̣упӣ или Гокарн̣ы и перевалив через Западные Гхаты, свернуть с проторенной магистрали, то на берегу реки Тун̇га вы найдете старинный монастырь, основанный еще Акшобхйа Тӣртхой, учеником великого Мадхвы и учителем прославленного экзегетика Џайатӣртхи.


IMG_0133


IMG_0161


IMG_0197


IMG_0164



Это уединенное место давно бы пришло в запустение, а храм превратился в живописные руины, коими столь изобилует земля Карнатаки, если бы не преемственность бескорыстных служителей-саньясинов, поддерживавших очаг знания и поклонения часто вопреки враждебности местных властей и равнодушию общества. Называется этот монастырь Балагару мат̣ха, а саньясина, который в настоящее время служит в этом мат̣хе, зовут Рагхубхӯшана Тӣртха, в честь Господа Рāмы. С молодых лет он, зачастую в одиночку, не только поддерживает служение в храме и привечает паломников, но и заботится о четырех десятках коров.


IMG_0191


IMG_0175



Идеалом отношения к корове в дхарме всегда было сыновнее чувство, не допускающее жестокости в угоду экономической целесообразности. Поэтому в мат̣ховской гошале живут не только дойные коровы, окупающие свое содержание молоком, но и телята с матерями, и быки, и состарившиеся животные. Мат̣хи издревле претворяли в жизнь такой этический идеал. Когда Уджвала Ниламани познакомился в Уд̣упӣ с Рагхубхӯшаной Тӣртхой, у него возникло желание предоставить посильную помощь мат̣ху, не обладающему ни разветвленной сетью учеников, ни персоналом для медийных компаний. Что там говорить, если управляться с коровами свāмӣну помогает всего один работник.
Часть от вырученных от продажи картины средств пойдет на го-севу (служение коровам) в Балагару мат̣хе. Еще одна часть предназначена для других проектов, связанных с публикацией работ Мадхвы и его последователей.


IMG_0177


IMG_0185


IMG_0168


IMG_0189


IMG_0192


IMG_0165




vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥


Щатарудрійам 1.1 (Таіттирӣйа-сам̇хитā 4.5) с бхāшьем Баннанџе Говиндāчāрйи


ओ३म् ॥ रुद्राय भद्राय समुद्रगाय साराय सूराय समीरणाय ।
त्र्यक्षाय पृक्षाय परीक्षकाय नमोऽन्तरिक्षाय पराक्षराय ॥


Рудрāйа бхадрāйа самудрагāйа сāрāйа сӯрāйа самӣран̣āйа
трйакшāйа прькшāйа парӣкшакāйа намоɐнтарикшāйа парāкшарāйа



विष्णोः प्राणस्य रुद्रस्य प्रियं हि शतरुद्रियम् ।
जिज्ञासुजनबोधाय व्याख्यास्यामो यथामति ॥


„Вишн̣авѣ, Прāн̣ѣ и Рудрѣ очень любо Сторудріе. К разуменію џиџњāсавов, радѣющих в Вѣдах знанія, мы, в мѣру испытаннаго пониманія и согласно Ученію, будем толковать Сторудріе“

Атхāтах̤, отныне и потому[↓1] мы начинаем толкованіе Сторудрія.

Мы таіттирӣи — принадлежим к Таіттирӣйа-щакхѣ. Поэтому вначалѣ будем толковать Сторудріе по таіттирӣйскому чтенію (пāт̣ху). Йаџња-мантры Сторудрія содержатся в Пятом прапāт̣хакѣ Четвертаго кāн̣д̣а Таіттирӣйа-сам̇хиты. Нѣкоторые вѣдознатели называют прапāт̣хакъ̤ пращном. Согласно им, Рудрāдхйāйъ̤ является Пятым пращном. По Вāртикѣ[↓2] (Ашт̣āдхйāйи-сӯтры 4.2.28), щатарудрāч‿чхащ ча гхащ ча. Слѣдовательно, умѣстно употребленіе как „Щатарудрӣйам“, так и „Щатарудрийам“Читать далее... )

vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥


В марте сего года Палимāру Мат̣х, что в Уд̣упӣ, издал долгожданное и желанное «Щатарудрийам» - «Сторудрие» с объяснениями Баннанџе Говиндāчāрйи. Работа на санскрите во всех отношениях ценная и важная. Ценная знаниями смыслов, которые раскрывает Говиндāчāрйа. Важная, в том числе, тем, что раскрывая Рудра-татвам, обнажает поверхностность и невежество щаива и саӈкарито-āгамов, далеких от гармонии Веда-щабд.

