Gedanken

Jan. 11th, 2016 12:25 pm
vilasatu: (Default)


Вот и закончилось почти трехлетнее исследование основных догм учения Чаитанйи, результатом которого стал цикл «Ложь кришнаитов». Спасибо всем, кто нам помогал, словом или делом. Статья о планете «Голока», точнее о кришнаитской фантазии под названием «Голока-Вриндавана», стала последней заметкой связанной с циклом.

За три года работы мы столкнулись с проблемой отображения санскритских терминов и цитат в кириллических текстах. Стоял выбор, использовать деванāгарӣ или латинскую транслитерацию (как принято в российской индологии и у ряда энтузиастов, пишущих по-русски), или же пользоваться кириллицей. Были опробованы все три варианта. Мы пришли к выводу, что цитировать лучше на деванāгарӣ (если оригинал на деванāгарӣ) с последующей транслитерацией на кириллице. Латинская транслитерация в кириллическом/русском тексте видится не очень удачным решением. Если она принята для того, чтобы облегчить чтение русскоязычным читателям, не умеющим читать шрифт деванāгарӣ, то почему бы не быть последовательным и не облегчить жизнь по-полной, используя кириллическую транслитерацию, ведь текст-то все равно на русском и обращен к русскоязычному читателю? Не факт, что читатель, не умеющий читать шрифт деванāгарӣ, умеет читать латиницу, хотя вероятность этого довольно высока, тем не менее практичность использования латинской транслитерации в русском тексте представляется нам не очень оправданной.


Следующей проблемой встал выбор кириллической транслитерации. Какого-то единого стандарта здесь не существует. Каждый пишет, как ему вздумается, исходя из своего опыта и разумения. Сложность заключается в отсутствии в русском языке как графем, так и звуков для передачи некоторых звуков санскрита. Например, звук, обозначаемый на деванāгарӣ графемой श, в русском языке близок звуку, обозначаемому графемой щ. Близок, но не идентичен. В кириллической транслитерации для его обозначения можно использовать графемы: щ, ш́. Российские индологи в своих публикациях вообще не заморачиваются, для звука, передаваемого графемой श, они просто используют ш (Шива, Шанкара). Та же проблема с ज (лат. j, кир. дж) и дифтонгом аи в таких словах, например, как «чаитанйа» (चैतन्य), «ваиш̣н̣ав» (वैष्णव). Его обозначают как «ай» (чайтанйа, вайшнав и т.д.).


Ввиду такого положения вещей я решил использовать кириллическую транслитерацию IAST. В ней есть определенная закономерность и последовательность. К тому же, что немаловажно, придерживаясь ее в кириллическом тексте, у читателя, знакомого с латинской версией IAST, сразу же возникает ассоциация с латинской транслитерацией и чувство привычности. Можно сколько угодно считать эту модель несовершенной, но ее распространенность говорит сама за себя. Привычность — это один из факторов, способствующих эффективному восприятию информации и ее продуктивной переработке.


Еще одна проблема не дает покоя — сохранение/не сохранение рода санскритского слова в русском языке. Например, слово «дхарма» мужского рода, но в русском языке употребляется в женском роде. Слова «карма», «татва», «прамāн̣а» среднего рода, но в русском — женского. К какому-то окончательному решению, сохранять род или нет, я не пришел, но есть аргумент, который я считаю веским: сохранение рода слова имеет смысл, если его изменение приводит к упущению самой сути или значения явления, которое это слово описывает.

У одушевленных существ имеется реальный пол и его обозначение принципиально и обоснованно, в отличие от грамматического рода неодушевленных объектов, таких как камень, стена, дверь, и тем более абстрактных понятий, таких как любовь, сила, злость, крах, счастье, грамматический род которых не несет никакой принципиальной информации. Более важным мне видится само значение слова, что оно передает, а не его род. Как замечает проф. Пандуранги, понятие «виш́еша» нужно лишь для объяснения лингвистической дифференциации между «гун̣ой» и «гун̣ином», ибо в языке различие есть, но в реальности его нет. Вот и нам в реальности все равно, «любовь» женского рода или мужского, «карма» среднего рода или женского. В русском языке слово «деятельность» (карма) женского рода, а в санскрите — среднего. Но принципиально это ни на что не влияет, и там, и там это «действие». В конце концов тому, кто знает его значение, будет все равно, а тот, кто еще не узрел суть, самое время заглянуть в словарь. Поэтому я не вижу какой-то веской необходимости синхронизировать рода в языках так, чтоб прям кровь из носу.

Перевод и перенос слова из одного языка в другой всегда будет сопровождаться подобного рода сложностями. В чем-то всегда придется идти на компромисс, что-то оставлять, что-то изменять.


В новом году, наконец-то, обратим внимание на татвавāд.



vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


§ 5

Ш́рути

Предсказания о Чаитанйе из Вед


Гауд̣ӣйа-мат̣х и ISKCON утверждают, что ш́рути — Веды и упаниш̣ады — также говорят о божественности Чаитанйи и его явлении:

Атхарваведа (3 кх. Брахма-вибх.):

itotham krta sannyaso 'vatarisyami sa-guno nirvedo
niskamo bhu-girvanas tira-atho' lakanandayah kalau
catuh-sahasrabdhopari panca-sahasrabhyantare
gaura-varno dirghangah sarva-laksana-yukta isvara-
prarthito nija-rasasvado bhakta-rupo misrakhyo
vidita-yogah syam


Перевод Gosai: «I will descend on the earth after the passage of four thousand years in the Kali-Age, and before the passsage of five thousand years. I will come on the earth on the bank of the Ganges,. I will be a tall and saintly brahmana devotee. I will have all the auspicious symptoms of an exalted person. I will exhibit renunciation. I will have all auspicious signs. I will be a devotee, practicing bhakti-yoga. I will taste the rasa of My own devotional service».

Пересказ ISKCON: «Через четыре-пять тысяч лет от начала Кали-юги Я низойду в образе санньяси, высокого, прекрасного, святого брахмана-преданного. Я приму рождение в деревне на берегу Ганги и появлюсь со всеми признаками возвышенной личности, свободной от материальных желаний. Я буду постоянно повторять святые имена Господа и так испытаю сладость преданного служения Себе Самому. Поймут же Меня только зрелые преданные».


Сāмаведа:

tathaham krta sannyaso bhu-girvano 'vatarisye
tire 'lakanandayah punah punah isvara-prarthitah sa-
parivaro niralambo nirdhuteh kali-kalmasa-kavalita-
janavalambanaya


Перевод Gosai: «I shall come to the earth, accompanied by My associates, in a place by the bank of the Ganges. I will advent to save the people who are afflicted and devoured by the sins of the age of Kali. I will manifest as an avadhuta Brahmana sannyasi».

Пересказ ISKCON: «В одном из стихов Сама-веды, который начинается словами: татхахам крита-саннйасо бху-гирбанах аватаришйе, Верховная Личность обещает низойти на землю в облике брахмана-санньяси в деревне на берегу Ганги. Вместе со Своими спутниками Он будет постоянно петь святые имена Господа, чтобы вызволить людей из оков греха века Кали».


Если оба отрывка действительно ведние речения, то их по праву можно считать самыми древними и ранними свидетельствами божественности Чаитанйи, однако патриархи гауд̣ӣанства Рӯпа, Санāтана, Джӣва, Виш́ванāтха, Баладева их не упоминали и не цитировали.

В трудах ваидиков древности, средневековья и нашего времени эти отрывки также не упоминаются и не цитируются по какому-либо поводу.


В электронном тексте Атхарва-Ш́аунакии отрывка, приписываемого Атхарваведе, нет.

В электронном тексте Сāмаведы отрывка, приписываемого Сāмаведе, нет.


Не обнаружив отрывки в доступных нам образцовых ш́рути, мы обратились к Б. В. Гири, автору статьи The Divinity Of Sri Caitanya Mahaprabhu, в которой отрывки цитируются. На наш вопрос из каких источников взяты цитаты, знаток санскрита и бенгали, преподаватель гауд̣ӣйа-ваиш̣н̣авской философии, исследователь и редактор книг, участник мультимедийных проектов и эксперт по ритуалам гауд̣ӣйа-сампрадāйи (как он аттестован на сайте Gosai), Б. В. Гири предпочел не отвечать.

Источник отрывков неизвестен, т.е. их нет в сам̇хитах, брāхман̣ах, упаниш̣адах, сӯтрах, включая Ваита̄на- и Кауш́ика-сӯтры, нет их в париш́иш̣т̣ах и пра̄йаш́читтах. Отрывки не обнаруживаются и в Ваидика-пада̄нукрама-кош́е. Их просто нет ни в одном веднем источнике.

Транслитерация отрывков оставляет желать лучшего, в них полностью отсутствуют ведние акценты и диакритики. По мнению д-ра Ф. Кубиша из боннского университета и П. Визигалли из мюнхенского университета, в отрывках нет ни одной языковой особенности, ни одной глагольной формы, ни одного морфологического признака, типичных для стиля Вед. В отрывках не распознается ведний стихотворный размер, точнее вообще не распознается какой-либо размер. Нет в них и специфических ведних элементов (например, инъюнктива или конъюнктива).

С первых же слов отрывки пересыпаны большим количеством ошибок. «Itotham» — такого слова или сочетания в санскрите нет. Возможно, это опечатка, но что тогда должно было быть в «оригинале»? Каким источником пользовался переписчик, допустивший опечатку? Вместо «krta sannyaso» должно стоять либо «krtasannyaso», либо «krta-sannyaso».

Стиль первого отрывка отличается от стиля Атхарваведы, т.е. отличается от стиля Ш́аунака- и Пāиппалāда-сам̇хит, Гопатха-брāхман̣ы и достоверных ш́рутьевых упаниш̣ад в составе Атхарваведы. Стиль второго отрывка отличается от стиля Сāмаведы. Ни к Атхарваведе, ни к Сāмаведе отрывки не имеют никакого отношения. Это подтверждает пāн̣д̣ит Ш́атāвадхани Рāманāтхāчāрйа — преподаватель Р̣г- и Атхарваведы в уд̣упийском Путиге-мат̣хе.

Рāманāтхāчāрйа обращает наше внимание и на странные виды разделов, несуществующие в Атхарваведе (см. первый отрывок): «3 кх. Брахма-вибх.». Вероятно, «кх.» это «кхан̣д̣а», а «вибх.» это «вибхāга». Дело в том, что в Атхарваведе нет кхан̣д̣, но есть кāн̣д̣ы — разделы, коих 40. Кто-то скажет, что «кхан̣д̣а» это опечатка и должно быть «кāн̣д̣а». Опечатка или нет, в любом случае в третьей кāн̣д̣е Атхарваведы предлагаемого отрывка нет и пāн̣д̣иты о нем никогда не слышали. Также в Атхарваведе нет разделов под названием «вибхāга», соответственно нет раздела «Брахма-вибхага».

Давайте переведем отрывок, приписываемый Атхарваведе.

Itotham — бессмысленное выражение.
krta sannyaso — принявший саннйāсу.
avatarisyami — приду.
sa-guno — наделенный достоинством.

nirvedo (нирведах̣) — в переводах это слово опустили. Зато фигурирует неопределенный, но типичный для ИСККОНа штамп «свободный от материальных желаний», относящийся к «niskamo». В английском переводе имеется фраза «I will exhibit renunciation», может быть это и есть перевод слова «нирведах̣», но в этом случае лишними становятся слова «I will exhibit», т.к. в отрывке их нет. Само по себе слово нирведах̣/отречение — это существительное. Грамматика и словарные значения исключают у этого слова значение «отреченный», а тем более «I will exhibit renunciation». Но слово «нирведах̣» может быть прилагательным и будучим таковым оно весьма точно описывает Чаитанью и его культ: «не имеющий отношения к Ведам».

niskamo — не испытывающий кāму.
bhu-girvanas — значение этого слова не совсем ясно в данном отрывке, но допустим это «брāхман̣».

tira-atho — тут у автора отрывка или переписчика проблема с сандхи. Возможно, имелось в виду tira (берег), где, согласно переводам, tire — на берегу, но тогда в следующем слове должна быть акарасйа лопа: тире 'тхо, которой нет.

alakanandayah — Гангā.
kalau — в Кали-йугу.
catuh-sahasrabdhopari — после/по прошествии 4000.
panca-sahasrabhyantare — между/в середине/около 5000.
gaura-varno — золотого цвета.
dirghangah — высокий.
sarva-laksana-yukta — наделенный благими признаками.

isvara-prarthito — будучи тем, к кому обращены неустанные молитвы Ӣш́вары (отвечая на молитву Ӣш́вары). Если Чаитанйа и есть бог, то кто в данном случае выступает в роли Ӣш́вары? На чьи молитвы Чаитанйа ответил своим приходом, если он сам Ӣш́вара, как об этом заявляют его последователи? В предлагаемых переводах этот момент не отражен. Зато в переводе прабхупāдовцев имеются слова «я буду постоянно повторять святые имена Господа», которых нет ни в отрывке, ни в английском переводе их коллег из Гауд̣ӣйа-мат̣ха. В ш́локе все время идет речь о Чаитанйе, а «prarthito» — это пассивное причастие прошед. вр. При таком раскладе «ӣш́вара» является действующим лицом, а тот, о ком речь — объектом на которое действие направлено. Иначе говоря, Ӣш́вара молится Чаитанйе. Абсурд.

nija-rasasvado — вкушающий/наслаждающийся собственным расом.
bhakta-rupo misrakhyo — в облике бхакты по имени Миш́ра.

vidita-yogah — знающий йогу.

Фраза «Поймут же Меня только зрелые преданные», фигурирующая в русском переводе прабхупāдовцев, в самом отрывке отсутствует. Нечто похожее мы встречаем в Бхāгаватам 11.5.32: су-медхасах̣, которое Прабхупāда переводит так: «В век Кали разумные люди, собираясь вместе, славят Господа и поклоняются Его воплощению, непрестанно поющему имя Кришны…» (рус. пер. ISKCON).

Рāманāтхāчāрйа обращает внимание и на время прихода аватāры, заявленного в первом отрывке:

catuh-sahasrabdhopari panca-sahasrabhyantare


После/по прошествии четвертого тысячелетия, около/между/в середине пятого.

Перевод Gosai: «I will descend on the earth after the passage of four thousand years in the Kali-Age, and before the passsage of five thousand years».

Перевод перевода Gosai: «я сойду на землю по прошествии 4000 лет Кали-йуги и до того, как пройдет 5000 лет».

Пересказ ISKCON: «Через четыре-пять тысяч лет от начала Кали-юги Я низойду…». Стоит заметить, что таких слов в отрывке нет и цитата выше этого не утверждает.

Очень странная калькуляция. Складывается ощущение, что «после/по прошествии четвертого тысячелетия» слишком неопределенно, поэтому «около/между/в середине пятого тысячелетия» призвано уточнить временны́е границы, за которые аватāра не выйдет. Своего рода ориентир, когда ждать. Такая калькуляция бессмыленна, ибо время прихода достаточно ясно выражает фраза «около/в середине пятого тысячелетия», поскольку и так понятно, что в середине пятого тысячелетия наступит по прошествии четвертого. В Атхарваведе ничего подобного нет.


На сайте Nitaaiveda можно найти еще одно «свидетельство» божественности, оно же «предсказание» явления Чаитанйи из Атхарваведы (2 кх., 3 прап., 4 анув., 5 м.):

visvambhara visvena ma bharasa pahi svaha


Перевод Nitaaiveda: «O Lord Visvambhara, the upholder of the universe, please preserve me by sustaining the universe».

Перевод: «О Господь Виш́вамбхара, поддержатель вселенной, пожалуйста убереги меня, поддерживая вселенную».

Сразу отметим ту же ошибку с кхан̣д̣ой — «2 кх.», как и в случае с первым отрывком.

В крупнейшем тезаурусе Titus франкфуртского университета, среди мантр Атхарваведы мы действительно находим эти слова. Для удобства поиска приведем цитату, как она представлена в тезаурусе:

v/i/Svambhara v/i/Svena mA bh/arasA pAhi sv/AhA (bAV2, C16, p5)


Сайт scriptures.ru предлагает перевод: «О поддерживающий все, всем поддерживанием меня защити - Свага!»

Перед нами обращение с просьбой о защите. Никакого предсказательного флера в нем нет. Почему же эти слова считаются свидетельством божественности Чаитанйи и предсказанием его прихода? Ключевым для гауд̣ӣан здесь является слово «виш́вамбхара» (всеподдерживающий) — имя, которое Чаитанйа носил до принятия саннйāсы.

В данном случае связать слово «виш́вамбхара» с Чаитаньей можно, лишь вырвав его из контекста. Во всех разделах ман̣д̣алы, включая и тот, в котором находится обращение к Виш́вамбхаре, речь идет об обращении к божеству/божествам с просьбой о защите. В обращениях используются самые разные эпитеты, в числе которых и «виш́вамбхара». В первой мантре о защите взывают к Прāн̣е и Апāн̣е:

pr/ANApAnau m.rty/or mA pAtaM sv/AhA — О дыхание-выдох, от смерти меня защитите – Свага!

Во втором мантре о защите взывают к небу и земле:

dy/AvAp.rthivI /upa/SrutyA mA pAtaM sv/AhA — О Небо-и-Земля, прислушиванием меня защитите – Свага!

В третьем о защите взывают к солнцу:

s/Urya c/akSuSA mA pAhi sv/AhA — О солнце, ви́дением меня защити – Свага!

По логике гауд̣ӣан, если бы Чаитанью звали Ваиш́вāнара, то предсказанием о нем можно было бы считать обращение к Агни:

/agne vai/SvAnara v/i/Svair mA deva/iH pAhi sv/AhA — О Агни Вайшванара, всеми богами меня защити – Свага!



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥






В НИИ гуманитарных наук киотского университета (Kyoto University’s Institute for Research in Humanities, Japan) проходит индологическая конференция на тему «Брахманизм и индуизм». Один из докладчиков д-р Киоко Амано (Dr. Kyoko Amano) — индолог-ведист, специализирующаяся на исследовании языка Маитрāйан̣ӣ-сам̇хиты и на неортодоксальных щраута элементах в ведийском ритуале, помимо своего исследования, представит публике наш проект «Ложь кришнаитов».


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Джӣва Госвāмӣ

Бхāгавата-пурāн̣а 11.5.32 (ш́рӣдх.)

(продолжение)


§
«Особенная Кали-йуга»


«Золото» и приход Чаитанйи адепты Чаитанйа-сампрадāйи обосновывают не только словами ЧЧ, Мадхйа, 20.330, но и особенностью текущего цикла йуг, в котором изменяется порядок прихода гауд̣ӣанских йуга-аватāров — в Двāпара-йугу приходит ш́йāмного цвета Кр̣ш̣н̣а, затем Чаитанйа — золотой аватāра века Кали.

Бхакти Вигьяна Госвами (ISKCON): Но в особую Кали Йугу, которая следует после прихода Самого Господа Кришны, порядок нарушается. В двадцать седьмую Махайугу порядок аватар нарушается. По-прежнему – в Сатья Йугу приходит Шукла аватара, в Трета Йугу приходит Ракта аватара, но в Двапара Йугу приходит Кришна и из ста двадцати пяти лет, которые Кришна или аватари – источник всех аватар, изначальная форма Господа. Из ста двадцати пяти лет сто лет попадает на Двапара Йугу и двадцать пять лет Кришна живет в течение Кали Йуги. И потом, после того, как Кришна приходит в этот промежуток между Двапара Йугой и Кали Йугой Он приходит снова пятьсот лет спустя, в виде Пита аватары или в виде Гаура аватары золотистой аватары. (Источник)


Свои заявления об «особой Кали-йуге» и нарушении порядка прихода аватāров Бхакти Вигьяна прама̄н̣ами не сопровождает. Мы обратились к нему с просьбой указать ш́āстры, в которых об этом говорится. Ответа так и не последовало.

Мы попытались найти прамāн̣ы своими силами. В «Кр̣ш̣н̣а-сандарбхе», Бхāгавата-пурāн̣е, Махāбхāрате, Гӣте, ЧЧ, Ведāнта-сӯтрах, Лагхубхāгаватāмр̣те прамāн̣ нет. Нет их ни в одной книге Прабхупāды, хотя он активно эту тему муссирует. Не нашлось прамāн̣ и в самых популярных, ходовых кришнаитских книгах. После безуспешных поисков мы обратились к другим представителям Чаитанйа-сампрадāйи с просьбой прояснить этот момент.


Бхāну Свāмӣ, ученик Прабхупāды, переводчик и один из руководителей ISKCON, ответил следующее:

The word krsna usually just means black colored avatara when speaking of yugas, not that it is svayam bhagavan krsna. also jiva mentions in the sandarbhas that usually the dvapara avatara is green. Why the 28th cycle of vaivasvata the goswamis do not explain.


С тем же вопросом мы обратились к Сатйа-Нāрāйан̣е дāсу, ведущему пан̣д̣иту Чаитанйа-сампрадāйи из числа традиционных последователей. Сатйа-Нāрāйан̣а дāс не знает ответа на наш вопрос, но посоветовал искать прама̄н̣ы в Виш̣н̣удхармоттара-пурāн̣е (ВДП):

In the 81st chapter of first part of Vishnu-dharmottara Purana, in a dialog between sage Markandeya and King Vajra, great grandson of Krishna there is discussion about the time cycle. Markandeya explains about a kalp, a day of Brahma. He says that mostly days of Brahma are similar. Then Vajra asks that he would like to hear about the differences in kalpas (1.81.23). Markandeya says that in the seventh Manvantara, 24th Treatyuga rama appeared. Then he says that in the present kalpa this the different than others. He says he spoke this to Yudhisthira. From this i assume that he also spoke about Krishna being a speciality. I cannot think of any other reference at present, although i remeber reading it somewhere.


Искомых прама̄н̣ в ВДП не обнаружилось. В 81-й, 82-й, 83-й главах ничего об этом не говорится.
Ни один ваидика-āчāрйа древности, живший до возникновения культа Чаитанйи, не утверждал, что наша махāйуга и Кали чем-то особенны (по крайней мере, нам такие случаи не известны).


Рӯпа Госвāмӣ активно ссылается на ВДП по самым разным вопросам, но в связи с этой темой свидетельств оттуда не приводит.


Таким образом, на сегодняшний день в Чаитанйа-сампрада̄йе все говорят об особенности нашей Кали-йуги, об изменении порядка прихода аватāров и о нашей большой удаче родиться именно в это время — время, когда приходил золотой аватāра Чаитанйа, научивший мир воспевать святое имя и т.д. и т.п., но ш́āстровых свидетельств этому никто на сегодняшний день не видел и не представил!


В связи с «изменением порядка аватāров» обращает на себя внимание перевод и комм. Прабхупāды к Бхāг. 1.4.14:

сӯта увāча
двāпаре саманупрāпте
тр̣тӣйе йуга-парйайе
джāтах̣ парāш́арāд йогӣ
вāсайāм̇ калайā харех̣


Перевод Прабхупāды, рус. пер. ISKCON: «Сута Госвами сказал: Когда вторая эпоха перекрыла третью, Сатьявати, дочь Васу, родила Парашаре Муни великого мудреца [Вьясадеву]».

Комментарий Прабхупāды: «Хронология чередования четырех эпох такова: Сатья, Двапара, Трета и Кали. Но иногда они перекрывают друг друга. Во времена правления Вайвасваты Ману это случилось в двадцать восьмом цикле четырех эпох: третья эпоха наступила раньше второй. Именно в эту эпоху нисходит Господь Шри Кришна, что и явилось причиной некоторых изменений. Матерью великого мудреца была Сатьявати, дочь Васу (рыбака), а его отцом — великий Парашара Муни. Такова история появления на свет Вьясадевы. Каждая эпоха делится на три периода, называемые сандхйа. Вьясадева появился в третьей сандхйе этой особой эпохи».

По мнению Прабхупāды, на перестановку или, как он говорит, перекрытие эпох в ш́локе указывают слова «саманупрāпте» (on the advent of, при явлении) и «парйайа» (in the place of, вместо).


Ш́рӣдхара объясняет этот ш́лок так: …тр̣тӣйе йугасйа парйайе париварте…\ по истечении третьего парйайа йуги.

«Париварте» означает не только «вместо», но и «по истечении».


В отличие от комментария Ш́рӣдхары, в комментариях Джӣвы и Виш́ванāтхи присутствует слово «атикрама» — «нарушение».


Виш́ванāтха: парйайо’тикрамас тасминн атипāта упāтйайа итй амарах̣ — согласно Амаракош́е «парйайа» означает «атикрамах̣», т.е. «нарушение».

Как бы то ни было, Виш́ванāтха не говорит о перестановке йуг. «Тр̣тӣйе» он относит к третьей части Двāпара-йуги: кӣдр̣ш́е тр̣тӣйе сандхйā-рӯпа-йуга-рӯпа-сандхйāм̇ш́а-рӯпан̣ӣти сарва-йугāни трирӯпāн̣и бхавантй атас тр̣тӣйе сандхйāм̇ш́а-рӯпе.

«Когда наступил тр̣тийа парйай йуги» (Виш́ванāтха) и «между третьим и вторым» (Прабхупāда) — два совершенно разных перевода и толкования.


Рāдхараман̣а тоже мудрит, объясняя слово «парйайа» так:





«Когда закончилась третья, если считать от Кали (!), йуга, т.е. Третā, и наступила Двāпара…», т.е. «если считать в обратном порядке».

Возникает справедливый вопрос: а зачем так считать?!


У Вӣрарāгхавы, который следует Ш́рӣдхаре, но где нужно продвигает Рāмāнуджу, просто «третий период Двāпары», т.е. примерно как у Виш́вана̄тхи:




Объяснения Джӣвы и Виш́ванāтхи — не что иное, как размышления на тему. Кроме цитаты из Амаракош́и других прамāн̣ в подтверждение своих заявлений они не приводят. О «нарушениях», «перестановках», «особенности» века Кали в ш́локе нет ни слова. Немудрено, что Прабхупāда совсем запутался — с одной стороны, достаточно прямолинейный ш́лок, с другой, рассуждения патриархов на тему, из которых выудить какой-то очевидный сиддхāнт о перестановках невозможно — такого сиддхāнта просто нет.


Самое простое и естественное объяснение Бхāг. 1.4.14 мы находим у Мадхвāчāрйи: тр̣тӣйе двāпаре йуге парйавасāне прāпте сати \ Когда завершилась третья йуга — Двāпара.

Нет «третьего парйайа», есть «третья йуга», т.е. Двāпара. Двāпара идет третьей, как и должно быть: Кр̣та-Третā-Двāпара-Кали.


Беседа Ними и Кāрабхаджаны состоялась несколько миллионов лет назад, задолго до Рāмы-Дāш́аратхи, приходившего в 24-ю махāйугу.






Вопрос к чаитанитам: если в Бхāг. 11.5.19 несколько миллионов лет назад Ними спрашивает о том, как обычно поклоняются в каждой из четырех йуг, зачем тогда Кāрабхаджане рассказывать о некой особой Кали-йуге? «Обычно» — это на протяжении миллионов лет, как до рождения Ними, так и после. Если бы речь шла об особой Кали-йуге, о необычных «перестановках», то в самом вопросе и в ответах на него об этом бы говорилось, например, «асмин калау йуге», или в ш́локах стояло бы «ту», или «в предстоящей Кали-йуге» и тому подобные оговорки.

