vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Предсказания о Чаитанйе


Выводы


1. Источники, в которых содержатся предсказания о Чаитанйе, можно разделить на две категории:

а) Известные и общепризнанные (не упоминают Чаитанью и не содержат подробностей его биографии).
б) Неизвестные и необщепризнанные (говорят о Чаитанйе однозначно, содержат подробности его биографии).

Поскольку общепризнанные известные источники о Чаитанйе не говорят, то единственный способ превратить их слова в предсказания о нем — это манипуляции с текстом (интерпретация вырванных из контекста отдельно взятых слов, упор на второстепенные значения, подгонка значений и т.д. и т.п.). Иначе говоря, предсказаниями о Чаитанйе из источников первой категории являются только интерпретации (напр., интерпретация Бхāг. 11.5.32, предложенная Джӣвой Госвāмином и ставшая канонизированным «предсказанием о Чаитанйе из Бхāгавата-пурāн̣ы»).

Подлинность источников второй категории вызывает большие сомнения (Ананта-сам̇хитā, Кр̣ш̣н̣а-йамала-тантра и др.). Во всяком случае ваидикам эти источники неизвестны. В старинных трактатах разных школ дочаитаниевской эпохи они не упоминаются. Их неподдельность ничем не подтверждается.


2. Предсказания из источников, известных только культу Чаитанйи, лишают его адептов возможности легитимно цитировать их в свою пользу. Не лучше обстоит дело и с интерпретациями, превратившими слова известных ш́āстр в «предсказания о Чаитанйе».


3. Даже если допустить, что неизвестные никому кроме чаитанитов источники и предсказания о Чаитанйе действительно древние (древнее, чем культ Чаитанйи) и сохранились только в Чаитанйа-сампрадāйе, тем не менее должна существовать отслеживаемая, хотя бы частично, история их сохранения, но ни в одном гауд̣ӣанском источнике, ни у одного гауд̣ӣанского автора ничего подобного мы не встречаем.


4. Предсказания о Чаитанйе категорически не принимают и современные культу Чаитанйи движения, например, культ Валлабхи.


5. Предсказания, содержащие подробности жизни Чаитанйи (место рождения, имена родственников), появились внезапно и только в 19-20 вв.


6. Многие из предсказаний чрезвычайно хороши и выгодны для чаитанитов, но при этом патриархи культа Джӣва, Виш́ванāтха, Баладева их почему-то не цитируют. Для традиционного гауд̣ӣанства предсказаниями о Чаитанйе являются только интерпретации патриархов. Остальные многочисленные пророчества и предсказания популярны только у адептов ISKCON и Гауд̣ӣйа-мат̣ха.


7. Отношение адептов ISKCON и Гауд̣ӣйа-мат̣ха к такой казалось бы важной составляющей культа, как предсказания и свидетельства божественности провозглашаемого ими бога, откровенно наплевательское. Предсказания цитируются с массой ошибок и опечаток, мигрирующих с одного сайта на другой. Причем цитируются они в таком виде не только невежественным в ш́āстровых науках большинством адептов, но и разного рода «знатоками» санскрита и «духовными авторитетами». Одним из таких «экспертов» является некто Б. В. Гири Свāмӣ, автор статьи, посвященной предсказаниям о Чаитанйе. Б. В. Гири не взял на себя труда ни проверить орфографию в санскритских «оригиналах», ни заглянуть в первоисточники по ссылкам. Если бы он это сделал, то убедился бы, что большинство предсказаний в первоисточниках отсутствует, равно как и указанные к ним разделы. На сайте Gosai Б. В. Гири аттестован следующим образом (http://gosai.com/ashrama/sannyasis): знаток санскрита и бенгали, преподаватель гауд̣ӣйа-ваиш̣н̣авской философии, исследователь и редактор книг, участник мультимедийных проектов и эксперт по ритуалам гауд̣ӣйа-сампрадāйи.


8. Никто из представителей ISKCON и Гауд̣ӣйа-мат̣ха не удосужился упомянуть издания пурāн̣, в которых можно найти предлагаемые ими предсказания, особенно те из них, в которых упоминаются детали биографии Чаитанйи. Большинство адептов в своем невежестве слепо копирует предсказания, не потрудившись проверить их достоверность. В ш́āстрах нет ни одного прямого и недвусмысленного предсказания о Чаитанйе, а многие предсказания из пурāн̣ в самих пурāн̣ах отсутствуют. Если предсказания сохранились только в доступных гауд̣ӣям изданиях, то хотелось бы эти издания увидеть и прочитать, ведь сами прабхупāдовцы их откуда-то цитируют. Откуда? Если такие издания не сохранились до наших дней, но были доступны современникам Чаитанйи или ближайшим после него поколениям, то опять же, почему никто из ранних чаитанитов об этих предсказаниях не говорит и почему они не упоминаются ни в одном гауд̣ӣанском труде до 19-20 вв.? Если ранние издания содержали предсказания о Чаитанйе, то с какого именно момента они все разом исчезли из них? В каком именно гауд̣ӣанском труде отмечается этот нюанс? Где и кто именно сохранил предсказания, передавая их до наших дней и не отмечая исчезнувшие древние издания пурāн̣, в которых предсказания еще сохранялись? Должна же быть какая-то история сохранения и передачи сакральных свидетельств.


9. Признания своей секты кришнаиты добиваются не солидностью своего учения, в том числе и обоснованностью предсказаний о Чаитанйе, а коллекционируя положительные отзывы о себе у представителей других религий (напр., Далай Лама) и госслужащих (послы, министры и т.д.). Похоже достоверность предсказаний волнует адептов культа в последнюю очередь, если вообще волнует, ведь сами по себе предсказания погоду культу не делают. Их цитирование — скорее формальность, чем весомый аргумент.


10. Если Чаитанйа является скрытым аватāрой, о пришествии которого ш́āстры не говорят явно, то почему спустя несколько столетий вдруг понадобилось создавать множество предсказаний с подробным жизнеописанием скрытого аватāры?


11. Уместно заметить, что ш́āстры говорят только о двух категориях аватāров: бала- и джн̃āна-аватāрах. Категория «скрытого аватāра» (чханна- или гухйа-аватāра) в ш́āстрах не упоминается. Поэтому вопрос, зачем скрытому аватāру нужно так много явных о себе свидетельств, по-прежнему актуален.


12. Не покидает ощущение, что в глубине души современные последователи Чаитанйи понимают, что предсказания о Чаитанйе являются достаточно топорными подделками, но стесняются признать за своими предшественниками подобный грешок (особенно это касается неизвестных источников и предсказаний, отсутствующих в известных источниках). А коль скоро не пропадать же добру, то почему бы не направить это «добро» на тех, для кого оно собственно и создавалось — малокомпетентную наивную аудиторию.

Конечно, адепты ISKCON и Гауд̣ӣйа-мат̣ха вправе считать, что время откровений не иссякло, и относиться к своим учителям как к р̣ш̣иям или аватāрам, являющим все новые и новые откровения. Но почему бы так прямо об этом и не говорить, мол, р̣ш̣и Бхактивинод явил новое откровение и т.д. и т.п.? По крайней мере это было бы честно и не было бы нужды наводить тень на плетень, выдавая подделки за новые откровения.


13. Чаитанйа объявил Веды ненужными, неактуальными и не говорящими о бхакти, но аватāрность Чаитанйи почему-то доказывается в первую очередь словами Вед.


14. В обычной жизни и проповеди кришнаиты не придают особого значения Ш́āстре, выдвигая на первый план личность гуру, ставя его слова выше ш́āстр. Но как только речь заходит об аватāрности Чаитанйи, в ход идут многочисленные ш́āстровые «свидетельства».


15. ISKCON и Гауд̣ӣйа-мат̣х косвенно обвиняют Мадхвāчāрью в том, что он цитирует несуществующие источники и использует неизвестные цитаты. Свои обвинения кришнаиты высказывают не напрямую, а пользуясь работой индолога Р. Мескиты «Unknown literary sources of Madhva». Мысль кришнаитов проста. Относясь с подозрением к источникам гауд̣ӣйа-сампрадāйи и предсказаниям о Чаитанйе, последователи Мадхвы уподобляются Меските, подвергавшему сомнению реальное существование источников, использованных Мадхвой. Раз у Мадхвы была сомнительная Брахма-тарка (как вариант), почему у госвāминов не может быть Брахма-сам̇хиты? Брахма-тарка спорна, но мы (прабхупāдовцы) лояльны к ней и признаем ее, а вы (татвавāдины) отрицаете Брахма-сам̇хиту, а это то же самое, что и сомнение Мескиты по поводу Брахма-тарки. По какой-то извращенной логике кришнаиты считают, что если правы мāдхваиты, то и Мескита прав. Видимо, нйа̄йа со времен Сāрвабхаумы Бхат̣т̣āчāрйи стала у кришнаитов совсем непопулярной наукой. Прабхупāдовцы пытаются уравнять Брахма-тарку и Брахма-сам̇хиту. Но это уравнивание несостоятельно в свете неопровержимого факта — Брахма-тарка признается и цитируется многими ваидика āчāрьями, в том числе и оппонентами Мадхвы. Гауд̣ӣйские мыслители ее тоже цитируют, а вот Брахма-сам̇хитā признается лишь культом Чаитанйи, не считая некоторых адептов других пāш̣ан̣д̣а культов постчаитаниевского периода. Ни один ваидика мыслитель древности никогда и нигде не упоминал и не цитировал Брахма-сам̇хиту. «Древняя» и «авторитетная» Брахма-сам̇хитā появилась пятьсот лет назад, и почему-то в чаитанйа-сампрадāйе.

Обвинения Мескиты были убедительно опровергнуты проф. Б. Н. К. Ш́армой в одной из его последних работ. Своего столь же убедительного и научного опровержения представители культа Чаитанйи до сих пор не представили. Существенно и то, что проф. Ш́арма в своем опровержении не пытается уклониться от предметного спора с Мескитой в излюбленном русскими кришнаитами духе «кто ты такой?», «откуда ты взялся и какое право имеешь судить нашего Чаитанью или великого āчāрью?». Не подвергая сомнению академические креденциалы и квалификацию Мескиты, проф. Ш́арма показывает, что источники, на которые ссылался Мадхва, во-первых, не вызывали возражений у его оппонентов, как современников, так и у нескольких поколений пан̣д̣итов после Мадхвы, во-вторых, цитировались независимо от Мадхвы не связанными с ним учеными. Причем речь идет как о цитатах из одних и тех же источников, так и в некоторых случаях о тех же цитатах, что приводил āчāрйа Мадхва. Необоснованные обвинения Мадхвы в недобросовестном цитировании или цитировании подделок начались, как показывает проф. Ш́арма, с Аппаййа Дӣкш̣ита, т.е. через 250 лет после Мадхвы.

Источники и цитаты Мадхвы, находящиеся под сомнением у Мескиты и Кº, встречаются в комментарии Джӣвы Госвāмина к «Бхакти-расāмр̣та-синдху», без ссылки на Мадхву. Рӯпа Госвāмӣ в своей «Лагхубхāгаватāмр̣те», Пӯрва 5.208-214 (см. комм. Прабхупāды к ЧЧ, Āди 5.41), цитирует Брахма-тарку без ссылки на Мадхву. Мадхусӯдана Сарасватӣ также цитирует и пользуется источниками, вызывающими сомнения у Мескиты, а ведь за основу комментария Виш́ванāтхи Чакравартина взят именно комментарий к Гӣте Мадхусӯданы Сарасватӣ. Ш́рӣдхара Свāмӣ также цитирует и ссылается на источники, вызывающие сомнение у Мескиты.

Прабхупāдовцам выгодно пользоваться работой Мескиты, ибо таким образом они могут отстаивать право цитировать подделки своей секты, взлелеянные парампарой и передававшиеся из поколения в поколение.