100Rudriyam_01



100Rudriyam_02



Прекрасное эссе-вступление к этой работе пера Нāрасим̇хи Дивногорского: http://ashvattho.blogspot.de/2013/04/votchina.html

Книга издана ограниченным тиражом, всего 500 экземпляров. Содержит, кроме основного текста и объяснений, два дополнения: Нрьсим̇ха-ставах̤ и Тāратамйамӣмāм̇сā.

100Rudriyam_03


100Rudriyam_04



Из предисловія Баннанџе Говиндāчāрйи к Щатарудрійам


Оригинал: http://ashvattho.blogspot.de/2013/04/100rudriyam-nivedaniyam.html


Йаџасовое „Щатарудрійам“ (Сторудріе) находится и в Щукла-, и в Крьшн̣а-йаџур-вѣдах, за нѣкоторыми разночтеніями. В настоящее время нам доступны шесть прочтеній Сторудрія в шести Сам̇хитах. Это Таіттирӣйа-сам̇хитā, Кāн̣ва-сам̇хитā, Мāдхйандина-сам̇хитā, Маітрāйан̣ӣйа-сам̇хитā, Кāт̣ха-сам̇хитā и Капишт̣халакат̣ха-сам̇хитā. Несмотря на шесть существующих варіантов, это собраніе мантров во всѣх случаях традиціонно носит названіе „Щатарудрійам“. Таіттирӣйам Щатарудрійам состоит из одиннадцати анувāков и является Пятым прапāт̣хаком Четвертаго кāн̣д̣а Таіттирӣйа-сам̇хиты. Его называют также Рудра-пāт̣хаком. На него есть два старинных бхāшья: Сāйан̣ы и Бхат̣т̣а-Бхāскары. Мāдхйандинам Щатарудрійам Щукла-йаџур-вѣда объясняли Махӣдхара и Уват̣а. Кāнва-сам̇хиту комментировал Халāйудха, а также Сāйан̣а. Упомянутые объясненія не отвѣчают татвавāду — всѣ они Читать далее... )

vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥



ashvattho.blogspot.com


Бывает так, что исконныя земли имперіи, богатыя и лугами, и лѣсом, и чудными видами, лежат дѣвственно, невоздѣланы и не украшены поселеніями, пока народ процвѣтает в имперских городах и весях. И сосѣднія разбойничьи государства, скудныя природным богатством, зато изобилующія стеллами и монументами, шлют на те земли экспедиціи, снабдив их всевозможными вымпелами, табличками и полосатыми пограничными столбцами, чтобы обозначили: и это, мол, наше, вот гдѣ лежат родные предѣлы!

Да только авантюристы, вызывавшіеся в поход, похваляясь регаліями картографов и натуралистов, всѣ как один больны врожденным дальтонизмом, усугубленным агнозіей глубины и скверным пищевареніем. Ни дали, ни краски, ни созвучный хор птичьяго пенія, зверинаго рыка, журчаній, стрекотаній, шорохов, дуновеній, — ничто не доступно их чувствам, ничто не радует и не восхищает их душу. Гдѣ они — там туман, и бродят в туманѣ парокши, и удачей почитают тот день, когда набредает на них рѣдкій путник. Обступают, цѣпляются, восклицают, наперебой навязывая себя в проводники, трясут родословными, вымогая наперед свой бакшиш — слѣпую вѣру. Как головки клещей приходится вытравлять из-под кожи их зудливое наставничество.