Ш́āстры не упоминают каких-либо особых йуг и нарушений течения времени. Никаких оговорок по поводу нарушений течения времени нет ни в вопросе Ними, ни в ответах Кāрабхаджаны. Иначе говоря, Ними спрашивает явно не о нашей махāйуге, соответственно Кāрабхаджана отвечает о естественном течении времени, охватывая периоды разных Ману, т.е. все махāйуги без исключения. По крайней мере сделать выводы о какой-то особой Кали-йуге на основании ш́локов Бха̄г. 11.5.19–40 невозможно.


Если отнести ответы Кāрабхаджаны к гипотетическим йуга-аватāрам (хотя мы показали, что Бхагавāн не является в каждую без исключения йугу), то в них нет ни слова об «особом» аватāре Гаурāнге, ни слова о перестановке цветов аватāров и ни слова о приходе аватāров в «особую» маха̄йугу, в которую якобы является «Свайам»-Бхагавāн Кр̣ш̣н̣а и «Свайам»-Бхагавāн Чаитанйа. Ведь в диалоге Ними и Кāрабхаджаны речь идет в общем и целом о типичных цветах Бхагавāд-рӯп, почитаемых в каждой йуге.

Но даже если предположить, что речь идет об аватāрах, то откуда взялось нарушение порядка их прихода? Если Ними спрашивает о принципах бхаджания и о цвете бхагавāд-рӯп, то как из его вопроса можно заключить, что наша Кали-йуга особая, если об этом ни ш́āстры, ни Кāрабхаджана не говорят?

Сам диалог Ними и Кāрабхаджаны опровергает заявление последователей Чаитанйи об «особой Кали-йуге» этой махāйуги, по крайней мере если обосновывать эту особость ш́локами Бхāг. 11.5.19-40.


Для выполнения главной гауд̣ӣанской задачи — утверждения золотого аватāры — требуется «подвинуть» Кр̣ш̣н̣у, сделав Его двāпара-йуга-аватāрой. Усилия Прабхупāды на этом поприще впечатляют — где только можно он продвигает идею перестановки йуг, манипулирует переводами, использует туманные термины (overlap: «перекрывание эпох»), выстраивает многосложные схемы, так или иначе ведущие к цели — созданию условий для появления золотого аватāры в Кали-йугу.


Невнятное толкование Прабхупāдой Бхāг. 1.4.14 — этакий окольный путь к этой цели через Вйāсу. Если рождение Вйāсы связано с «перестановкой», то почему бы ей не появиться и в случае с Чаитанйей. Но, повторимся, 1.4.14 даже близко не намекает на перестановку и уж тем более не оправдывает появление «золотого аватāры».


В любом случае, комментаторы объясняют ш́лок 1.4.14 либо прошествием многих йуг, либо, согласно Виш́ванāтхе, третьей частью йуги, т.е. ближе к истечению Двāпары. Никто из них не говорит о «замене» или «перестановке». Поэтому перевод и комментарий Прабхупāды к 1.4.14 далек от ш́āстровой сути даже с точки зрения традиционных гауд̣ӣан. В их объяснениях нет и намеков на «особую Кали-йугу».


Более того, в 1.4.14 упоминается вовсе не Третā-йуга. Двāпара — это третья (тр̣тӣйа) по счету йуга. Видимо, созвучие слов «трета̄» и «тр̣тӣйа» послужило причиной ошибочного толкования этого ш́лока Прабхупа̄дой и демонстрирует его уровень знания санскрита.


Никогда не было иного порядка йуг, по крайней мере прамāн̣ этому нет. Порядок йуг, представленный Прабхупāдой, не встречается и в учении традиционной Чаитанйа-сампрадāйи. Традиционные гауд̣ӣане ориентируются на ЧЧ, в которой порядок был установлен банальным перемещением двух последних цветов. В Бхāг. — ш́укла-ракта-пӣта-кр̣ш̣н̣а, а ЧЧ предлагает свой — ш́укла-ракта-кр̣ш̣н̣а-пӣта (см. ЛК, ч. 40.4).

Некая особенность текущей махāйуги или «особая Кали-йуга», в которую пришел Чаитанйа, является фантазией последователей Чаитанйи, необходимой для обоснования догмы о «золотом аватāре века Кали».



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи


ЧЧ, Мадӿйа 9.272-275



саннйāсӣ декӿийā море караха вањчана
нā кахилā тењи сāдӿйа-сāдӿана-лакшан̣а

щуни’ таттвāчāрйа хаилā антаре лаџџита
прабӿура ваишн̣аватā декӿи, ха-илā висмита

āчāрйа кахе, — туми йеи каха, сеи сатйа хайа
сарва-щāстре ваишн̣авера эи сунищчайа

татӿāпи мадӿвāчāрйа йе карийāчӿе нирбандӿа
сеи āчарийе сабе сампрадāйа-самбандӿа



Русский перевод ISKCON:

«Затем Шри Чайтанья Махапрабху сказал ачарье таттвавади: Видя, что Я странствующий монах, отрекшийся от мира, ты решил ввести Меня в заблуждение и потому не стал рассказывать Мне об истинной цели жизни и способе ее достижения».

«Когда ачарья Таттвавада-сампрадаи услышал слова Шри Чайтаньи Махапрабху, ему стало очень стыдно. Непоколебимая вера Шри Чайтаньи Махапрабху в учение вайшнавов [согласно ориг. „таттвавāдӣ-āчāрйа поразился ваишн̣авате прабӿу“ — прим. КфБ] поразила его до глубины души».

«Ачарья таттвавади ответил: Все, что Ты сказал, истина. К такому же заключению приходят все богооткровенные писания вайшнавов».

«Тем не менее мы следуем всему тому, что Мадхвачарья установил для нашей общины в качестве официальной доктрины».


Теперь немного логики и здравого смысла:

1. „Таттвавāдӣ-āчāрйа“ специально обманул Чаитанйу, не рассказав ему об истинной цели жизни и способе ее достижения.

Допустим, у „таттвавāдӣ-āчāрйи“ был какой-то хитрый план и для чего-то ему понадобилось обманывать Чаитанйу. Однако слова „таттвавāдӣ-āчāрйи“ в 275-м стихе показывают, что никакого обмана не было:

Русский перевод ISKCON: «Тем не менее мы следуем всему тому, что Мадхвачарья установил для нашей общины в качестве официальной доктрины».


2. Стыд „таттвавāдӣ-āчāрйи“ указывает на:

а) признание факта обмана

или

б) понимание несовершенства доктрины Мадӿвы перед „ваишн̣авизмом“ Чаитанйи.


За что „таттвавāдӣ-āчāрйе“ было стыдно, если он, по сути, ничего не скрыл, с самого начала рассказал об истинной цели жизни и способе ее достижения согласно „учению Мадӿвы“ (разумеется, как его представляет автор ЧЧ)? „Таттвавāдӣ-āчāрйа“ следовал этому учению и знал об отличии „учения Мадӿвы“ от всех ваишн̣авских щāстр (признание правоты Чаитанйи). Никакого обмана, все предельно ясно и однозначно. Обвинение „таттвавāдӣ-āчāрйи“ в намеренном обмане, даже с точки зрения ЧЧ, не имеет под собой никаких оснований.


3. На ваишн̣авость Чаитанйи указывают:

а) любовный экстаз (см. ЧЧ, М. 9.251),

б) интерпретации Бӿā. и Гӣты (см. пункт 4).

Согласно автору ЧЧ, Чаитанйа является ваишн̣авом, потому что испытывает любовный экстаз (премāвеща), о чем недвусмысленно говорится в ЧЧ, М. 9.251:


пāчӿе премāвеща декӿи’ хаила чаматкāра
ваишн̣ава-џњāне бахута карила саткāра



Русский перевод ISKCON: «Но когда они увидели любовный экстаз Шри Чайтаньи Махапрабху, то пришли в изумление. Поняв, что Господь Чайтанья — вайшнав, таттвавади оказали Ему подобающий прием».

По этой логике любой человек, танцующий, рыдающий, поющий и падающий в обморок перед изваянием в храме, должен считаться ваишн̣авом. Однажды я (КфБ) видел, как один из паломников, последователь какого-то культа, в Крьшн̣а-мат̣ӿе пел и рыдал. Что ж, его мы тоже должны считать ваишн̣авом, коль скоро а) он рыдает, пляшет, поет (любовный экстаз) и б) все это происходит в храме Крьшн̣ы? Нет, не должны. Принадлежность человека к той или иной группе/культу определяется его мировоззрением. Человек, разделяющий идеи Чаитанйи, является чаитанитом. Человек, разделяющий идеи Прабӿупāды, является прабӿупāдовцем. Человек, разделяющий идеи Щаӈкары, является последователем Щаӈкары, при этом не важно, в каких именно храмах они плачут, танцуют и насколько сильно их охватывает религиозный, эстетический или любовный экстаз.

Если же Чаитанйу делают ваишн̣авом его толкования и понимание Бӿāгавата и Гӣты (которые он обильно цитирует), то мы выяснили, что они полностью противоречат ваишн̣ава-сиддӿāнту и саманвайу щāстр, а это уже серьезный аргумент.


4. Автор ЧЧ утверждает, что „таттвавāдӣ-āчāрйа“ был поражен ваишн̣авостью Чаитанйи [в русском переводе ISKCON — непоколебимая вера Шри Чайтаньи Махапрабху в учение вайшнавов поразила его до глубины души], а ответы Чаитанйи, включая интерпретации Бӿā. и Гӣты, и есть ваишн̣авизм aka учение ваишн̣авов, о котором „таттвавāдӣ-āчāрйа“ знал и намеренно умолчал. Что касается ответов „таттвавāдӣ-āчāрйи“, то они:

а) не являются учением ваишн̣авов, поскольку отличаются от мнения ваишн̣ава Чаитанйи,

б) доктрина, которую исповедовал и представил в качестве своего ответа „таттвавāдӣ-āчāрйа“, по утверждению Кавирāџа Крьшн̣адāса, завещана „Мадӿвой“, т.е. является „учением Мадӿвы“.


Автор ЧЧ так увлекся прославлением Чаитанйи, что не заметил противоречивости в своем же собственном повествовании — сначала он называет „таттвавāдинов“ ваишн̣авами, затем „таттвавāдӣ-āчāрйа“ рассказывает сиддӿа̄нт Мадӿвы, который по идее должен быть ваишн̣авским, раз уж „таттвавāдины“ названы ваишн̣авами, потом вдруг оказывается, что весь выложенный „таттвавāдином“ сиддӿа̄нт не ваишн̣авский и „таттвавāдӣ-āчāрйа“ вынужден следовать учению Мадӿвы, которое, естественно, тоже не ваишн̣авское. Зачем же надо было на пару стихов выше столь многократно подчеркивать, что „таттвавāдины“ — ваишн̣авы, а потом показывать неваишн̣авость их сиддӿа̄нта, сводя его до формально завещанного учения, расходящегося с ваишн̣авизмом?

И самое интересное — „таттвавāдӣ-āчāрйа“ в курсе, что „ваишн̣авские ща̄стры“ созвучны с Чаитанйей, а не с Мадӿвой. Выходит, „таттвавāдӣ-āчāрйа“ официально и осознанно следует неваишн̣авскому учению Мадӿвы, а внутренне всей душой с Чаитанйей, считая его учение поистине ваишн̣авским. Тем не менее „таттвавāдӣ-āчāрйе“ приходится прогибаться под установленные в сампрада̄йе каноны и жертвовать ради них ваишн̣авской истиной, льющейся из уст Чаитанйи.

Если „таттвавāдӣ-āчāрйа“ и Чаитанйа — ваишн̣авы, то их ваишн̣авость должна основываться на одном и том же, равно как между „учением Мадӿвы“ и „ваишн̣авизмом“ Чаитанйи должна быть полная гармония по всем основным вопросам. Ваишн̣ава-сиддӿāнт „таттвавāдӣ-āчāрйи“ должен быть точно таким же, как его представил Чаитанйа.


Однако, „ваишн̣авизм“ кавирāџевского „таттвавāдӣ-āчāрйи“ сильно расходится с „ваишн̣авизмом“ Чаитанйи. Логичный вопрос: может ли быть множество ваишн̣ава-сиддӿāнтов? Нет. Пренебрежение щāстра-саманвайем дает carte blanche каждому культу/сампрадāйу/вере считать себя и свои интерпретации верными. Именно это мы и наблюдаем в средневековых псевдоваишн̣авских культах и культах псевдобӿакти. У каждого из них свой сиддӿāнт, своя цель, разный смысл идей, разные концепции в основе догматов, разные сāдӿаны. Одним словом, множество „ваишн̣авов“ и у каждого своя истина. Если мировоззрения каждой такой группы признать истиной, то автоматически щāстра-сиддӿāнт, точнее щāстра-саманвай, перестает играть главную роль в процессе получения татва-знания. Если все группы ваишн̣авов движутся каждая в свою сторону, а единственный метод достижения верного понимания щāстр в лице щāстра-саманвайа нивелирован, то единственно возможным способом доказывания своей правоты становится литература культа и „мистический“ опыт его основателей и кумиров.

Но саманвай есть, он по-прежнему остается главным и единственным методом определения татвенности того или иного мировоззрения, той или иной версии ваишн̣ава-сиддӿāнта. Щāстра-саманвай — это Рубикон, разделяющий дарщаны на единственно верный и заблуждения. Не бывает множества ваишн̣ава-сиддӿāнтов. Сиддӿāнт ваишн̣авов (учение ваишн̣авов, ваишн̣ава-дӿарма) — один.

Чаитанйа, а точнее его последователи — автор ЧЧ, Рӯпа, Санāтана, Џӣва и др. — слишком часто пренебрегают принципом саманвайа, поэтому их литература столь противоречива и далека от щāстровой гармонии.


О щāстра-саманвайе можно узнать, например, из Саманвайа-адӿйāйа, 1-го пāда Брахма-сӯтр. Принципы щāстротолкования изложены там же (Щāстрайонитвāдӿикаран̣ам и Саманвайāдӿикаран̣ам).


5. „Таттвавāдӣ-āчāрйа“ соглашается с толкованиями Чаитанйи, называя их истиной всех ваишн̣авских щāстр, что в свою очередь означает:

а) предыдущие ответы „таттвавāдӣ-āчāрйи“ о высшей цели жизни и способе ее достижения не соответствуют всем ваишн̣авским щāстрам,

б) „таттвавāдӣ-āчāрйа“ знал о сиддӿāнте всех ваишн̣авских щāстр, но придерживался „ваишн̣авизма Мадӿвы“, который не соответствовал всем ваишн̣авским щāстрам,

в) Чаитанйа опроверг „учение Мадӿвы“ (как оно представлено автором ЧЧ), тем не менее „ваишн̣авская щāстровая истина“ Чаитанйи „таттвавāдӣ-āчāрйу“ не интересует, как и прежде он остался верен „учению Мадӿвы“, которое, по мнению автора ЧЧ, „учением ваишн̣авов“ не является и отличается от „ваишн̣авизма“ Чаитанйи.


Для полноты картины обратим внимание читателей на содержание предыдущих стихов этой главы. В ЧЧ, М. 9.250, татвавāдины противопоставляются мāйāвāдинам:


таттвавāди-ган̣а прабӿуке мāйāвāдӣ џњāне
пратӿама дарщане прабӿуке нā каила самбӿāшан̣е


«Впервые увидев прабӿу таттвавāдины приняли его за мāйāвāдина и не стали с ним общаться».


Вслед за автором ЧЧ Прабӿупāда усиливает это противопоставление аттестацией таттвавāдинов ваишн̣авами:

Русский перевод ISKCON: «При первой встрече со Шри Чайтаньей Махапрабху вайшнавы-таттвавади приняли Его за санньяси-майявади и потому не стали с Ним разговаривать».


Ваишн̣авами автор ЧЧ называет таттвавāдинов и в ЧЧ, М. 9.252: ваишн̣аватā сабāра антаре…

Русский перевод ISKCON: «Шри Чайтанья Махапрабху заметил, что таттвавади очень гордятся тем, что они вайшнавы».


В ЧЧ, М. 1.114, Прабӿупāда пишет:

«Caitanya Mahāprabhu also had a discussion with the Tattvavādī community, and the Tattvavādīs felt themselves to be inferior Vaiṣṇavas».

Русский перевод ISKCON: «Чайтанья Махапрабху вступил в дискуссию с таттвавади, и они почувствовали себя вайшнавами более низкого уровня».

Правда, в пословном переводе стиха ЧЧ, М. 1.114 Прабӿупāда определяет таттвавāдинов уже отдельной частью Мāдӿва-сампрадāйа:

tattva-vādī — a section of the Madhvācārya-sampradāya…\ таттва-вāдӣ — таттвавади (ветвь Мадхвачарья-сампрадаи)…

А уже в комментарии он вообще не связывает татвавāдинов с Мадӿвāчāрйей:

«The Tattvavādī sect belongs to Madhvācārya’s Vaiṣṇava community, but its behavior differs from the strict Madhvācārya Vaiṣṇava principles. There is one monastery named Uttararāḍhī, and one of its commanders was named Raghuvarya Tīrtha Madhvācārya».


«Формально таттвавади принадлежат к числу вайшнавов — последователей Мадхвачарьи, однако их жизненные принципы отличаются от провозглашенных Мадхвачарьей строгих принципов вайшнавизма. Таттвавади принадлежит монастырь Уттарарадхи, настоятеля которого звали Рагхуварья Тиртха Мадхвачарья».


Ряд легитимных вопросов (не уверен, что современные последователи Прабӿупāды смогут на них ответить):

1. Что значит формально таттвавади принадлежат к числу вайшнавов — последователей Мадхвачарьи?

2. Какие именно строгие принципы ваишн̣авизма провозгласил Мадӿвāчāрйа, от которых отличаются жизненные принципы татвавāдинов?

а) Чем, например, отличаются жизненные принципы татвавāдӣ-саннйāсинов восьми матӿов и в частности строгие принципы ваишн̣авизма, провозглашенные Мадӿвāчāрйей, в жизни Вищвеша Тӣртӿи, главы Пеџавара-мат̣ӿа?

б) Если татвавāдинами стали называть последователей Мадӿвы после 1500 года, то чем отличаются жизненные принципы татвавāдӣ-саннйāсина Вāдирāџа Тӣртӿи от строгих принципов ваишн̣авизма, провозглашенных Мадӿвāчāрйей?

3. Почему „татвавāдины“ — это отдельная часть сампрадāйа Мадӿвы?

4. Какие еще части не татвавāдинов и помимо татвавāдинов есть в сампрадāйе Мāдӿвы?

Просьба к гауд̣ӣйам — самих себя не предлагать ввиду существенных расхождений с сиддӿāнтом Мадӿвы.

5. С какого момента татвавāдины отступили от слов и принципов, провозглашенных Мадӿвой?

6. Из каких источников Прабӿупāда узнал о том, что: а) татвавāдины — это отдельная часть сампрадāйа Мадӿвы, б) жизненные принципы татвавāдинов отличаются от строгих принципов ваишн̣авизма, провозглашенных Мадӿвāчāрйей?


Примечание: подробнее о сампрадāйе Мадӿвы см. ЛК, Ч. 14:


Напомним, что „татвавāдом“ сиддӿāнт Āчāрйи Мадӿвы называет в своей «Йукти-маллике» Щрӣ Вāдирāџа (1480-1600): паре ча татва-вāдеɐсмин гарӣйаси бӿаро мама. Несмотря на это, термин „татвавāда“ не становится официально принятым для обозначения сиддӿāнта Мадӿвы и всего Санака-сампрадāйа.

Слово „татвам“ отличается от слова „таттвам“, образованного добавлением абстрагирующего суффикса тва к местоимению тат — „то“. „Таттвам“ можно перевести как „тойность“ или „thatness“ на английском, т.е. совокупность свойств любого предмета, в то время как „татвам“ состоит из „вам“ = знание и „тат“ от дхāту √тан в значении распространения, простирания, досяжения. Тем самым „татвам“ — это то, на что распространяется знание; предмет познания (прамити-вишайах̤); реальность, как значение слова или предмет речи, вещь (падāртхах̤), то есть реальность как нечто принципиально познаваемое. Может встречаться написание слова „татвам“ в этом же значении как „таттвам“, однако в древнейших рукописях работ Мадӿвы написание именно таково: तत्वम् (татвам).

Древне-русское слово „ведь“ имеет значение „знания, сведения“, с добавлением приставки „про-“ оно, по нашему мнению, наиболее близко передает понятие „татвам“ на русском языке. — ориг. Ежевременник Н. Дивногорскаго.

До 1500 года («Йукти-маллика» составлена позже) ни Санака-сампрадāйа, ни последователи Āчāрйи Мадӿвы, жившие до этого времени, не назывались татвавāдинами. Āчāрйа Мадӿва — яркое звено Санака-сампрадāйа. Разумеется, до Āчāрйи санакāдинов не называли последователями Мадӿвы. Āчāрйа защитил сиддӿāнт Санака-сампрадāйа и доказал его гармонию с щāстрами. После этого, ввиду уникальности Āчāрйи, членов Санака-сампрадāйа стали называть последователями Мадӿвāчāрйи. Не следует забывать, что и Āчāрйа Мадӿва, и его последователи являются Санака-сампрада̄йем.


Возможно, благодаря осколкам полемической литературы, в том числе и Мадӿвы, его учеников и последователей, а также молве об их громких победах, термины „татвавāда“ и „татвавāдӣ“ стали известны за пределами Уд̣упи, достигнув далекого от вāдов средневекового Бенгала, где по иронии судьбы появился мāйāвāдӣ-саннйāсӣ Крьшн̣а-Чаитанйа.

В «Таттва-сандарбӿе» (28) Џӣва Госвāмӣ называет Мадӿву татвавāдином, не отделяя от последователей. Он не только цитирует Мадӿву, но и выражает почтение Виџайадӿваџатӣртӿе и Вйāсатӣртӿе, как великим татвавāдинам. К тому же, Вйāсатӣртӿа — современник Чаитанйи! Все это лишний раз подтверждает фантазийный характер «Чаитанйа-чаритāмрьты» и недостоверность диспута Чаитанйи с так называемыми „таттвавāдинами“ Уд̣упи, гордецами, не знающими истинной цели жизни и ваишн̣ава-дӿарма. Уважительное отношение патриарха гауд̣ӣанства к Мадӿве и татвавāдинам также опровергает голословные утверждения Прабӿупāды о том, что татвавāдины не являются последователями Мадӿвāчāрйи и не следуют установленным Āчāрйей принципам.

Здесь следует добавить, что «Чаитанйа-чаритāмрьта» написана позже трудов Џӣвы. До ее появления, в литературе госвāминов и других последователей Чаитанйи мы не встречаем негативного отношения к татвавāдинам, равно как и упоминаний побед Чаитанйи над ними. С учетом этих обстоятельств образ гордых „таттвава̄динов“, представленный автором ЧЧ, выглядит нелепо. Либо Крьшн̣адāс Кавирāџ не читал трудов патриархов, либо сознательно пренебрег их мнением, выставив татвавāдинов в негативном свете. Налицо еще одна разрозненность гауд̣ӣй по очередному вопросу. Принимая во внимание намного бо́льшую ученость Џӣвы, чем автора ЧЧ, и слишком очевидную противоречивость самой ЧЧ, мы вынуждены признать за ее автором чрезмерную тягу к фантазиям.


** взятые в кавычки слова „таттвавāдӣ“, „таттвавāдӣ-āчāрйа“, „ваишн̣ава-сиддӿāнт“, „учение Мадӿвы“ следует понимать как не соответствующие настоящему татвавāду Мадӿвы.


Наставник Прабӿупāды Бӿактисиддӿāнта Сарасватӣ напротив уравнивает татвавāдинов с нирвищеша-брахма-вāдинами, кевалāдваитавāдинами, мāйāвāдинами, щуддӿадваитавāдинами и подчеркивает, что все они занимаются лишь поверхностной болтовней:

নির্বিশেষ-ব্রহ্ম-বাদী কেবলাদ্বৈতবাদী বা মায়াবাদীর সহিত শুদ্ধদ্বৈতবাদী বা তত্তবাদীর চিরবিরোধ বিখ্যাত — Анубӿāшье к ЧЧ, М. 9.250



Помимо уравнивания дарщанов обращает на себя внимание их странное деление, ведь нирвищеша-брахма-вāда, кевалāдваитавāда и мāйāвāда — обозначения дарщана Щаӈкары, а не разные учения. Да и на фоне жгучего желания Бӿактивинода и самого Бӿактисиддӿāнты Сарасватӣ изучать труды Мадӿвы под руководством его последователей, а также переводить и публиковать их, уравнивание Мадӿвы и татвавāдинов с щāӈкаритами и почитателями Валлабӿи странно и не понятно.


Примечание: Бӿактисиддӿāнта Сарасватӣ приглашал в свой Гауд̣ӣйа-мат̣ӿ в Мāйāпӯре представителей сампрадāйа Мадӿвы для того, чтобы они преподавали мāдӿва-щāстры. На его просьбу отозвался Вит̣ӿалāчāрйа. Информацию об этом можно найти в гауд̣ӣйских хрониках. В Мāйāпӯре были изданы āдйāнтāх̤-щлокāх̤ — первые и последние щлоки из Сарвамӯла Мадӿвы.

Когда Баннанџе Говиндāчāрйе было 13-14 лет, шестидесятилетний Вит̣ӿалāчāрйа преподавал ему науку о стотрах, т.е. был его видйā-гуру. Вит̣ӿалāчāрйа умер в 1960-х.


Выводы


Слишком много противоречий как в самой ЧЧ, так и между заявлениями и поступками нео-гауд̣ӣй в лице Бӿактивинода и Бӿактисиддӿāнты Сарасватӣ. Голословность утверждений Прабӿупāды поражает своей безапелляционностью — ни одного прамāн̣ия.

Может ли вдумчивый читатель не обратить на это внимание? Не попытается разобраться?


Поскольку Прабӿупāда умер, было бы любезно со стороны его последователей объяснить вышеупомянутые утверждения свāмӣ с приведением прамāн̣. Может быть, им это удастся.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи


ЧЧ, Мадӿйа 9.269-270


Бӿā. 5.14.44:

йо дустйаџāн кшити-сута-сваџанāртӿа-дāрāн
прāртӿйāм̇ щрийам̇ сура-вараих̤ садайāвалокāм
наиччӿан нрьпас тад учитам̇ махатāм̇ мадӿу-двит̣-
севāнуракта-манасāм абӿаво ’пи пӿалгух̤



Русский перевод ISKCON: «Отказаться от материального комфорта, земли, детей, общества, друзей, богатств, жены или благосклонности богини процветания, которой домогаются даже великие полубоги, очень трудно. Но царь Бхарата не хотел ничего этого, и не случайно: для чистого преданного, чей ум всегда поглощен служением Господу, даже освобождение (слияние с бытием Господа) не представляет ценности. Что же тогда говорить о материальных возможностях?».


Бӿā. 6.17.28:

нāрāйан̣а-парāх̤ сарве
на кутащчана бибхйати
сваргāпаварга-наракешв
апи тулйāртха-дарщинах̤



Русский перевод ISKCON: «Преданные, посвятившие себя служению Нараяне, не чувствуют страха, где бы они ни оказались. Они не видят разницы между раем, адом или освобождением».


Абӿава и апаварга — конец мирского бытия, окончательное растелеснение, включая тела, облекающие џӣву даже во время пралайа, — так называется мукти в этих щлоках Бӿāгавата-пурāн̣ия.