А. Ч. Бхактиведāнта Свāмӣ Прабхупāда не подвергал сомнению авторитет и слова Мадхвы, равно как и подлинность Брахма-тарки, цитируя ее в своих работах, например, в комм. к Бхāг. 7.3.24 и 7.9.26. Такое же отношение к Брахма-тарке мы видим и у Бхактисиддхāнты Сарасватӣ, гуру Прабхупāды, который цитирует и ссылается на нее в своих комментариях к «Чаитанйа-бхāгавате» не один раз (ЧБ, Ā. 14.104 и М. 5.042). Ученики Прабхупāды, переводчики последних двух скандхов Бхāгаватам, признают авторитет Мадхвāчāрйи и цитируют Брахма-тарку в одном из своих комментариев (Бхāг. 11.3.36).


16. Объяснения ш́āстр и Вед в частности с точки зрения татвавāда не основываются исключительно на цитатах, находящихся под вопросом у Аппаййа Дӣкш̣ита, Мескиты и других. Общепринятых разделов Ш́āстры для Мадхвы вполне достаточно, чтобы показать сиддхāнт Вйāсы. Малоизвестные же источники лишь углубляют и обогащают наше понимание уже доказанного. Любому, кто приложит усилия для того, чтобы ознакомиться с мāдхва-сиддхāнтом в первоисточнике, не сложно будет в этом убедиться.

Зададимся вопросом, достаточно ли общеизвестных в среде пан̣д̣итов источников для того, чтобы обосновать уникальное положение чаитаниевского мировоззрения (божественность и аватāрность Чаитанйи, различия между аватāрами и аватāрӣ, существование Рāдхи и т.д.)? Как было показано в предыдущих главах нашей работы, явно недостаточно. Именно по этой причине адепты культа Чаитанйи вынуждены вырывать из контекста мантры и ш́локи, лишая их связной основы и уместности, считать те или иные части Вед несущественными с точки зрения высшей истины, как это делал Ш́ан̇кара, и множеством других способов препятствовать ш́āстра-саманваю, который никак не в их пользу. А уж такие догмы, как гауд̣ӣанская Голока, существование тех или иных конкретных гопӣ и ман̃джари, отождествление Чаитанйи и Кр̣ш̣н̣ы и др., основываются либо на «откровениях», либо на подозрительных цитатах из подозрительных же источников от начала и до конца.

Ни одно из предсказаний о Чаитанйе никогда и нигде не встречалось в дочаитаниевских работах каких-либо школ и сампрадāйев, если конечно не считать предсказаниями вольно истолковываемые слова «саннйāса-кр̣т» (Виш̣н̣усахасранāма-стотра), «виш́вамбхара» (Атхарваведа) или «махāпрабхур ваи пуруш̣ах̣» (Ш́ветāш́ватара-упаниш̣ада), которые можно с равным успехом отнести к любому харизматичному саннйāсину или мыслителю.

Единственное предвосхищение учения Чаитанйи мы находим в поэзии Джайадевы, Чандӣдāса и Видйāпати, по-видимому оказавшими определяющее влияние на взгляды Чаитанйи и его окружения, что однако же нисколько не приравнивает эту литературу к творениям Вйāсы и ведней словесности.


17. Культ Чаитанйи возник не в ваиш̣н̣авской среде. Поклонение Виш̣н̣у, по свидетельству самих же последователей Чаитанйи, бытовало в Бенгале и сопредельных областях лишь как элемент общей религиозности, своего рода факультатив в составе пан̃чопāсаны. Естественно, что более или менее достойные оппоненты могли встретиться чаитанитам в ареале их распространения только в базовых, зачастую не связанных с Ведой напрямую отраслях знания, таких как нйа̄йа, вйāкаран̣а и др. Даже в вопросах интерпретации Ведāнта-сӯтр, а значит и Вед как таковых, чаитанитам оппонировали почти исключительно представители Ш́ан̇кара-сампрадāйи. Конечно, в «Чаитанйа-чаритāмр̣те» описаны победы Чаитанйи в диспутах со ш́рӣ-ваиш̣н̣авами, буддистами, татвавāдинами, но достоверность этих описаний слишком призрачна, в чем вы могли убедиться на основании подробного анализа главы ЧЧ о посещении Чаитанйей Уд̣упи. Молниеносная «победа» Чаитанйи в дискуссии с Валлабхой заключалась в том, что Чаитанйа обозвал оппонента шлюхой. На этом «диспут» и закончился. «Победа» была заработана хлестким прилюдным обзывательством. Разбора ш́āстр как такового не было.

Проще говоря, в начале своего пути гауд̣ӣйи не встретили никого, кто мог бы предъявить им обоснованные возражения и критику, в том числе по поводу используемых ими источников. Кроме того, гауд̣ӣйи сознательно избегают диспутов. Об этом говорит распространенная гауд̣ӣанская догма о том, что диспут является проявлением гордыни и помехой (пратикулом) чистой преданности. Гауд̣ӣйи изолировали себя и своих последователей от компетентной критики, словно чувствуя, что ш́āстры и логика никогда не будут на их стороне. Такое положение вещей в период становления чаитанйа-сампрадāйи открыло перед гауд̣ӣйами возможность невозбранно фабриковать «явные свидетельства», призванные укрепить веру адептов слишком безыскусных, чтобы воспринять косвенные.

Фабрика «прамāн̣» работала вплоть до времен Бхактивинода и Бхактисиддхāнты, которые, возможно, были последними чаитанитами не только достаточно образованными, чтобы «явить» несуществующие ш́локи, но и достаточно уверенными в своем мессианстве, чтобы этим заниматься. Ярким примером этому служит рассказ Ананта-Васудевы дāса, одного из первых учеников Бхактисиддхāнты Сарасватӣ, поведанный Б. Р. Ш́рӣдхаре о том, как он (Ананта-Васудева) и Бхактисиддхāнта Сарасватӣ вместе придумывали 108 имен саннйāсӣ, включая затем это «откровение» в Ананта-сам̇хиту. Об этом рассказывает Б. Р. Ш́рӣдхара своим последователям. Архивная запись беседы хранится в Чаитанйа-Сарасват-мат̣хе.


В ваидика диспутах аватāрность той или иной личности не используется в качестве аргумента. Сила учения не в авторитете основателя/кумира, а в стройности и безупречности учения, безукоризненно сияющего в обрамлении весомых и бесспорных ш́āстра-прамāн̣, которых явно не хватает культу Чаитанйи.



продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Джӣва Госвāмӣ

Бхāгавата-пурāн̣а 11.5.32 (ш́рӣдх.)

(продолжение)


§
«Особенная Кали-йуга»


«Золото» и приход Чаитанйи адепты Чаитанйа-сампрадāйи обосновывают не только словами ЧЧ, Мадхйа, 20.330, но и особенностью текущего цикла йуг, в котором изменяется порядок прихода гауд̣ӣанских йуга-аватāров — в Двāпара-йугу приходит ш́йāмного цвета Кр̣ш̣н̣а, затем Чаитанйа — золотой аватāра века Кали.

Бхакти Вигьяна Госвами (ISKCON): Но в особую Кали Йугу, которая следует после прихода Самого Господа Кришны, порядок нарушается. В двадцать седьмую Махайугу порядок аватар нарушается. По-прежнему – в Сатья Йугу приходит Шукла аватара, в Трета Йугу приходит Ракта аватара, но в Двапара Йугу приходит Кришна и из ста двадцати пяти лет, которые Кришна или аватари – источник всех аватар, изначальная форма Господа. Из ста двадцати пяти лет сто лет попадает на Двапара Йугу и двадцать пять лет Кришна живет в течение Кали Йуги. И потом, после того, как Кришна приходит в этот промежуток между Двапара Йугой и Кали Йугой Он приходит снова пятьсот лет спустя, в виде Пита аватары или в виде Гаура аватары золотистой аватары. (Источник)


Свои заявления об «особой Кали-йуге» и нарушении порядка прихода аватāров Бхакти Вигьяна прама̄н̣ами не сопровождает. Мы обратились к нему с просьбой указать ш́āстры, в которых об этом говорится. Ответа так и не последовало.

Мы попытались найти прамāн̣ы своими силами. В «Кр̣ш̣н̣а-сандарбхе», Бхāгавата-пурāн̣е, Махāбхāрате, Гӣте, ЧЧ, Ведāнта-сӯтрах, Лагхубхāгаватāмр̣те прамāн̣ нет. Нет их ни в одной книге Прабхупāды, хотя он активно эту тему муссирует. Не нашлось прамāн̣ и в самых популярных, ходовых кришнаитских книгах. После безуспешных поисков мы обратились к другим представителям Чаитанйа-сампрадāйи с просьбой прояснить этот момент.


Бхāну Свāмӣ, ученик Прабхупāды, переводчик и один из руководителей ISKCON, ответил следующее:

The word krsna usually just means black colored avatara when speaking of yugas, not that it is svayam bhagavan krsna. also jiva mentions in the sandarbhas that usually the dvapara avatara is green. Why the 28th cycle of vaivasvata the goswamis do not explain.


С тем же вопросом мы обратились к Сатйа-Нāрāйан̣е дāсу, ведущему пан̣д̣иту Чаитанйа-сампрадāйи из числа традиционных последователей. Сатйа-Нāрāйан̣а дāс не знает ответа на наш вопрос, но посоветовал искать прама̄н̣ы в Виш̣н̣удхармоттара-пурāн̣е (ВДП):

In the 81st chapter of first part of Vishnu-dharmottara Purana, in a dialog between sage Markandeya and King Vajra, great grandson of Krishna there is discussion about the time cycle. Markandeya explains about a kalp, a day of Brahma. He says that mostly days of Brahma are similar. Then Vajra asks that he would like to hear about the differences in kalpas (1.81.23). Markandeya says that in the seventh Manvantara, 24th Treatyuga rama appeared. Then he says that in the present kalpa this the different than others. He says he spoke this to Yudhisthira. From this i assume that he also spoke about Krishna being a speciality. I cannot think of any other reference at present, although i remeber reading it somewhere.


Искомых прама̄н̣ в ВДП не обнаружилось. В 81-й, 82-й, 83-й главах ничего об этом не говорится.
Ни один ваидика-āчāрйа древности, живший до возникновения культа Чаитанйи, не утверждал, что наша махāйуга и Кали чем-то особенны (по крайней мере, нам такие случаи не известны).


Рӯпа Госвāмӣ активно ссылается на ВДП по самым разным вопросам, но в связи с этой темой свидетельств оттуда не приводит.


Таким образом, на сегодняшний день в Чаитанйа-сампрада̄йе все говорят об особенности нашей Кали-йуги, об изменении порядка прихода аватāров и о нашей большой удаче родиться именно в это время — время, когда приходил золотой аватāра Чаитанйа, научивший мир воспевать святое имя и т.д. и т.п., но ш́āстровых свидетельств этому никто на сегодняшний день не видел и не представил!


В связи с «изменением порядка аватāров» обращает на себя внимание перевод и комм. Прабхупāды к Бхāг. 1.4.14:

сӯта увāча
двāпаре саманупрāпте
тр̣тӣйе йуга-парйайе
джāтах̣ парāш́арāд йогӣ
вāсайāм̇ калайā харех̣


Перевод Прабхупāды, рус. пер. ISKCON: «Сута Госвами сказал: Когда вторая эпоха перекрыла третью, Сатьявати, дочь Васу, родила Парашаре Муни великого мудреца [Вьясадеву]».