Но настает время, и люди Вѣды, отдохнув у корней своих садов, запечатлев в памяти планы и перспективы своих исполненных Прāн̣ы покоев, текут в обѣтованные края — отребье сливается с тенью, туман тает на солнцѣ, и путешественнику открываются глубины, красоты, тропа под ногами и цѣль в вышинѣ.

На протяженіи вѣков, прошедших с учительства Мадхвы, бо́льшая часть литературы татвавāда была посвящена разбору смыслов, содержащихся в Сарвамӯлѣ — собраніи трудов и толкованій Āчāрйи. Емкость высказываній Āчāрйи и емкость слов Вѣдавйāсы, которыми полнятся его объясненія, множественность смысловых связей в едином и непротиворѣчивом телѣ Āгама, высвѣченная им, предоставляют неистощимую почву для изслѣдованія, изученія, постиженія, размышленія и, в конечном итогѣ, вницанія в надлегающій и всеподчиняющій Вишн̣у-смысл. В сравненіи с этой углубительной частью татвословія значительно меньше нам извѣстно словесности экспансивной, распространяющей экзегетическій подход Āчāрйи на щрути и смрьти, не охваченныя его истолкованіями.

Первыя сорок сӯкт Рьг-Вѣда изъяснены Āчāрйей в Рьг-бхāшьѣ. Загадочным образом в концѣ бхāшья, в отличіе от всѣх остальных его произведеній, отсутствует колофон, заключительная формула. Значит ли это, что у Рьг-бхāшья есть неизвѣстное ныне продолженіе, или же Мадхва указывает на то, что не может быть конца изъясненію бесконечнаго Вѣда, знать с точностью мы не можем. Тѣм не мѣнѣе, направленіе открыто, важность и удовольствіе вниканія в вѣдосмыслы невозможно преувеличить, но примѣров комментаріев за предѣлами тѣх-же сорока сӯкт мы находим крайне мало. Преданіе гласит, что великій Рāгхавендра Тӣртха дал толкованіе всѣм четырем Вѣдам, но манускрипта этой работы до сих пор не обнаружили, кроме того, что еще болѣе примѣчательно, цитат из нее мы также нигдѣ не встречаем, значит, разумным будет предположить, что это, к сожаленію, только преданіе.

Для человѣческаго сāдханія достаточно фундаментальных трудов Мадхвы, вѣрно понятых с помощью изъяснителей-татвавāдинов. Однако доказательством татвавāда служат не исключительно выбранныя Āчāрйей для истолкованія части щāстра, а вся совокупность Вѣда, Вѣдāнта, Пурāн̣, Махāбхāрата, Пањчарāтра и других сад-āгамов. В этом отличіе татвавāда от мāйāвāда, повисшаго над пропастью безсловеснаго мистицизма на тоненьких ниточках „махā-вāкьев“. Отличій же татвавāда от гаӯд̣ӣйскаго ачинтйа-бхедāбхедавāда, также аппеллирующаго ко всей цѣлостности щāстра, как минимум два. Татвавāдъ̤ дѣйствительно показывает единство смысла (а точнѣе, многоуровневое единство смысла) в сад-āгамѣ, а не извлекает то оттуда, то отсюда взаимоисключающіе популярные смыслы, чтобы убедить аудиторію в непостижимости их взаимнаго сосуществованія. В установленіи же этого смысла татвавāдъ̤ слѣдует естественным для щāстра правилам саманвайа, показанным Āди-татвавāдином Бāдарāйан̣ой в Брахма-сӯтрах, не признавая народных и фантазійных, подгоночных интерпретацій.