Неизбежность мукти начинается с момента апарокша-џњāния, непосредственного, āтменного увидения Бӿагавāна. Апарокша-џњāние уничтожает все плоды кармы, кроме прāрабдӿных, уже вкушаемых, которые уничтожаются их изживанием, прожитием. Потому исчезновение кармы (карма-кшайа), включено в мукти как ее первая ступень.

Возможно ли апарокша-џњāние без бӿакти? Нет. Что открывается џњāнину в апарокшье? Цель, восторг его бӿакти. Является ли это ви́дение отныне непрерывным? Нет, пока џња̄нӣ не придет к высшей, четвертой ступени мокша, называемой „бӿогāх̤“, блаженствами — бесконечными радостями Бӿагочувствования, приходящими после избавления от лиӈга-дэха. До того, это прямое ви́дение сварӯповыми очами для мāнушйа-џӣв возможно лишь несколько раз, если не единожды. Даже в дӿйāнии апарокша-џњāнӣ будет вспоминать увиденный Бӿагавад-образ, представлять Его, но не видеть напрямую.

Так что же будет желанным, вожделенным, страстно искомым для бӿакты-апарокша-џњāнина, с которым однажды произошло невиданное, потрясающее — он узрел Бога, Который для него есть всё? Лиӈга-бӿаӈгам? Карма-кшайах̤? Прекращение тройственных страданий? Какие-то еще сопутствующие характеристики мокша?

Нет („наиччӿан“), он будет желать только одного — Нāрāйан̣у. Увидеть, ощутить Его снова.

Ни мӯрти, ни представленный или воспроизведенный в дӿйāнии образ не есть Нāрāйан̣а. Бӿакта никогда не отождествит их с Бӿагавāном. Он будет поклоняться им как пратӣкам, символам Его невидимого присутствия (подробнее о пратӣке см. в анализе ЧЧ, Мадӿйа 9.277). Его поклонение будет проникнуто („парах̤“ из 6.17.28) не ожиданием „успеха“ или „спасения“ взамен, а „Уттама-щлока-лāласой“, упоминаемой в Бӿā. 5.13.27 (пāт̣ӿ) сразу перед „йо дустйаџāн…“ (Бӿā. 5.14.44), — страстной жаждой Наивысшего из хвалимых, „мадӿудвит̣-севāнурактью“, влечением въемлеть и воздавать Мадӿусӯдане.

Речь идет об апарокша-џњāнине, таком как Бӿарата. Для него, џӣван-мукты, мукти уже не является задачей. Мукта знает, что он мукта. Его нестремление к столь главным для нас вещам — дӿармāртӿа-кāме, его бесстрашие перед тем, что пугает нас — нāраками, адами, и его безразличие к тому, что мы принимаем как главное над главным, муктью, поражают, особенно, если встретить такого бӿакту в своей жизни.

Но если для апарокша-џњāнинов стремление к мукти замещается стремлением к сути мукти — въемлению Нāрāйан̣е, то для сāдӿаков в самом по себе стремлении к мукти, к избавлению от тенет кармы нет ничего предосудительного. Случай с ложным пониманием мукти как состояния, отличного от знания-бӿакти, состояния, в котором знание-бӿактӣ находят свой конец, а не исполнение, мы не рассматриваем.

Посчитайте, сколько раз в Бӿāгавате встречаются слова „мумукшух̤“, „мумукшā“ („ищущий мукти“, „стремление к мукти“)? Множество. А сколько случаев негативного употребления этих слов? Ни одного! Да, в Бӿāгавате вы не найдете осуждения мукти! Ах, если бы Чаитанйа — или, точнее, автор ЧЧ — знал такой щлок, он бы обязательно приберег его напоследок, чтобы добить этих гипотетических таттвавāдинов. Но нет! Максимум, на что сподобился автор, — это „сваргāпаварга-наракешв апи тулйāртӿа-дарщинах̤“, где на самом деле мукти (апаварга) не уподобляется аду. Сварга, ад и мукти уравниваются в том, что они могут дать (артӿа) апарокша-џњāнину, который уже џӣван-мукта и потому Нāрāйан̣а-парах̤, независимо от местонахождения и обстоятельств.

Если бы мукти в этом щлоке и вправду уподоблялась аду, то почему бӿакта „на бибӿйати“ („не испытывает страха“)? Ведь, судя по всему, Чаитанйа и его последователи как раз страшатся мукти, называя этим словом какую-то самодельную страшилку, презирают (выражение страха) и отвергают (вместо того, чтобы смело отправиться хоть в мукти, хоть в нарачье, как Господь пожелает) — то есть ведут себя отнюдь не как ваишн̣авы, описанные в Бӿāгавате, в т.ч. и в процитированных щлоках.

Стремление к мукти, мумукшā, естественно для сāдӿаки. Оно основывается на четком понимании того, что́ есть мукти и Кто и кому ее дает. На понимании того, какой путь ведет к мукти: без бӿакти и верного знания невозможно благоволение Того, в Чьих, единственного, силах как вознести к Себе, так и продолжать держать в узах.


Бӿāгавато 11.6.7:

дэвā ӯчух̤ —
натāх̤ сма те нāтӿа падāравиндам̇ буддӿӣндрийа-прāн̣а-мано-вачобӿих̤
йач чинтйате антархрьди бӿāва-йуктаир мумукшубӿих̤ кармамайорупāщāн

Отсюда явствует, что мумукшу — бӿāва-йукта, т.е. бӿактимāн! („Ити матвā бӿаџанте мāм̇ будӿā бӿāва-саманвитāх̤“ — Гӣтā, 10.8). И думает не о том, как бы чего за свою бӿакти получить, а о стопах Господа в самой сердцевине своего сердца.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи


ЧЧ, Мадхйа 9.258


Критика того или иного учения подразумевает если не доскональное знакомство с учением, то хотя бы знание его азов. В стихах 256-257 автор ЧЧ представил все что угодно, но не татвавāд. Начиная с 258-го стиха Чаитанйа по сути сражается с несуществующим учением.


прабху кахе, — щāстре кахе щраван̣а-кӣртана
крьшн̣а-према-севā-пхалера ‘парама-сāдхана’
(258)



Русский перевод ББТ: Шри Чайтанья Махапрабху сказал: «Лучшим средством обретения любовного служения Кришне шастры провозглашают слушание и повторение повествований о Кришне».


Комментарий АЧС (русский перевод ББТ): «Согласно таттвавади, лучшее средство достижения цели жизни — это выполнять обязанности, соответствующие своей варне и ашраму. В материальном мире без деления общества на четыре варны (брахманов, кшатриев, вайшьев и шудр) невозможно обеспечить порядок, необходимый для того, чтобы человек достиг высшей цели.

Помимо этого, важно соблюдать предписания, существующие для четырех ашрамов (брахмачарьи, грихастхи, ванапрастхи и санньясы), ибо эти предписания тоже играют существенную роль, помогая человеку достичь высшей цели. Вот почему таттвавади считают выполнение представителями четырех варн и четырех ашрамов своих обязанностей ради Кришны лучшим средством обретения высшей цели. Эти представления таттвавади имеют отношение к общественному устройству.

Однако Шри Чайтанья Махапрабху не согласился с ними, сказав, что самое лучшее — это слушать о Господе Вишну и прославлять Его. Таттвавади считают высшей целью возвращение домой, к Богу. Но, по мнению Шри Чайтаньи Махапрабху, высшая цель человека в том, чтобы обрести любовь к Богу, в духовном мире или в материальном. В материальном мире для этого существует специальная практика, основанная на указаниях шастр, а в духовном мире цель уже достигнута».


Комментарий Б. Сарасватӣ: তত্ত্ববাদিগনের "সাধন"-বর্নাশ্রম-ধর্ম (ভা ১১।১৯।৪১); মহাপ্রভুর প্রদর্শিত শাস্ত্রের একমাত্র উদ্দিষ্ট "সাধন"-শ্রবনকীর্তন। তত্ত্ববাদিগনের "সাধ্য" পঞ্চবিধমুক্তি-লাভান্তে বৈকুণ্ঠগমন; মহাপ্রভুর প্রদর্শিত শাস্ত্রের "সাধ্য"-কৃষ্ণপ্রেমা ।

Для таттвавāдинов сāдханием является варн̣āщрама-дхарм (Бхā. 11.19.41). Единственное сāдхание, на которое указывает щāстро, явленное Махāпрабху, есть щраван̣а-кӣртание. Для таттвавāдинов сāдхйа это достижение мукти пяти видов и уход на Ваикун̣т̣ху. По щāстру, явленному Махāпрабху, сāдхйа есть Крьшн̣а-премā.



Отрицанием или принижением мукти отрицается ща̄стра-сиддха̄нт. Отрицанием ща̄стра-сиддха̄нта отрицается знание. При этом бхакти превращается в поверхностную невежественную эмоцию. Механика слушания и механика песнопений заменили щраван̣ие и кӣртание, лишив их сути и содержательности — обретения знания и богования в знании.

Крьшн̣а-према̄ как высшая цель — это сформулированная патриархами гауд̣ӣанства доктрина, которой нет подтверждения в ща̄страх.

Слово же „према̄“ встречается в Бхāгавате несколько раз, но лишь в определенном контексте и не как цель сāдхания. Высшей целью щāстры провозглашают освобождение из сам̇сāра, т.е. мокш (мукти — разновидность мокша). Достаточно взглянуть на Бхā. 12.13.11-12, 18 и Ведāнта-сӯтры (Бхога-пāда). Щраван̣а-кӣртанāди это признаки вишн̣у-бхакти и средства обретения Знания. Без знания невозможны ни прославление, ни богование, ни освобождение. И да, в мукти цель достигнута.


Примечание: О крьшн̣а-преме мы писали в шестой части цикла.


В своем комментарии Б. Сарасватӣ ссылается на Бхāгавато 11.19.41 как на прамāн̣ие, подтверждающее заявление, что для таттвавāдинов сāдханием является варн̣āщрама-дхарм. Однако слова данного щлока не имеют никакого отношения к варн̣āщраму и не вписываются в контекст. Исследование нумерации на предмет опечатки также не выявило щлоков, затрагивающих тему варн̣āщрама. Непонятно, зачем Б. Сарасватӣ дал ссылку на щлок, не имеющий отношения к теме.

Также Б. Сарасватӣ говорит об уходе на Ваикун̣т̣ху (বৈকুণ্ঠগমন) как о высшей цели таттвавāдинов. А. Ч. Свāмӣ же переводит „уход на Ваикун̣т̣ху“ как „возвращение домой, к Богу есть высшая цель таттвавāдинов“.

„Возвращение домой, к Богу“ — идея А. Ч. Свāмӣ, проповедуемая им через «Общество сознания Крьшн̣ы». При Б. Сарасватӣ в слова „back to Godhead“ или „назад к Богу“ вкладывался иной смысл: стране и людям нужно помнить о Боге, требуется обратить свое сознание к Нему. АЧС вложил в этот лозунг иной смысл. Ни щāстры, ни Б. Сарасватӣ — учитель АЧС, ни Бхактивинод не провозглашают „возвращение домой, к Богу“.

Бхактивинод ввел понятие „пограничной области – тат̣астхи“, назвав џӣву пограничной энергией — тат̣астха-щакти. В этой области џӣва выбирает между миром Крьшн̣ы и сам̇сāром. Но о возврате или падении из духовного мира (чтобы туда возвратиться) он не говорит.

Ни ща̄стры, ни соответственно татвава̄д не называют путь на Ваикун̣т̣ху „возвращением“. Слово „возвращение“ подразумевает возврат куда-то, где уже был. Именно это и проповедует АЧС. Однако пребыванию џӣвы в сам̇са̄ре нет начала, зато у этого состояния может быть конец — это и называется освобождением, или мокшем. Сам̇сāрные џӣвы, до обретения мокша, за пределами сам̇сāра никогда не были. Поэтому ни о каком „изначальном положении в духовном мире“ или „возвращении домой, к Богу“ в ща̄страх не говорится.


Комментарий АЧС на ЧЧ, Āди 7.106: «Четвертый раздел «Веданты» описывает результат такого преданного служения (прайоджана-гьяну). Высшая цель жизни заключается в том, чтобы вернуться домой, к Богу. Слова анāвр̣ттих̣ шабдāт в «Веданта-сутре» указывают на эту высшую цель».

Четвертый раздел Ведāнта-сӯтр, Бхога-пāда, говорит не о возвращении домой, к Богу, а о том, что Ваикун̣т̣ха — это место, откуда не бывает возврата в сам̇сāр (Ведāнта-сӯтры, Анāврьттйадхикаран̣ам, 4.4.23). Слово अनावृत्ति \ анāврьтти, невозвращение (окончательное освобождение), диаметрально противоположно по смыслу возвращению आवृत्ति \ āврьтти. АЧС игнорирует грамматику, словари, контекст. Подобное переводческое безумство заставляет сомневаться в знаниях санскрита у А. Ч. Свāмӣ.


веда-щāстра кахе — ‘самбандха’, ‘абхидхейа’, ‘прайоџана’
‘крьшн̣а’ — прапйа самбандха, ‘бхакти’ — прāптйера сāдхана
ЧЧ, Мадхйа 20.124

Русский перевод ББТ: «Ведические писания повествуют о вечных взаимоотношениях живого существа с Кришной, которые называются самбандхой. Когда живое существо понимает свои отношения с Кришной и действует в соответствии с ними, это носит название абхидхеи. А высшая цель жизни — возвращение домой, к Богу, — именуется прайоджаной».

«А высшая цель жизни — возвращение домой, к Богу, — именуется прайоджаной» — перевод АЧС не соответствует бенгальскому оригиналу стиха, в котором нет слов „возвращение домой, к Богу“. Так или иначе, здесь он представляет „возвращение“ как щāстровое утверждение и высшую цель последователей Чаитанйи, но при этом в комментарии на ЧЧ, Мадхйа 9.258, он утверждает уже обратное — именно таттвавāдины считают возвращение домой, к Богу, высшей целью, а сам АЧС и Чаитанйа осуждают это как заблуждение: <…> Но, по мнению Шри Чайтаньи Махапрабху, высшая цель человека в том, чтобы обрести любовь к Богу, в духовном мире или в материальном <…>.


Переводя стих ЧЧ, Мадхйа 20.122, АЧС снова предлагает свою идею „возвращения“, но уже под соусом „возрождения забытых отношений с Крьшн̣ой“:


мāйā-мугдха џӣвера нāхи сватах̤ крьшн̣аџњāна
џӣвере крьпāйа каилā крьшн̣а веда-пурāн̣а


Русский перевод ББТ: «Обусловленная душа не может возродить в себе сознание Кришны собственными усилиями. Поэтому Кришна по Своей беспричинной милости дал людям Веды и дополняющие их Пураны».


Если же внимательно прочитать сам бенгальский стих, то, оказывается, ни о каком „возрождении“ речи не идет. Стих достаточно однозначен: у џӣвы нет собственного знания о Крьшн̣е, поэтому из милости к џӣве Крьшн̣а дал Веда-Пурāн̣ы.

Мы видим пример не славословия Вед, а прославление собственных теорий и домыслов, которые ничего общего с самими Ведами не имеют, но выдаются за них. Догматы культа Чаитанйи, такие как Голока, Крьшн̣а-према̄ как высшая цель и др., это результат пренебрежения Веда-сиддхāнтом. В самой ЧЧ пренебрежение Ведами не скрывается:


прабху кахе — ӣщвара хайа парама сватантра
ӣщварера крьпā нахе веда-паратнтра
ЧЧ, Мадхйа 10.137


Русский перевод ББТ: «Шри Чайтанья Махапрабху ответил: «Как Сам Верховный Господь, Мой духовный учитель, Ишвара Пури, абсолютно независим. Поэтому ни милость Верховного Господа, ни милость Ишвары Пури не обусловлена никакими ведическими заповедями и запретами».


йāӈре крьпā кари’ карена хрьдайе преран̣а
крьшн̣āщрайа хайа, чхāд̣е веда-лока-дхарма
ЧЧ, Мадхйа 11.117


Русский перевод ББТ: «Человек, на которого Господь пролил Свою милость, вдохновив его из сердца, ищет прибежища только у Господа Кришны, пренебрегая всеми заповедями Вед и социальными условностями».


cеи гопӣ-бхāвāмрьте йāӈра лобха хайа
веда-дхарма-лока тйаџи’ се крьшн̣е бхаџайа
ЧЧ, Мадхйа 8.220


Русский перевод ББТ: «Тот, кого влечет к себе экстатическая любовь гопи, не считается с общественным мнением и принципами ведической культуры. Вместо этого он предается Кришне и целиком посвящает себя служению Ему».


Выводы


Веды и Ведāнта-сӯтры, как и ща̄стры в целом, не говорят о возвращении домой, к Богу. Следовательно и „возвращение“ не является высшей целью татвавāдӣ-ваишн̣авов, как это преподносит АЧС. Сиддхāнтом щāстр является совершенство — мокш, т.е. освобождение из сам̇сāра. Достижение Ваикун̣т̣хи и есть достижение мокша. Именно об этом заключительная часть Ведāнта-сӯтр.

Ответственность за идею „возвращения домой, к Богу“ целиком и полностью лежит на А. Ч. Свāмӣ. «Общество сознания Крьшн̣ы», к сожалению, проповедует фантазии своего основателя, предлагая вместо щāстра-сиддхāнта пустышку — идею, не подтверждаемую щāстрами.


Особенно нелепо идеи „возвращения домой, к Богу“ и „возрождения забытого сознания Крьшн̣ы“, вкупе с пренебрежением щāстрами, выглядят на фоне слов самого АЧС: <…> К несчастью, в настоящее время обусловленными душами руководят демоны, которые не желают читать ведические писания. Вместо того чтобы обратиться к несметным сокровищам знания, Ведам, люди посвящают свое время чтению бесполезных книг, в которых ничего не сказано о том, как вырваться из тисков майи <…> (ЧЧ, Мадхйа 20.122) и <…> Все научное знание о трансцендентном должно опираться на шрути, смрити и убедительную логику <…> (ЧЧ, Āди 7.106).



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи


ЧЧ, Мадхйа 9.256-257



āчāрйа кахе, — ‘варн̣āщрама-дхарма, крьшн̣е самарпан̣а’
эи хайа крьшн̣а-бхактера щрешт̣ха ‘сāдхана’ (256)


Русский перевод ББТ: «Ачарья ответил: Лучшее средство достижения высшей цели жизни — это выполнение представителями четырех каст и четырех ашрамов своих обязанностей ради Кришны».



пањча-видха мукти’ пāњā ваикун̣т̣хе гамана
‘сāдхйа-щрешт̣ха’ хайа, — эи щāстра-нирӯпан̣а (257)


Русский перевод ББТ: «Человек, который посвящает Кришне все то, что он делает, исполняя свои обязанности в варнашрама-дхарме, может обрести любой из пяти видов освобождения. Так он попадает в духовный мир, на Вайкунтху. Это высшая цель жизни, что подтверждают все богооткровенные писания».


Утверждение якобы „таттвава̄дӣ-а̄ча̄рйи“ в этих стихах полностью расходится с татвава̄дом и татвава̄дом не является. Предложенная от лица таттвавāдӣ-āчāрйи версия татвавāда свидетельствует о полном незнании автором ЧЧ сути татвавāда.


Варн̣а — не телесная категория. „Четыре цвета“ Гӣты — чāтурварн̣ие, в корне отличаются от господствующей ныне идеи „четырех каст“. Прамāн̣ии, подтверждающие свабхāвность варн̣, собраны Мадхвой в «Гӣтā-тāтпарье» 4.13 „ча̄турварн̣йам майā срьшт̣ам̇…“. Гӣтā говорит исключительно о сущностной природе, индивидуальной самобытности џӣвы. Требуется обнаружить подлинный цвет души. Совершенством человеческой жизни является полное раскрытие неповторимой самости, свабхāва. Мукти, или освобождение, есть состояние наслаждения блаженством самости.

Жизнь в путах (сам̇сāре) не что иное, как урок, помогающий индивидуальной душе выявить и раскрыть то, что уже укоренено внутри. Другими словами, раскрытие самости происходит в строгом соответствии с ее внутренней самобытностью.

Самобытность џӣвы — это его естественная жизнь, его вольница, внутренние черты, искони определяющие џӣву. Их не изменить никакими усилиями. Сāттвика, или чистосердечная душа, никогда не превратится в тāмасу, злонамеренную. Тāмаса никогда не обернется сāттвиком.

Варн̣, цвет, не передается по наследству: он глубоко и необратимо индивидуален, его определяет сущностная, собственная самобытность. Таков правильный общественный уклад. В таком укладе сын обслуги (щӯдры) может стать бескорыстным мыслителем (брāхман̣ом). И напротив, даже сын брāхман̣а может оказаться щӯдрой.

स्वाभाविको ब्राह्मणादिः शमाद्यैरेव भिद्यते । योनिभेदकृतो भेदो ज्ञेय औपधिकस्त्वयम् ॥ (Гӣтā-тāтпарйа-нирн̣айах̤, 4.13): „В основе естественного деления на четыре варн̣а лежат щам (невозмутимость чувств) и прочие признаки. Деление, основанное на происхождении, должно пониматься как исключительно условное“.

Исполнение свадхарма (причем) является всего лишь одним из средств достижения или обретения Знания (с большой буквы означает апарокшйам), которое в первую очередь пробуждает бхакти, являясь слагающим бхакти. Линия мысли автора понятна, мол, щуддха-бхакта поклоняется Крьшн̣е щраван̣а-кӣртанием, а татвавāдӣ — свадхармāчаран̣ием. И чтобы эту мысль подтвердить, Чаитанйа цитирует слова Прахлāды из Бхāгавата 7.5.23-24 (см. ЧЧ, Мадхйа 9.260): „щраван̣ам̇-кӣртанам̇-вишн̣ох̤-смаран̣ам̇“. Да только в словах Прахлāды совсем другой смысл, нежели автор от лица Чаитанйи предлагает в качестве противопоставления.

Апарокша-Знание и только оно дает мокш по милости Бхагавāна, это тāтпарье всех Упанишад, и Мадхва совершенно ясно и неоднократно показывает это прамāн̣ами. Татвавāдӣ-āчāрйа не мог быть ну настолько невежественным в сиддхāнте.

Разумеется, свадхарм играет важную роль для парокша-џњāнина. Карма — это только помощь в достижении апарокша-Знания и соответствующей ему бхакти. После Знания кармы совершают не ради мокша, а ради полного раскрытия āнанда в мокше. Бхāшье щлока Гӣты 3.20 „карман̣аива хи сам̇сиддхим̇“... является одним из развернутых примеров подобного толкования.

Причем даже в этом случае совершение / несовершение сат-кармени апарокша-знавцем — это его прāрабдха-карма. Никто не сможет достичь большего āнанда в мокше, чем достоин по сварӯпу.


Таким образом, смысл щлока Гӣты 3.20, судя по комментарию, А. Ч. Свāмӣ прояснить не смог: „Хотя человеку, развившему в себе сознание Кришны, ничего не нужно в этом мире, он все равно продолжает трудиться, чтобы своим примером научить людей тому, как следует жить и действовать. Опытные преданные, обладающие сознанием Кришны, всегда знают, как поступать, чтобы вести за собой других“.

Щрутьи говорят о достижении мокша лишь апарокшйа-Знанием, это же подчеркивается и в Гӣте 2.51 и в Пуруша-сӯкте: „Мокш достижим не иначе, как Знанием“. А Џанака и Прийаварата как раз и есть апарокша-знавцы, как о них говорят Махāбхāрато, Бхāгавато и др.

Нам же автор ЧЧ предлагает неправильное понимание варн̣ и сути татвавāда, в котором совершенство (что бы под этим в данный момент ни понималось) достигается лишь исполнением варн̣овых, причем кастовых, обязанностей. Соблюдение варн̣āщрама с поднесением дел Крьшн̣е не есть непосредственно мокша-сāдхание.

Поклонение Бхагава̄ну свадхармом и щраван̣а-кӣртанием вовсе не противоречат друг другу. Складывается впечатление, что сāдхаку надо работу бросить, иначе помнить или, например, āтма-ниведанам творить просто нет никакой возможности. Такое представление привело к появлению в среде псевдоваишн̣авских сект класса ба̄бāџей. Они как бы не тратят время на мирскую жизнь и целиком посвящают себя так называемому „преданному служению“. Словно Крьшн̣а не говорит „мāм анусмара йуддхйа ча“ \ „сражайся, помня Меня“. Сāдхание заключается не только и не просто в слушании-повторении… (щраван̣а-кӣртана…), а в осознанном действии, т.е. действии со знанием. Щраван̣а-кӣртанāди — это признаки бхакти (бхактищ чен навалакшан̣ā), а не эксклюзивные средства ее достижения. Бхакти небездружна знанию. Равно важно и понимание бесконечной славы Бога. Понимание величия Бога необходимо вызывает бхакти — преданную любовь к Нему. Это понимание рождается из татва-знания.

Путь џњāна-йога, верховного знания, отнюдь не противоположен карме, действию. Дихотомия пути действия для невежд и пути знания для посвященных абсурдна. Знание без действия сводится к бесплодному интеллектуальному упражнению. Действие без знания — не более, чем слепая традиџия.

Для развития знания недостаточно физического зрения. Необходимо, чтобы открылось внутреннее око; необходимо обратить свой взор внутрь. Для этого есть только два пути: непосредственный опыт и слова мудрости, завещанные нам провидцами Веда. Их слово, как факел, освещает нам путь. В его свете мы пройдем этим путем и найдем Истину. Поэтому совпадение слова Веда и нашего непосредственного опыта служит высочайшим критерием верности наших убеждений. Чтобы прийти к нему, нужна практика непрерывного слушания, размышления и вницания.

Неприемлемо даже духовное утверждение, если оно противоречит моей совести. Пробужденная совесть сможет открыть для себя неразрывную целостность, лежащую в основе всех ведних утверждений. Брахма-сӯтра, Бхāрато, Пањчарāтро, Пурāн̣ы были созданы, чтобы показать непрерывность единого смысла в Ведах. Эти данности — главные источники знания. Слова смрьтей (нравственных законов), авторами которых являются Ману и другие мудрецы, приемлемы как достоверные источники, только если согласуются с сущностным смыслом Веда. Они не могут служить высшими авторитетами сами по себе.

Смысл есть только в предании себя Богу. Необходимо вручить себя голосу одаренных высоким опытом боговедцев, ведовидцев, — вручить себя слову Веда. Надо познавать через ведние слова, познав, испытывать знание, испытав — увидеть, увидев — погрузиться в увиденное, погрузившись всецело — достичь искомого. Для этого и необходимо предать себя во власть Бога; знать через предание; познав, предаться вновь. Пребывающий в таком сознании обладает ключом к радости.

यमेवैष वृणुते तेन लभ्यस्तस्यैष आत्मा विवृणुते तनूं स्वाम् ॥ (Кāт̣хака, 1.2.23, и Āтхарван̣а, 3.2.3)

„Кого Он, Парамāтмā, принимает [„он Мой бхакта“], тому открывает Свое сварӯпо“.
Потому ни знание, ни бхакти не являются непосредственной причиной мукти или освобождения — но милость Бхагавāна, вызванная ими. Когда причина достижения лежит не в осознавшем и испытывающем и не в осознании и опыте, но в предмете опыта, то это называется прасāдах̤:

जिज्ञासोत्थज्ञानजात् तत्प्रसादादेव मुच्यते ॥

„Мукти достигается только Его милостью, вызванной џњāнием как прямым ви́дением Его, что рождается из поиска подлинного знания в достоверных источниках и постижения его смыслов в поиске бессомненности, позволяющей сосредоточиться на этих смыслах в дхйāнии“.