Комментарий Прабхупāды: «Хронология чередования четырех эпох такова: Сатья, Двапара, Трета и Кали. Но иногда они перекрывают друг друга. Во времена правления Вайвасваты Ману это случилось в двадцать восьмом цикле четырех эпох: третья эпоха наступила раньше второй. Именно в эту эпоху нисходит Господь Шри Кришна, что и явилось причиной некоторых изменений. Матерью великого мудреца была Сатьявати, дочь Васу (рыбака), а его отцом — великий Парашара Муни. Такова история появления на свет Вьясадевы. Каждая эпоха делится на три периода, называемые сандхйа. Вьясадева появился в третьей сандхйе этой особой эпохи».

По мнению Прабхупāды, на перестановку или, как он говорит, перекрытие эпох в ш́локе указывают слова «саманупрāпте» (on the advent of, при явлении) и «парйайа» (in the place of, вместо).


Ш́рӣдхара объясняет этот ш́лок так: …тр̣тӣйе йугасйа парйайе париварте…\ по истечении третьего парйайа йуги.

«Париварте» означает не только «вместо», но и «по истечении».


В отличие от комментария Ш́рӣдхары, в комментариях Джӣвы и Виш́ванāтхи присутствует слово «атикрама» — «нарушение».


Виш́ванāтха: парйайо’тикрамас тасминн атипāта упāтйайа итй амарах̣ — согласно Амаракош́е «парйайа» означает «атикрамах̣», т.е. «нарушение».

Как бы то ни было, Виш́ванāтха не говорит о перестановке йуг. «Тр̣тӣйе» он относит к третьей части Двāпара-йуги: кӣдр̣ш́е тр̣тӣйе сандхйā-рӯпа-йуга-рӯпа-сандхйāм̇ш́а-рӯпан̣ӣти сарва-йугāни трирӯпāн̣и бхавантй атас тр̣тӣйе сандхйāм̇ш́а-рӯпе.

«Когда наступил тр̣тийа парйай йуги» (Виш́ванāтха) и «между третьим и вторым» (Прабхупāда) — два совершенно разных перевода и толкования.


Рāдхараман̣а тоже мудрит, объясняя слово «парйайа» так:





«Когда закончилась третья, если считать от Кали (!), йуга, т.е. Третā, и наступила Двāпара…», т.е. «если считать в обратном порядке».

Возникает справедливый вопрос: а зачем так считать?!


У Вӣрарāгхавы, который следует Ш́рӣдхаре, но где нужно продвигает Рāмāнуджу, просто «третий период Двāпары», т.е. примерно как у Виш́вана̄тхи:




Объяснения Джӣвы и Виш́ванāтхи — не что иное, как размышления на тему. Кроме цитаты из Амаракош́и других прамāн̣ в подтверждение своих заявлений они не приводят. О «нарушениях», «перестановках», «особенности» века Кали в ш́локе нет ни слова. Немудрено, что Прабхупāда совсем запутался — с одной стороны, достаточно прямолинейный ш́лок, с другой, рассуждения патриархов на тему, из которых выудить какой-то очевидный сиддхāнт о перестановках невозможно — такого сиддхāнта просто нет.


Самое простое и естественное объяснение Бхāг. 1.4.14 мы находим у Мадхвāчāрйи: тр̣тӣйе двāпаре йуге парйавасāне прāпте сати \ Когда завершилась третья йуга — Двāпара.

Нет «третьего парйайа», есть «третья йуга», т.е. Двāпара. Двāпара идет третьей, как и должно быть: Кр̣та-Третā-Двāпара-Кали.


Беседа Ними и Кāрабхаджаны состоялась несколько миллионов лет назад, задолго до Рāмы-Дāш́аратхи, приходившего в 24-ю махāйугу.






Вопрос к чаитанитам: если в Бхāг. 11.5.19 несколько миллионов лет назад Ними спрашивает о том, как обычно поклоняются в каждой из четырех йуг, зачем тогда Кāрабхаджане рассказывать о некой особой Кали-йуге? «Обычно» — это на протяжении миллионов лет, как до рождения Ними, так и после. Если бы речь шла об особой Кали-йуге, о необычных «перестановках», то в самом вопросе и в ответах на него об этом бы говорилось, например, «асмин калау йуге», или в ш́локах стояло бы «ту», или «в предстоящей Кали-йуге» и тому подобные оговорки.

Ш́āстры не упоминают каких-либо особых йуг и нарушений течения времени. Никаких оговорок по поводу нарушений течения времени нет ни в вопросе Ними, ни в ответах Кāрабхаджаны. Иначе говоря, Ними спрашивает явно не о нашей махāйуге, соответственно Кāрабхаджана отвечает о естественном течении времени, охватывая периоды разных Ману, т.е. все махāйуги без исключения. По крайней мере сделать выводы о какой-то особой Кали-йуге на основании ш́локов Бха̄г. 11.5.19–40 невозможно.


Если отнести ответы Кāрабхаджаны к гипотетическим йуга-аватāрам (хотя мы показали, что Бхагавāн не является в каждую без исключения йугу), то в них нет ни слова об «особом» аватāре Гаурāнге, ни слова о перестановке цветов аватāров и ни слова о приходе аватāров в «особую» маха̄йугу, в которую якобы является «Свайам»-Бхагавāн Кр̣ш̣н̣а и «Свайам»-Бхагавāн Чаитанйа. Ведь в диалоге Ними и Кāрабхаджаны речь идет в общем и целом о типичных цветах Бхагавāд-рӯп, почитаемых в каждой йуге.

Но даже если предположить, что речь идет об аватāрах, то откуда взялось нарушение порядка их прихода? Если Ними спрашивает о принципах бхаджания и о цвете бхагавāд-рӯп, то как из его вопроса можно заключить, что наша Кали-йуга особая, если об этом ни ш́āстры, ни Кāрабхаджана не говорят?

Сам диалог Ними и Кāрабхаджаны опровергает заявление последователей Чаитанйи об «особой Кали-йуге» этой махāйуги, по крайней мере если обосновывать эту особость ш́локами Бхāг. 11.5.19-40.


Для выполнения главной гауд̣ӣанской задачи — утверждения золотого аватāры — требуется «подвинуть» Кр̣ш̣н̣у, сделав Его двāпара-йуга-аватāрой. Усилия Прабхупāды на этом поприще впечатляют — где только можно он продвигает идею перестановки йуг, манипулирует переводами, использует туманные термины (overlap: «перекрывание эпох»), выстраивает многосложные схемы, так или иначе ведущие к цели — созданию условий для появления золотого аватāры в Кали-йугу.


Невнятное толкование Прабхупāдой Бхāг. 1.4.14 — этакий окольный путь к этой цели через Вйāсу. Если рождение Вйāсы связано с «перестановкой», то почему бы ей не появиться и в случае с Чаитанйей. Но, повторимся, 1.4.14 даже близко не намекает на перестановку и уж тем более не оправдывает появление «золотого аватāры».


В любом случае, комментаторы объясняют ш́лок 1.4.14 либо прошествием многих йуг, либо, согласно Виш́ванāтхе, третьей частью йуги, т.е. ближе к истечению Двāпары. Никто из них не говорит о «замене» или «перестановке». Поэтому перевод и комментарий Прабхупāды к 1.4.14 далек от ш́āстровой сути даже с точки зрения традиционных гауд̣ӣан. В их объяснениях нет и намеков на «особую Кали-йугу».


Более того, в 1.4.14 упоминается вовсе не Третā-йуга. Двāпара — это третья (тр̣тӣйа) по счету йуга. Видимо, созвучие слов «трета̄» и «тр̣тӣйа» послужило причиной ошибочного толкования этого ш́лока Прабхупа̄дой и демонстрирует его уровень знания санскрита.


Никогда не было иного порядка йуг, по крайней мере прамāн̣ этому нет. Порядок йуг, представленный Прабхупāдой, не встречается и в учении традиционной Чаитанйа-сампрадāйи. Традиционные гауд̣ӣане ориентируются на ЧЧ, в которой порядок был установлен банальным перемещением двух последних цветов. В Бхāг. — ш́укла-ракта-пӣта-кр̣ш̣н̣а, а ЧЧ предлагает свой — ш́укла-ракта-кр̣ш̣н̣а-пӣта (см. ЛК, ч. 40.4).

Некая особенность текущей махāйуги или «особая Кали-йуга», в которую пришел Чаитанйа, является фантазией последователей Чаитанйи, необходимой для обоснования догмы о «золотом аватāре века Кали».



продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи


ЧЧ, Мадӿйа 9.277 (продолжение)


Идею отождествления мӯрти с „духовной формой бога“ и заявление о ее (мӯрти) не-материальности Прабӿупāда переносит и в толкование Бӿāгавата (6.16.51):

ахам̇ ваи сарва-бхӯтāни бхӯтāтмā бхӯта-бхāванах̤
щабда-брахма парам̇ брахма мамобхе щāщватӣ танӯ


Перевод: «Все живые существа, движущиеся и неподвижные, — это Мои отделенные проявления. Я — Сверхдуша всех живых существ, обязанных Мне своим появлением на свет. Я воплощение трансцендентного звука (омкары, или мантры Харе Кришна, Харе Рама), Я Высшая Абсолютная Истина, и Я являюсь в двух вечных духовных образах — в виде трансцендентного звука и исполненной вечного блаженства духовной формы Божества; ни то, ни другое не материально».

В пословном переводе Прабӿупāда несколько отходит от своего художественного перевода:

ахам — Я; ваи — воистину; сарва-бхӯтāни — пребывающий в телах разнообразных живых существ; бхӯта-āтмā — Сверхдуша всех живых существ (управляющая и наслаждающаяся их деяниями); бхӯта-бхāванах̤ — источник [cause] появления всех живых существ; щабда-брахма — трансцендентный звук (мантра Харе Кришна); парам брахма — Верховная Абсолютная Истина; мама — Мои; убхе — оба (звуковой образ и духовная форма [spiritual identity]); щāщватӣ — вечные; танӯ — тела.

В переводах Прабӿупāды есть многое, чего нет в самом щлоке. Ни харекришна-махамантры, ни откровения о нематериальности духовной формы божества. Смысл щлока в том, что Бӿагавāн — вместилище мира и внутрисущий Направник (Āтман) всех живых существ. В щлоке прямо говорится — Он Āтман — антарйāмин всего сущего, в том числе и Вед. С точки зрения гауд̣ӣйской философии этот щлок весьма неудобен, поэтому его требуется представить в нейтральных, но гауд̣ӣйских тонах. Чтобы соответствовать канонам, Прабӿупāда вынужден обходить ключевые веда-сиддӿāнтовые понятия. Переводить прямо щлок нельзя, иначе разрушится шаткая гауд̣ӣйская конструкция двеша-трихотомии «Брахман-Парамāтман-Бӿагавāн». Бӿагавāн говорит о себе как об Āтмане, но Āтман в трихотомии ниже Бӿагавāна и удел „не чистых преданных“. Парабрахмана в щлоке Прабӿупāда открыто признать не может, поэтому заменяет на ничем не примечательную „Верховную Абсолютную Истину“. При этом Международное общество сознания Кришны (ISKCON) — организация, созданная Прабӿупāдой, позиционирует себя ведическим учением. Собственно цикл «Ложь кришнаитов» и начинается с опровержения „ведичности“ учения Чаитанйи и общества прабӿупāдовцев.


Прабӿупāда (Ӣща-Уп., м. 15), пер. ISKCON: «...В «Бхагавад-гите» (6.46 – 47) проводится сравнительный анализ трех типов трансценденталистов: тех, кто поклоняется безличному Брахману (гьяни), тех, кто поклоняется Параматме (йогов), и преданных Господа Шри Кришны (бхакт). Там сказано, что гьяни, изучающие ведическую мудрость, лучше обыкновенных карми, что йоги стоят даже выше гьяни, а те из йогов, которые отдают все свои силы служению Господу, являются самыми лучшими. Иными словами, философ лучше того, кто работает ради наслаждения плодами своего труда, мистик лучше философа, а из всех йогов-мистиков лучше всех тот, кто следует путем бхакти-йоги, постоянно занимаясь служением Господу».