В этом свѣтѣ бхāшья Баннанџе Говиндāчāрйи на Пуруша-, Щрӣ-, Манйу- и другія сӯкта на кан̣н̣адѣ, на Асйавāмӣйа-, Прāн̣āгни- и другія сӯкта на сам̇скрьтѣ являются настоящим прорывом в исконные земли, провозглашеніем законных прав наиглавнѣйшаго Вишн̣у-смысла на бескрайнюю Вāк, тѣм болѣе цѣнным, что в любой вѣк носители осіяннаго Вѣдом разума (пан̣д̣ā ведоџџвалā буддхих̇), способные свершить такое толкованіе на заданном Мадхвой уровнѣ очень и очень рѣдки даже среди пан̣д̣итов и џњāнинов. И особенно значимым представляется бхāшье на Щатарудрійам, которое щаівы и значительная часть саӈкаритов привыкли считать своей территоріей. Как обнаруживается, сила этой привычки питается, смѣшно сказать, лока-рӯд̣ха значеніями вѣдних щабд. Дак сколько всего „освященнаго временем“ зиждется на смѣшном, случайном, инертном, наглом, недалеком! Привычка — не повод для піетета. Мѣсто идеологическим фетишам — в кунсткамерѣ. Водвореніе их туда может оказаться внутренним переворотом, вхожденіе в полноту вѣдних артх может потребовать постоянной умственной самокорректировки, но только так Вѣды предстанут перед нами не лоскутным одеялом, перетягиваемым декларативно терпимыми сантами, а гармоничным ландшафтом, ненасильственной экосистемой щабд, через которую пролегает единственная дорога к мукти.


vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥



Реальность состоит в том, что невозможно найти золотую середину, ибо существует бхеда, различия. Даже между двумя одинаковыми существует непреодолимое различие. Невозможно угодить всем и об этом часто забывают или просто не понимают. Это также касается и „уровней“ людей. Их подготовленности к восприятию того или иного текста, в частности. Популярные ораторы разглагольствуют о каких-то аудиториях, группах последователей, которым лучше втирать пургу под соусом Вед, чем говорить словами Вед и учить тому, о чем Веды. Их главный аргумент: мол, люди неподготовленные и не смогут понять, принять. Но, позвольте спросить, а как вы определяете, когда человек созрел для правды, если вы никогда о правде не говорите? Что служит вам ориентиром подготовленности, если вы постоянно муссируете ложь, пичкаете людей гадостью и сами не знаете правды?

В мире индийских исследований застой. Индология взрощена на ошибках и эти же ошибки продолжает культивировать. Другой бич — это секты. В них отсутствует напрочь понятие „Веда“. Меж этих двух огней человеку, проявившему интерес к Индии, и приходится лавировать. Искать, приспосабливаться. Язык изложения и подачи очень невнятен, часто ошибочен. Нужна живая, точная терминология, отвечающая смыслу ведних понятий, смыслу ведословия. Переводы РАН точны, но не отражают суть. Любой старинный трактат они превращают в мифологический нонсенс. Переводы сект — грубо сколоченная поверхностная чушь. Подстраиваться не выйдет. Нельзя угождать, нужно отталкиваться от сути. Пренебречь интересами аудитории, но передать смысл. В этом долг переводчика, индолога в полном смысле слова. Но индологию точная терминология не интересует, секты и подавно. Так и живем. Не все, но большинство.

Подстраиваться и ориентироваться на обывателя заведомо безуспешное занятие. Неправильны попытки смоделировать восприятие текста „неподготовленным читателем с улицы“ и на основании этого судить о его (текста) достоинствах и недостатках. Прежде всего, такое абстрагирование от своего знания и опыта практически невозможно. Ради подобной виртуализации критик должен отключить изрядную долю собственной вдумчивости, логического мышления, непредвзятости, терпения, заинтересованности, в конце концов, — не говоря уже об элементарной информированности.

Увы, в подобных попытках виртуализации читательского сознания критик, писатель, оратор и пр. чаще всего отключает слишком много этих даров, превращаясь в какую-то шваль, готовую (якобы) брезгливо отбросить любую книжонку или статейку при первом столкновении со сложноподчиненным предложением или инверсией — и более того, начинает этой швали симпатизировать. Конечно, книжка или статейка может попасться в руки пресыщенной швали, но это едва ли тот электорат, на чью сторону надо становиться и за чье право на понимание радеть.