Хотя бхакти и џњāние неразделимы и являются разными ликами одного и того же явления, именно на бхакти указывает Мадхва как на отправную точку в сāдхании, и на бхакти указывает он как на пхалам — высшее обретение, сиддхих̤:

भक्त्या ज्ञानं ततो भक्तिस्ततो दृष्टिस्ततश्च सा ।
ततो मुक्तिस्ततो भक्तिः सैव स्यात् सुखरूपिणी ॥ (Анувйāкхйāнам, 3.4)

„Благодаря бхакти (как сварӯповой расположенности к почитанию Ӣщвары) приобретается знание (парокша-џњāние); благодаря парокша-знанию возникает бхакти (как осознанная преданность и желание поклоняться Ӣщваре), в такой бхакти приходит дрьшт̣и, знание-ви́дение Бхагавāна, апарокша-џњāние, которая становится причиной бхакти как непрерывного потока всепобеждающего снеха, за которым следует мукти, за которой следует снова бхакти — являющаяся вечным переживанием неизъяснимого счастья, самоцелью џӣвьего бытия“.

Эта окончательная бхакти уже не является средством получения знания, средством обеспосредования знания, средством достижения святой свободы — это та вечная жизнь, которая сама по себе, а не только в силу отсутствия смертного тела и связанных с ним страданий, приносит неисчерпаемую радость сāттвика-џӣве:

हरेरुपासना चात्र सदैव सुखरूपिणी ।
न तु साधनभूता सा सिद्धिरेवात्र सा यतः ॥ (БСБ, 4.4.21)

„Там, в мукти, богование (упāсанā) Харайа и является вечным и непрерывным счастьем, а не целеванием — сāдханием — путем, ибо в такой упāсане и состоит сиддхи — совершенство — исполненность — наивысь свободного џӣвы“.

Подытоживая, вспомним замечательное определение бхакти Џайатӣртхой в Нйāйасудхе:

परमेश्वरभक्तिर्नाम निरवधिकानन्तानवद्यकल्याणगुणत्वज्ञानपूर्वकः स्वात्मात्मीयसमस्तवस्तुभ्योऽनेकगुणाधिकोऽन्तरायसहस्रेणाप्यप्रतिबद्धो निरन्तरप्रेमप्रवाहः । यमधिकृत्य ‘यत्र नान्यत्पश्यति’ ‘सा निशा पश्यतो मुनेः’ इत्यादिश्रुतिस्मृतयः ।

„Бхакти к Парамещваре есть непрерывный, в предзнании Его безграничной бесконечной безупречной достокачественности, поток премени (любви), во много крат превосходящего любовь к себе и всему своему-родному, неуклонный даже перед лицом тысяч препятствий. О такой бхакти слова щрути и смрьти: йатра нāнйат пащйати \ „…где не видит ничего иного“; сā нищā пащйато мунех̤ \ „для обретшего зрение мыслителя [бдение существ] — это ночь“ и другие“.


Йог (в просторечии „йога“) — состояние осознания сопряженности всех слагающих своего бытия, от побуждений до плодов поступков, с Бхагавāном. Йогӣ, бхакта, (в просторечии „йог“) — тот, кто стремится достичь такого состояния или пребывает в нем. Такое целостное сочетание путей знания, действия и преданности составляет совершенное направление человеческой жизни.
Таков татвавāд — щāстровый путь к бхакти с бхактью же.


Вывод


Представленный на страницах ЧЧ спор Чаитанйи с якобы татвавāдӣ-āчāрйей по сути своей беспредметен, т.к. ответ таттвавāдина татвавāдом не является, а сам такой āчāрйа кто угодно, но только не татвавāдӣ.



В статье использованы материалы из Ежевременника Н. Дивногорского.




продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи

ЧЧ, Мадхйа 9.252-253



‘ваишн̣аватā’ сабāра антаре гарва джāни’
ӣшат хāсийā кичху кахе гаураман̣и — 252

тāн̣-сабāра антаре гарва джāни гаурачандра
тāн̣-сабā-саӈге гошт̣хӣ карилā āрамбха — 253


Русский перевод ББТ: Шри Чайтанья Махапрабху заметил, что таттвавади очень гордятся тем, что они вайшнавы. Поэтому Он с улыбкой заговорил с ними. Видя их гордыню, Чайтанья Махапрабху завел с ними беседу.


Обвинению татвавāдинов в гордости не предшествовало какое-либо общение с ними — ничего такого, что могло бы обосновать это обвинение. Вопросы татвавāдӣ-āчāрйе Чаитанйа стал задавать уже после упрека. Можно ли, не общаясь, не зная убеждений, чисто внешне узреть в человеке гордеца? Об этом мы рассуждали в части 24 (ЧЧ, Мадхйа 9.250).

Автор ставит читателя перед фактом — „гордятся тем, что они ваишн̣авы“. Все. Никаких поясняющих деталей. По всей видимости, автору или его лирическому герою нужен был повод для очередного „опровержения“ очередной школы-сампрадāйа. Ведь куда бы Чаитанйа ни пришел, всюду находит в оппонентах гордость, сокрушает ее и побеждает их. Конечно, такой modus operandi укрепляет авторитет Чаитанйи в глазах его последователей и подтверждает статус безупречного, непобедимого и всезнающего аватāра, которым его наделили отнюдь не щāстры, а последователи.

До гипотетического появления Чаитанйи в Уд̣упи он успел обвинить в гордости Вйеӈката Бхат̣т̣у из Щрӣ-Раӈгама (ЧЧ, Мадхйа 9.151):

Русский перевод ББТ: Так Господь Шри Чайтанья Махапрабху укротил гордыню Венкаты Бхатты. Но затем, решив приободрить его, Он произнес следующие слова.


Теперь сценарий повторяется с ваишн̣авами Уд̣упи. И позже повторится с Валлабхой Бхат̣т̣ой (ЧЧ, Антйа 7.53-136).

Почему Вйеӈката Бхат̣т̣а горделивец? На каком основании автор ЧЧ так о нем отзывается? Стихи 138-139 раскрывают причину:

пӯрве бхат̣т̣ера мане эка чхила абхимāна
‘щрӣ-нāрāйан̣а’ хайена свайам̇-бхагавāн — ЧЧ, Мадхйа 9.138

Раньше Бхат̣т̣а думал, что Щрӣ-Нāрāйан̣а это сам Бхагавāн.

Русский перевод ББТ созвучен с переводом АЧС: До того как Шри Чайтанья Махапрабху дал это объяснение, Венката Бхатта считал Верховной Личностью, Богом, Шри Нараяну.


Странно, что в комментарии АЧС нет рассуждения на тему „свайам бхагавāна“, а ведь это слова ЧЧ и никакой „Верховной Личности Бога“ в стихе нет. Перевод АЧС отличается собственной туманной терминологией и подменой понятий, ставшими его визитной карточкой.


тāн̇хāра бхаџана сарвопари-какшā хайа
‘щрӣ-ваишн̣аве’ра бхаџана эи сарвопари хайа — ЧЧ, Мадхйа 9.139

Бхаџание Ему [Нāрāйан̣е] является самым высшим из всех. У щрӣ-ваишн̣авов это самое высшее бхаџание.

Перевод АЧС и русский перевод ББТ: Венката Бхатта был убежден, что поклонение Нараяне представляет собой высшую форму поклонения и превосходит все прочие виды преданного служения. Он думал так потому, что Нараяне поклонялись Шри-вайшнавы, последователи Рамануджачарьи.


эи тāн̇ра гарва прабху карите кхан̣д̣ана
парихāса-двāре ут̣хāйа этека вачана — ЧЧ, Мадхйа 9.140

Чтобы умерить гордыню [Вйеӈкаты], прабху [Чаитанйа] затеял этот шутливый разговор.


АЧС почему-то слово гарва (гордость) переводит как misconception (заблуждение). В оригинале речь идет именно о гордости.

Как видно из стихов, гордыня Вйеӈкаты заключается в том, что он не был знаком с представлениями Чаитанйи и тем самым, по мнению автора, заблуждался относительно истинного положения Нāрāйан̣ы и Крьшн̣ы. Но в действительности слова Вйеӈкаты целиком и полностью основаны на щāстра-сиддхāнте.

Чаитанйа и автор ЧЧ заклеймили Вйеӈкату гордецом всего лишь на основании того, что он следовал Слову щāстра. Для Чаитанйи представления Вйеӈкаты по определению не верны, так как Чаитанйа должен раскрыть Вйеӈкате „истинный смысл“, тем самым опровергнуть рāмāнуџа-сампрадāй. Опровержение делает акцент (вероятно, для этого оно и затеивалось) на все той же идее „крьшн̣а свайам бхагавāн“ — Крьшн̣а и есть Бог, источник всех аватāров.

Для щрӣ-ваишн̣авов вопрос об источнике аватāров вообще не стоит, равно как и для татвавāдинов. Ведь щāстра-сиддхāнт ясно говорит о неразличии авата̄рӣ от аватāров. Как будто кто-то считает Крьшн̣у ниже Вишн̣у или ниже Нāрāйан̣ы. Это деление плод фантазии гауд̣ӣй и здесь это деление является основой опровержения.

Деление позволяет узаконить Рāдху и ее статус, результатом чего является принижение Лакшмӣ и замена ее Рāдхой. Если Лакшмӣ, то Нāрāйан̣а. Если Рāдхā, то Крьшн̣а. Џӣва придумывает толкование „крьшн̣ас ту бхагавāн свайам“ как доказательство превосходства Крьшн̣ы, что автоматически влечет за собой и превосходство Рāдхи. Но на его беду Бхāгавато говорит не только о Крьшн̣е как о свайам Бхагавāне, но и о других аватāрах.


Примечание: „свайам Бхагавāн“ — часть 1-я.


Опровержение Вйеӈкаты абсурдно еще и потому, что Врьндāван дāс, автор «Чаитанйа-бхāгавата», описывает Чаитанйу как аватāра Нāрāйан̣ы с Ваикун̣т̣хи. Здесь же автор ЧЧ предлагает диаметрально противоположное — Нāрāйан̣а не есть Бог богов.

тāна гарбхе аватӣрн̣а хаилā нāрāйан̣а
щрӣ крьшн̣а-чаитанйа-нāма сам̇сāра-бхӯшан̣а — ЧБ, Āди 1.94

Перевод Бхӯмипати дāса: From the womb of mother Saci appeared Narayana. His name, Sri Krsna Caitanya, is the ornament of this world.

Из ее лона явился Нāрāйан̣а по имени Щрӣ Крьшн̣а Чаитанйа, украшение сам̇сāра.


мадхйа-кхан̣д̣е, нāче ваикун̣т̣хера нāрāйан̣а
нагаре нагаре каила āпане кӣртана — ЧБ, Āди 1.129

Перевод БД: In the Madhya-khanda Narayana, the Lord of Vaikuntha, dances and personally performs kirtana throughout the streets of Navadvipa.

В Мадхйа-кханде Нāрāйан̣а, Господь Ваикун̣т̣хи, танцует и лично кӣртанит в каждом городе.


кали-йуге сарва-дхарма хари-саӈкӣртана
саба пракāщилена чаитанйа-нāрāйан̣а — ЧБ, Āди 2.26

Перевод БД: Lord Caitanya inaugurated the congregational chanting of the holy names as the essence of all religious principles for the age of Kali.

Чаитанйа-Нāрāйан̣а показал всем, что дхарм в Кали-йуге это саӈкӣртание Хари.


випра бале, э щищу сāкшāт нāрāйан̣а
иӈхā хаите сарва-дхарма хаибе стхāпана — ЧБ, Āди 3.16

Перевод БД: He said, "This child is nondifferent from Narayana. He will reestablish religious principles.

Випра сказал, „этот младенец сам Нāрāйан̣а. Он установит дхарм“.


Примечание: ссылки на стихи ЧБ из английского издания 2008 г., Vrajraj Press. Edited and Published by Pundarika Vidyanidhi dasa. Translated by Bhumipati Dasa.

This English edition of Sri Caitanya-bhagavata is dedicated to His Divine Grace
A.C. Bhaktivedanta Swami Prabhupada Founder-Acarya of the International Society for Krishna Consciousness.


До появления госвāминов Рӯпы, Санатāны и Џӣвы Чаитанйа считался самим Нāрāйан̣ой, по крайней мере, так его описывает Врьндāван дāс. Затем появляются госвāмины с их нововведениями, которых мы в «Чаитанйа-бхāгавате» Врьндāвана дāса не находим. Именно в этом время появляется госвāминская идея считать Чаитанйу особым воплощением Рāдхи и Крьшн̣ы в одном лице — Крьшн̣а в умонастроении Рāдхи. Теперь Чаитанйа это уже Крьшн̣а-аватāра и автор ЧЧ от лица самого Чаитанйи опровергает статус Нāрāйан̣ы Бога богов, что лишний раз показывает изменчивость и мифотворческую природу культа Чаитанйи. Несмотря на все это, автор ЧЧ возносит панегирики автору «Чаитанйа-бхāгавата», но на страницах ЧЧ предлагает идеи противоречащие ЧБ.

Отрицание или анализ одной гауд̣ӣанской концепции неизбежно влечет за собой крах других.


Согласие Вйеӈкаты с доводами Чаитанйи заставляет сомневаться в его знании щāстрāртха. Туманными выражениями Чаитанйа попытался опровергнуть Вйеӈкату и тот быстро с ними согласился. Вйеӈката поддался харизме человека, не попытавшись оспорить щāстрами его доводы и отстоять сиддхāнт. Никаких контраргументов с его стороны не последовало. Отсюда вывод: либо Вйеӈката не изучал щāстры, приняв чье-то мнение, пусть и правильное, либо описанный разговор между Чаитанйей и Вйеӈкатой это фантазия автора.

Судя по тому, что автор ЧЧ, описывая Чаитанйу, противоречит Врьндāвану дāсу и «Чаитанйа-бхāгавату», уверенность в вымышленности эпизода встречи с Вйеӈкатой возрастает. Но последствия этой фантазии гауд̣ӣям выгодны — в активе Чаитанйи победа над рāмāнуџа-сампрадāйем. Не в вāдах, а в приватной беседе, что также немаловажно. Та же схема победы и в Уд̣упи, и с Валлабхой.

„Шутливость“ разговора не может оправдать ни заблуждений Чаитанйи, ни отсутствия этики у автора ЧЧ. Остается открытым вопрос, почему Чаитанйа отвергает щāстра-сиддхāнт?

Сначала Чаитанйа величает Валлабху „мой дорогой и ученый муж“ (ЧЧ, Антйа 7.16), а через несколько стихов диалог превращается в череду обвинений, как будто автор пытается многократным повторением закрепить в сознании читателя отсутствие у Валлабхи достоинств, будто он [Валлабха] само воплощение гордости. Обратите внимание, ни о каком щāстровом разборе комментария Валлабхи или даже знакомстве с ним речи не идет. Чаитанйа заранее дал оценку работе дорогого и ученого мужа, даже не выслушав его:

ЧЧ, Антйа 7.53: бхат̣т̣ера хрьдайе дрьдха абхимāна… \ Зная, что сердце Валлабхи Бхат̣т̣а полно гордости, Махāпрабху произнёс эти слова.

ЧЧ, Антйа 7.134: щрӣдхара упаре гарве… \ „Что бы ты ни написал из своей ложной гордости, пытаясь превзойти Щрӣдхара Свāмӣ, всё это будет противоположно по смыслу. Никто не обратит на это внимание“.

ЧЧ, Антйа 7.136: щрӣдхарāнугата кара… \ „Представь своё объяснение Бхāгавата в соответствии со Щрӣдхарой, отбрось ложную гордость, поклоняйся Бхагавāну Крьшн̣е“.

Комментарий Валлабхи существенно отличается от комментария Щрӣдхары. Таким он остался и после объявленного автором ЧЧ предания Валлабхи. В чем же состояло предание? Было ли оно вообще, если своего мнения Валлабха не изменил, а его последователи вообще отрицают встречу с Чаитанйей?

Для обвинения Валлабхи в гордости автор ЧЧ использует аргумент, который мы не находим в обвинениях татвавāдинов и Вйеӈкаты, — Валлабха не только написал свой комментарий на Бхāгавато, отличающийся от комментария Щрӣдхары, но и полагал, что его объяснение Бхāгавата лучше, чем объяснение Щрӣдхары:


āми се ваишн̣ава бхакти-сиддхāнта саба џāни
āmi se bhāgavata-artha uttama vākhāni — ЧЧ, Антйа 7.54

Перевод АЧС: [Vallabha Bhaṭṭa was thinking:] “I am a great Vaiṣṇava. Having learned all the conclusions of Vaiṣṇava philosophy, I can understand the meaning of Śrīmad-Bhāgavatam and explain it very well.”


Ради переводческой чистоплотности следует сказать, что слов „великий“ (great) и „изучил суть ваишн̣авской философии“ (having learned all the conclusions of vaiṣṇava philosophy) в данном стихе нет. Словами „я великий вайшнав“ АЧС усугубляет положение Валлабхи, тем самым делая перевод в выгодную для гауд̣ӣй сторону.


Перевод: „Я ваишн̣ав, полностью знаю бхакти-сиддхāнт и объясняю суть Бхāгавата лучше“.


бхат̣т̣ера манете эи чхила дӣргха гарва
прабхура вачана щуни се ха-ила кхарва — ЧЧ, Антйа 7.55

Перевод АЧС: Such pride had existed for a long time within the mind of Vallabha Bhaṭṭa, but as he heard the preaching of Śrī Caitanya Mahāprabhu, his pride was cut down.

Перевод: Такая гордость долго владела умом Бхат̣т̣ы [Валлабхи]. [Благодаря] слушанию слов прабху [Чаитанйи], она исчезла.


По логике автора и Чаитанйи в гордецы следует записать всех без исключения комментаторов Бхāгавата, отличающихся или критикующих комментарий Щрӣдхары Свāмина, в том числе и Мадхвāчāрйу.

Интересный факт, оппоненты Чаитанйи, названные им гордецами, не являются мāйāвāдинами, в отличие от самого Чаитанйи (ЧЧ, Антйа 7.16). Чаитанйа защищает мāйāвāдӣ Щрӣдхару Свāмӣ (см. выше диалог Чаитанйи и Валлабхи), но при этом якобы провозглашает „ваишн̣ава-дхарм“. По идее ваишн̣ава-сиддхāнт отличается от мāйāвāда-сиддхāнта.

Оппоненты Чаитанйи ваишн̣авы: Вйеӈката Бхат̣т̣а из Раӈгама, татвавāдины из Уд̣упи, Валлабха также претендует на статус ваишн̣ава. В отличие от Чаитанйи никто из них не получал, даже формально, инициацию в мāйāвāда-сампрадāйе и не защищал Щрӣдхару Свāмӣ.

Критика ваишн̣авов (здесь мы не будем вдаваться в детали, кто из них ваишн̣авистее), по сути, происходит за то, что они ваишн̣авы; их понимание щāстр отличается от понимания Чаитанйи; они не принимают Щрӣдхару Свāмӣ. Да и говоря откровенно, так называемый ваишн̣ава-дхарм Чаитанйи слишком отличается от ваишн̣ава-дхарма представленного в щāстрах.

Что касается ЧЧ и ее автора, как бы ты ни любил своего героя, не достойно превозносить его за счет необоснованного оскорбления других. В эпизоде визита Чаитанйи в Уд̣упи заметно желание автора выставить татвава̄динов гордецами для того, чтобы подготовить фон победам своего кумира. Такие вещи называются наговором и идут вразрез с литературной этикой. Напомним — единственным легитимным способом выяснения отношений между школами в среде ваидиков были и остаются вāды. В культе Чаитанйи такой подход к сожалению не наблюдается.

Тактика общения Чаитанйи с представителями других школ или сампрадāйев точно такая же, как и в этих двух стихах ЧЧ (252-253): сначала объявление чего-то негативного у оппонентов, затем поучение и венчающая это все победа — демонстрация превосходства Чаитанйи.

Тему гордости можно развить дальше, например, что понимает под гордостью автор ЧЧ, — чувство, вызванное конкретной ситуацией, которое пройдет через некоторое время, или гордыню как черту характера?


Выводы


1) Автор ЧЧ не объясняет причин гордости татвавāдинов, ни в этом стихе, ни в предыдущих. Детального описания предшествовавших такому выводу автора событий мы в ЧЧ не находим. Это лишает читателя возможности понять происхождение гордости татвавāдинов. Другими словами, обвинение ваишн̣авов необоснованно.

2) Высокомерное поведение не принято в татвавāда-сампрадāйе. Об этом мы уже говорили в части 24 (ЧЧ, Мадхйа 9.250).

3) Для более эффектной декорации побед своего героя автор склонен безосновательно наделять негативными чертами потенциальных оппонентов Чаитанйи, а это признак отсутствия у него всяких представлений о литературной этике. Автору мало проповеди собственных идей у Чаитанйи. Должен быть какой-то элемент благородства его героя в противовес порочным оппонентам. Это помогает укрепить статус аватāра-спасителя и раскусителя пороков. Отсюда похоже и эти надуманные пассажи с гордостью, т.е. человек делает выводы, которые на основании представленных фактов сделать нельзя.

Если учесть, что ЧЧ произведение надиктованное свыше самим богом (по мнению гауд̣ӣй и по заявлению автора ЧЧ), то получается, что бог поносит всех напропалую. Этичность его слов и поведения оставляет желать лучшего.

4) Под гордостью Чаитанйа или автор ЧЧ подразумевают точку зрения, отличную от мнения мāйāвāдина Щрӣдхары Свāмӣ и самого Чаитанйи.

5) Основанием для унижения Вйеӈкаты служит верный щāстра-сиддхāнт.

6) Поведение Чаитанйи дает все основания обвинить его в надменности, дурных манерах, гордости и оскорбительном отношении. К счастью такое поведение не было замечено у татвавāдинов.

Автор представил своего героя человеком с двойной моралью в стиле „Quod licet Iovi, non licet bovi“ \ „Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку“. Очевидно, в представлении Крьшн̣адāса Кавирāџа так и должен вести себя бог.


Это интересно: Стиль ведения споров и характеристика диспутов Чаитанйи



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


Сравнительный анализ комментариев к 10.87.23 и выводы


Судить об искаженности источника или его частей следует по объясняемым в комментариях словам, в нашем случае словам щлока. Если в комментарии объясняются слова, которых нет в пāт̣хе, значит комментаторы на тот момент пользовались уже искаженным текстом. Таким образом, по комментарию мы можем отчасти воссоздать тот щлок, который комментатор объяснял, и не факт, что воссозданный по старинному комментарию он будет совпадать с прошедшим через руки редактора, издателя.

Воссоздание щлока по комментарию (объясняемым словам) может показать, к какому именно тексту комментатор обращался. Широкое распространение получило издание Бхāгавата-пурāн̣ия с одиннадцатью комментариями, в которых дается щрӣдхаровская версия текста. Среди этих комментариев есть работа Виџайадхваџа Тӣртхи «Падаратнāвалӣ», в которой мы встречаем пример расхождения объясняемых слов в комментарии и слов щлока щрӣдхаровского текста издания.


Заглянем в комментарии, на основе которых с наибольшей вероятностью выстраивали свое толкование щлока 10.87.23 последователи Чаитанйи. Мы выяснили, что цитируемый щлок в ЧЧ, Мадхйа 9.123, встречается и у Щрӣдхары Свāмина, хотя и с небольшими изменениями, и является искажением щлока Бхāгавата 10.94.24, а искажение щлока приводит к искажению смысла.


Примечание: мы не будем подробно рассматривать каждый комментарий, лишь обратимся к сути некоторых из них.



Щрӣдхара Свāмӣ


Свой комментарий Щрӣдхара начинает с объяснения дхйāния, обращая внимание на его значение в щрути.

इदानीम् „आत्मा वाऽरे द्रष्टव्यः श्रोतव्यो मन्तव्यो निदिध्यासितव्यः“ इत्याद्याः श्रुतयो ध्यानमङ्गत्वेनोपदिशन्तीत्याह …मनोऽक्षदृढयोगयुज इति । मरुत्प्राणो मनश्चाक्षाणि इन्द्रियाणि च निभृतानि संयमितानि यैस्ते च दृढं योगं युञ्जन्ति ते दृढयोगयुजस्ते तथाभूताः मुनयो हृदि यत्तत्त्वमुपासते तदेवारयोऽपि तव स्मरणाद्ययुः प्रापुः स्त्रियोऽपि कामतः उरगेन्द्रभोगभुजदण्डविषक्तधियः अहीन्द्रदेहसदृशयोर्भुजदण्डयोर्विषक्ता धीर्यासां ताः परिच्छन्नदृष्टयः समदृशः सममपरिच्छिन्नं त्वां पश्यन्त्यो वयं श्रुत्यभिमानिन्यो देवता अपि ते समा एव कृपाविषयतया अङ्घ्रिसरोजं सुष्ठु धारयन्त्यः अयं भावः इत्थम्भूतस्तव स्मरणानुभावः योगिनस्त्वां हृद्यालम्बनमुपासते याश्च वयं त्वां समं पश्यामो याश्च स्त्रियः कामतः परिच्छिन्नं ध्यायन्ति ये च द्वेषेण सर्वानपि तांस्त्वामेव प्रापयतीति ।


Естественно, у Щрӣдхары нет разделения на Парамāтмана и безличного Брахмана, как у гауд̣ӣй. Его идеи куда ближе по духу к адваитавāду. Гауд̣ӣйи утверждают, что враги достигают безличного Брахмана, йоги – Парамāтмана, бхакты – Бхагавāна, а по мнению Щрӣдхары враги, йоги и бхакты достигают одной цели.

То татво, которое культивируют в своих сердцах муни (मुनयो हृदि यत्तत्त्वमुपासते), достигают и враги, помня о Тебе (तदेवारयोऽपि तव स्मरणाद्ययुः), а женщины достигают, вожделея (प्रापुः स्त्रियोऽपि कामतः)…

Змей сравнивается с руками. Объясняется, что такое кāма. Женщины, чьи помыслы и сознание привязаны к Твоим змееподобным рукам (उरगेन्द्रभोगभुजदण्डविषक्तधियः अहीन्द्रदेहसदृशयोर्भुजदण्डयोर्विषक्ता धीर्यासां), ограничены в своем видении (ताः परिच्छन्नदृष्टयः).

Вот такого Тебя мыслями йогины удерживают в сердце и Тебе поклоняются. Есть и те, кто ненавидит Тебя, но все они достигают Тебя.

А мы дэваты, щрути-абхимāнины, содержим в себе амрьту Его стоп (पश्यन्त्यो वयं श्रुत्यभिमानिन्यो देवता अपि ते समा एव कृपाविषयतया अङ्घ्रिसरोजं सुष्ठु धारयन्त्यः).

Синтаксисом и падежами Щрӣдхара немного отличается от гауд̣ӣйского варианта щлока, в котором, например, вместо щрӣдхаровского समम् \ самам используется самāх̤ (ЧЧ, Мадхйа 9.123 / Бхā. 10.87.23).