Примечание. Подробнее о Брахмане и Парамāтмане см. ч. 37, ч. 29.

Прабӿупāде надо выдержать гауд̣ӣйский концептуальный ландшафт: вслед за нейтрализацией неудобных терминов, он берет последний аккорд:

«щабда-брахма — трансцендентный звук (мантра Харе Кришна)».

Не может приличный гауд̣ӣй, чистый преданный, повторять имена Брахмана — безличного сияния, мечты мāйāвāдӣ. Спасением может быть только „харекришна-махамантра“, которой в щлоке нет, но которую необходимо обозначить, иначе адепт может узреть в щабда-брахме его ведāнтовое значение — Веды и Пран̣ав. Поэтому Прабӿупāда своевременно нейтрализует опасное место:

«Люди, обладающие сознанием Кришны, поднимаются над шабда-брахмой, то есть наставлениями Вед и Упанишад» — комм. к Гӣте 2.52

В космическом тāратамье Веда относится к категории нитйа-џад̣а. В щлоке с самого начала заявляется: ахам̇ сарвабӿӯтāни — Я есмь все сущие. Но это мнящаяся в словах тождественность разъясняется следующим же словом: „бӿӯтāтмā“. Объяснение этого мы находим в Ӣщопанишаде (м. 6): йасту сарвāн̣и бӿӯтāнйāтма… На это же указывает в прамāн̣е Āчāрйа:

हरिस्तु सर्वभूतानि तदन्तर्याम्यपेक्षया । तिङ्पदान्यपि सर्वाणि सुप्पदानि तथैव च । तस्मिन्नेव प्रवर्तन्ते मुख्यवृत्त्या विशेषतः

Хари есть все бӿӯтани, потому что Он их антарйāмин.

Поскольку все слова имеют Его главным своим смыслом (мукӿйа-врьтти), а также косвенно указывают на Него как на причину тех сущностей, которых они обозначают своими неглавными смыслами, щабда-брахма — Его тану.

Но в контексте щлока „тану“ в значении „тело“ второстепенно. В первую очередь „тану“ — это то, что тануте, распространяет, расширяет, доносит. Веда разносит славу Его гун̣, потому — тану. Тану также есть то, что является представой, представлением, досягаемым присутствием. Знание о Нем представлено в Веде, мантры Вед используются для обращения к Нему, поэтому Веда есть тану (=пратӣка). Почему же тану, будучи Его пратӣкой, вечна (щāщватӣ)? Щāщватӣ — поскольку Вāк, т.е. Веда, не разрушим. Звук, как пространство, вечен.

Рьг-Веда 10.114.8: йāвад брахма вишт̣ӿитам̤ таватӣ вāк \ как сущ (вечносущ) Брахма, так и Вāк (Веда).

Если бы в щлоке речь шла исключительно о сварӯпа-дехе, то было бы ед. ч. (экавачанам), а не двойное (двивачанам), как в щлоке 1.3.28 „эте … крьшн̣асту бӿагавāн свайам“, показывающем как раз полное тождество свāм̇щ и Бӿагавāна.

Парам̇ брахма — синоним слова „махад-брахма“, т.е. Лакшмӣ, потому что Лакшмӣ — место Его наиболее явного присутствия. Щабда-брахма — Его пратимā, описательное представление, место Его саннидӿья.

Теория тождества Веда и Брахмана игнорирует тāратамье, в котором щабда-татва, џад̣а, отличается от Ӣщвара-татва хотя бы тем, что Брахман — это чит-татва, а щабда ачит (џад̣а). Если Веда и Брахман не отличны друг от друга, то почему бы не заявить, строго следуя этой логике, что между Брахманом и миром тоже нет отличия и все сущности и существа не отличны от Него? Но прамāн̣ такого тождества нет. Есть непонимание щāстр, невежество и прамāн̣ы, говорящие как о реальном отличии Брахмана от џагата, так и Его присутствии (не тождестве) во всем.

Две сущности, в которых Его присутствие наиболее интенсивно, это Лакшмӣ и Веда. Веда — носитель Его славы в словах, Лакшмӣ — высший знатель Его славы. Тем не менее, Он не есть Лакшмӣ и не есть Веда. Заявление, что все подряд, весь мир, души, џад̣а и что бы там ни было, есть всё сплошной Брахман и ничем от Него не отличается — ащāстровый делириум, сиречь абсурд.

О том, что „щабда-брахма“ в первую очередь это щрути, говорят: Бӿā. 3.12.48, 10.20.43, 11.21.36, 3.11.35, 4.29.45, 11.11.18 и многие другие речения. Даже в пресловутой Брахма-сам̇хите, 5.26, и то щабда-брахма остается „божественным звуком“, над которым Прабӿупāда только что предлагал подняться людям, обладающим „сознанием кришны“.

Мантры Вед и Упанишад не всегда являются ведическими обрядами и ритуалами, такими, как ранние утренние омовения, молитвы три раза в день и почитание предков…комм. к Гӣте 2.52

Гораздо чаще мантры Вед, т.е. щабда-брахма, это знание о Брахмане — антарйāмине — внутрисущем Направнике.

Пратӣкāдӿикаран̣у предшествует Антарйāми-Прāн̣āдӿикаран̣ам (1.1.28-31), являющийся самим духом и сутью Саманвайāдӿйāйа Ведāнта-сӯтр. Взаимосвязь этих двух адӿикаран̣ов помогает лучше понять логику щāстр, особенно контекст нашей темы — мӯрти и Бӿагавāн. Прежде чем говорить о пратӣках, Сӯтракāра обращает наше внимание на причину, почему именно пратӣки не есть сам Брахман. Да, все исходит от Брахмана. Им поддерживается и Им пронизано, в том числе пракрьти. Подчеркивается надпракрьтность Брахмана и Его отличие от пракрьти, а не тождественность ей. Он Антарйāмӣ — Вишн̣у, присущий в пратӣках и отличный от них.

Бӿā. 12.13.11-12:

आदिमध्यावसानेषु वैराग्याख्यानसंयुतम्
हरिलीलाकथाव्रातामृतानन्दितसत्सुरम्
सर्ववेदान्तसारं यद् ब्रह्मात्मैकत्वलक्षणम्
वस्त्व् अद्वितीयं तन्निष्ठं कैवल्यैकप्रयोजनम्


«От начала до конца, Бӿāгавато наполнено деяниями Господа, которые дают блаженство сатсурам (противоположность āсурам — КфБ), способным к отречению. Это Бӿāгавато является сутью всего Ведāнта, потому что его темой является только Брахмо, недвойственная сущность. Мокша есть высшая цель, которую провозглашает Бӿāгавато».


बन्धको भवपाशेन भवपाशाच्च मोचकः ।
कैवल्यदः परं ब्रह्म विष्णुरेव सनातनः ॥ — Сканда-пура̄н̣а (процитировано Щрӣдӿарой)

«Вишн̣у – вечный Брахман, дарующий мокш. Он Тот, кто связывает путами рождения и смерти, и Он же Тот, кто освобождает» (перевод проф. Б.Н.К. Щармы)


Заявления Прабӿупāды о якобы щрути-мантрах, в том числе Ӣщопанишады, говорящих о тождестве мӯрти и Бӿагавāна, не состоятельны. В Ӣщопанишаде нет ни одного мантра, в котором бы провозглашалось нечто похожее на тождество мӯрти и Брахмана. Мантры 6, 7, 8 говорят об антарйāмитве Брахмана. Прабӿупāда банально перевирает смысл, предлагая упанишаду в качестве источника, оправдывающего отношение чаитанитов к мӯрти.

Упāсанā отождествления Брахмана с пратӣками по своей природе является извращенной, асад-упа̄саной, типичной лишь для āсурьей природы. Она запрещена ща̄страми и влечет за собой нежелательные плоды. Щрути, смрьти и Сӯтры уверенно говорят, что образы, которым поклоняются, не являются Самим Богом. Материальные объекты не обладают божественной силой (они не наделяют человека способностью мыслить, видеть, говорить и т.д.).

Пратӣки, в том числе и мӯрти, являются местом особого присутствия Брахмана, но не самим Брахманом. Об этом и говорит Пратӣкāдӿикаран̣ам Ведāнта-сӯтр. Этимология слова „Вишн̣у“ хорошо объясняет эту мысль.

Брьх.-Уп., 3.7.3…:

यः पृथिव्यां तिष्टन् पृथिव्या अन्तरो यं पृथिवी न वेद यस्य पृथिवी शरीरं यः पृथिवीमन्तरो यमयत्येष त आत्मान्तर्याम्यमृतः

«Присущий в Прьтӿивӣ, Он отличен от Прьтӿивӣ, кого Прьтӿивӣ не знает, чье тело Прьтӿивӣ, изнутриправящий — твой Āтман, внутрисущий Направник».

Прямо и пылко осуждая отождествление пратӣк с Брахманом, Мадӿва щāстра-прамāн̣ами помогает сформировать здоровое понимание истины, которая, по всей видимости, стала источником идолопоклоннических веяний в средневековом индуизме. Отождествление пратӣк с Брахманом (брахмадрьшт̣и) в школе Щаӈкары и догма об арча̄вата̄рах во взглядах Ра̄ма̄нуџи привели к широко распространенному неверному пониманию смысла храмов и значения мӯрти, в том числе в сознании иноверцев-завоевателей, которые в результате своих заблуждений громили и уничтожали индуистские святыни.

Поднявшись против заблуждения о тождестве пратӣк и Брахмана, бросающего тень на поклонение мӯрти, Мадӿва оказал индуизму огромную помощь в определении истинного места пратӣкопа̄саны, вооружая верным знанием не только дӿармиков хинду, но и представителей иных верований.

В этой связи примечателен комментарий Баладэва Видйāбӿӯшан̣ы «Говинда-бӿāшье» к Пратӣкāдӿикаран̣у 4.1.3-4 (являющийся, по сути, копией комментария Мадӿвāчāрйи):

«на кӿалу пратӣке манна āдау тад-дӿӣх̤ кāрйā хи йасмāт пратӣке ӣщваро на бӿавати кинту тасйāдӿишт̣ӿāнам эвети смрьтищ ча… (см. Бӿā. 11.2.41) татӿā ча саптамй-артӿе пратӿамейам ити сиддӿāнтах̤»

Ӣщвара не является пратӣкой, следует понимать, что Он находится в пратӣке...

Баладэва Видйāбӿӯшан̣а — единственный гауд̣ӣй, подчеркивающий различие между пратӣками и Брахманом. Его понимание этого вопроса полностью отличается от запрещенного щāстрами асад-упāсания мāйāвāдинов и гауд̣ӣан.


Выводы


1. Почему Чаитанйа решил, что ваишн̣авы-татвавāдины признают истинность образа Господа, если об этом со стороны татвавāдинов никто ничего не говорил?

2. Каковы прамāн̣н̣ые критерии признания истинности образа господа? К сожалению, гауд̣ӣйи и сам Чаитанйа об этом не говорят.

3. Ни одно речение щрути не отождествляет мӯрти с Брахманом. Заявления гауд̣ӣан и Прабӿупāды о тождестве мӯрти и Бӿагавāна берет начало в мāйāвāде Щаӈкары и является банальным щабдабӿрāнти. Из предыдущих частей ЛК мы узнали, что Прабӿупāда часто без проверки и достаточного анализа повторял голословные заявления Бӿактивинода и Бӿактисиддӿāнты. Не стали исключением и слова Бӿактивинода о признании Мāдӿавендрой сампрадāйа Мадӿвы из-за признания догмы отождествления мӯрти с самим Бӿагавāном, повторенной Прабӿупāдой в комм. к стиху ЧЧ, М. 9.277.