Cовершенно неважно, как тот или иной текст прочитал бы какой-нибудь обыватель, посещающий кружок по йоге, прежде всего потому, что прочитать за „другого“ невозможно.

Есть тексты, которые пробуждают џиџњāсу, есть тексты, которые дают џњāніе — вторые гораздо сложнее первых, но первые, по своему определению, не могут быть вразумительными слёту. О многих таттвах невозможно рассказать неподготовленному человеку внятно, не упростив их при этом до искаженности.

Н. Шёнбергер говорит, что Говиндāчāрйа прибегает в своих работах к языку, который пленяет нас в Ведах: не столько доходчивому, сколько пленительному кажущейся простотой своей сложности. Но мы же понимаем (а неподготовленный, наверное, чувствует), что его притягательная составляющая состоит не в слоге, а в глубинности смысла, который этот слог передает.

Передать такой язык — отнюдь не простая задача.


vilasatu: (Default)


॥श्रीः॥



Причин, инициировавших наше пусть и беглое, но тем не менее продуктивное знакомство с Брахма-сӯтрами, они же Ведāнта-сӯтры, и комментариев к ним, несколько. Причины весомые. Игнорировать их, полагаясь лишь на доморощенные теории индологов и вопиющие извращения сектантов средневекового индуизма, преступно.

Неудивительно, что о Брахма-сӯтрах на русском языке никогда никто не писал. Ведь нет и не было исследователей. Не было специалистов, не было даже энтузиастов, понимающих суть Вед, пусть даже и не будучи высокоучеными мужами в этом вопросе.

Первое, что хотелось бы подчеркнуть — желание понять смысл Вед, то есть Веда-артху, не ограничено ни происхождением, ни уровнем знаний, ни махровостью невежества. Главное, чтобы желание вообще возникло.

Изучение Вед не запрещено. Запреты на изучение не встречаются в щрути, однако некоторые любители околоведических идей любят настаивать на обратном, всячески подчеркивая, что лишь трем варн̣ам разрешено изучать Веды, при этом любители совершенно не понимают значение термина „варн̣а“.

Серьезной помехой для желающих познакомиться с культурой Вед является паразитическая деятельность псевдоведических проповеднических организаций и культов, таких как движение «харерамахарекришна», извращающих и профанирующих представления о Ведах, о щāстрах. Неподготовленный человек не обладает критическим аппаратом оценки истинности и ведности предлагаемых популярных индийских „религий-культов“. Парадокс в том, что и сами секты не владеют этим аппаратом, зачастую даже не слышали о нем.

Культуру Вед необходимо воспринимать, анализировать, оценивать инструментами этой же культуры, то есть, принципами Вед и эпистемологическими принципами, изложенными в Веда-щāстрах. К сожалению, не существует ни одного солидного русскоязычного труда на эту тему. Даже несолидных, и тех нет. Индийские мужи не горят желанием изучать русский язык. Знание санскрита по-прежнему является условием первостепенной важности в изучении Вед.

В основу нашего цикла легла работа профессора Б.Н.К. Щармы о трех томах — «Брахма-сӯтры и основные комментарии к ним». Первая часть цикла основывалась на труде «Брахмасӯтрабхāшйам» профессора К.Т. Пандуранги, заслуженного пан̣д̣ита-таттвавāдина из Бангалора, директора фонда дваита-исследований. По сути мы работали, имея обширный материал, анализ взглядов на Ведāнта-сӯтры трех представителей Ведāнты — Щрӣ-Мадхвāчāрйи, Рāмāнуџи и Щаӈкары.

Трактат «Брахма-сӯтры и основные комментарии к ним» проф. Щармы показывает успех эпистемологических методов Мадхвāчāрйи и его выдающуюся способность понимать язык Ведавйāса. Подход Мадхвāчāрйи способствует верному пониманию сути послания Ведāнта-сӯтр. Вне всяких сомнений, работа проф. Щармы это бесценная помощь для тех, кто желает серьезно разобраться, что же такое Веды, культура Вед и какова весть Веда-щāстр, что имеет ввиду автор Брахма-сӯтр, Ведавйāса.