Суть: Йоги достигают Тебя с помощью дхйāния, женщины видят Тебя ограниченно и достигают Тебя, вожделея, двешины достигают Тебя с помощью двеша. Таким образом, кто как, но все они встречаются в одной точке. Однако, дальше следует молитва Щрӣдхары к своему ишт̣а-дэве (Нарасим̇хе):

चरणस्मरणं प्रेम्णा तव देव सुदुर्लभम् । यथाकथञ्चिन्नृहरे मम भूयादहर्निशम्

Очень сложнодостижимо памятование Твоих стоп в преме (вероятно, не двешем, не вожделением, а именно памятование премой). Каким угодно образом, но пусть это будет у меня, о Нрьхари, и денно, и нощно.

Как видим, сам Щрӣдхара хочет видеть Хари в преме. О стрийах̤ как о гопӣ он не говорит. Стрийах̤ по его мнению это женщины, которых он упоминает наряду с йогинами, Веда-абхима̄ни-дэватами (непонятно, кого именно он тут имеет ввиду) и двешинами. Кāму Щрӣдхара не расшифровывает как прему. В конце он молится о преме, правда, не очень ясно, хочет ли он достичь премы любым образом (यथाकथञ्चित्) или према достижима любым образом (ненавистью, вожделением и т.д.).

Даже поверхностное знакомство с комментарием Щрӣдхары показывает, что его взгляды отличаются от того, что утверждают гауд̣ӣйи. Складывается впечатление, что гауд̣ӣйи подгоняли свой комментарий под свои же идеи, хотя щлоки брали в целом такие же, как у Щрӣдхары, а не из пāт̣ха.


Вам̇щӣдхара


Вам̇щӣдхара дает два комментария. В одном из них „стрийах̤“ объясняется как гопӣ. Опять же фигурирует сравнение рук Крьшн̣ы со змеями. В первой части объяснения он дает общий смысл комментария Щрӣдхары.

इदानीमीश्वरभजने ध्यानमङ्गत्वेनापदिशन्त्यस्त्वां स्मरता सर्वेषां तुल्यैव त्वत्प्राप्तिरित्याहुः

Достижение Тебя доступно всем, как бы они о Тебе не помнили, главное, чтобы было дхйāние, неотрывное сосредоточение.

Те, кто, подчинив себе чувства и ум, неотступно и в йоге поклоняются Тебе, те, кто помнят Тебя из ненависти, такие как Кам̇са и Чаидйа, те, кто мечтают об объятьях Твоих рук — гопӣ (согласно только Вам̇щӣдхаре, т.к. Щрӣдхара этого не утверждает), те, кто видит Тебя как целое и неделимое, — все они достигают Тебя. Удивительна сила памятования о Тебе, которая всех приводит к Тебе.

По мнению Вам̇щӣдхары в этом щлоке раскрывается слава памятования о Нāрāйан̣е. Как бы человек не помнил о Нем, так или иначе все равно он достигает Его. Само памятование настолько могущественно, что даже из ненависти и вожделения они все достигают Тебя. И вожделение, и ненависть употребляются здесь со словом „даже“. Это достижение точно такое же, как и у бхакт.

Далее Вам̇щӣдхара рассуждает о сути комментария Вищванāтха, в котором уже появляются савищеша- и нирвищеша-Брахман:

अत्र ज्ञानिनां मते सविशेषनिर्विशेषभेदेऽपि निर्विशेष एव तात्पर्यम्

Вам̇щӣдхара затрагивает и слова Нӣлакан̣тха:

Естественно, он отсылает к седьмому скандху: गोप्यः कामाद्भयात्कंसो द्वेषाच्चैद्यादयो नृपाः. То же настроение, что и у гауд̣ӣй: все они достигли Бхагавāна тем или иным способом. В адрес щрути вываливаются всякие помои. Щрути и карма — неотделимые с его точки зрения понятия.

एव ह्येवेति श्रुतिस्तु कर्मगोचरगतिविषया न ध्यानविषया

Суть: Каких-то существенных отличий от Щрӣдхары нет. „Стрийах̤“ это гопӣ, что сближает его с гауд̣ӣйами.


Валлабха


Валлабха Бхат̣т̣а в своем комментарии «Субодхинӣ» следует щрӣдхаровской версии текста.

तस्मात्केनाप्युपायेन मनः कृष्णे निवेशयेदिति भगवच्चरणपरतैव प्रयोजिका

Необходимо любым способом сосредоточить свой ум на стопах Крьшн̣ы.

У Валлабхи нет аспектов, встречающихся у Вищванāтха и других гауд̣ӣй (нирвищеша-Брахман и пр.). В отличие от Щрӣдхары, который довольно неопределенно говорит „того же татва они достигают“, Валлабха высказывается конкретно:

तदेव भगवत्स्वरूपं तदरयोऽपि स्मरणाद्ययुः सर्वात्मना यत्रैव मनो निविशते त एव प्राप्नुवन्तीति विहितानां निषिद्धानां तुल्यैव गतिरुक्ता । अनेन [भगवति?] प्रमेयबलमेव मुख्यं न प्रमाणबलमित्यपि सूचितम् । उभयेषामेषामन्तर्मुखता वर्तत इति बहिर्मुखानप्याह - स्त्रिय इति ।

Даже Его враги достигают того же бхагават-сварӯпа. На чем сосредоточили свой ум, того и достигают. Тот, кто следует положению должному, и тот, кто следует запрещенному, достигают одного назначения. Здесь главное – это сила Бхагавāна, как объекта их внимания, а не то, каким образом они это внимание сосредоточили. Внимание и тех, и других обращено внутрь [на Бхагавāна] (одни ненавидят Его, другие поклоняются Ему в сердце).

उरगेन्द्रस्य शेषस्य भोग इव काय इव यौ बाहू तत्र च विषक्ता धीर्यासां तादृश्यो गोप्यः अतिबहिर्मुखाः वयं च श्रुतयः अन्तर्मुखाः सर्वादरणीयाः एवं पुरुषाः स्त्रियश्च सर्व एव ते समाः । यतो भगवान् समदृक् सर्वानेव स्वकीयान् समत्वेन मन्यते । <…> वयं च श्रुतयः „सर्वे वेदा यत्पदमामनन्ति“ इति ।

Вместо бхуџа стоит бāхӯ (बाहू), его он и комментирует.

Из-за того, что были переставлены строки, предыдущий щлок о том, что двешем двешины достигают страдания, но никак не счастья (на раманти), оказался разорванным и рассыпался, так сказать. В разорванном щлоке все перемешалось и это привело к уравниловке.

Несмотря на несложный язык Щрӣдхары, в его комментариях надо разбираться, в отличие от Валлабхи, язык которого довольно прост и понятен. Может быть, в этом он Щрӣдхару и превзошел. Возможно, это и имелось ввиду, когда Валлабха якобы говорил на встрече с Чаитанйей (сам факт встречи, как мы помним, оспаривается последователями Валлабхи), что его комментарий превзошел Щрӣдхару:

ЧЧ, Антйа 7.113: бхāгавате свāмӣра вйāкхйāна… \ „Я разбил комментарий Щрӣдхары Свāмина…“.

ЧЧ, Антйа 7.114: сэи вйāкхйā карена… \ „Его объяснения разрознены и в них много противоречий. Ни одного его слова нельзя принять“.


Как видим, комментарий Валлабхи по сути не отличается от комментария Щрӣдхары, хотя Валлабха на него не ссылается. Вероятно, не так уж неправы последователи Валлабхи, утверждающие, что Валлабха Махāпрабху (именно так они называют своего кумира) никогда не встречался с Чаитанйей Махāпрабху, а значит Валлабха не мог отрицать Щрӣдхару, как это представлено в ЧЧ.

Важно и то, что Валлабха и Щрӣдхара, оба имели дело с практически одинаковым вариантом текста, который является искажением Бхāгавата, и будучи таковым приводит к неразберихе. Беда в том, что ни один комментатор не признается, что он не разобрался в том, что комментирует, или что-то не уловил, не понял, или какой-то щлок остался для него загадкой. Это ущемляет самолюбие, в результате чего появляются ложные выводы. Таковы последствия либо умышленного искажения, либо незнания щāстра-сиддхāнта, так рождаются и подпитываются ереси.

Есть и другие комментаторы, распространявшие комментарий Щрӣдхары, при этом не являясь гауд̣ӣйами.


Выводы о пребывании Чаитанйи в Щрӣ-Раӈгаме


1. Щлок Бхāгавата 10.87.23 щрӣдхаровского текста это искаженние пāт̣ха Бхāгавата. Эти щлоки, и наш щлок в частности, произносит Лакшмӣ, а не „олицетворенные Веды“.

2. Гауд̣ӣйи пользовались текстом Щрӣдхары, но смысл щлоков уже подгоняли под свои представления.

3. Прямого указания на гопӣ или их упоминания в щлоке нет.

4. Щлок косвенно охватывает дэвов и бхакт. В этом смысле в нем также косвенно упоминаются и гопӣ. Гопӣ это апсары, обитатели дэва-локи. Если мы рассмотрим гопӣ как косвенно упомянутых, то увидим их в истинном свете, на их истинном месте, которое они счастливо занимают, не стремясь превзойти тех, кто естественным образом занимает более высокое положение, чем они.

Гопӣ для людей являются почитаемыми существами. В Бхāгавате есть щлоки, прославляющие гопӣ, и у них безусловно есть своя слава, но они не превосходят своей бхактью Лакшмӣ или других бхакт, стоящих в тāратамье выше, чем они.

5. Анализ главы ЧЧ о пребывании Чаитанйи в Щрӣ-Раӈгаме выявил множество заблуждений в представлениях гауд̣ӣй о Лакшмӣ, гопӣ и бхакти. Более того, противоречия и апасиддхāнт указывают на недостоверное изложение событий в ЧЧ, ставят под сомнение сам факт пребывания Чаитанйи в этом городе, как это представлено на страницах ЧЧ, и выставляют Чаитанйу кем угодно, но не ваишн̣авом.

6. Щлок, представленный в ЧЧ, Мадхйа 9.123, отличается по структуре и смыслу от щлока Бхāгавата. Отличается он и от щрӣдхаровского толкования, хотя на страницах ЧЧ Чаитанйа восхищается Щрӣдхарой и его комментарием (см. главу о встрече Чаитанйи и Валлабхи).

7. Несмотря на неуклюжие попытки Чаитанйи представить гопӣ превосходящими Лакшмӣ, убедительных прамāн̣ он не представил. Наоборот, его понимание Лакшмӣ-татва противоречит щāстра-сиддхāнту и говорит о незнании как минимум Брахма-сӯтр и Гӣты.

8. То же самое, что и в пункте 7, можно применить к теме превосходства Крьшн̣ы над Нāрāйан̣ой. Сама постановка вопроса в таком ключе говорит о незнании Чаитанйей или автором ЧЧ (тут каждый волен выбирать) щāстра-сиддхāнта.

9. В целом разговор Чаитанйи и Вйеӈката Бхат̣т̣ы довольно противоречив. Участники то утверждают, то опровергают высказанное ими раньше.

10. Чаитанйа и его последователи толкуют Бхāгаватам 10.87.23 так же, как адваитавāдины. Они считают себя ваишн̣авами, но их сиддхāнт не просто расходится с ваишн̣авским, он откровенно противоречит ему.


Беседа Чаитанйи и Бхат̣т̣ы обладает одним несомненным достоинством — она заставляет сомневаться в достоверности ЧЧ и в некоторой степени обеляет Чаитанйу, в уста которого по всей видимости его последователи вкладывают противоречивые и дискредитирующие его самого слова и поступки.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


Бхāгавата: वयमपि ते समासमदृशः

वयमपि \ вайам апи \ мы также. „Мы“ — это щрути.

ЧЧ, Мадхйа 9.123: вайам апи те самāх̤ самадрьщах̤ \ вайам апи — мы тоже; те — Твоим; самāх̤ — равные; самадрьщах̤ — испытывающие такие же экстатические эмоции (перевод Исккон).


Āчāрйа Мадхва: वयमपि समासमदृशः.

На самом деле समासमदृशः — это одно слово, а не два, как полагают гауд̣ӣйи (самāх̤ и самадрьщах̤).

समदृशः \ самадрьщах̤ и असमदृशः \ асамадрьщах̤. सम означает समस्त \ полностью. Такое же значение мы встречаем в Гӣте, 5.18. Самадарщи — это ви́дение Его.

Āчāрйа Мадхва: सर्वमाहात्म्यस्य वेदैरपि वक्तुमशक्यत्वादसमदृशः \ даже Веды и Лакшмӣ (которая называет себя во мн.ч. असमदृशः) неспособны изречь всю полноту величия Нāрāйан̣ы, поэтому они зовутся असमदृशः \ асамадрьщах̤.

А что такое समदृशः?

Āчāрйа: वेदागम्यमाहात्म्यस्यापि वेदैरेव गम्यत्वात्समदृशः

Несмотря на то, что даже Веды не могут выразить всю полноту величия Нāрāйан̣ы, тем не менее, только через Веды, описание Его величия в Ведах, пусть и не всеохватывающе, возможно достичь Его. Поэтому समदृशः \ самадрьщах̤.

Веды – единственный источник знания о Нāрāйан̣е, которое позволяет привлечь Его прасāд (мукти).

Āчāрйа Мадхва: अतः कोऽन्यो वक्तुं वेद.

Поэтому, кто (कः) другой (अन्यः) настолько знает Тебя, чтобы [величие] выразить.

По мнению гауд̣ӣй Веды олицетворились. Если допустить, что они олицетворились в ком-то, но не в Лакшмӣ, то возникает закономерный вопрос — в ком именно? На этот вопрос гауд̣ӣйи ответа не дают. Сам факт олицетворения подразумевает существование кого-то, кто превосходит Веды по знанию, а значит эти „кто-то“ более приближены к Нāрāйан̣е. Возможно, из-за непонимания этой главы гауд̣ӣйи и считают щрути сознательными сущностями, в то время как щрути это вāк, звук, џад̣а-татва. Кто эти другие (कोऽन्यो), если не Лакшмӣ?

Бхāгавата: क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो

Āчāрйа Мадхва: को ह्यस्मांस्त्वां चर्तेऽपेतजन्मलयः

Кто, кроме Тебя и нас, अपेतजन्मलयः. Здесь мы и Ты — это Нāрāйан̣а и те, от чьего лица произносятся стути. Кто же эти „мы“? Действительно ли это Веды и Нāрāйан̣а? Если мы считаем, что Веды персонифицировались и произносят стути, то выражение अपेतजन्मलयः все равно не может относится к Ведам или к Нāрāйан̣е и Ведам одновременно, т.к. Веды это ачетана-татва, т.е. бессознательная категория, а Нāрāйан̣а четана. Однако категория „нитйа-мукта“ естественным образом относится и к Нāрāйан̣е, и к Лакшмӣ. И тут становится очевидным, что это щрути в лице Лакшмӣ говорят о том, что не знают Нāрāйан̣ы во всей полноте. Щрути — это бесчисленные рӯпы Лакшмӣ, которая является абхимāнинӣ Веда-щабд.

Прабодхинӣ: ततश्च त्वामृतेऽस्मांश्च ऋते कोऽपेतजन्मलयो जन्मादिरहितोऽस्ति न कोऽपीत्यर्थः

„Только мы“ — Лакшмӣ в своих Веда-рӯпах и Нāрāйан̣а вечно свободны от рождения и разрушения (अपेतजन्मलयः). Все остальные четаны (само понятие рождения относится только к четанам) рождаются, т.е. приобретают тело, и умирают (оставляют тело): जन्म \ џанма и लय \ лайа. Других нитйа-мукт не существует. Почему?

Бхāгавата: यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये

Āчāрйа Мадхва: यत उदगादुत्पत्तिमानेव ऋषिर्ब्रह्मा

Потому что даже Брахмā (ऋषिः \ рьши), высшее существо, обладающее наиболее полным знанием, когда-то был рожден (उदगाद् \ удагāд), когда-то возник (उत्पत्ति \ утпатти). Здесь „рьши“ стоит в единственном числе, а имени, указывающего на какую-то личность, к которой могло бы относится это слово, нет. Контекст также не говорит о каких-либо рьшиях, поэтому слово „рьши“ применимо только к Брахме.

Бхāгавата: अनुदेवगणा उभये

То же самое относится и к следующим за ним группам дэвов.

Āчāрйа Мадхва: प्राप्तपदा प्राप्यपदाश्च देवगणाः

प्राप्तपदा — дэвы, достигшие положения Щивы, Гаруд̣ы, Саӈкарщан̣ы и др. Например, Лāтавйа стал Вāйу.

प्राप्यपदा — те дэвы, у которых в будущем будет прāпти, т.е. дэвы, еще не занявшие следующего положения в тāратамье.

Несмотря на то, что тāратамье дэвов очень обширно, тем не менее, есть один способ их категоризации на два вида для того, чтобы мы могли сказать उभये \ оба вида дэвов — это деление на प्राप्तपदा и प्राप्यपदा. Āчāрйа приводит слова Сāӈкрьти-щрути, где смысл этого щлока излагается другими словами:

त्वं वेत्थ नापरस्ते स्वरूपं
न नित्यवाङ् नागभोगप्रियस्य ।
कुतो ब्रह्मा प्राप्तलोकाश्च देवास्तथाऽप्राप्ता जनिमन्तो यतोऽस्मात्

Только Ты себя знаешь. Даже нитйа-вāк, Лакшмӣ, не ведает [того], кому любезно тело змея (उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः), что говорить о Брахме и дэвах, достигших своей обители, и тех, кому еще предстоит ее достичь, ведь они рождаются.

Рождение это показатель недостаточности знания, необходимости сāдхания в отличие от нитйа-мукт — Нāрāйан̣ы и Лакшмӣ.

Тот же смысл, только словами Бхāгавата-тантры:

महिम्नः सर्वशोऽनुक्तेर्वेदाश्चासमदर्शिनः [समदर्शनाः]
तस्यापि वेदगम्यत्वात्तथैव समदर्शिनः [समदर्शनाः]

Веды – асамадарщанāх̤, поскольку они не выражают всю полноту величия Парабрахмана, но они также самадарщанāх̤, т.к. Он достижим только через них.


Бхāгавата: … वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो …

Прабодхинӣ: सुधा यथा स्वपानेन जराद्यभावं करोति तथा हरिचरणोऽपि मनसा ध्यानादिरूपस्वपानेन जरामरणादिराहित्यरूपमोक्षं करोति

Аӈгхрисароџасудхā является объектом выражения (вактум).

Почему используется слово „судхā“? Судхā это снадобье, испив которое избавляешься от старости, болезней и т.д. Стопы Хари и есть это снадобье, испив его, т.е. приняв в себя разумом, помня о дарщане, достигают избавления как от старости, болезней, так и от смерти как таковой, т.е. достигают мокша. Поэтому судхā это амрьта.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


По мнению гауд̣ӣй Щрути-Гӣтā (раздел десятого скандха Бхāгавата) это „молитвы олицетворенных Вед“. В действительности, щлоками Щрути-Гӣты величие Нāрāйан̣ы воспевают не Веды, а Лакшмӣ, абхимāнинӣ Вед, в своих бесчисленных рӯпах, в момент срьшти, когда миры еще не проявились и соответственно нет тех, кто мог бы возносить славицы Нāрāйан̣е.

Веды это џад̣а-татва, звук, существующий в пространстве. Как и в кого Веды олицетворились, гауд̣ӣйи не уточняют.

Рассматриваемый нами щлок выражает идею, которую мы также встречаем в третьем мантре Ӣща̄ва̄сйа-упанишады. В Тāтпарье Мадхва цитирует щрути:

असुर्या नाम ते लोका अन्धेन तमसाऽवृताः ।
तांस्ते प्रेत्याभिगच्छन्ति ये के चात्महनो जनाः

Слово आत्महनः \ āтмаханах̤ \ самоубийцы есть и в нашем щлоке:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः । — 10.94.24 пāт̣ха

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤


न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽत्महनो \ асад-упāсание, т.е. ложное поклонение Вишн̣у или же поклонение кому-то как Всевышнему, которое совершают эти самоубийцы, не приводит к счастью: न च रमन्ति \ на ча раманти.

यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः

यदनुशया \ анущайā — те, кто анущайа̄нам курванти, живут так.

Эти главы переводили ученики Прабхупāды. Для „анущайāх̤“ не нашлось иного перевода, нежели „постоянные и непреходящие желания“ (anuśayāḥ — whose persistent desires, 10.87.22), хотя в общедоступных словарях такого значения нет. Однако встречается значение „ненависть“ \ „двеша“, „враждебность“, в особенности древняя, глубокая и оно здесь весьма уместно. Переводчики ББТ или санскритские комментаторы, которым они следовали в своем переводе, этими значениями пренебрегли. Возможной причиной пренебрежения стала попытка связать эти две строки с двумя предыдущими, но и тут что-то по смыслу не клеилось, пришлось снова домысливать.

Те, кто совершает асад-упāсание, поклоняются Нāрāйан̣е не такому каков Он есть, ограничивая Его, а любые ограничения, которые мысленно накладываются на татво Нāрāйан̣ы, являются разновидностью двеша. Двеш — это не просто вражда или нетерпимость в духе „я не могу даже слышать имя Бога“, но и различные ограничения и рамки, в которые я помещаю Нāрāйан̣у, даже если, как мне кажется, я Ему поклоняюсь. „Асад-упāсана“ и „анущайа̄нам“ охватывают все виды двеша, в том числе религиозно-почтительный и откровенно демонический.

Живущие этим двешем (анущайāна курванти) скитаются (бхраманти). В данном случае под скитанием имеется ввиду лишение тела (अभवाः \ абхавāх̤), т.е. они лишаются рождений и скитаются неприкаянными. Ведь ощущение почвы под ногами, места принадлежности к чему-то, это тоже ощущение счастья, пусть минимального, но счастья. Находясь в вечном бестелесном состоянии (абхава̄х̤), двешины не чувствуют а̄щрайа-основы и лишены даже этого минимального счастья.


Āчāрйа Мадхва: अन्यथोपासनयाऽत्महनोऽसुर्यान्नामलोकान्नित्यनिरतिशयदुःखान्निरस्तसमस्तसुखान्प्राप्नुवन्ति

Они достигают не только ужаснейшей степени непрерывных страданий, но и состояния, в котором отсутствует малейшее счастье.

Почему अभवाः это лишение тела, а не „отсутствие“, как можно было бы перевести? Потому что у того, чего нет, не может быть страданий. अभवाः \ абхавāх̤ это कुशरीरभृत \ кущарӣрабхрьта.

Ради переживания āнанда, āтманы в мукти могут принимать любые чит- и ачит-тела, так как у них есть сварӯпа-щарӣро. Но āтмаханы, двешины, находятся в телах, которые только усугубляют их страдания — कुशरीरभृत \ кущарӣрабхрьта.

Таковы значения первых двух строк. Теперь переходим к строкам, которые в щрӣдхаровской версии приписали к следующему щлоку. И тут нам становится понятным их смысл. Йуџах̤ и мунайа (мн.ч.) это бхакты.

निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः

нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤


Āчāрйа Мадхва: ये मुनयो हृद्ययनं भगवन्तं निभृतमोक्षहृदयेन वायुना योगेन युक्ता नियमिताः सन्त उपासते तेषामरयोऽपि तदेव तमो ययुः.

Почему здесь вдруг говорится о бхактах? Потому что не только асад-упāсаки-двешины достигают состояния вечного горя или тьмы (андха-тамаса), но также враги бхакт и йогинов, являющихся сад-упāсаками, поклоняющихся с верным знанием о Нāрāйан̣е.

Враги бхакт — бхакта-двешины, तदरयोऽपि ययुः \ тадарайо апи йайух̤ — также идут туда, т.е. туда же, куда и āтмаханы-двешины: भ्रमन्ति अभवाः कुशरीरभृत \ бхраманти абхавāх̤ кущарӣрабхрьта. Эта мысль подкрепляется прамāн̣иями из щрути – Прāн̣асам̇хиты, Бхāгаватасам̇хиты.

Итак, асад-упāсаки-двешины достигают āсурйа-лока, туда же попадают и враги бхакт.

После того, как установлен смысл, можно переходить к щлоку, часть которого у Щрӣдхары является продолжением: … स्मरणात् । स्त्रिय उरगेन्द्रभोगभूजदण्डविषक्तधियो … \ смаран̣āт стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо (10.87.23). Пāт̣х же Бха̄гавата начинается со слова स्मरणात् \ смаран̣āт.

Для сравнения, щрӣдх.:

निभृतमरुन्मनोऽक्षदृढयोगयुजो हृदि यन्मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः स्मरणात् ।
स्त्रिय उरगेन्द्रभोगभुजदण्डविषक्तधियो वियमपि ते समाः समदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाः ॥ — Бхāгавата, 10.87.23

нибхрьта-марун-мано-’кша-дрьд̣ха-йога-йуџо хрьди йан-
мунайа упāсате тад арайа ‘пи йайух̤ смаран̣āт
стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо
вайам апи те самāх̤ самадрьщо ‘ӈгхри-сароџа-судхāх̤


Пāт̣х:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः ।
निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः ॥ — Бхāгавата, 10.94.23

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤
нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤

स्मरणात् स्वनुराग तद्भवान्
उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो
वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो
यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये ॥ — Бхāгавата, 10.94.24

смаран̣āт сванурāга тадбхавāн
урагендрабхогадан̣д̣авишактадхийо
вайамапи те самāсамадрьщо аӈгхрисароџасудхāм
ка иха веда ну вактумапетаџанмалайо
йата удагāдрьширанудэваган̣ā убхайе


सरोजसुधाः \ сароџасудхāх̤ Щрӣдхары отличается от सरोजसुधाम् \ сароџасудхāм пāт̣ха.

Часть пāт̣ха क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये у Щрӣдхары перенесена в следующий стих (24). С нее он и начинается:

ка иха ну веда батāвара-џанма-лайо гра-сарам̇
йата удагāд рьшир йам ану дэва-ган̣ā убхайе

Отличие не только в концовке-начале стихов, но и в смысле. Как видим, у Щрӣдхары есть слова, которых в Бхāгавате нет. Помимо этого, в гауд̣ӣйа-щрӣдхаровском щлоке во второй половине стиха отсутствуют глаголы, хотя в пāт̣хе они есть наряду со сказуемыми. Это принципиально важно. Глагол йайух̤ относится к тем, кто идет не туда, т.е. в Брахман.

стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо
вайам апи те самāх̤ самадрьщо ’ӈгхри-сароџа-судхāх̤

стрийах̤ — гопи; урагендра — змей; бхога — подобным телам; бхуџа — к рукам; дан̣д̣а — подобным палкам; вишакта — привлечены; дхийах̤ — те, чьи умы; вайам апи — мы тоже; те — Твоим; самāх̤ — равные; самадрьщах̤ — испытывающие такие же экстатические эмоции; аӈгхри- сароджа — лотосных стоп; судхāх̤ — пьющие нектар.

В аӈгхри-сароџа-судхāх̤ слово „судхāх̤“ заменило слово „судхāм̇“. Аӈгхри-сароџа-судхāх̤ относится к „нам“, т.е. к гопӣ, у которых есть нектар. Отсутствие глагола делает предложение назывным или пересказом-перечислением, кто есть кто: стрийа такие-то, вайам такие-то, но это не сочетается со структурой предыдущих предложений, в которых присутствовали глаголы бхраманти (скитаются), йайух̤ (достигают), упāсате (поклоняются). Из-за отсутствия в предложении глаголов переводчики вынуждены их подставлять: „гопи удалось вкусить нектар“, „мы тоже можем вкусить нектар“. Существительные в этом щлоке позволяют лишь догадываться о глаголах, которых там нет. Вот и приходится предложение-перечисление превращать в глагольное с помощью домыслов и переводческих уловок.