4. Противоположные друг другу по существу мотивировки Прабӿупāды всего лишь очерчивают рамки ложных представлений культа Чаитанйи. Прабӿупāда все время путается, противоречит сам себе, выдавая желаемое за действительное. Кроме слов якобы Падма-пурāн̣ия, в которых о тождестве Бӿагавāна и мӯрти нет ни слова, да рассказа автора ЧЧ от лица Нитйāнанды о тождестве пратимы и Крьшн̣ы, каких-либо иных прамāн̣ нематериальности изваяний или их тождественности апракрьта рӯпу Хари у последователей Чаитанйи нет.

5. Международное общество сознания Кришны позиционирует себя „ведическим учением“, но их отношение к мӯрти, отождествление мӯрти с апракрьта-рӯпом Крьшн̣ы, Ведами запрещено и называется асад-упāсаной.

6. Отношение к мӯрти ваишн̣авов мадӿва-сампрадāйа радикально отличается от представлений о пратӣках у адваитавāдинов и последователей Чаитанйи. Это различие доказывает, что Мāдӿавендра Пурӣ не был татвавāдином и исключает саму возможность принятия им мāдӿва-сампрадāйа по причине признания мāдӿваитами „истинности виграхи как трансцендентной формы бога“.

К вопросу о связи Мадӿвы с адваитавāдом Щаӈкары: ч. 14.

7. Анализ ЧЧ на предмет правдоподобности визита Чаитанйи в Уд̣упи и его диспута с татвавāдинами показал, что диспут, изложенный на страницах ЧЧ, и заявленная в нем победа Чаитанйи являются выдумкой автора и не имеют под собой никаких исторических, фактических и щāстровых оснований. Ни один из стихов о визите Чаитанйи в Уд̣упи не отражает исторических событий и фактов. Все ответы Чаитанйи представляют собой полностью ложное понимание им ваишн̣ава-дӿарма и щāстр, которые автор ЧЧ от лица Чаитанйи цитирует и объясняет.


продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи


ЧЧ, Мадхйа 9.258


Критика того или иного учения подразумевает если не доскональное знакомство с учением, то хотя бы знание его азов. В стихах 256-257 автор ЧЧ представил все что угодно, но не татвавāд. Начиная с 258-го стиха Чаитанйа по сути сражается с несуществующим учением.


прабху кахе, — щāстре кахе щраван̣а-кӣртана
крьшн̣а-према-севā-пхалера ‘парама-сāдхана’
(258)



Русский перевод ББТ: Шри Чайтанья Махапрабху сказал: «Лучшим средством обретения любовного служения Кришне шастры провозглашают слушание и повторение повествований о Кришне».


Комментарий АЧС (русский перевод ББТ): «Согласно таттвавади, лучшее средство достижения цели жизни — это выполнять обязанности, соответствующие своей варне и ашраму. В материальном мире без деления общества на четыре варны (брахманов, кшатриев, вайшьев и шудр) невозможно обеспечить порядок, необходимый для того, чтобы человек достиг высшей цели.

Помимо этого, важно соблюдать предписания, существующие для четырех ашрамов (брахмачарьи, грихастхи, ванапрастхи и санньясы), ибо эти предписания тоже играют существенную роль, помогая человеку достичь высшей цели. Вот почему таттвавади считают выполнение представителями четырех варн и четырех ашрамов своих обязанностей ради Кришны лучшим средством обретения высшей цели. Эти представления таттвавади имеют отношение к общественному устройству.

Однако Шри Чайтанья Махапрабху не согласился с ними, сказав, что самое лучшее — это слушать о Господе Вишну и прославлять Его. Таттвавади считают высшей целью возвращение домой, к Богу. Но, по мнению Шри Чайтаньи Махапрабху, высшая цель человека в том, чтобы обрести любовь к Богу, в духовном мире или в материальном. В материальном мире для этого существует специальная практика, основанная на указаниях шастр, а в духовном мире цель уже достигнута».


Комментарий Б. Сарасватӣ: তত্ত্ববাদিগনের "সাধন"-বর্নাশ্রম-ধর্ম (ভা ১১।১৯।৪১); মহাপ্রভুর প্রদর্শিত শাস্ত্রের একমাত্র উদ্দিষ্ট "সাধন"-শ্রবনকীর্তন। তত্ত্ববাদিগনের "সাধ্য" পঞ্চবিধমুক্তি-লাভান্তে বৈকুণ্ঠগমন; মহাপ্রভুর প্রদর্শিত শাস্ত্রের "সাধ্য"-কৃষ্ণপ্রেমা ।

Для таттвавāдинов сāдханием является варн̣āщрама-дхарм (Бхā. 11.19.41). Единственное сāдхание, на которое указывает щāстро, явленное Махāпрабху, есть щраван̣а-кӣртание. Для таттвавāдинов сāдхйа это достижение мукти пяти видов и уход на Ваикун̣т̣ху. По щāстру, явленному Махāпрабху, сāдхйа есть Крьшн̣а-премā.



Отрицанием или принижением мукти отрицается ща̄стра-сиддха̄нт. Отрицанием ща̄стра-сиддха̄нта отрицается знание. При этом бхакти превращается в поверхностную невежественную эмоцию. Механика слушания и механика песнопений заменили щраван̣ие и кӣртание, лишив их сути и содержательности — обретения знания и богования в знании.

Крьшн̣а-према̄ как высшая цель — это сформулированная патриархами гауд̣ӣанства доктрина, которой нет подтверждения в ща̄страх.

Слово же „према̄“ встречается в Бхāгавате несколько раз, но лишь в определенном контексте и не как цель сāдхания. Высшей целью щāстры провозглашают освобождение из сам̇сāра, т.е. мокш (мукти — разновидность мокша). Достаточно взглянуть на Бхā. 12.13.11-12, 18 и Ведāнта-сӯтры (Бхога-пāда). Щраван̣а-кӣртанāди это признаки вишн̣у-бхакти и средства обретения Знания. Без знания невозможны ни прославление, ни богование, ни освобождение. И да, в мукти цель достигнута.


Примечание: О крьшн̣а-преме мы писали в шестой части цикла.


В своем комментарии Б. Сарасватӣ ссылается на Бхāгавато 11.19.41 как на прамāн̣ие, подтверждающее заявление, что для таттвавāдинов сāдханием является варн̣āщрама-дхарм. Однако слова данного щлока не имеют никакого отношения к варн̣āщраму и не вписываются в контекст. Исследование нумерации на предмет опечатки также не выявило щлоков, затрагивающих тему варн̣āщрама. Непонятно, зачем Б. Сарасватӣ дал ссылку на щлок, не имеющий отношения к теме.

Также Б. Сарасватӣ говорит об уходе на Ваикун̣т̣ху (বৈকুণ্ঠগমন) как о высшей цели таттвавāдинов. А. Ч. Свāмӣ же переводит „уход на Ваикун̣т̣ху“ как „возвращение домой, к Богу есть высшая цель таттвавāдинов“.

„Возвращение домой, к Богу“ — идея А. Ч. Свāмӣ, проповедуемая им через «Общество сознания Крьшн̣ы». При Б. Сарасватӣ в слова „back to Godhead“ или „назад к Богу“ вкладывался иной смысл: стране и людям нужно помнить о Боге, требуется обратить свое сознание к Нему. АЧС вложил в этот лозунг иной смысл. Ни щāстры, ни Б. Сарасватӣ — учитель АЧС, ни Бхактивинод не провозглашают „возвращение домой, к Богу“.

Бхактивинод ввел понятие „пограничной области – тат̣астхи“, назвав џӣву пограничной энергией — тат̣астха-щакти. В этой области џӣва выбирает между миром Крьшн̣ы и сам̇сāром. Но о возврате или падении из духовного мира (чтобы туда возвратиться) он не говорит.

Ни ща̄стры, ни соответственно татвава̄д не называют путь на Ваикун̣т̣ху „возвращением“. Слово „возвращение“ подразумевает возврат куда-то, где уже был. Именно это и проповедует АЧС. Однако пребыванию џӣвы в сам̇са̄ре нет начала, зато у этого состояния может быть конец — это и называется освобождением, или мокшем. Сам̇сāрные џӣвы, до обретения мокша, за пределами сам̇сāра никогда не были. Поэтому ни о каком „изначальном положении в духовном мире“ или „возвращении домой, к Богу“ в ща̄страх не говорится.


Комментарий АЧС на ЧЧ, Āди 7.106: «Четвертый раздел «Веданты» описывает результат такого преданного служения (прайоджана-гьяну). Высшая цель жизни заключается в том, чтобы вернуться домой, к Богу. Слова анāвр̣ттих̣ шабдāт в «Веданта-сутре» указывают на эту высшую цель».

Четвертый раздел Ведāнта-сӯтр, Бхога-пāда, говорит не о возвращении домой, к Богу, а о том, что Ваикун̣т̣ха — это место, откуда не бывает возврата в сам̇сāр (Ведāнта-сӯтры, Анāврьттйадхикаран̣ам, 4.4.23). Слово अनावृत्ति \ анāврьтти, невозвращение (окончательное освобождение), диаметрально противоположно по смыслу возвращению आवृत्ति \ āврьтти. АЧС игнорирует грамматику, словари, контекст. Подобное переводческое безумство заставляет сомневаться в знаниях санскрита у А. Ч. Свāмӣ.


веда-щāстра кахе — ‘самбандха’, ‘абхидхейа’, ‘прайоџана’
‘крьшн̣а’ — прапйа самбандха, ‘бхакти’ — прāптйера сāдхана
ЧЧ, Мадхйа 20.124

Русский перевод ББТ: «Ведические писания повествуют о вечных взаимоотношениях живого существа с Кришной, которые называются самбандхой. Когда живое существо понимает свои отношения с Кришной и действует в соответствии с ними, это носит название абхидхеи. А высшая цель жизни — возвращение домой, к Богу, — именуется прайоджаной».

«А высшая цель жизни — возвращение домой, к Богу, — именуется прайоджаной» — перевод АЧС не соответствует бенгальскому оригиналу стиха, в котором нет слов „возвращение домой, к Богу“. Так или иначе, здесь он представляет „возвращение“ как щāстровое утверждение и высшую цель последователей Чаитанйи, но при этом в комментарии на ЧЧ, Мадхйа 9.258, он утверждает уже обратное — именно таттвавāдины считают возвращение домой, к Богу, высшей целью, а сам АЧС и Чаитанйа осуждают это как заблуждение: <…> Но, по мнению Шри Чайтаньи Махапрабху, высшая цель человека в том, чтобы обрести любовь к Богу, в духовном мире или в материальном <…>.


Переводя стих ЧЧ, Мадхйа 20.122, АЧС снова предлагает свою идею „возвращения“, но уже под соусом „возрождения забытых отношений с Крьшн̣ой“:


мāйā-мугдха џӣвера нāхи сватах̤ крьшн̣аџњāна
џӣвере крьпāйа каилā крьшн̣а веда-пурāн̣а


Русский перевод ББТ: «Обусловленная душа не может возродить в себе сознание Кришны собственными усилиями. Поэтому Кришна по Своей беспричинной милости дал людям Веды и дополняющие их Пураны».


Если же внимательно прочитать сам бенгальский стих, то, оказывается, ни о каком „возрождении“ речи не идет. Стих достаточно однозначен: у џӣвы нет собственного знания о Крьшн̣е, поэтому из милости к џӣве Крьшн̣а дал Веда-Пурāн̣ы.