Анализ показывает, что Мадхва и его комментаторы применили совершенно новый подход к источникам, на которые опирается Веда̄нта. Они передали суть Брахма-сӯтр — философию теизма, подчеркнув важность бхакти.

Бхакти невозможна без верного понимания природы Брахмана и Его величия. Одна из основных составляющих бхакти это чистая преданность Брахмени, раскрывающаяся благодаря верному пониманию Его таттвия.

Бхакти является и средством, и целью. Новый подход Мадхва̄ча̄рйи привел к осознанию самого главного, а именно — „Все без исключения источники Веда̄нты говорят о величии Брахмени, как обители бесконечной благости и вместилище бесчисленных достоинств, о Брахмени, лишенном всякого изъяна.

Некоторые тексты Веда̄нта описывают Его обладателем таких качеств, как всезнание, могущество, самодержное управление материей и душами, безграничная щедрость, красота и многих других. Иные говорят о Нем, как о свободном от всего ограниченного, например, греха, страданий, обреченности на воплощения в физическом теле.

Но есть источники, которые описывают Брахмени, как непостижимого умом и невыразимого словом, т.е. Его природа не подвластна нашему пониманию. Ее не постичь органами восприятия. Некоторые говорят о Нем, как о Единственно Реальном, намекая на то, что ничего другого не существует.

Однако есть и такие тексты, которые представляют Его как „Душу всех и вся“, намекая на то, что только Он причина всякого бытия, Он дарует способность к знанию и действию любой ограниченной реальности. Глупцы не в состоянии понять единую суть учения Вед, несмотря на многообразие и изощренность их методов в поисках божественного величия. Скудоумцы вещают о надуманных различиях „савищеша и нирвищеша“, „сагун̣а и ниргун̣а“, об уровнях восприятия „вйāвахāрика“ и „пāрамāртхика“” — (Нйāйā-Судхā, стр. 124).

Мадхва̄ча̄рйа и его комментаторы виртуозно воспели симфонию теизма Ведāнты, славящую Всевышнего, дали услышать звук Вед, который эхом отозвался в Брахма-сӯтрах. Их объяснения с применением анализа и оценки интерпретаций Сӯтр как их собственной школы мысли, так и школ Щаӈкары и Ра̄ма̄нуџи, особенно комментарии Вйа̄сатӣртхи по первым двум адхйа̄йам Сӯтр в его «Та̄тпарйа-Чандрике» и его преемника Рагхуна̄тха Тӣртхи по остальным адхйа̄йам в его «Щеша-Та̄тпарйа-Чандрике», на которые проф. Щарма опирался в своем исследовании, являются большим вкладом в развитие критического анализа Брахма-сӯтр и бесценно пополняют литературу, им посвященную. Они заслуживают особого признания.

Результаты критических исследований Тибо и ряда других современных академиков, в том числе и рецензии на истолкования Сӯтр Щаӈкары и Ра̄ма̄нуџи, по своему объему, глубине и весомости никак не могут сравниться с результатами, которых в том же направлении достигли уже несколько столетий назад Вйа̄сатӣртха и Рагхуна̄тха Тӣртха, уделившие особое внимание интерпретациям Сӯтр всех трех основных школ Веда̄нты.

Дасгупта — единственный современный историк, исследователь индийской философии, который в работе «История индийской философии» подметил важность работ Џайатӣртхи и Вйа̄сатӣртхи. Но его глава «Интерпретация Брахма-сӯтр Мадхвы и Вйа̄сатӣртхи» (стр. 102-149) разбирает детально лишь сӯтры 1.1.1-4, после чего следует весьма беглый и поверхностный „обзор других важных тем Сӯтр“. Такой анализ адхикаран̣а-щарӣров интерпретаций Адваиты, Вищишт̣а̄дваиты и Дваиты никак нельзя назвать великим трудом, в отличие от анализа Вйа̄сатӣртхи в его «Та̄тпарйа-Чандрике». Дасгупта уделил внимание лишь некоторым вопросам, поднятым в «Та̄тпарйа-Чандрике», и обзору нескольких адхикаран̣ов, например, 1.2.9-10, 18-20, 21, 24; 1.2.13; 1.4.15-18; 2.1.13, 14, 20. Но он полностью опустил обзор Вйа̄сатӣртхи взглядов Ра̄ма̄нуџи. Очевидно, что глубокое и тщательное исследование «Та̄тпарйа-Чандрики» Вйа̄сатӣртхи не входило в планы этого историка. Его работа — лишь попытка описать некоторые школы индийской философии на ограниченном количестве страниц.