Каков же смысл щлока, если убрать „стрийах̤“, первые две строки поставить туда, где они должны стоять, и добавить недостающие три строки:

स्मरणात् स्वनुराग तद्भवान्
उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो
वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो
यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये ॥ — 10.94.24

смаран̣āт сванурāга тадбхавāн
урагендрабхогадан̣д̣авишактадхийо
вайамапи те самāсамадрьщо аӈгхрисароџасудхāм
ка иха веда ну вактумапетаџанмалайо
йата удагāдрьширанудэваган̣ā убхайе


Вместо слова स्वनुराग \ сванурāга в щрӣдхаровском стоит „стрийа“. Мадхва дает очень внятное и простое объяснение: हे स्मरणादेव स्वनुरक्त. Сванурāга — это обращение к Нāрāйан̣е: Ты Сванурāга. Анурāга означает приязнь, любовь, влечение. Слово „сванура̄га“ А̄ча̄рйа объясняет синонимом स्वनुरक्त \ свануракта. Речь идет о том, кто обладает анурāгой. Какого рода анурāг? Су=сушт̣у \ полный, беспримесный, наилучший, одним словом анурāг в высшей степени. Нāрāйан̣а – Сванурāга, обладатель сушт̣а-анурāга. По отношению к кому? Смаран̣āт — этот анурāг в Нем вызывает смаран̣ам, т.е. бхакти. Смаран̣ие \ памятование – наиболее доступная для каждого форма бхакти. С другой стороны, памятование является основой всякой бхакти, ее неотделимой составляющей. Без памятования любое коленопреклонение или āрчание, кӣртание и т.д. уже не бхакти. Поэтому здесь о бхакти говорится как о смаран̣ам.

Смаран̣а-бхакти вызывает в Нем анурāг, поэтому Его зовут Смаран̣а-Дэва-Свануракта, пишет Āчāрйа.

Далее तद्भवान्. Āчāрйа: तत्ते स्वरूपं भवानेव वेद तद्भवान् — это Ты. Ты то (тат). Мадхва показывает, что сказуемым к подлежащему бхавāн  \ भवान् является Веда \ वेद (предпоследняя строка: क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो), которого у щрӣдхарийцев разумеется нет, т.к. оно ушло в следующий стих. Тат \ तत् \ то — это сварӯпам в значении „индрийа-грахйам“. „То“ отличается от „здесь“ \ идам. Идам это џагат. А тат \ „то“ — это бхагават-сварӯпа, т.е. Нāрāйан̣а „то“, в отличие от џагата, который „это“ или „здесь“. Нāрāйан̣а недостижим для индрий.

तत्ते स्वरूपं भवानेव वेद

Только Ты себя знаешь.

Почему у Āчāрйи भवानेव वेद \ бхавāн эва веда, хотя в щлоке तद्भवान् \ тадбхавāн? Во-первых, это явствует из смысла — только Ты знаешь Себя (स्वरूपं भवानेव). Полное знание самого себя есть только у Нāрāйан̣ы, но частично Его знают и щрути, т.е. Лакшмӣ. В меньшей степени Его знает Брахмā, еще меньше дэвы и т.д. Выстраивается тāратамье. Во-вторых, есть правило, согласно которому здесь употребляется слово एव \ эва. Об этом правиле говорят комментаторы Та̄тпарья:

सर्वे शब्दाः सावधारणा… — Прабодхинӣ Щрӣ Чхалāрӣ Нāрāйан̣āчāрйи

Все эти слова имеют авадхāран̣ие — ограничение смысла до одного значения.

Эва \ только — это авадхāран̣ие. Смысл слова, после которого стоит „эва“, ограничен только одним значением этого слова и не охватывает никаких других значений. Если нет чего-то, указывающего на возможность употребления слова в разных значениях, или отсутствует расширяющий смысл контекст, например, „ади“, „апи“: „бхавāн брахмāпи веда…“ \ „Ты знаешь, а также знает Брахмā…“, то любое слово должно восприниматься, как имеющее авадхāран̣ие.

Когда говорится „бхавāн веда“, то имеется ввиду „бхавāн эва веда“ \ „только Ты себя ведаешь“, тем более, что сказанное далее этот смысл подкрепляет и на этом смысле настаивает.

Āчāрйа Мадхва: उरगेन्द्रभोगदण्डे विषक्तबुद्धेस्तेऽङ्घ्रिसरोजसुधाम्

Прабодхинӣ: उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो

В гауд̣ӣйско-щрӣдхаровском щлоке урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо вставлено слово бхуџа. Откуда оно? Возможно, размер щлока показался неправильным или слишком необычным и человек вставил это слово для выправления размера. Необычный размер щлока может навести на мысли, что в щлок закралась ошибка: лишние слова или наоборот отсутствие таковых.

Баннанџе Говиндāчāрйа в своих примечаниях к БТН отмечает необычность размера этого щлока. Но необычность размера не является признаком чего-то пропущенного или добавленного; чего-то неправильного или искаженного. Это не поэтический изъян. Возможно, именно необычность размера была причиной внесенных Щрӣдхарой изменений (или того, кто эти изменения вносил).

В Аитарейа-брāхман̣е говорится о различных видах просодий — чха̄ндасов. Существуют, в том числе, разновидности ануштубха, в которых на один или два слога меньше (30 или 31), а также на один или два слога больше (33 или 34).

В Бхāгавате встречаются необычные размеры и наш щлок тому пример. В одном из пāдов этого щлока на четыре слога меньше, чем в „классическом“ размере. Кроме того, каждая строка этого щлока имеет собственный размер. И это не признаки изъянов – что-то стерлось, недослушалось, по невниманию было опущено или забыто. Где как не в Бхāгавате встречаться удивительным и редким размерам? Возможно, в щрӣдхаровском щлоке слово „бхуџа“ было вставлено из соображений просодии.

Урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо, где урагендра это змей. Что может быть связано со змеем в щрӣдхаровском варианте щлока? Если речь зашла о женщинах (стрийах̤), т.е. о гопӣ, то вспоминаются поэтические образы „змеями своих рук Он обнимал гопӣ Враџа“ и т.д. Но есть и другой образ змея, который связан с Нāрāйан̣ой. Щеша — Змей Саӈкаршан̣а. Именно о нем здесь речь, если убрать лишнее слово „бхуџа“.

उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियः

Cлово उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः \ урагендрабхогадан̣д̣авишактадхӣх̤ стоит в родительном падеже и является именем Нāрāйан̣ы в отличие от предложенного гауд̣ӣйами перевода „дхийах̤“ как „те, чьи умы“, т.е. „они“ во множественном числе. Он – вишактадхӣх̤ и Его вишактадхийāх̤.


Словами अङ्घ्रिसरोजसुधाम् Āчāрйа показывает Его судху, немерть-амрьту Его стоп-лотосов. Что же означает имя उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः?

Нāрāйан̣а испытывает особую приязнь (анурāг) к телу (भोग \ тело – भोगः शरीर) Урагендры-Щеши, которое подобно дан̣д̣е, вытянуто. Урагендра возникает в Щрути-Гӣте не просто так. Он Чха̄ндаса-Дэватā, повелитель чха̄ндасов. Он поддерживает чха̄ндасы в џагате. Нāрāйан̣а испытывает анурāг ко всем, кто Его помнит и знает. Это анурāг к бхакти. Своим разумом (धीः \ дхӣх̤) Нāрāйан̣а испытывает приязнь к телу Урагендры. Почему речь идет о теле? Потому что Нāрāйан̣а возлежит на Щеше. Тело Нāрāйан̣ы и Его сознание (дхӣх̤) это единая сварӯпа-сущность. Телом возлежа на теле Урагендры, соприкасаясь своим сознанием с сознанием Щеши, сознанием с телом Щеши, своим телом с сознанием Щеши — таково соприкосновение (сактих̤) Нāрāйан̣ы и Щеши. Эти смыслы резонируют в имени Нāрāйан̣ы उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः \ урагендрабхогадан̣д̣авишактадхӣх̤. И это имя стоит в родительном падеже.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


Анализ паломничества Чаитанйи в Щрӣ-Раӈгам был бы неполным без упоминания стиха ЧЧ, Мадхйа 9.123, который является цитатой из Щрути-Гӣты Бхāгавата-пурāн̣ия 10.87.23. Этот стих Чаитанйа использует как подтверждение превосходства гопӣ над Лакшмӣ.

Цитируемый в ЧЧ щлок версии Щрӣдхары Свāмина не совпадает с па̄т̣хом Бхāгавата. Изменение щлока привело к искажению смысла. Именно щрӣдхаровскую версию использовали патриархи гауд̣ӣанства в своих комментариях. Ей же пользуются последователи Чаитанйи и в наше время.

निभृतमरुन्मनोऽक्षदृढयोगयुजो हृदि यन्मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः स्मरणात् ।
स्त्रिय उरगेन्द्रभोगभुजदण्डविषक्तधियो वियमपि ते समाः समदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाः ॥ — 10.87.23 (Щрӣдх.)

нибхрьта-марун-мано-’кша-дрьд̣ха-йога-йуџо хрьди йан-
мунайа упāсате тад арайа ‘пи йайух̤ смаран̣āт
стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо
вайам апи те самāх̤ самадрьщо ‘ӈгхри-сароџа-судхāх̤


Пāт̣х:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः ।
निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः ॥ — Бхāгавата, 10.94.23

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤
нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤

स्मरणात् स्वनुराग तद्भवान्
उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो
वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो
यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये ॥ — Бхāгавата, 10.94.24

смаран̣āт сванурāга тадбхавāн
урагендрабхогадан̣д̣авишактадхийо
вайамапи те самāсамадрьщо аӈгхрисароџасудхāм
ка иха веда ну вактумапетаџанмалайо
йата удагāдрьширанудэваган̣ā убхайе


Перед нами два щлока, которые отличаются нумерацией, синтаксисом и, наконец, смыслом. Одни слова похожи, другие определенно вставлены, ибо отсутствуют в па̄т̣хе. Например, слово हृदयं \ хрьдайам изменено на हृदि \ хрьди. Слово „стрийа“, которое судя по всему для гауд̣ӣй является ключевым, в гопӣческом понимании смысла щлока, здесь вставлено, вероятно, по причине непонимания истинного смысла щлока. Имеются и другие расхождения подобного рода.

Раздел Щрути-Гӣтā сложен для понимания, щлоки глубокомысленны, их размер необычен, смысл неочевиден. Поэтому комментарий Мадхвāчāрйи к Щрути-Гӣте настолько подробен: каждый щлок Āчāрйа объясняет пословно, демонстрирует взаимосвязь щлоков, выстраивая смысловой порядок, подводя к единственно верному смыслу.

Для того, чтобы понять, из чего был слеплен щлок в щрӣдхаровской версии, следует обратиться к двум щлокам пāт̣ха — этому и предыдущему.

Щрӣдхаровская версия щлока – это комбинация двух строк предыдущего щлока и двух строк следующего. Она начинается со слов:

निभृतमरुन्मनोऽक्षदृढयोगयुजो हृदि यन्मुनय
उपासते तदरयोऽपि ययुः स्मरणात् ।

нибхрьта-марун-мано-’кша-дрьд̣ха-йога-йуџо хрьди йан-
мунайа упāсате тад арайа ‘пи йайух̤ смаран̣āт


В действительности это первая строка второй части щлока пāт̣ха:

निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः

нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤

Если оторвать вторую половину от первой, то вторая должна заканчиваться на слове йайух̤ (отправляются, достигают), но тогда непонятно, куда „они отправляются“ и чего „достигают“. Даже если добавить „смаран̣āт“, с которого в пāт̣хе начинается следующий щлок, все равно остается неясным, чего же именно достигают эти तदरयः \ тадарайах̤ \ враги, того или Его?

अपि \ апи \ также — означает, что они достигают чего-то того же, но в силу разрыва щлока на две части, как в случае ЧЧ, Мадхйа 9.123, получается मुनय उपासते \ мунайа упāсате \ муни поклоняются, а अरयाः \ арайāх̤ \ враги также достигают.

Непонятно, чего достигают, куда идут. Упāсате означает „поклоняются“ (мн.ч.), а апи йайух̤ – „также достигают“ или „приходят“. Почему поклоняются и приходят через „также“? По всей вероятности переводчик не понял, с какой целью тут употреблено слово „также“ и домыслил (цитата из русского перевода, изд-во ББТ):

«Великие мудрецы укрощают ум и чувства, занимаясь мистической йогой и управляя дыханием. С помощью мистической йоги они обретают способность видеть в своем сердце Сверхдушу…»

„Сверхдуша“ — это уже доктринальное дополнение, которого в пāт̣хе нет. Гауд̣ӣй, читающий этот перевод, уже должен знать, что именно „они“ там в своем сердце видят.

Дальше в переводе идет полный абсурд, даже с точки зрения гауд̣ӣйа-сиддхāнта:

«…обретают способность видеть в своем сердце Сверхдушу и в конце концов входят в безличный Брахман…»

Дело в том, что по гауд̣ӣйским представлениям йоги достигают слияния с Брахманом или чего-то в этом духе, а џњāнины – единства с так называемым безличным Брахманом. Но йоги, о которых в этом щлоке идет речь, видят в своем сердце Сверхдушу, а затем входят в безличный Брахман, хотя в безличный Брахман входят только те, кого гауд̣ӣйи называют џњāнинами.

Из этого следует, согласно доктрине гауд̣ӣй, что йоги стремятся к одной цели и достигают ее, а согласно этому щлоку щрӣдхаровской версии Бха̄гавата йоги у гауд̣ӣй стремятся уже к другой цели и ее же достигают. Нестыковка. Почему так? Возможно, потому что надо куда-то определить врагов (Крьшн̣ы), но враги не достигают Парамāтмана (Сверхдушу). Такого сиддхāнта в щāстрах нет. И коль скоро враги Крьшн̣ы „тоже“ чего-то достигают, то логично предположить, что это Брахман, ибо ни о чем другом в контексте речи не идет. В щлоке, однако, не указано, чего конкретно враги достигают.

Глагол „йайух̤“ \ „идут, достигают“ не сопровождается своим дополнением, т.е. тем, чего именно достигают. Если достижение все того же безличного Брахмана, то „также достигают“ означает, что они должны достичь того же, что и йоги! Выбор у переводчика невелик: либо 1. Он должен изменить направление пути йогов с достижения Сверхдуши (каивалйа и др. гауд̣ӣйские идеи) на попадание в Брахман, либо 2. Он должен направить дрезину, на которой едут враги Крьшн̣ы, в Сверхдушу вместо безличного Брахмана. Естественно врагам туда путь заказан, значит на дрезине поедут йоги и смысл щлока становится таким, что все, о ком идет речь, попадают в одно и то же место, хотя по гауд̣ӣйскому сиддхāнту они должны попадать в разные (у одних брахмāлайа или нирвищеша-брахмāлайах̤, у других что-то в духе каивалйа). Так или иначе, они должны достичь чего-то, чего они, по представлениям гауд̣ӣй, достигают, но в щлоке не написано ни про йогинов, ни про врагов, и переводчику остается домысливать. Такой вариант домысливания все равно противоречит гауд̣ӣйа-сиддхāнту: йогины видят в своем сердце Сверхдушу, а потом входят в безличный Брахман, «…хотя того же положения благодаря памятованию о Верховном Господе достигают Его враги». Вот это „благодаря памятованию“ (смаран̣āт) сюда привлечено из следующего щлока, ибо чего еще можно достичь благодаря памятованию? В седьмом скандхе говорится, что они достигают того же, что и бхакты, но это опять же в гауд̣ӣйской расплывчатой интерпретации этих щлоков.

Подобного рода непонятки, кто и чего достигает, домыслы, вставки общеизвестных для гауд̣ӣй, аксиоматических, но на самом деле недоказанных вещей, жонглирование словами и пр., все это возникает из-за того, что отсутствует первая половина щлока:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः । — 10.94.24 пāт̣ха

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤

Если рассматривать эти строки как первую часть щлока, продолжением которого являются слова निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः \ нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤, то все встает на свои места, не надо ничего домысливать и придумывать.



продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Лакшмӣ = гопӣ


В 9.153-154 Чаитанйа и Бхат̣т̣а опровергают все сказанное ими ранее. Во второй части стиха 9.153 гопӣ отождествляются с Лакшмӣ: «гопӣ-лакшмӣ-бхеда нāхи хайа эка-рӯпа \ нет разницы между гопӣ и Лакшмӣ, ибо они единорӯпны».

Уравнение неизбежно, если не понимать Лакшмӣ-татво. Вкратце: Лакшмӣ не испытывает страданий, как другие џӣвы. Лакшмӣ отлична от всех без исключения чит-āтманов. Для всего сущего, состоящего из чит и ачит, Лакшмӣ и Нāрāйан̣а отец и мать (पितरौ \ питарау). Они пара (गृहस्थः \ грьхастхах̤), потому что у Него есть любовь к Раме̄ [Лакшмӣ] – рамā-пран̣айа:

चिदचिद्भेदमखिलं विधायाऽधाय भुञ्जते
अव्याकृतगृहस्थाय रमाप्रणयिने नमः — Татвасаӈкхйāние (3)

अचेतना चेतनेति द्विविधा प्रकृतिर्मता … पिता विष्णुः स जगतो माता श्रीर्या त्वचेतना… — цитата, приведенная Мадхвой в Гӣта̄-та̄тпарье, 7.4.

Союз Лакшмӣ и На̄ра̄йан̣ы вечен, безначален, бесконечен. Он беспределен – авйа̄крьта. Там, где На̄ра̄йан̣а, там и Лакшмӣ, они неразлучны. Взаимное влечение мужчины и женщины — основа союза людей. Мужчина чувствует притяжение к женщине. Женщина – притяжение к мужчине. Однако между Лакшмӣ и Нāрāйан̣ой все иначе. Лакшмӣ безусловно чувствует притяжение к На̄ра̄йан̣е, но она не притягивает Нāрāйан̣у. Почему же тогда говорится: рамā-пран̣айин \ возлюбленный Рамы̄ и любящий Рамӯ? Пран̣айа — это स्नेह \ снеха (очарование, приязнь, симпатия). Однако Рама̄ привлекает Бхагава̄на не потому, что она идеальная женщина. Он испытывает приязнь к тем, у кого есть знание. В Раме̄ знание присутствует в бесконечной степени больше, чем в любом представителе мира чит. Поэтому снеха Бхагавāна к Лакшмӣ превосходит влечение к кому бы то ни было другому, включая гопӣ. Бхакти невозможна без знания. Бхакта является џњāнином. Говоря о знании, речь, разумеется, идет о знании Бхагават-татва. Говоря о Нāрāйан̣е, мы говорим о свайам Бхагавāне, которого также называют Крьшн̣а.

Гопӣ не участвуют в творении миров, как Лакшмӣ (Брахма-сӯтры, 1.4.24-28). Лакшмӣ может воплотиться в сам̇сāре по своему желанию (Брахма-сӯтры, 3.3.40-42). Лакшмӣ – нитйа-муктā (Брахма-сӯтры, 4.2.7-14). В Гӣте (13.27, 13.30) мы находим другие указания на высшее татво Лакшмӣ. Āчāрйа Мадхва говорит, что в этом щлоке под словом „кшетра“ подразумевается Лакшмӣ: अव्यक्तं च महद्ब्रह्म, „क्षेत्रक्षेत्रज्ञसंयोगात्“ इत्यत्र क्षेत्रं श्रीः, и приводит в подтверждение прамāн̣ие: „मम योनिर्महसह्म तस्मिन् गर्भं ददाम्यहम्“. В Гӣте мы встречаем и другие стихи, касающиеся Лакшмӣ-татва.

В Пуруша-сӯкте Лакшмӣ это Бху-Дэвӣ. Она – абхимāни-дэватā Џад̣а-пракрьти и Вед. Лакшмӣ – акшара-татво, ее тело вечно неразрушимо. Гӣтā 15.18: यस्मात्क्षरमतीतोऽहमक्षरादपि चोत्तमः । अतोऽस्मि लोके वेदे च प्रथितः पुरुषोत्तमः \ Я превосхожу даже Акшара-татво.

Прамāн̣ий о верховенстве Лакшмӣ-Дэвӣ над гопӣ и всем сущим великое множество. По просьбе сомневающихся они могут быть представлены отдельно.


О Лакшмӣ:

http://vilasatu.livejournal.com/28415.html
http://vilasatu.livejournal.com/28744.html
http://vilasatu.livejournal.com/29107.html



Лакшмӣ и танец рāса
или
Чаитанйа-бхāгавата vs. Чаитанйа-чаритāмрьта


В ЧЧ, Мадхйа 9.120, 122 и 124, утверждается, что Лакшмӣ не участвовала в танце рāса Враџа-лӣлы:

рāса нā пāила лакшмӣ, щāстре ихā щуни \ однако ей [Лакшмӣ] так и не удалось принять участие в танце раса — ЧЧ, Мадхйа 9.120 (орфография Исккон)

лакшмӣ кене нā пāила, ихāра ки кāран̣а \ почему богиня процветания, Лакшми, не смогла войти в танец раса — ЧЧ, Мадхйа 9.122

щрути пāйа, лакшмӣ нā пāйа, итхе ки кāран̣а \ почему богине процветания не удалось войти в танец раса — ЧЧ, Мадхйа 9.124 (перевод Исккон).


Однако «Чаитанйа-бхāгавата» (Мадхйа-кханда, гл. 18) повествует об участии Чаитанйи и его друзей в театральной постановке Враџа-лӣлы и танца рāса. Чаитанйа играл роль Лакшмӣ, наряжаясь в ее платье и танцуя:

лакшмӣ веще анка-нрьтйа кариба т̣хāкура
сакала ваишн̣ава-раӈга бāд̣ила прачура
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.20

āи чалилена ниџа бадхура сахите
лакшмӣрӯпе нрьтйа бад̣а адбхута дэкхите
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.29

āре āре бхāи саба хао сāбадхāна
нāчиба лакшмӣра веще џагатера прāн̣а
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.41

лакшмӣ веще нрьтйа āџи кариба āпане
премабхакти лӯт̣и āџи лао сāбадхāне
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.47

прабху āџи нāчибена дхари лакшмӣвеща
атаэва э сабхāйа āмāра правеща
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.60


Иначе говоря, на страницах ЧЧ Чаитанйа утверждает прямо противоположное тому, что он говорит на страницах «Чаитанйа-бхāгаваты». Произведения противоречат друг другу. Если допустить, что вымыслом является сюжет ЧЧ, то возникает причина считать содержание беседы Чаитанйи и В. Бхат̣т̣ы выдуманным, что в свою очередь ставит под сомнение и опровержение Рāмāнуџа-сампрадāйа в лице В. Бхат̣т̣ы, равно как и очередную победу Чаитанйи.

Крьшн̣адāс неоднократно уподобляет Врьндāвана Дāса Ведавйāсе (ЧЧ, Āди 8.34; 13.48 и др.). Если это так, то мы должны допустить, что и сам Ведавйāса обманщик.

Более того, Крьшн̣адāс утверждает, что слушание ЧБ приносит благо (ЧЧ, Āди 8.35). Но если допустить, что ЧБ описывает нереальные события, какое же благо может быть от такой книги?

Крьшн̣адāс утверждает, что устами Врьндāвана Дāса говорит сам Чаитанйа (ЧЧ, Āди 8.39): „врьндāвана-дāса-мукхе вактā щрӣ-чаитанйа“. Если ЧБ описывает фантазии автора, то мы можем допустить, что и сам Чаитанйа выдуманный персонаж или ему приписывают события и поступки, которых он не совершал, а это влечет за собой скептическое отношение к догмам культа Чаитанйи, которых Чаитанйа не провозглашал. К слову, многие из этих догм все равно не подтверждаются и не провозглашаются Ведами и сат-āгамами.

Крьшн̣адāс заявляет, что ЧБ спасает от сам̇сāра: „аичхе грантха кари’ теӈхо тāрилā сам̇сāра“ (ЧЧ, Āди 8.40). Если допустить, что ЧБ полна противоречий и повествует о фиктивных событиях, то как же может быть спасением такая книга?

Противоречие между ЧБ и ЧЧ столь очевидное и обличающее, что игнорировать его просто нельзя. Либо кто-то из авторов обманывает читателей, либо сам Чаитанйа. Таков неутешительный вердикт для всех адептов культа Чаитанйи.

Из комментария А. Ч. Свāмӣ Прабхупāды (ЧЧ, Āди 8.39):

«Трансцендентное произведение, даже если оно написано далеким от совершенства языком, но автор его преданный, достойно признания, тогда как так называемые духовные книги, написанные каким-нибудь мирским ученым, даже если они совершенны по форме, бесполезны. Секрет произведения, написанного преданным, заключается в том, что, когда он пишет об играх Господа, Сам Господь помогает ему: преданный не пишет в одиночку. В «Бхагавад-гите» (10.10) по этому поводу говорится: дадāми буддхи-йогам̇ там̇ йена мāм упайāнти те. Поскольку, создавая литературные произведения, преданный служит Господу, Господь изнутри дает ему столько разума, что преданный чувствует себя так, как будто он сидит рядом с Господом и в Его обществе пишет свою книгу. Кришнадас Кавираджа Госвами подтверждает, что все написанное Вриндаваном дасом Тхакуром было поведано ему Самим Господом Чайтаньей Махапрабху, а он лишь повторял услышанное».

Факт противоречия одного произведения другому указывает на то, что как минимум одно из них не является богооткровенным, трансцендентным, достойным признания, духовным. Господь не давал автору разума изнутри. Автор не получал указания свыше, как и что писать, иначе откуда такие существенные расхождения? Бог гауд̣ӣй запутался в собственных лӣлāх? Если уже один подобный факт способен перечеркнуть состоятельность культа, то что говорить о противоречивости всего культа и многочисленных фактах обмана, которые мы доселе вскрыли?

Отсутствие Лакшмӣ в танце рāса было главной темой победы Чаитанйи над рāмāнуџинами в лице В. Бхат̣т̣ы.

О противоречивости литературы гауд̣ӣй см. эссе Джагадананды «The dāna-līlā play in Chandrasekhara's house».


Обращают на себя внимание еще два противоречивых утверждения Врьндāвана Дāса:

Брахмā, Вишн̣у, Махещваре томāра махимā
Балите нā пāре, анйе кебā дибе сӣмā
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.169.

Брахмā, Вишн̣у и Махещвара не способны описать твое величие, куда уж кому-то иному охватить твои пределы.

Комментарий А. Ч. Свāмӣ Прабхупāды: «Ты богиня бесчисленных вселенных. Под влиянием твоей энергии, религиозные принципы йуг защищены. Три главных божества творения, поддержания и разрушения космического проявления неспособны воспеть твою славу. Как же могут те, кто подчинен им достигнуть предела твоей славы?»

В этом стихе Врьндāван Дāс, прославляя Лакшмӣ, уравнивает Вишн̣у с Брахмой и Щивой. Но уже в следующем стихе Вишн̣у превозносит:

џагат сварӯпā туми, туми сарвва-щакти
туми щраддхā, дайā, лаџџā, туми вишн̣у-бхакти
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.170.