Мы видим пример не славословия Вед, а прославление собственных теорий и домыслов, которые ничего общего с самими Ведами не имеют, но выдаются за них. Догматы культа Чаитанйи, такие как Голока, Крьшн̣а-према̄ как высшая цель и др., это результат пренебрежения Веда-сиддхāнтом. В самой ЧЧ пренебрежение Ведами не скрывается:


прабху кахе — ӣщвара хайа парама сватантра
ӣщварера крьпā нахе веда-паратнтра
ЧЧ, Мадхйа 10.137


Русский перевод ББТ: «Шри Чайтанья Махапрабху ответил: «Как Сам Верховный Господь, Мой духовный учитель, Ишвара Пури, абсолютно независим. Поэтому ни милость Верховного Господа, ни милость Ишвары Пури не обусловлена никакими ведическими заповедями и запретами».


йāӈре крьпā кари’ карена хрьдайе преран̣а
крьшн̣āщрайа хайа, чхāд̣е веда-лока-дхарма
ЧЧ, Мадхйа 11.117


Русский перевод ББТ: «Человек, на которого Господь пролил Свою милость, вдохновив его из сердца, ищет прибежища только у Господа Кришны, пренебрегая всеми заповедями Вед и социальными условностями».


cеи гопӣ-бхāвāмрьте йāӈра лобха хайа
веда-дхарма-лока тйаџи’ се крьшн̣е бхаџайа
ЧЧ, Мадхйа 8.220


Русский перевод ББТ: «Тот, кого влечет к себе экстатическая любовь гопи, не считается с общественным мнением и принципами ведической культуры. Вместо этого он предается Кришне и целиком посвящает себя служению Ему».


Выводы


Веды и Ведāнта-сӯтры, как и ща̄стры в целом, не говорят о возвращении домой, к Богу. Следовательно и „возвращение“ не является высшей целью татвавāдӣ-ваишн̣авов, как это преподносит АЧС. Сиддхāнтом щāстр является совершенство — мокш, т.е. освобождение из сам̇сāра. Достижение Ваикун̣т̣хи и есть достижение мокша. Именно об этом заключительная часть Ведāнта-сӯтр.

Ответственность за идею „возвращения домой, к Богу“ целиком и полностью лежит на А. Ч. Свāмӣ. «Общество сознания Крьшн̣ы», к сожалению, проповедует фантазии своего основателя, предлагая вместо щāстра-сиддхāнта пустышку — идею, не подтверждаемую щāстрами.


Особенно нелепо идеи „возвращения домой, к Богу“ и „возрождения забытого сознания Крьшн̣ы“, вкупе с пренебрежением щāстрами, выглядят на фоне слов самого АЧС: <…> К несчастью, в настоящее время обусловленными душами руководят демоны, которые не желают читать ведические писания. Вместо того чтобы обратиться к несметным сокровищам знания, Ведам, люди посвящают свое время чтению бесполезных книг, в которых ничего не сказано о том, как вырваться из тисков майи <…> (ЧЧ, Мадхйа 20.122) и <…> Все научное знание о трансцендентном должно опираться на шрути, смрити и убедительную логику <…> (ЧЧ, Āди 7.106).



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи


ЧЧ, Мадхйа 9.256-257



āчāрйа кахе, — ‘варн̣āщрама-дхарма, крьшн̣е самарпан̣а’
эи хайа крьшн̣а-бхактера щрешт̣ха ‘сāдхана’ (256)


Русский перевод ББТ: «Ачарья ответил: Лучшее средство достижения высшей цели жизни — это выполнение представителями четырех каст и четырех ашрамов своих обязанностей ради Кришны».



пањча-видха мукти’ пāњā ваикун̣т̣хе гамана
‘сāдхйа-щрешт̣ха’ хайа, — эи щāстра-нирӯпан̣а (257)


Русский перевод ББТ: «Человек, который посвящает Кришне все то, что он делает, исполняя свои обязанности в варнашрама-дхарме, может обрести любой из пяти видов освобождения. Так он попадает в духовный мир, на Вайкунтху. Это высшая цель жизни, что подтверждают все богооткровенные писания».


Утверждение якобы „таттвава̄дӣ-а̄ча̄рйи“ в этих стихах полностью расходится с татвава̄дом и татвава̄дом не является. Предложенная от лица таттвавāдӣ-āчāрйи версия татвавāда свидетельствует о полном незнании автором ЧЧ сути татвавāда.


Варн̣а — не телесная категория. „Четыре цвета“ Гӣты — чāтурварн̣ие, в корне отличаются от господствующей ныне идеи „четырех каст“. Прамāн̣ии, подтверждающие свабхāвность варн̣, собраны Мадхвой в «Гӣтā-тāтпарье» 4.13 „ча̄турварн̣йам майā срьшт̣ам̇…“. Гӣтā говорит исключительно о сущностной природе, индивидуальной самобытности џӣвы. Требуется обнаружить подлинный цвет души. Совершенством человеческой жизни является полное раскрытие неповторимой самости, свабхāва. Мукти, или освобождение, есть состояние наслаждения блаженством самости.

Жизнь в путах (сам̇сāре) не что иное, как урок, помогающий индивидуальной душе выявить и раскрыть то, что уже укоренено внутри. Другими словами, раскрытие самости происходит в строгом соответствии с ее внутренней самобытностью.

Самобытность џӣвы — это его естественная жизнь, его вольница, внутренние черты, искони определяющие џӣву. Их не изменить никакими усилиями. Сāттвика, или чистосердечная душа, никогда не превратится в тāмасу, злонамеренную. Тāмаса никогда не обернется сāттвиком.

Варн̣, цвет, не передается по наследству: он глубоко и необратимо индивидуален, его определяет сущностная, собственная самобытность. Таков правильный общественный уклад. В таком укладе сын обслуги (щӯдры) может стать бескорыстным мыслителем (брāхман̣ом). И напротив, даже сын брāхман̣а может оказаться щӯдрой.

स्वाभाविको ब्राह्मणादिः शमाद्यैरेव भिद्यते । योनिभेदकृतो भेदो ज्ञेय औपधिकस्त्वयम् ॥ (Гӣтā-тāтпарйа-нирн̣айах̤, 4.13): „В основе естественного деления на четыре варн̣а лежат щам (невозмутимость чувств) и прочие признаки. Деление, основанное на происхождении, должно пониматься как исключительно условное“.

Исполнение свадхарма (причем) является всего лишь одним из средств достижения или обретения Знания (с большой буквы означает апарокшйам), которое в первую очередь пробуждает бхакти, являясь слагающим бхакти. Линия мысли автора понятна, мол, щуддха-бхакта поклоняется Крьшн̣е щраван̣а-кӣртанием, а татвавāдӣ — свадхармāчаран̣ием. И чтобы эту мысль подтвердить, Чаитанйа цитирует слова Прахлāды из Бхāгавата 7.5.23-24 (см. ЧЧ, Мадхйа 9.260): „щраван̣ам̇-кӣртанам̇-вишн̣ох̤-смаран̣ам̇“. Да только в словах Прахлāды совсем другой смысл, нежели автор от лица Чаитанйи предлагает в качестве противопоставления.

Апарокша-Знание и только оно дает мокш по милости Бхагавāна, это тāтпарье всех Упанишад, и Мадхва совершенно ясно и неоднократно показывает это прамāн̣ами. Татвавāдӣ-āчāрйа не мог быть ну настолько невежественным в сиддхāнте.

Разумеется, свадхарм играет важную роль для парокша-џњāнина. Карма — это только помощь в достижении апарокша-Знания и соответствующей ему бхакти. После Знания кармы совершают не ради мокша, а ради полного раскрытия āнанда в мокше. Бхāшье щлока Гӣты 3.20 „карман̣аива хи сам̇сиддхим̇“... является одним из развернутых примеров подобного толкования.

Причем даже в этом случае совершение / несовершение сат-кармени апарокша-знавцем — это его прāрабдха-карма. Никто не сможет достичь большего āнанда в мокше, чем достоин по сварӯпу.


Таким образом, смысл щлока Гӣты 3.20, судя по комментарию, А. Ч. Свāмӣ прояснить не смог: „Хотя человеку, развившему в себе сознание Кришны, ничего не нужно в этом мире, он все равно продолжает трудиться, чтобы своим примером научить людей тому, как следует жить и действовать. Опытные преданные, обладающие сознанием Кришны, всегда знают, как поступать, чтобы вести за собой других“.

Щрутьи говорят о достижении мокша лишь апарокшйа-Знанием, это же подчеркивается и в Гӣте 2.51 и в Пуруша-сӯкте: „Мокш достижим не иначе, как Знанием“. А Џанака и Прийаварата как раз и есть апарокша-знавцы, как о них говорят Махāбхāрато, Бхāгавато и др.

Нам же автор ЧЧ предлагает неправильное понимание варн̣ и сути татвавāда, в котором совершенство (что бы под этим в данный момент ни понималось) достигается лишь исполнением варн̣овых, причем кастовых, обязанностей. Соблюдение варн̣āщрама с поднесением дел Крьшн̣е не есть непосредственно мокша-сāдхание.

Поклонение Бхагава̄ну свадхармом и щраван̣а-кӣртанием вовсе не противоречат друг другу. Складывается впечатление, что сāдхаку надо работу бросить, иначе помнить или, например, āтма-ниведанам творить просто нет никакой возможности. Такое представление привело к появлению в среде псевдоваишн̣авских сект класса ба̄бāџей. Они как бы не тратят время на мирскую жизнь и целиком посвящают себя так называемому „преданному служению“. Словно Крьшн̣а не говорит „мāм анусмара йуддхйа ча“ \ „сражайся, помня Меня“. Сāдхание заключается не только и не просто в слушании-повторении… (щраван̣а-кӣртана…), а в осознанном действии, т.е. действии со знанием. Щраван̣а-кӣртанāди — это признаки бхакти (бхактищ чен навалакшан̣ā), а не эксклюзивные средства ее достижения. Бхакти небездружна знанию. Равно важно и понимание бесконечной славы Бога. Понимание величия Бога необходимо вызывает бхакти — преданную любовь к Нему. Это понимание рождается из татва-знания.

Путь џњāна-йога, верховного знания, отнюдь не противоположен карме, действию. Дихотомия пути действия для невежд и пути знания для посвященных абсурдна. Знание без действия сводится к бесплодному интеллектуальному упражнению. Действие без знания — не более, чем слепая традиџия.

Для развития знания недостаточно физического зрения. Необходимо, чтобы открылось внутреннее око; необходимо обратить свой взор внутрь. Для этого есть только два пути: непосредственный опыт и слова мудрости, завещанные нам провидцами Веда. Их слово, как факел, освещает нам путь. В его свете мы пройдем этим путем и найдем Истину. Поэтому совпадение слова Веда и нашего непосредственного опыта служит высочайшим критерием верности наших убеждений. Чтобы прийти к нему, нужна практика непрерывного слушания, размышления и вницания.

Неприемлемо даже духовное утверждение, если оно противоречит моей совести. Пробужденная совесть сможет открыть для себя неразрывную целостность, лежащую в основе всех ведних утверждений. Брахма-сӯтра, Бхāрато, Пањчарāтро, Пурāн̣ы были созданы, чтобы показать непрерывность единого смысла в Ведах. Эти данности — главные источники знания. Слова смрьтей (нравственных законов), авторами которых являются Ману и другие мудрецы, приемлемы как достоверные источники, только если согласуются с сущностным смыслом Веда. Они не могут служить высшими авторитетами сами по себе.

Смысл есть только в предании себя Богу. Необходимо вручить себя голосу одаренных высоким опытом боговедцев, ведовидцев, — вручить себя слову Веда. Надо познавать через ведние слова, познав, испытывать знание, испытав — увидеть, увидев — погрузиться в увиденное, погрузившись всецело — достичь искомого. Для этого и необходимо предать себя во власть Бога; знать через предание; познав, предаться вновь. Пребывающий в таком сознании обладает ключом к радости.