Бо́льшая часть «Щеша-Та̄тпарйа-Чандрики» все еще хранится в виде манускриптов. Неудивительно, что эта работа до сих пор осталась нетронутой современными академиками. «Та̄тпарйа-Чандрикā» и «Щеша-Та̄тпарйа-Чандрикā» не переведены на английский. Поэтому академики, студенты, не знающие санскрита, не говоря уже о сāдхаках и тех, кто хотел бы начать свой Путь, лишены возможности полноценно изучить содержание этих работ, что негативно отражается на уровне их понимания Вед в общем и целом, а возможно и ограничивает сāдхание.

Трехтомная работа проф. Щармы — это его желание дать импульс серьезным и всесторонним исследованиям индийской философии и культуры Вед. Эта работа — первая веха в систематическом анализе Вед на основе их квинтэссенции — Брахма-сӯтр, открывает доступ к ценному материалу, содержащемуся в «Та̄тпарйа-Чандрике» и «Щеша-Та̄тпарйа-Чандрике» — двух выдающихся произведениях школы Дваита по теме интерпретаций Брахма-сӯтр. К ним прилагаются сведения из других источников, таких как «Анувйа̄кхйа̄на» и «Нйа̄йа-Виваран̣а» Мадхва̄ча̄рйи, «Таттва-Прадӣпа» Тривикрама, «Таттвапрака̄щика̄» и «Нйа̄йа-Судха̄» Џайатӣртхи и комментарии таттвава̄динов Рагхӯттамы, Ва̄дира̄џи, Ра̄гхавендры, Сатйана̄тха и Џаганна̄тха. Кроме того, проведено систематическое изучение адхикаран̣а-щарӣров Сӯтр по Щаӈкаре и Ра̄ма̄нуџе, причем не только их бха̄шии, но и непереведенные и неисследованные комментарии, например, «Бха̄матӣ», «Калпатару» и «Щрутапрака̄ща», и обзор их толкований в двух выше упомянутых классических произведениях школы Дваита («Та̄тпарйа-Чандрика̄» и «Щеша-Та̄тпарйа-Чандрика̄»).

Для проф. Щармы, равно как и для таттвавāдинов, было важно разрушить труднопреодолимые преграды, которые стояли перед многими современными исследователями и студентами. Теперь они могут куда более детально изучить ранее недоступные на европейских языках старинные работы, а мы надеемся, что в будущем на русском выйдет достойное исследование Брахма-сӯтр Ба̄дара̄йан̣ы словами Мадхвы, то есть, самого Бāдарāйан̣ы, что позволит обдумать и оценить фундаментальность его подхода в сравнении с подходом Щаӈкары и Ра̄ма̄нуџи. С устранением этой помехи исследователи смогут уделить методам Мадхвы и его объяснению Брахма-сӯтр достойное внимание — внимание не меньшее, чем то, которое незаслуженно досталось двум другим школам за последние 200 лет. Не побоюсь сказать, что двум другим школам уделялось почти эксклюзивное внимание в академических кругах. В кругах сект о них мало что известно. Видимо, сказывается доморощенность средневековых народных верований.

Подход таттвава̄да к Ведам теперь может быть изучен в свете тойностных взаимосвязей и с учетом верных перспектив, с применением критического инструментария и обращая внимание на лингвистические особенности стиля Сӯтр, а также в сравнительном анализе с другими школами, идеям и толкованиям которых Мадхва̄ча̄рйа и таттвава̄д смело бросили вызов, разгромив их в прах.