Ты самость мира. Все щакти в твоей власти. Ты щраддхā, сострадание и скромность. Ты Вишн̣у-бхакти.


Автор называет диалог Чаитанйи и Бхат̣т̣ы дружеской беседой, но уже в ЧЧ, Мадхйа 9.151, без видимых причин называет Бхат̣т̣у гордецом, и, оказывается, Чаитанйа, в том числе, усмирял его гордость. После прочтения сюжета о пребывании Чаитанйи в Щрӣ-Раӈгаме ну никак не складывается впечатления, что простой брāхман̣ Бхат̣т̣а, искренно поклоняющийся Лакшмӣ-Нāрāйан̣е, на самом деле является гордецом. По крайней мере его слова и манера поведения никоим образом не выдают этого. Для чего потребовалось автору ЧЧ выставить Бхат̣т̣у гордецом на пустом месте? О манерах же Чаитанйи и его поведении с оппонентами мы писали в предыдущей части цикла.


продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Крьшн̣а vs. Нāрāйан̣а


В стихах 9.115-116 В. Бхат̣т̣а утверждает сварӯпное единство Крьшн̣ы и Нāрāйан̣ы. Однако в 9.117 его мнение без веских причин меняется и Крьшн̣а уже превосходит Нāрāйан̣у. Обратите внимание, ни один цитируемый Чаитанйей стих Бхāгавата не провозглашает превосходство Крьшн̣ы над Нāрāйан̣ой и не утверждает между ними различие. По сути участники беседы так и не смогли обоснованно доказать это различие. Опять же, акцент делается на фразе «так говорят Веды» или «так утверждают ведические писания» — «сиддхāнтатах̤ ту \ но сиддхāнт [таков]» (9.145 — орфография Исккон), при этом фраза не сопровождается прама̄н̣ами. Сами по себе эти слова ничего не доказывают.

Стихи 9.138, 141, 142, 145 затрагивают одну из догм культа: «крьшн̣а свайам бхагавāн \ только Крьшн̣а является Бхагавāном». Эти слова пура̄н̣ия ваишн̣авы и гауд̣ӣйи понимают по-разному. В данной беседе ни прамāн̣н̣о, ни татвенно Крьшн̣а и Нāрāйан̣а не рассматриваются. Беседа построена все на тех же словах „так говорят щāстры“ и превратном толковании стиха 1.3.28 из Бхāгавата: «эте чāм̇ща-калāх̤ пум̇сах̤ крьшн̣ас ту бхагавāн свайам…».

Во-первых, оригинал стиха 1.3.28 звучит иначе: „эте сва̄м̇ща калах̤“. В варианте текста, которым пользуются гауд̣ӣйи, стих начинается словами: эте чāм̇ща калāх̤. Во-вторых, в самом стихе не утверждается: лишь Крьшн̣а является Бхагавāном — крьшн̣а эва свайам бхагавāн. Смысл стиха иной.

В предыдущем стихе перечисляются те, кто не является свāм̇щакалāми: рьшии, мановы, дэвы и пр. Они — калāх̤ сарва харер эва. Затем „эте (т.е. перечисленные до того аватāры или сарги) свāм̇щакалāх̤“ — и они не Кто иной как Крьшн̣а, Сам Бхагавāн. Другими словами, свāм̇ща-калāх̤ относится не только к Крьшн̣е, но и ко всем аватāрам.

Что означает свāм̇щакалāх̤? Сварӯпа бхӯтāм̇ща калах̤ \ все эти сварӯпы и есть Он. Упомянутые аватāры это сам Бхагавāн (свайам бхагавāн), а не Его а̄вещи. 27-й стих (рьшайо…) показывает различие между пратибимбāм̇щами и сварӯпāм̇щами. И здесь „ту“ как раз в значении „эва“. Смысл выражения не в том, что „только Крьшн̣а свайам Бхагавāн“ (для этого нам бы пришлось проигнорировать как начало стиха, так и множественное число глаголов во второй половине стиха), но „они, свāм̇ща-калы, суть Крьшн̣а и никто иной, суть Бхагавāн как таковой“.

Представление о том, что среди перечисленных только Крьшн̣а Бхагавāн, ошибочно. Разделения на свāм̇щи и Крьшн̣у нет. Ам̇ща — это пришествие, а не только „часть“. „Часть“ лишь одно из многих значений, далеко не всегда уместное и подразумеваемое, что и подтверждает контекст, если его не игнорировать. Упомянутые аватāры — это Его сварӯпы. Он сам. Между ними нет различия. Слово „сварӯпа“ подчеркивает единство аватāров и Бхагавāна.

Имя Крьшн̣а мы встречаем в Вишн̣у-сахасранāменье среди имен десяти аватāров. Опять же, Крьшн̣а это Ведавйāса. Крьшн̣а это одна из двадцати четырех вишн̣у-мӯртей. И этим же именем мы зовем мӯла-рӯпо, т.е. источник этих мӯртей и аватāров. Но нужно верно понимать, что такое источник аватāров.

Само понятие „источник аватāров“ не отражает значения мӯла-рӯпа. Мӯла-рӯпа это и есть Бхагавāн как таковой. Одним из Его имен (имен мӯла-рӯпа) является имя Крьшн̣а, наряду с Его другими именами: Рāма, Варāха и др. Поэтому смысл стиха в том, что все описанные аватāры это сварӯпа-бхӯтāм̇щи, свāм̇ща-калāх̤, т.е. сам Бхагавāн, которого мы называем Крьшн̣а.

То, что аватāры и есть свайам Бхагавāн дважды подчеркивается словами „сварӯпа-сва̄м̇ща-калах̤“ и „свайам-бхагавāн“.

В Паиӈги-кхиле говорится: «Другие џӣвы, дэвы Гаруд̣а, Ананта и Брахма̄ (Вищешатах̤), Рудра, Птрьху, Индра и т.д., ра̄џанйи, несут в себе ам̇щу Бога. Крьшн̣а (сын Дхармы), Вйа̄са, Ра̄ма и Йа̄дава-Крьшн̣а, Бха̄ргава-Ра̄ма, Капила, Йаџња и другие есть сам Бхагавāн (ам̇щӣ, т.е. свайам эва)». Это подтверждается речением из Гаутама-кхилы: «Бха̄ргава-Ра̄ма, Да̄щаратхи Ра̄ма, Крьшн̣а и т.д. есть сам Господь. Другие же (џӣвы) есть Его ам̇ща. Вара̄ха, Нарасим̇ха и другие в действительности (ту) тождественны Всевышнему, который разрушает мир во время пралайа (Крьшн̣а)». Џайатӣртха здесь обращает внимание, что „Крьшн̣а“ означает мӯла-рӯпо На̄ра̄йан̣ы в таких высказываниях, как: कृष्णो मुक्तैरिज्यते वीतमोहैः । (Маха̄бха̄рата, 12.18.64). Ср. также: स मूलरूपी भगवान् स्वयमेव । कुत इत्यतो हेतुर्गभविशेषणं, „कृष्ण“ इति कये सर्वजगत्कर्षकत्वात् । (цитата Пангхри Щрӣнива̄са̄ча̄рйи).

Частица „ту“ в «крьшн̣асту бхагава̄н свайам» (Бха̄. 1.3.28) используется для эмфатичного повторения, а не для выражения контраста. Некоторые комментаторы, опираясь на Бха̄гавато, пытаются доказать, что Вара̄ха, Нарасим̇ха и другие авата̄ры являются лишь Его частицами, в то время как Крьшн̣а-авата̄ра – единственный полный, неделимый, цельный авата̄р (ам̇щӣ). Такие заявления не находят подтверждения ни в одном источнике и совершенно безосновательны.

Гауд̣ӣйи считают Крьшн̣у источником аватāров, неверно трактуя Бхāгавато. Текст, которым они пользуются, сильно изменен, а с ним и смысл щлоков. Стих 1.3.28 не исключение. «Уже в наше время основатель ISKCON Прабхупа̄да внес свежую струю в эту идею, столь активно распространяемую его американскими учениками. Однако им предстоит ответить на аргументы Мадхвы против такого толкования фразы «крьшн̣асту бхагава̄н свайам», а именно объяснить отсутствие синтактической связи и грамматической согласованности между «крьшн̣асту бхагава̄н свайам» и сразу за ним идущим сказуемым во множественном числе в следующей строке – мрьд̣айанти» — Б. Н. К. Щарма (БГБ, 1989, с. 224).

В хорошо известном высказывании «Он (Мӯла-рӯпа-Вишн̣у) вытянул из своих волос два, белый и черный» (Вишн̣у-Пура̄н̣а, 5.1.59) ам̇щатва приписывается Крьшн̣а-авата̄ру так же, как и другим.

Маитрāйан̣и-сам̇хитā Крьшн̣а-Йаџурведа мантра तत् केशवाय विद्महे । नारायणाय धीमहि । तन्नो विष्णुः प्रचोदयात् ॥ (2.9.8) \ тат кещавāйа видмахе нāрāйан̣а̄йа дхӣмахи । танно вишн̣ух̤ прачодайāт, говорит о Нāрāйан̣е как о Вишн̣у и Кещаве.


Это интересно:

http://vilasatu.livejournal.com/88256.html
http://vilasatu.livejournal.com/88892.html


продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Заявление Щаӈкары о внутреннем противоречии в Пањчара̄тре касательно гун̣агун̣ибха̄ва-связи между Ва̄судэвой и Его божественными характеристиками это явное доказательство того, что учение о вищешах и савищеша̄бхеде входило в представления Пањчара̄тра о Брахмане и Его проявлениях и достоинствах. Это учение было сохранено в первозданном виде и перенесено из ядра Упанишад (срав. неха на̄на̄сти кимчана; эвам дхарма̄н прьтхак пащйан ***; экадхаива̄нудрашт̣авйам; сатйам џња̄нам анантам брахма) в слова и видение Мадхвы, а именно в положение о Брахмане как о савищеша-Брахмане. Такое ви́дение опирается на понятие вищеша как на краеугольный камень всего учения.

Зная об удивительном могуществе и возможностях Всевышнего, нет смысла поднимать вопрос, почему у него только четыре вйӯха. Он может быть четырьмя или больше, при этом Он вполне способен поддерживать единство своей сущности и полноту достояний. Аргумент Щаӈкары о том, что среди всех проявлений Брахмана одно должно обладать неким превосходством, иначе невозможна была бы причинная связь между ними, может быть применим к эмпирическому опыту, но никак не к состояниям, связанным с Брахманом. Щрути говорит:

पूर्णमदः पूर्णमिदं पूर्णात् पूर्णमुदच्यते
पूर्णस्य पूर्णमादाय पूर्णमेवावशिष्यते — Брьхадаран̣йака-упанишада, 5.1.1

Заявление Щаӈкары о том, что проявления Бога не могут быть ограничены до четырех, обнажает его несведущесть в телеологическом представлении о вйӯхах. Пањчара̄тро говорит о четырех видах творения (и Мадхва называет их все) — щуддха, пара̄дхӣна-вищеша̄пти, кевала и мищра. Щуддха-срьшт̣и это проявление (пра̄дурбха̄ва) из мӯларӯпа (изначальной формы) всех необходимых для творения форм Бога без малейшего изменения качеств, тела или органов. Его цель — возобновить космологический процесс после долгого периода маха̄пралайа. Соответственно, в конце периода маха̄пралайа Всевышний, по своему желанию, принимает свою первую форму как Ва̄судэва. В этом проявлении Он одаривает счастьем мокша тех, кто для этого пригоден. По Его же воле Лакшмӣ, которая нитйа-муктā, принимает форму ма̄йи и предоставляет себя к услугам Всевышнего. Затем Бог принимает свою вторую форму Саӈкаршан̣а. Пребывая в ней, он управляет процессом сам̇ха̄ра. Его сопровождает Лакшмӣ, принявшая форму џайа̄. Третья форма Бога, Прадйумна, управляет процессом творения и развития мира, Лакшмӣ принимает для Него форму крьти. Четвертая вйӯха-форма это Анируддха, чьей задачей является поддержание (стхити) сотвренного мира, Его спутница в этой функции - ща̄нти. Таким образом, первые четыре вйӯха несут в себе определенный телеологический смысл (cм. Маха̄бха̄рата-та̄тпарйа-нирн̣айа, 1.2-8). Согласно Ф. О. Шрадеру, Маха̄санаткума̄ра-сам̇хита̄ говорит о Ща̄нти, как о Щакти, спутнице Саӈкаршан̣ы. В теологии Пањчара̄тра „Щакти“ персонифицирована как спутница, супруга: शक्यत्वात् शक्तयो भार्याः (Мадхва). Помимо этих четырех основных вйӯх, в Пањчара̄тре говорится еще и о многочисленных других проявлениях (слово вйӯха означает „само-выражение“), действующих в определенный момент времени на благо различных адхика̄ринов:

एकमूर्तिश्चतुर्मूर्तिरथवा पंचमूर्तिकः ।
द्वादशादिप्रभेदो वा पूज्यते सज्जनैर्हरिः — Гӣта-та̄тпарйе Мадхвы, 9.11

Посему вопрос об ограничении вйӯх Брахмана до четырех несостоятелен.


Отложив дискуссию о вйӯхах и џӣвотпатти, нам нужно проверить, насколько интерпретации этого адхикаран̣а Щаӈкарой и Ра̄ма̄нуџей совпадают со структурой самих Сӯтр. Если бы этот адхикаран̣ам ставил своей целью показать логическую и философскую несостоятельность указанных выше учений Пањчара̄тра или самого Пањчарāтра, как думает Щаӈкара и другие блядознавцы, или же защитить их от критики, как предположил бы Ра̄ма̄нуџа, то не было бы нужды во втором сӯтре „на ча картух̤ каран̣ам“. Все аргументы в пользу происхождения џӣва от Ва̄судэвы, а разума от џӣвы приведены уже в первом сӯтре. Там объясняется эта идея сполна: „уттпатйасамбхава̄т“.

Если бы обсуждение второй части этого положения (т.е. происхождения разума от џӣва̄тмана) требовалось вынести в отдельное сӯтро, то он был бы составлен куда более подходящим образом: картущча каран̣асйа. Такая формулировка лаконична и ясна, более того, она позволила бы избежать навязчивого отрицания в начале сӯтра и излишней роскоши введения нового сказуемого „утпадйате“ или „утпадйама̄нам дрьщйате“, как у Щаӈкары, ибо смысл и формулировка первого сӯтра утпаттйасамбхава̄т очень легко и гармонично привязывается к картущча каран̣асйа.

В традиции интерпретации Сӯтр считается уместным избегать адхйа̄ха̄ру (чрезмерную перегрузку) там, где слова из предыдущего сӯтра простираются и на следующий, что поддерживает их взаимосвязь (анушаӈга). Тем не менее это сӯтро звучит на картух̤ каран̣ам, а это намек на открытие новой темы обсуждения: यथान्यासपक्षेऽपि ह्युत्पद्यत इत्येतदध्याहार्यम् । अध्याहाराच्चानुषंगो ज्यायान् — Тāтпарйа-чандрикā, стр. 939b. Ра̄ма̄нуџа, дабы избежать присовокупления сказуемого, пытается читать в сӯтре именительный падеж каран̣ам как родительный: कर्तुःजीवात् करणस्य मनसः उत्पत्तिर्न संभवति (मनसो ब्रह्मणो ह्यत्पत्तिःश्रूयते) — Веда̄нтадӣпа, 2.2.40. Это определенная свобода, которую он себе позволяет в формулировке сӯтр.



продолжение следует


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Ра̄ма̄нуџа и Мадхва настаивают на том, что согласно теологии Пањчара̄тра слова џӣва, манас и ахам̇ка̄ра означают вйӯха-формы Всевышнего. Их нельзя понимать исключительно как самость, разум и антах̤каран̣а. Теперь понятно, что происхождение Саӈкаршан̣ы, Прадйумны и Анируддхи означает „проявление“ (пра̄дурбха̄ва) божественных форм, но не „возникновение, образование“ того, чего раньше не существовало (абхӯтва̄ бха̄варӯпотпаттих̤). Словами џӣва, манас и ахам̇ка̄ра нарекаются формы Всевышнего, ибо Бог есть наивысший принцип, который управляет всей системой применения имён к объектам конечной реальности, и это детально описывается на протяжении всего Саманвайа̄дхйа̄йа Брахма-сӯтр.

Что же касается других положений Пањчара̄тра, критикуемых Щаӈкарой, то Отто Шрадер замечает следующее: »Это учение постепенно исчезает из литературы сам̇хит. Причина этому, очевидно, лежит в трудности примирить понятие „ахам̇ка̄ра“ с таким абсолютно чистым проявлением как „вйӯха“. Та же проблема возникает, если принять материальный принцип разума. Этим ничего не объясняется. Но если понимать формы Брахмана в смысле адхишт̣хатрь, то трудность устраняется при любой точке зрения. Мы находим лишь один текст, который открыто пытается объяснить учение во всей его целостности, а именно Лакшмӣтантра (6.9-14). И его смысл таков, что Саӈкаршан̣а и т.д. являются как бы душой (џӣвом), разумом и органами самоутверждения играющего (творящего) Ва̄судэвы. Но истинное значение этого учения состоит скорее в том, что вйӯхи это что-то наподобие божеств, опекающих выше указанные принципы (душа, разум, органы чувств).

Это также соответствует учению Вишваксена-сам̇хиты, которое говорит о Саӈкаршан̣е „Он действует как заведующий душами“, о Прадйумне „Он — заведующий разумом“, об Анируддхе ничего не сказано, тем не менее, объявляя Бога Творцом мищраварги, т.е. душ, чья природа большей частью раџас и тамас, Его понимают как автора Сам̇хиты, адхишт̣ха̄тря ахам̇ка̄ра. В этой же сам̇хите заведование Саӈкаршан̣ы описывается так: „Затем Саӈкаршан̣а, божественный Всевышний, желая сотворить мир, стал управителем самого принципа жизни и создал мир. Сделав это, Он стал Прадйумной“ (срав. формулировку Мадхвы в его Маха̄бха̄рата-та̄тпарйа-нирн̣айе, 1.7: प्रद्युम्नतामुपगतः कृतितां च देवी) — из предисловия к Пањчара̄тру.

Щаӈкара сам обращается к такому специфическому толкованию учения Пањчара̄тра, рассматривая Саӈкаршан̣у (џӣва̄тмана), Прадйумну (манас) и Анируддху (ахам̇ка̄р), как имена-проявления божественных образов. Очевидно, что эта мысль является интегральным слагаемым теологии Пањчара̄тра с древнейших времен. Есть основания полагать, что Пањчара̄тро включает в себя определенный набор речений щрути Эка̄йана-щакхи. В комментарии на Брахма-сӯтра-бха̄шйе Щаӈкары Пракат̣а̄ртха-Виваран̣е одно такое речение, процитированное Щаӈкарой в его комментарии на 2.2.44, идентифицировано как взятое из Пањчара̄тра:

ईश्वरा एवैते सर्वे ज्ञानैश्वर्यशक्तिबलवीर्यतेजोभिरैश्वर्यधर्मैरन्विताः ।
वासुदेवा एवैते सर्वे निर्दोषा निरधिष्ठाना निरवद्याश्च ॥

Учение Пањчара̄тра никак нельзя назвать враждебным духу щрутьев. Среди хорошо известных речений щрути имеются ссылки на многочисленные проявления Всевышнего: अयं वै हरयोऽयं वै दश च सहस्राणि बहूनि अनन्तानि च — Брьхада̄ран̣йака Упанишад, 2.5.19; अजायमानो बहुधा विजायते — Таиттирӣйа-А̄ран̣йака, 3.13.1b; इन्द्रो मायाभिः पुरुरूप ईयते युक्ता ह्यस्य हरयः शता दश — Рьг-Веда, 6.47.18.

Но как и следовало ожидать, Щаӈкара продолжает аргументировать против проявлений Ва̄судэвы, происходящих одно от другого, как это описано выше. Щаӈкара пишет: если четыре вышеназванных проявления Ва̄судэвы имеют одни и те же гун̣ы, но при этом не являются одним и тем же существом, то это неизбежно ведёт к ошибочному и бесполезному заключению о существовании более чем одного Всевышнего, каждый из четырех мог бы выполнять работу другого. Предположение четырех разных Всевышних расходится с признанием Ва̄судэвы одним единственным Верховным Господом. Было бы нелогично предполагать, что все четыре обладают одними и теми же качествами и в то же время происходят один от другого. Разве что если один из них, являющийся источником других, обладает неким превосходством, но тогда невозможно себе представить, чтобы другие были источником этого превосходящего. Причинно-следственная связь подразумевает некоторое превосходство причины над следствием или ее специфичность. Глина, например, превосходит по своим характеристикам кувшин из глины (прим.: ибо глина как материал доступна в больших количествах, её имеются целые массы, более того из нее можно сделать самые разные вещи, кувшин же ограничен формой, для него использовано ограниченное количество глины, из него ничего другого уже не выйдет кроме кувшина).

Без подобного превосходства или специфичности не может быть речи о вйӯхамӯртьях, происходящих одна от другой. Дело в том, что Пањчара̄тро не признает различия или превосходства между такими характеристиками как знание, сила и т.д., ни между самими вйӯхамӯртьями, ни между ними всеми и Пара-Ва̄судэвой. Пањчара̄тро смотрит на все вйӯха-формы как на alter ego Всевышнего Ва̄судэвы, лишенные различия в качествах или силе. Щаӈкара приводит еще один аргумент против Пањчара̄тра — почему эти вйӯха-формы или проявления ограничены только до четырех (यदि तावत् परस्परभिन्ना <…> न चैते भगवद्व्यूहाः चतुःसंख्यायामवतिष्ठेरन् — Брахма-сӯтра-бха̄шйе Щаӈкары, 2.2.44). В заключительном сӯтре он также обращает внимание на тяжкое противоречие в Пањчара̄тре, где в одном месте о знании, управляющих способностях, потенциале, силе, бесстрашии и славе Всевышнего говорится как о „качествах“ (धर्माः), а в другом - как о „сущностях“ или „Ва̄судэвах“ (विप्रतिषेधश्चास्मिन् शास्त्रे बहुविध <…> इत्यादिदर्शनात् । — Брахма-сӯтра-бха̄шйе Щаӈкары, 2.2.45).

Странно, что Ра̄ма̄нуџа, который считает два последних сӯтра этого адхикаран̣а подтверждением слов Пањчара̄тра, не отреагировал ни на один из аргументов Щаӈкары в своем комментарии, кроме заявления о враждебности Ведам. Ра̄ма̄нуџа полагает, что Брахман и его гун̣ы отличны (धर्मधर्मिभेदवाद), по всей видимости из-за этого убеждения ему было трудно опровергнуть претензии Щаӈкары к Пањчара̄тру: गुणिभ्यः खल्वात्मभ्यो ज्ञानादीन् गुणान् भेदेनोक्त्वा, पुनरभेदं ब्रूते — „आत्मान एवैते भगवन्तो वासुदेवा“ इति (Бха̄матӣ, 2.2.45). На критику Щаӈкары по поводу гун̣агун̣итвакалпана̄ и т.д. попытался ответить комментатор Ра̄ма̄нуџи Сударщана.


Мадхва вообще не считает, что между этим адхикаран̣ом и доктринами Пањчара̄тра имеется хоть какая-нибудь связь. В своем Ану-Вйа̄кхйа̄не он указал на отсутствие связи и несостоятельность претензий Щаӈкары к доктринам вйӯха и џӣвотпатти.

Подходящий ответ на критику Щаӈкары дал Џайатӣртха. Проявления Бога не отличны друг от друга ни по своей сути, ни по качествам. Между ними нет та̄ратамйа (градации). Они одинаковы по всем параметрам. Они — часть одной и той же единой сущности. Благодаря своим удивительным силам Всевышний (Ва̄судэва) по своему желанию выбирает, в какой форме Ему проявиться. Разница не в сущности, а в выборе. Такое возможно благодаря онтологической категории вищеша, которая обеспечивает взаимосвязь между субстанцией и ее качествами, а также удержание их в одном общем целом. Вищеша является органичной составляющей в понимании природы Брахмана, как о Саччида̄нанда̄тмака, где тройственный союз сат, чит и а̄нандам не может быть ничем иным как сущностью Брахмана. Поэтому Мадхва̄ча̄рйа уместно дает четкое определение вищеша:

भेदहीने त्वपर्यायशब्दान्तरनियामकः ।
विशेषो नाम कथितः सऽस्ति वस्तुष्वशेषतः ॥

И это подтверждается щрутьями: एकधैवानुद्रष्टव्यं नेह नानास्ति किंचन.

Доктрина единства в разнообразии освещена в Ахикун̣д̣ала̄дхикаран̣е Брахма-сӯтр (3.2.28), а также в приведенной выше щрути.



продолжение следует


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


С точки зрения ш́рути аргумент Шанкары против сотворения āтманов Ва̄судевой однобок. В ш́рути предостаточно речений о «сотворении» āтманов Брахманом или их происхождении из Него. В комментарии к «Брахма-сӯтрам» (2.3.17), Шанкара цитирует такое речение, как подтверждающее происхождение āтманов: सर्व एते आत्मानो व्युच्चरन्ति, и еще одно: यतः प्रसूता जगतः प्रसूती तोयेन जीवान् व्यससर्ज भूम्याम् (Таиттирӣйа-а̄ран̣йака 10.1.1). Однако, он попытался объяснить, что тут подразумевается приобретение джӣвами упа̄дхи в виде тел, органов чувств и т.д.: यदपि क्वचिदस्योत्पत्तिप्रलयश्रवणं, तदप्यत एवोपाधिसंबन्धान्नेयम् । उपाध्युत्पत्त्योत्पत्तिः तत्प्रलयेन च प्रलय इति (БСБ 2.3.17), ибо ш́рути не признает иной формы «рождения» джӣвов (абхӯтва̄бхаванам). Нам ничего не препятствует понимать происхождение джӣвов от Ва̄судевы, о котором говорит Панчара̄тра и которое упоминает Шанкара, в том же смысле приобретения новых упа̄дхи, т.е. тела и органов чувств. Потому как мы находим столь же четкие и недвусмысленные свидетельства в сам̇хитах Панчара̄тры о том, что джӣвы не имеют начала и не имеют конца. «Джӣвы описываются как не имеющие начала и конца, как чистое сознание и блаженство» (История индийской философии. Дасгупта. Т.3, с. 51, глава о Панчара̄тре). Одно такое речение цитирует Ра̄ма̄нуджа:

अचेतना परार्था च नित्या सततविक्रिया ।
त्रिगुणा कर्मणां क्षेत्रं प्रकृते रूपमुच्यते ॥
व्याप्तिरूपेण संबन्धः तस्याश्च पुरुषस्य च ।
स ह्यनादिरनन्तश्च परमार्थेन निश्चितः ॥ (Ш́рӣ-бха̄ш̣йа)

Другое цитирует Мадхва:

अनादिकर्मणा बद्धो जीवः संसारमण्डले ।
वासुदेवाज्ञया नित्यं भ्रमति * * * ॥ (Анувйа̄кхйа̄на)

Все это в полной мере доказывает неверность предположения о том, что Панчара̄тра проповедует теорию создания джӣвов Ва̄судевой de novo или происхождение от Него. Критика теории, возникшей в результате заблуждения, бессмысленна.

Те же доводы можно применить к утверждению о «создании» разума джӣва̄тманом (Санкарш̣ан̣ой). Шанкара говорит: на ча картух̤ каран̣ам — инструмент не производится деятелем (2.2.43).