यमेवैष वृणुते तेन लभ्यस्तस्यैष आत्मा विवृणुते तनूं स्वाम् ॥ (Кāт̣хака, 1.2.23, и Āтхарван̣а, 3.2.3)

„Кого Он, Парамāтмā, принимает [„он Мой бхакта“], тому открывает Свое сварӯпо“.
Потому ни знание, ни бхакти не являются непосредственной причиной мукти или освобождения — но милость Бхагавāна, вызванная ими. Когда причина достижения лежит не в осознавшем и испытывающем и не в осознании и опыте, но в предмете опыта, то это называется прасāдах̤:

जिज्ञासोत्थज्ञानजात् तत्प्रसादादेव मुच्यते ॥

„Мукти достигается только Его милостью, вызванной џњāнием как прямым ви́дением Его, что рождается из поиска подлинного знания в достоверных источниках и постижения его смыслов в поиске бессомненности, позволяющей сосредоточиться на этих смыслах в дхйāнии“.

Хотя бхакти и џњāние неразделимы и являются разными ликами одного и того же явления, именно на бхакти указывает Мадхва как на отправную точку в сāдхании, и на бхакти указывает он как на пхалам — высшее обретение, сиддхих̤:

भक्त्या ज्ञानं ततो भक्तिस्ततो दृष्टिस्ततश्च सा ।
ततो मुक्तिस्ततो भक्तिः सैव स्यात् सुखरूपिणी ॥ (Анувйāкхйāнам, 3.4)

„Благодаря бхакти (как сварӯповой расположенности к почитанию Ӣщвары) приобретается знание (парокша-џњāние); благодаря парокша-знанию возникает бхакти (как осознанная преданность и желание поклоняться Ӣщваре), в такой бхакти приходит дрьшт̣и, знание-ви́дение Бхагавāна, апарокша-џњāние, которая становится причиной бхакти как непрерывного потока всепобеждающего снеха, за которым следует мукти, за которой следует снова бхакти — являющаяся вечным переживанием неизъяснимого счастья, самоцелью џӣвьего бытия“.

Эта окончательная бхакти уже не является средством получения знания, средством обеспосредования знания, средством достижения святой свободы — это та вечная жизнь, которая сама по себе, а не только в силу отсутствия смертного тела и связанных с ним страданий, приносит неисчерпаемую радость сāттвика-џӣве:

हरेरुपासना चात्र सदैव सुखरूपिणी ।
न तु साधनभूता सा सिद्धिरेवात्र सा यतः ॥ (БСБ, 4.4.21)

„Там, в мукти, богование (упāсанā) Харайа и является вечным и непрерывным счастьем, а не целеванием — сāдханием — путем, ибо в такой упāсане и состоит сиддхи — совершенство — исполненность — наивысь свободного џӣвы“.

Подытоживая, вспомним замечательное определение бхакти Џайатӣртхой в Нйāйасудхе:

परमेश्वरभक्तिर्नाम निरवधिकानन्तानवद्यकल्याणगुणत्वज्ञानपूर्वकः स्वात्मात्मीयसमस्तवस्तुभ्योऽनेकगुणाधिकोऽन्तरायसहस्रेणाप्यप्रतिबद्धो निरन्तरप्रेमप्रवाहः । यमधिकृत्य ‘यत्र नान्यत्पश्यति’ ‘सा निशा पश्यतो मुनेः’ इत्यादिश्रुतिस्मृतयः ।

„Бхакти к Парамещваре есть непрерывный, в предзнании Его безграничной бесконечной безупречной достокачественности, поток премени (любви), во много крат превосходящего любовь к себе и всему своему-родному, неуклонный даже перед лицом тысяч препятствий. О такой бхакти слова щрути и смрьти: йатра нāнйат пащйати \ „…где не видит ничего иного“; сā нищā пащйато мунех̤ \ „для обретшего зрение мыслителя [бдение существ] — это ночь“ и другие“.


Йог (в просторечии „йога“) — состояние осознания сопряженности всех слагающих своего бытия, от побуждений до плодов поступков, с Бхагавāном. Йогӣ, бхакта, (в просторечии „йог“) — тот, кто стремится достичь такого состояния или пребывает в нем. Такое целостное сочетание путей знания, действия и преданности составляет совершенное направление человеческой жизни.
Таков татвавāд — щāстровый путь к бхакти с бхактью же.


Вывод


Представленный на страницах ЧЧ спор Чаитанйи с якобы татвавāдӣ-āчāрйей по сути своей беспредметен, т.к. ответ таттвавāдина татвавāдом не является, а сам такой āчāрйа кто угодно, но только не татвавāдӣ.



В статье использованы материалы из Ежевременника Н. Дивногорского.




продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Чаитанйа в Уд̣упи

ЧЧ, Мадхйа 9.252-253



‘ваишн̣аватā’ сабāра антаре гарва джāни’
ӣшат хāсийā кичху кахе гаураман̣и — 252

тāн̣-сабāра антаре гарва джāни гаурачандра
тāн̣-сабā-саӈге гошт̣хӣ карилā āрамбха — 253


Русский перевод ББТ: Шри Чайтанья Махапрабху заметил, что таттвавади очень гордятся тем, что они вайшнавы. Поэтому Он с улыбкой заговорил с ними. Видя их гордыню, Чайтанья Махапрабху завел с ними беседу.


Обвинению татвавāдинов в гордости не предшествовало какое-либо общение с ними — ничего такого, что могло бы обосновать это обвинение. Вопросы татвавāдӣ-āчāрйе Чаитанйа стал задавать уже после упрека. Можно ли, не общаясь, не зная убеждений, чисто внешне узреть в человеке гордеца? Об этом мы рассуждали в части 24 (ЧЧ, Мадхйа 9.250).

Автор ставит читателя перед фактом — „гордятся тем, что они ваишн̣авы“. Все. Никаких поясняющих деталей. По всей видимости, автору или его лирическому герою нужен был повод для очередного „опровержения“ очередной школы-сампрадāйа. Ведь куда бы Чаитанйа ни пришел, всюду находит в оппонентах гордость, сокрушает ее и побеждает их. Конечно, такой modus operandi укрепляет авторитет Чаитанйи в глазах его последователей и подтверждает статус безупречного, непобедимого и всезнающего аватāра, которым его наделили отнюдь не щāстры, а последователи.

До гипотетического появления Чаитанйи в Уд̣упи он успел обвинить в гордости Вйеӈката Бхат̣т̣у из Щрӣ-Раӈгама (ЧЧ, Мадхйа 9.151):

Русский перевод ББТ: Так Господь Шри Чайтанья Махапрабху укротил гордыню Венкаты Бхатты. Но затем, решив приободрить его, Он произнес следующие слова.


Теперь сценарий повторяется с ваишн̣авами Уд̣упи. И позже повторится с Валлабхой Бхат̣т̣ой (ЧЧ, Антйа 7.53-136).

Почему Вйеӈката Бхат̣т̣а горделивец? На каком основании автор ЧЧ так о нем отзывается? Стихи 138-139 раскрывают причину:

пӯрве бхат̣т̣ера мане эка чхила абхимāна
‘щрӣ-нāрāйан̣а’ хайена свайам̇-бхагавāн — ЧЧ, Мадхйа 9.138

Раньше Бхат̣т̣а думал, что Щрӣ-Нāрāйан̣а это сам Бхагавāн.

Русский перевод ББТ созвучен с переводом АЧС: До того как Шри Чайтанья Махапрабху дал это объяснение, Венката Бхатта считал Верховной Личностью, Богом, Шри Нараяну.


Странно, что в комментарии АЧС нет рассуждения на тему „свайам бхагавāна“, а ведь это слова ЧЧ и никакой „Верховной Личности Бога“ в стихе нет. Перевод АЧС отличается собственной туманной терминологией и подменой понятий, ставшими его визитной карточкой.


тāн̇хāра бхаџана сарвопари-какшā хайа
‘щрӣ-ваишн̣аве’ра бхаџана эи сарвопари хайа — ЧЧ, Мадхйа 9.139

Бхаџание Ему [Нāрāйан̣е] является самым высшим из всех. У щрӣ-ваишн̣авов это самое высшее бхаџание.

Перевод АЧС и русский перевод ББТ: Венката Бхатта был убежден, что поклонение Нараяне представляет собой высшую форму поклонения и превосходит все прочие виды преданного служения. Он думал так потому, что Нараяне поклонялись Шри-вайшнавы, последователи Рамануджачарьи.


эи тāн̇ра гарва прабху карите кхан̣д̣ана
парихāса-двāре ут̣хāйа этека вачана — ЧЧ, Мадхйа 9.140

Чтобы умерить гордыню [Вйеӈкаты], прабху [Чаитанйа] затеял этот шутливый разговор.


АЧС почему-то слово гарва (гордость) переводит как misconception (заблуждение). В оригинале речь идет именно о гордости.

Как видно из стихов, гордыня Вйеӈкаты заключается в том, что он не был знаком с представлениями Чаитанйи и тем самым, по мнению автора, заблуждался относительно истинного положения Нāрāйан̣ы и Крьшн̣ы. Но в действительности слова Вйеӈкаты целиком и полностью основаны на щāстра-сиддхāнте.

Чаитанйа и автор ЧЧ заклеймили Вйеӈкату гордецом всего лишь на основании того, что он следовал Слову щāстра. Для Чаитанйи представления Вйеӈкаты по определению не верны, так как Чаитанйа должен раскрыть Вйеӈкате „истинный смысл“, тем самым опровергнуть рāмāнуџа-сампрадāй. Опровержение делает акцент (вероятно, для этого оно и затеивалось) на все той же идее „крьшн̣а свайам бхагавāн“ — Крьшн̣а и есть Бог, источник всех аватāров.

Для щрӣ-ваишн̣авов вопрос об источнике аватāров вообще не стоит, равно как и для татвавāдинов. Ведь щāстра-сиддхāнт ясно говорит о неразличии авата̄рӣ от аватāров. Как будто кто-то считает Крьшн̣у ниже Вишн̣у или ниже Нāрāйан̣ы. Это деление плод фантазии гауд̣ӣй и здесь это деление является основой опровержения.

Деление позволяет узаконить Рāдху и ее статус, результатом чего является принижение Лакшмӣ и замена ее Рāдхой. Если Лакшмӣ, то Нāрāйан̣а. Если Рāдхā, то Крьшн̣а. Џӣва придумывает толкование „крьшн̣ас ту бхагавāн свайам“ как доказательство превосходства Крьшн̣ы, что автоматически влечет за собой и превосходство Рāдхи. Но на его беду Бхāгавато говорит не только о Крьшн̣е как о свайам Бхагавāне, но и о других аватāрах.


Примечание: „свайам Бхагавāн“ — часть 1-я.


Опровержение Вйеӈкаты абсурдно еще и потому, что Врьндāван дāс, автор «Чаитанйа-бхāгавата», описывает Чаитанйу как аватāра Нāрāйан̣ы с Ваикун̣т̣хи. Здесь же автор ЧЧ предлагает диаметрально противоположное — Нāрāйан̣а не есть Бог богов.

тāна гарбхе аватӣрн̣а хаилā нāрāйан̣а
щрӣ крьшн̣а-чаитанйа-нāма сам̇сāра-бхӯшан̣а — ЧБ, Āди 1.94

Перевод Бхӯмипати дāса: From the womb of mother Saci appeared Narayana. His name, Sri Krsna Caitanya, is the ornament of this world.

Из ее лона явился Нāрāйан̣а по имени Щрӣ Крьшн̣а Чаитанйа, украшение сам̇сāра.


мадхйа-кхан̣д̣е, нāче ваикун̣т̣хера нāрāйан̣а
нагаре нагаре каила āпане кӣртана — ЧБ, Āди 1.129

Перевод БД: In the Madhya-khanda Narayana, the Lord of Vaikuntha, dances and personally performs kirtana throughout the streets of Navadvipa.