До тех пор, пока к изучению комментариев Дваита-Веда̄нты, предложившей иной подход к интерпретации Вед и Сӯтр, не будет серьезного отношения, бесполезно ожидать какого-либо ощутимого развития в поиске сути и промысла Сӯтр Ба̄дара̄йан̣ы, культуры Вед и сāдхании. Несерьезность, однобокость, сектантские представления и пр. не дадут нам ответа на вопрос, куда же ведет нас Ба̄дара̄йан̣а в своих Брахма-сӯтрах, о чем же говорят Веды.

Надеюсь, я смог передать и обозначить хотя бы пунктирно основную весть Брахма-сӯтр и Вед, равно как и вооружить читателя, академических ученых, сāдхаков и просто любопытствующих критическим инструментарием, ведущим к верному пониманию сути.

Я попытался не только передать содержание, но и описать структуру, формулировку, стиль и лингвистические особенности Ведāнта-сӯтр, то есть, с помощью каких приемов Ведавйāса выражает свою мысль через слово, каким образом он опирается на щрути в поддержку своих утверждений.

Академические исследователи, индологи, философы несомненно почерпнут много полезного из выдающихся работ великих умов таттвава̄да.

Возможно, знакомство с новыми формулировками и терминами в интерпретации Сӯтр (например, „пара-видйā“ и „нирн̣а̄йака-ща̄стро“) приведет их к озарению.

Проф. Щарма надеялся, что академики справедливо оценят вклад великих мыслителей таттвава̄да в интерпретационную литературу Брахма-сӯтр и проявят интерес к их изучению вместе с желанием понять их весть, равно как и увидеть пылкое сердце сӯтрака̄ры, подарившего человечеству такое блистательное произведение.

Этот цикл, конечно, не заменит самостоятельного изучения Брахма-сӯтр и прочтения комментариев к ним, но дает общее представление о них и, надеюсь, пробуждает интерес к более глубокому исследованию этого незаменимого слагающего Прастханатрайи.

В заключение хочу подвести итог и озвучить то важное, которое должно осесть в памяти читателя после знакомства с циклом.

Суть Вед — Брахман и Его величие. Брахма-сӯтры это критическая квинтэссенция, воспевающая величие Брахмана, раскрывающая Его природу, дающая ориентир, как Его достичь, и подчеркивающая важность џња̄ния и бхакти, как средств Его достижения.

В Брахма-сӯтрах содержится доказательство Его самоуправности, всемогущества, всезнания, бесконечной благости и бесчисленных достояний. Они знакомят с такими понятиями, как „саманвайа“ и „та̄ратамйа“, без которых немыслимо начать духовную практику.

Саманвайа дает возможность верно интерпретировать ща̄стры. Та̄ратамйа — фундаментальное понятие, без которого невозможно понять структуру мироздания.

Итак, мы обсудили:

• Природу Брахмени
• Саманвайа (метод интерпретации, гармонизирующий кажущиеся противоречия в положениях ща̄стр)
• Та̄ратамйа (градация в мироздании)
• Таттвы (реальности, составные элементы мироздания)
• Сам̇са̄р
• Џња̄ние
• Щраван̣ие, манание, дхйа̄ние
• Бхакти
• Дэват
• Ма̄рга и гамйа (путь и цель)
• Мукти (святая свобода — незамутненное переживание самости)

Речь шла о важности изучения БС (прагматическо-дидактический подход). О самом содержании БС (рационально-смысловой подход). О причинах, побудивших написать цикл о БС (публицистический подход).

Надеемся, было интересно и познавательно.

ити

Карл фон Бергштрайссер, Удупи, 1 955 885 113 г. от начала дня Брахмы, 5113 г. эры Кали.




Profile

vilasatu: (Default)
vilasatu

March 2017

S M T W T F S
   1234
5 67891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 04:26 pm
Powered by Dreamwidth Studios