Похоже, он подразумевает причинную связь между инструментом и деятелем в смысле преобразования (упада̄нопа̄дейабха̄ва). Но вовсе не обязательно понимать производство инструмента деятелем в таком смысле. Деятель (картр̣) вполне может соорудить топор для себя и нарубить дров. Если критика состоит в том, что предмет, как инструмент в определенном действии, не произведён самим деятелем, не исходит от деятеля, в то время как деятель наделён способностью так действовать, то такую критику никак нельзя применить к заявлению Панчара̄тры о происхождении разума. Панчара̄тра говорит, что разум, как инструмент познания или инструмент для производства знания, не создан джӣва̄тманом, тем не менее джӣва̄тман действует как способный познавать и знать: पंचारात्रे ज्ञानलक्षणक्रियाकरणस्य मनसो ज्ञातृत्वावस्थापन्नादेव जीवात् जन्मानभिधानादिति (Нйа̄йасудха̄-Ш́ешава̄кйартха-чандрика̄ 2.2). Те же аргументы можно применить и к отрицанию происхождения ахам̇кары от манаса: एवमभिमानरूपक्रियायां करणस्य मनोवृत्तिविशेषस्याभिमन्तृत्वावस्थापन्नादेव जननानभिधानाच्च न विरोधरूपो दोषः.

Шанкара аргументирует далее, что ш́рути и смр̣ти говорят о происхождении разума исключительно от Брахмана, а не от джӣвы, и поэтому заявление Панчара̄тры о том, что разум происходит от джӣвы, Сан̇карш̣ан̣ы, противоречит ш́а̄стре. Следует обратить внимание на то, что́ говорится в Чха̄ндогйа-уп. (6.5.1): тончайшие элементы пищи, которую существо принимает каждый день, перерабатываются в материю разума. Это речение разбивает утверждение Шанкары о том, что ш́рути отрицают создание разума самим джӣва̄тманом. В «Нйа̄йасудха̄-Ш́еш̣ава̄кйартха-чандрике» ясно говорится, что слова Панчара̄тры о разуме, создаваемом џӣвой, относятся исключительно к ежедневному процессу «питания и производства» разума. Этим же аргументом можно парировать критику «Бха̄матӣ».

Джӣвотпатти в Панчара̄тре легко объясняется с позиции облачения джӣвы в физическое тело и органы чувств (пара̄дхӣнавиш́еш̣а̄пти). Тут как раз представление Шанкары о джӣве идёт вразрез с вечностью джӣвы. В философии Шанкары джӣва в сам̇са̄ре это сложносоставное существо (виш́иш̣т̣а) и непостоянно по своей природе. В адвайте есть понятие «чистой самости» (ш́уддха), которая в некоторой степени связана с джӣвой и несёт в себе «вечность» как качество джӣвы, но «чистая самость», перекликающаяся с понятием джӣвы, не является тем же, что и эмпирическая самость. Вечность эмпирической самости никак не зависит от вечности чистого сознания (здесь уместно будет отправить блогера изучать Рāмāнуджу, коль скоро он пишет о нем). Срав. मयि नष्टेऽपि मत्तोऽन्या... (Брахма-сӯтра-бха̄ш̣йа Рāмāнуджи 1.1.1).

Шанкара заявляет, что, признавая джӣва̄тмана созданным Ва̄судевой, Панчара̄тра делает невозможным выживание џӣва̄тмана в мокш̣е, это лишает смысла само состояние мукти. С теми же трудностями сталкивается Шанкара в своем понимании сам̇са̄ры. Явления сам̇са̄ры для джӣвы-отражения подобны грязи на зеркале, они непостоянны и отделимы от самости, в то время как сознание джӣва̄тмана, которое пребывает в мокш̣е, чисто и едино, оно не подвержено эффектам сам̇са̄ры. Таким образом, согласно Шанкаре, состояние джӣвы в сам̇са̄ре и в мокш̣е не привязаны к одному и тому же джӣва̄тману. Если джӣва̄тман, как чистое сознание, ограниченное авидьей или же отраженное в ней, может не иметь начала, то эмпирическое эго, ограниченное антах̤каран̣ой, следует признать в философии Шанкары как «создаваемое» в каждом новом творении и «рождаемое» каждый раз, когда эго (ахамартха) пробуждается к жизни из глубокого сна: अविद्यावच्छिन्नचैतन्यरूपस्य वा <…> कृतहान्याद्यापातात् (Тāтпарйа-чандрикā).

Есть еще одно критическое замечание Шанкары о происхождении разума от джӣва̄тмана, которое бьет рикошетом по самой же системе адвайты, ибо согласно Шанкаре, ш́рути अनेन जीवेनात्मनानुप्रविश्य नामरूपे व्याकरवाणि наделяет самого Всевышнего функцией образования имён и форм по принципу тройственности трёх элементов теджобанна, что подтверждает Его единение с джӣва̄тманом и тождественность с ним. То есть получается, что и разум, и другие субстанции создаются тем же джӣва̄тманом. А это заключение опять же должно выстоять критику «на ча картух̣ каран̣ам», которую Шанкара направил против Панчара̄тры — инструмент не производится самим деятелем и не происходит от него: एवं जीवान्मनस उत्पत्त्यसंभवदोषोऽपि <…> वक्तव्यत्वात् (Тāтпарйа-чандрикā, с. 928).



продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Что, собственно, определяет ведность того или иного мировоззрения? Частное мнение некоего гуру? «Авторитетное» заключение э́кспертов кафедры индологии или, быть может, это могут сделать мнящие себя интеллектуалами блогеры, не видевшие в глаза мӯла-ш́āстру?


Шанкара считает вторую пāду второго раздела (адхйāйа) «Брахма-сӯтр», в том числе, критикой Панчарāтры и бхāгавата-традиции. Индологи, воспринимая Ведāнту через призму Шанкары, не особо вникая, придерживаются того же мнения. Блогошушера разного пошиба, от безмозглых шактистов до блаженных болтунов, без образовательного лоска, начитавшись Радхакришнана, также повторяют сию чушь.

А ведь стоило бы просто изучить тематику этой части Сӯтр, сверившись прамāн̣ами, и, глядишь, все встает на свои места — рассеивается поверхностный туман Шанкары; Панчарāтра предстает по-новому, по-веднему.

Невежественное мышление — не пытаться разобраться в методике распознавания смыслов и истории их возникновения.

»Секта Панчаратра была не ведической системой, которую можно отнести к тантрическим направлениям, не основанным напрямую на откровении Вед и Упанишад. Эту систему, как ложную, справедливо критикует Бадараяна в Брахма Сутрах относя её к еретическим учениям противоречащим Упанишадам. И именно Панчаратра стала родоначальницей вайшнавизма« — пишет один писака.

Разумеется, никаких прамāн̣ он не дает. Прочитал перевод-другой какого-нибудь деятеля индуизма и вот уже однозначное мнение готово. Кроме того, он подменяет понятия, а главное, умалчивает, или скорее всего просто не знает, что не Бāдарāйан̣а в Сӯтрах критикует, а Шанкара так считает.

Знает ли блогер принципы, по которым определяется ведность? Очевидно же, что не в курсе. А известно ли ему, что Шанкара не отрицал панчарāтра-упāсану, но высказывался лишь по некоторым заключениям Панчарāтра-дарш́ана, не отрицая его полностью? Чем именно Панчарāтра противоречит упаниш̣адам? Способен ли блогер продемонстрировать это?

Если повторяешь как попугай, не разбираясь и не приложив усилий для анализа, то имей хотя бы честность, сказать «это мое мнение», «мне так кажется», «я не изучил, но хочу разобраться». Шушера безапелляционно выдает серость своего невежества за реальность.


Разобраться в правильном понимании Панчарāтры и увидеть заблуждения Шанкары нам поможет проф. Б.Н.К. Шарма в своей книге «The Brahma Sutras and Their Principal Commentaries» (Vol. 2).

Во второй пāде раздела «Авиродха» «Брахма-сӯтр» анализируется ряд мировоззрений и показана их неведность и па̄шан̣д̣атва.

«Рачанāнупапаттйадхикаран̣ам» (2.2.1-4), «Анйатрāбхāвāдхикаран̣ам» (2.2.5), «Пуруш̣āш́мāдхикаран̣ам» (2.2.7-8) и «Анйатхāнумитйадхикаран̣ам» (2.2.9-10) — тема четырех адхикаран̣ов — несостоятельность и опровержение учения и взглядов школы Сāн̇кхйа и ее разновидностей.

«Абхйупагамāдхикаран̣ам» (2.2.6) — несостоятельность и опровержение идей Чāрвāки (атеистический материализм).

«Ваиш́еш̣икāдхикаран̣ам» (2.2.11-17) — несостоятельность и опровержение школы Ваиш́еш̣ика.

Начиная с «Самудāйāдхикаран̣а» (2.2.18-25) опровергается буддизм и его разновидности — Ваибхāш̣ика (сарвāстивāда) и Саутрāнтика. «Асададхикаран̣ам» (2.2.26-29) — низвержение Ш́ӯнйавāды (одного из направлений буддизма). «Анупалабдхйадхикаран̣ам» (2.2.30-32) — несостоятельность и опровержение Виджн̃āнавāды (направление буддизма. Распространено в Тибете, Китае — школы Фасян, Шэлунь, Дилунь, в Японии — школа Хоссо, и в Монголии).

«Джаинāдхикаран̣ам» (2.2.33-36) — несостоятельность и опровержение джайнизма.

За ним следует «Пāш́упатāдхикаран̣ам» (2.2.37-41) — анализ и опровержение идей, воззрений и практик антиведней секты «пāш́упата».

И, наконец, рассматриваемый нами «Ш́āктāдхикаран̣ам» (2.2.42-45), который Шанкара считает опровержением школы Бхāгавата и учения Панчарāтры о вйӯхах (अथापि स्यान्नैते संकर्षणादयो <…> प्रकारान्ततरेणेत्यभिप्रायः — «Брахма-сӯтра-бха̄ш̣ья Шанкары, 2.2.44) и происхождении джӣва̄тмана от Ва̄судевы (यत्पुनरिदमुच्यते-वासुदेवात् <… > तस्मादसंगतैषा कल्पना — БСБ Шанкары, 2.2.42). Шанкара также заявляет, что Панчара̄тра враждебна Ведам, ибо, как говорит одна из сам̇хит, «не найдя высшей благости в четырех Ведах, Ш́а̄н̣д̣илйа стал изучать эту ш́а̄стру» — वेदप्रतिषेधश्च भवति — चतुर्षु (БСБ Шанкары, 2.2.45).


Однако, в учении Панчара̄тры о верховенстве На̄ра̄йан̣ы и о методах поклонения Ему Шанкара не находит ничего, что можно было бы опровергнуть (तत्र, यत्तावदुच्यते, योऽसौ... Чхāндогйа-уп., 7.26.2,
इत्यादिश्रुतिभ्यः परमात्मनोऽनेकधाभावस्याधिगतत्वात्... БСБ Шанкары, 2.2.42). Более того, в пура̄н̣ах (वेदेन पंचरात्रेण भक्त्या यज्ञेन... Варāха-пурāн̣а, 66.19) и в «Мокш̣адхарме» (पंचरात्रस्य कृत्स्नस्य वक्ता... Маха̄бха̄рата, 12.337.63, 67; इदं महोपनिषदं चतुर्वेदसमन्वितम्... Маха̄бха̄рата, 12.326.100; भाविष्यति प्रमाणं वै... Маха̄бха̄рата, 12.332.37; а также ऋग्वेदो यजुर्वेद <…> उपनिषदः श्लोका — Бр̣хада̄ран̣йака-уп., 4.5.11) о Панчара̄тре говорится с большим почтением. Учитывая это обстоятельство, будет разумно для согласования разных положений Панчара̄тры, составляющих, подобно доктринам о вйӯхах и происхождении джӣва̄тмана от Ва̄судевы, применить принцип асати хйанума̄нам (विरोधे त्वनपेक्षं... Пӯрвамӣмāмсā-сӯтры Джаймини, 1.3.3).

Очевидно, именно по этой причине Калпатару в комментарии к «Бха̄матӣ» с осторожностью анализирует учение Панчара̄тры и обращается к согласовывающим противоречия методам, в отличие от Шанкары и Ва̄часпати. В начале нового адхикаран̣а, посвященного доктринам Панчара̄тры, Калпатару перечисляет доводы, почему вообще потребовалось открытие отдельного адхикаран̣а о Панчара̄тре: эти учения — работы самого На̄ра̄йан̣ы. (1) Его всезнание подтверждается Ведами, (2) Он не равен Капиле или Патанджали, простым джӣва̄тманам, Он есть сам Господь, (3) В пура̄н̣ах нет указаний на то, что Его учения созданы с целью ввести в заблуждение недостойных, как в случае с Будда-аватāрой (पंचरात्रकर्तुर्वासुदेवस्य वेदादेव सर्वज्ञत्वावगमात्... Калпатару, 2.2.42).

Ввиду этих доводов к Пањчара̄тру следует проявить особое внимание и уважение. Его статус особый. Пањчарāтра-прамāн̣ие такое же как щрути-прамāн̣ие. А вот то, что противоречит щрутьям в паурушейа источниках, следует безоговорочно списать как химеру заблуждения (бхра̄нтам). Однако такой подход не приемлем к учению Пањчара̄тра о сотворении џӣва. Следует разобраться в контексте и значениях слов. Своим особым авторитетом Пањчара̄тро пользуется благодаря своему автору (कर्तृगौरव), доводы приведены выше. И как говорит «А̄бхога», комментарий на Калпатару, причина такова: (पूर्वोक्तयुक्तेरिति) तत्कर्तुः सर्वज्ञत्वावगमविरोधादित्यर्थः («Калпатару-А̄бхога», стр. 534).

Калпатару приходит к заключению:

सिद्धान्तस्तु —
बुद्धिपूर्वकृतिः पंचरात्रं नियश्वसितं श्रुतिः ।
तेन जीवजनिस्तत्र सिद्धा गौणी नियम्यते ॥
अतः प्रमाणापहृतविषये गौणं तद्वचनम्, न तु भ्रान्तम्, पूर्वोक्तयुक्तेरिति (2.2.42, из того же произведения).

Эта сан̇грахаш́лока Калпатару процитирована Вйа̄сатӣртхой в «Та̄тпарйа-чандрике», а отрывок в прозе из Калпатару цитирует Ра̄гхавендра Тӣртха в «Та̄тпарйа-чандрика̄-прака̄ш́е».

Вйа̄сатӣртха упоминает Калпатару для демонстрации того факта, что по меньшей мере один ведущий комментатор школы Шанкары не соглашался с мнением Шанкары и Ва̄часпати, отрицающих достоверность Панчара̄тры только потому, что она утверждает происхождение джӣва̄тмана от Ва̄судевы и тем самым противоречит ш́рути. Если бы Панчара̄тра действительно провозглашала такие убеждения, то ее можно было бы целиком отвергнуть как ложное учение. И тогда нет смысла такому комментатору-адвайтину как Амала̄нанда выступать в защиту Панчара̄тры или же протестовать против попытки окрестить их ложным учением, и уж тем более нет смысла предлагать интерпретировать учение в более образном, либеральном ключе — этой нотой в защиту Панчара̄тры он противостоит Шанкаре (तस्मादसंगतैषा कल्पना — «Брахма-сӯтра-бха̄ш̣йа», 2.2.42): गौणं तद्वचनं, न तु भ्रान्तम्. К чему же такие поблажки Панчара̄тре?

Вйа̄сатӣртха подчеркивает, что понимание положений Панчара̄тры о сотворении āтманов в фигуральном смысле (как это делает Калпатару) вовсе не лишает их достоверности. Из Сӯтр мы знаем (например, гаун̣йасамбхава̄т, 2.3.3), что если между двумя ш́рути имеется противоречие, то одно из речений следует интерпретировать в фигуральном смысле, дабы избежать противостояния двух противоположностей и в то же время не ставить под угрозу достоверность одного из них. Точно так же в нашем случае, достоверность Панчара̄тры и ее учений, понятых в фигуральном смысле, не нарушается. Таков метод ш́āстра-вичāра и вообще принцип толкования ш́āстр.



продолжение не заставит долго ждать


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥

व्यासतीर्थाय नमः


Движение Саӈкӣртаны



Цикл «Ложь кришнаитов» был бы неполным без упоминания Движения Саӈкӣртаны, которое, по мнению гауд̣ӣй, начал-основал-активно распространил Чаитанйа.

Начало Санкиртане положил в начале XVI века основатель традиции гаудия-вайшнавизма Чайтанья. Это уникальное для индуизма нововведение Чайтаньи впоследствии стало отличительной чертой ИСККОН — современного продолжения гаудия-вайшнавской традиции — Википедия

Что бы ни говорили последователи Чаитанйи, одно несомненно: корни Движения Саӈкӣртаны в благодатной земле Карн̣āт̣аки, а не Бенгала. Историческая реальность беспощадна к гаудӣям и в этом вопросе.

Бхакти — неотъемлемое слагающее саӈкӣртания. Она его основа и цель, по этой причине более точным будет говорить о Движении Бхакти, а средством его выражения является саӈкӣртана.
Сразу оговоримся, что тема эта довольно обширна и выходит за рамки одной-двух статей. Мы ограничимся лишь упоминанием основных моментов.


Движение Бхакти Харидāсов (Харидāса-Кӯт̣а, Движение Бхакти, Движение Харидāсов, Движение Дāсов, Дāса-Кӯт̣а) возникло в период возрождения ваишн̣ава-дхарма. Идейным вдохновителем Движения был Мадхва̄ча̄рйа и его ученики. Благодаря им теизм Веда̄нты получил широкое распространение и стал причиной появления ордена Да̄сов. В течение двух столетий после Мадхвы татвавāд Ведия овладевал лучшими умами Карн̣āт̣аки. Позже, подобные Движения пробудились и за ее пределами.

Движение Харида̄сов не было привязано к конкретному месту. Оно состояло из сформировавшихся групп простых людей, посвятивших жизнь служению Богу. Славя Харайа в песнях, святые этого ордена странствовали по всей стране, обращая свое поклонение к Вит̣халу Панд̣харпура, который был их божеством-покровителем с давних времен. Панд̣харпур и прилегающие к нему области находились под культурным влиянием Карн̣а̄т̣аки. Позже эти места оказались под влиянием политической и культурной гегемонии Махāрāшт̣ры, а Панд̣харпур по-прежнему считался священным городом, центром мистицизма.

О Вит̣хале, как о «почитаемом и взлелеянном жителями Карн̣āт̣аки божестве», говорили еще во времена Џња̄нещвары: कानडा हा विठ्ठलु ॥ (абхаӈга, приписываемая Џња̄нещваре). Таким образом, святые Карн̣āт̣аки были первыми, кто проложил путь славлению Вит̣хала, превратив поклонение Ему в живую веру и могучий инструмент духовного подъема, через волнующую музыку и бхаџание на языке, понятном народу.

Да̄сы оказали сильнейшее влияние на сознание масс. Для каннад̣инских обывателей, женщин и представителей низшего слоя общества, не владевших санскритом, они делали то же самое, что великие веда̄нтины для образованной прослойки. Их произведения были написаны простым разговорным языком, пленяющим сердца и воображение людей.

Харидāсы разительно отличались от авторов щаива-поэзии (тэва̄рам) и прабандх āљвāров Тамилнаду, которые писали высоко-литературным языком в изысканном стиле. Да̄сы восхваляли достоинство џња̄ния и бхакти, помогали людям советом в вопросах веры и этики. Своими падами, облеченными в музыку ра̄г, они вдохновляли и поддерживали людей в их стремлении к Богу.

Большинство харида̄сов были знатоками санскрита и щāстр. Они упростили многие положения Мāдхва-сиддхāнта, изложив его в стихах языком, доступным и понятным простым людям. Будучи пылкими последователями Мадхвы, харида̄сы, естественно, старались подчеркнуть, насколько сиддха̄нт Мадхвы убедительней и гармоничней, чем другие системы мысли, в частности адваита Щаӈкары.

Признавая мир непостоянным и полным горестей, проповедуя ваира̄гье и бхакти, как путь к прекращению скитаний из тела в тело, харида̄сы были решительными сторонниками реформ, порицали обман и лицемерие, не скупясь на крепкое словцо. Они осуждали ложную, показную религиозность и увещевали людей быть честными в мыслях, словах и делах.

Харидāсы проповедовали чистую форму бхакти, в которой не было и намека на эротические эманации, прослеживающиеся в бенгальском ваишн̣авизме Чаитанйи и множестве других сект псевдобхакти Севера Индии.


Начало Движения Харида̄сов теряется в дебрях истории. Точных данных об основателях и времени зарождения Движения нет. Ачала̄нанду Вит̣хала (888 г.) и несколько других основоположников, или «āдйев», как их называет Виџайада̄са, считают теми мыслителями, кто подготовил почву для зарождения Движения. Одни предполагают, что а̄дйи были „сма̄рта“-бхактами школы Бха̄гавата. Другие считают, что а̄дйи это пионеры Движения, чьи имена были известны в период между Нарахари Тӣртхой и Щрӣпа̄дара̄џей, но были забыты позже.

Пример вӣращаива вачанка̄ров, как утверждает проф. Б. Н. К. Щарма, вероятно, также сыграл свою роль в возникновении Движения в Карн̣а̄т̣аке, вдохновленного Мадхва̄ча̄рйей.

На данный момент проследить историю Движения можно только со времен Нарахари Тӣртхи. Литература харида̄сов весьма обширна, но в связи с отсутствием какого-то централизованного управления, а также в силу отсутствия традиции сохранения материала и сильной рассредоточенности Движения по всей стране, в их материалы закралось много интерполяций и искажений. Важной, но вряд ли достижимой, целью было бы собрать их нетронутую искажениями литературу в некое законченное и достоверное издание.


Гауд̣ӣи называют себя ваишн̣авами, но их буйный, чересчур эмоциональный, так называемый бхактива̄д питается, не в последнюю очередь, душещипательной поэзией страсти (премарасака̄вйа) из «Гӣта̄ Говинды» Џайадэвы, описывающей отношения Ра̄дхи и Крьшн̣ы, чем сильно отличается от подлинного послания ваидика-дхарма, распространяемого харидāсами Карн̣āт̣аки.


Вйа̄сатӣртха (1478-1539)


Одаренный ученик Щрӣпа̄дара̄џи, один из самых ярких и талантливых представителей Движения Харида̄сов — Вйа̄сатӣртха, был одним из его лидеров, несшим послание бхакти простому народу. Он также был современником Чаитанйи и пережил его на девять лет.

Вйа̄сатӣртха живет в нашей памяти не только своими произведениями, но и тем, что подарил ордену трех величайших гениев: Пурандара Да̄са, Канака Да̄са и Ва̄дира̄џа.

Его песни — яркий пример того, какой чудесной силой обладает музыка и какое влияние она может оказывать. Он оставил множество падов, сул̣а̄ди, уга̄бхогов и других стихотворных композиций. Щедрая похвала и одобрение в адрес Пурандара Да̄са, подбадривание и вселение мужества в Канака Да̄са в условиях суровой ортодоксальной оппозиции указывают на силу его мышления, проницательность, широкий кругозор и нравственную смелость. Принятие им Канаки в орден было поистине переворотом, равным по своим масштабам лютеранской реформе.

Влияние Вйāсатӣртхи ощущалось далеко за пределами Карн̣āт̣аки. На Севере Индии теизм Веда̄нты, свободный от силков ма̄йа̄ва̄да, проповедовал Ра̄џендра Тӣртха и его преемник Џайадхваџа (Џайадхарма). Весть теизма разносилась благодаря литературной деятельности знаменитого ученика Ра̄џендра Тӣртхи, Вишн̣уда̄са̄ча̄рйи, автора «Ва̄даратна̄валӣ».


Движение Бхакти проникло и в сердце далекого Бенгала. Движение Саӈкӣртаны Чаитанйи переживало свой расцвет во время активной проповеди Вйāсатӣртхи, черпая свое вдохновение в Движении Бхакти Харидāсов.

Кавикарн̣апӯр, биограф Чаитанйи и автор «Гаураган̣оддещадипика̄», называет три работы Вйāсатӣртхи Вишн̣у-сам̇хитой:

вйāсатӣртхастасйа щишйо йащчакре вишн̣усам̇хитāм


Поэтому выглядит странным и в высшей степени досадным, что биографии Чаитанйи описывают его встречу в Уд̣упӣ с неким татвавāдӣ-āчāрйей, но совершенно не упоминают какой-либо встречи Чаитанйи с выдающимся лидером ваишн̣авов того времени — Вйāсатӣртхой.

Часть последователей Чаитанйи пошли дальше, заявив, что сам Чаитанйа находится в преемственности, идущей от Мадхвы через Рāџендра Тӣртху и Вйāсатӣртху.

Несмотря на то, что Чаитанйа и Вйāсатӣртха современники, Чаитанйа, тем не менее, предпочел саннйāс из рук мāйāвāдӣ. Тем более, что описываемое в «Чаитанйа-Чарита̄мрьте» принятие саннйāса было формальностью. Возникает вопрос, а знал ли Чаитанйа о Вйāсатӣртхе до своего путешествия на Юг? Влияние Вйāсатӣртхи было огромным, его слава звучала повсюду, особенно на Юге.


Тот, кто хотя бы немного знаком с историей Движения Харидāсов и имеет представление, насколько литература каннад̣ы обязана этим великим святым Карн̣āт̣аки, без труда увидит, какой огромный вклад сделал Вйāсатӣртха в великое дело „популяризации дхарма“ и культурного возрождения; ибо никто не решится отрицать, что Движение Харидāсов подняло среди народа новую волну стремления к ваишн̣ава-дхарму.

Влияние Вйāсатӣртхи следует рассматривать как источник торжествующего духовного возрождения 16-го века, причем одновременно на севере и на юге Индии. Ученые-историки должны быть просто слепцами, видя в деятельности и достижениях Вйāсатӣртхи всего лишь „утрированную важность поклонения Ханума̄ну“ да возведение пары храмов, не заметив ничего более существенного и вечного.

Более чем вероятно, что философия преданности сантов Махāрāшт̣ры, Тукāрāма и его предшественников была навеяна Движением Харидāсов, через всенародное поклонение Вит̣халу.

Легенда же о посещении Чаитанйей Уд̣упӣ, а тем более его победа в том, что последователи Чаитанйи называют спором, вызывает справедливые сомнения. Но об этой теме литературного творчества гаудӣй и их проповеднических приемах мы будем говорить в следующей части цикла.

Возможен и другой сценарий событий. Будучи на Юге, видя размах Движения Бхакти, вдохновленный им Чаитанйа начинает подобное у себя в Бенгале. В таком случае последователи Чаитанйи обязаны делать акцент на факте распространения им Движения именно в Бенгале под новым названием «Саӈкӣртана», истоки которого в Движении Харидāсов, вдохновленном Āчāрйей Мадхвой.

Последователям Чаитанйи не следует преподносить местечковые достижения своего культа в качестве миссии спасения всего человечества, при этом искажая реализм Вед. Равно как и не стоит приписывать чужие заслуги представителям или даже иконам своего культа.



Продолжение в следующем выпуске


Profile

vilasatu: (Default)
vilasatu

March 2017

S M T W T F S
   1234
5 67891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 10:26 pm
Powered by Dreamwidth Studios