В Мадхйа-кханде Нāрāйан̣а, Господь Ваикун̣т̣хи, танцует и лично кӣртанит в каждом городе.


кали-йуге сарва-дхарма хари-саӈкӣртана
саба пракāщилена чаитанйа-нāрāйан̣а — ЧБ, Āди 2.26

Перевод БД: Lord Caitanya inaugurated the congregational chanting of the holy names as the essence of all religious principles for the age of Kali.

Чаитанйа-Нāрāйан̣а показал всем, что дхарм в Кали-йуге это саӈкӣртание Хари.


випра бале, э щищу сāкшāт нāрāйан̣а
иӈхā хаите сарва-дхарма хаибе стхāпана — ЧБ, Āди 3.16

Перевод БД: He said, "This child is nondifferent from Narayana. He will reestablish religious principles.

Випра сказал, „этот младенец сам Нāрāйан̣а. Он установит дхарм“.


Примечание: ссылки на стихи ЧБ из английского издания 2008 г., Vrajraj Press. Edited and Published by Pundarika Vidyanidhi dasa. Translated by Bhumipati Dasa.

This English edition of Sri Caitanya-bhagavata is dedicated to His Divine Grace
A.C. Bhaktivedanta Swami Prabhupada Founder-Acarya of the International Society for Krishna Consciousness.


До появления госвāминов Рӯпы, Санатāны и Џӣвы Чаитанйа считался самим Нāрāйан̣ой, по крайней мере, так его описывает Врьндāван дāс. Затем появляются госвāмины с их нововведениями, которых мы в «Чаитанйа-бхāгавате» Врьндāвана дāса не находим. Именно в этом время появляется госвāминская идея считать Чаитанйу особым воплощением Рāдхи и Крьшн̣ы в одном лице — Крьшн̣а в умонастроении Рāдхи. Теперь Чаитанйа это уже Крьшн̣а-аватāра и автор ЧЧ от лица самого Чаитанйи опровергает статус Нāрāйан̣ы Бога богов, что лишний раз показывает изменчивость и мифотворческую природу культа Чаитанйи. Несмотря на все это, автор ЧЧ возносит панегирики автору «Чаитанйа-бхāгавата», но на страницах ЧЧ предлагает идеи противоречащие ЧБ.

Отрицание или анализ одной гауд̣ӣанской концепции неизбежно влечет за собой крах других.


Согласие Вйеӈкаты с доводами Чаитанйи заставляет сомневаться в его знании щāстрāртха. Туманными выражениями Чаитанйа попытался опровергнуть Вйеӈкату и тот быстро с ними согласился. Вйеӈката поддался харизме человека, не попытавшись оспорить щāстрами его доводы и отстоять сиддхāнт. Никаких контраргументов с его стороны не последовало. Отсюда вывод: либо Вйеӈката не изучал щāстры, приняв чье-то мнение, пусть и правильное, либо описанный разговор между Чаитанйей и Вйеӈкатой это фантазия автора.

Судя по тому, что автор ЧЧ, описывая Чаитанйу, противоречит Врьндāвану дāсу и «Чаитанйа-бхāгавату», уверенность в вымышленности эпизода встречи с Вйеӈкатой возрастает. Но последствия этой фантазии гауд̣ӣям выгодны — в активе Чаитанйи победа над рāмāнуџа-сампрадāйем. Не в вāдах, а в приватной беседе, что также немаловажно. Та же схема победы и в Уд̣упи, и с Валлабхой.

„Шутливость“ разговора не может оправдать ни заблуждений Чаитанйи, ни отсутствия этики у автора ЧЧ. Остается открытым вопрос, почему Чаитанйа отвергает щāстра-сиддхāнт?

Сначала Чаитанйа величает Валлабху „мой дорогой и ученый муж“ (ЧЧ, Антйа 7.16), а через несколько стихов диалог превращается в череду обвинений, как будто автор пытается многократным повторением закрепить в сознании читателя отсутствие у Валлабхи достоинств, будто он [Валлабха] само воплощение гордости. Обратите внимание, ни о каком щāстровом разборе комментария Валлабхи или даже знакомстве с ним речи не идет. Чаитанйа заранее дал оценку работе дорогого и ученого мужа, даже не выслушав его:

ЧЧ, Антйа 7.53: бхат̣т̣ера хрьдайе дрьдха абхимāна… \ Зная, что сердце Валлабхи Бхат̣т̣а полно гордости, Махāпрабху произнёс эти слова.

ЧЧ, Антйа 7.134: щрӣдхара упаре гарве… \ „Что бы ты ни написал из своей ложной гордости, пытаясь превзойти Щрӣдхара Свāмӣ, всё это будет противоположно по смыслу. Никто не обратит на это внимание“.

ЧЧ, Антйа 7.136: щрӣдхарāнугата кара… \ „Представь своё объяснение Бхāгавата в соответствии со Щрӣдхарой, отбрось ложную гордость, поклоняйся Бхагавāну Крьшн̣е“.

Комментарий Валлабхи существенно отличается от комментария Щрӣдхары. Таким он остался и после объявленного автором ЧЧ предания Валлабхи. В чем же состояло предание? Было ли оно вообще, если своего мнения Валлабха не изменил, а его последователи вообще отрицают встречу с Чаитанйей?

Для обвинения Валлабхи в гордости автор ЧЧ использует аргумент, который мы не находим в обвинениях татвавāдинов и Вйеӈкаты, — Валлабха не только написал свой комментарий на Бхāгавато, отличающийся от комментария Щрӣдхары, но и полагал, что его объяснение Бхāгавата лучше, чем объяснение Щрӣдхары:


āми се ваишн̣ава бхакти-сиддхāнта саба џāни
āmi se bhāgavata-artha uttama vākhāni — ЧЧ, Антйа 7.54

Перевод АЧС: [Vallabha Bhaṭṭa was thinking:] “I am a great Vaiṣṇava. Having learned all the conclusions of Vaiṣṇava philosophy, I can understand the meaning of Śrīmad-Bhāgavatam and explain it very well.”


Ради переводческой чистоплотности следует сказать, что слов „великий“ (great) и „изучил суть ваишн̣авской философии“ (having learned all the conclusions of vaiṣṇava philosophy) в данном стихе нет. Словами „я великий вайшнав“ АЧС усугубляет положение Валлабхи, тем самым делая перевод в выгодную для гауд̣ӣй сторону.


Перевод: „Я ваишн̣ав, полностью знаю бхакти-сиддхāнт и объясняю суть Бхāгавата лучше“.


бхат̣т̣ера манете эи чхила дӣргха гарва
прабхура вачана щуни се ха-ила кхарва — ЧЧ, Антйа 7.55

Перевод АЧС: Such pride had existed for a long time within the mind of Vallabha Bhaṭṭa, but as he heard the preaching of Śrī Caitanya Mahāprabhu, his pride was cut down.

Перевод: Такая гордость долго владела умом Бхат̣т̣ы [Валлабхи]. [Благодаря] слушанию слов прабху [Чаитанйи], она исчезла.


По логике автора и Чаитанйи в гордецы следует записать всех без исключения комментаторов Бхāгавата, отличающихся или критикующих комментарий Щрӣдхары Свāмина, в том числе и Мадхвāчāрйу.

Интересный факт, оппоненты Чаитанйи, названные им гордецами, не являются мāйāвāдинами, в отличие от самого Чаитанйи (ЧЧ, Антйа 7.16). Чаитанйа защищает мāйāвāдӣ Щрӣдхару Свāмӣ (см. выше диалог Чаитанйи и Валлабхи), но при этом якобы провозглашает „ваишн̣ава-дхарм“. По идее ваишн̣ава-сиддхāнт отличается от мāйāвāда-сиддхāнта.

Оппоненты Чаитанйи ваишн̣авы: Вйеӈката Бхат̣т̣а из Раӈгама, татвавāдины из Уд̣упи, Валлабха также претендует на статус ваишн̣ава. В отличие от Чаитанйи никто из них не получал, даже формально, инициацию в мāйāвāда-сампрадāйе и не защищал Щрӣдхару Свāмӣ.

Критика ваишн̣авов (здесь мы не будем вдаваться в детали, кто из них ваишн̣авистее), по сути, происходит за то, что они ваишн̣авы; их понимание щāстр отличается от понимания Чаитанйи; они не принимают Щрӣдхару Свāмӣ. Да и говоря откровенно, так называемый ваишн̣ава-дхарм Чаитанйи слишком отличается от ваишн̣ава-дхарма представленного в щāстрах.

Что касается ЧЧ и ее автора, как бы ты ни любил своего героя, не достойно превозносить его за счет необоснованного оскорбления других. В эпизоде визита Чаитанйи в Уд̣упи заметно желание автора выставить татвава̄динов гордецами для того, чтобы подготовить фон победам своего кумира. Такие вещи называются наговором и идут вразрез с литературной этикой. Напомним — единственным легитимным способом выяснения отношений между школами в среде ваидиков были и остаются вāды. В культе Чаитанйи такой подход к сожалению не наблюдается.

Тактика общения Чаитанйи с представителями других школ или сампрадāйев точно такая же, как и в этих двух стихах ЧЧ (252-253): сначала объявление чего-то негативного у оппонентов, затем поучение и венчающая это все победа — демонстрация превосходства Чаитанйи.

Тему гордости можно развить дальше, например, что понимает под гордостью автор ЧЧ, — чувство, вызванное конкретной ситуацией, которое пройдет через некоторое время, или гордыню как черту характера?


Выводы


1) Автор ЧЧ не объясняет причин гордости татвавāдинов, ни в этом стихе, ни в предыдущих. Детального описания предшествовавших такому выводу автора событий мы в ЧЧ не находим. Это лишает читателя возможности понять происхождение гордости татвавāдинов. Другими словами, обвинение ваишн̣авов необоснованно.

2) Высокомерное поведение не принято в татвавāда-сампрадāйе. Об этом мы уже говорили в части 24 (ЧЧ, Мадхйа 9.250).

3) Для более эффектной декорации побед своего героя автор склонен безосновательно наделять негативными чертами потенциальных оппонентов Чаитанйи, а это признак отсутствия у него всяких представлений о литературной этике. Автору мало проповеди собственных идей у Чаитанйи. Должен быть какой-то элемент благородства его героя в противовес порочным оппонентам. Это помогает укрепить статус аватāра-спасителя и раскусителя пороков. Отсюда похоже и эти надуманные пассажи с гордостью, т.е. человек делает выводы, которые на основании представленных фактов сделать нельзя.

Если учесть, что ЧЧ произведение надиктованное свыше самим богом (по мнению гауд̣ӣй и по заявлению автора ЧЧ), то получается, что бог поносит всех напропалую. Этичность его слов и поведения оставляет желать лучшего.

4) Под гордостью Чаитанйа или автор ЧЧ подразумевают точку зрения, отличную от мнения мāйāвāдина Щрӣдхары Свāмӣ и самого Чаитанйи.

5) Основанием для унижения Вйеӈкаты служит верный щāстра-сиддхāнт.

6) Поведение Чаитанйи дает все основания обвинить его в надменности, дурных манерах, гордости и оскорбительном отношении. К счастью такое поведение не было замечено у татвавāдинов.

Автор представил своего героя человеком с двойной моралью в стиле „Quod licet Iovi, non licet bovi“ \ „Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку“. Очевидно, в представлении Крьшн̣адāса Кавирāџа так и должен вести себя бог.


Это интересно: Стиль ведения споров и характеристика диспутов Чаитанйи



продолжение будет


Кто?

Jun. 14th, 2014 12:27 pm
vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Преждѣ чѣм манйате, почитать кого-либо сāдховом, нам надо быть абсолютно увѣренными. Асад-упāсаніе, ложное поклоненіе, основанное на ложном возвеличеніи, на ложном отождествленіи, гораздо страшнѣе, чѣм неопознаніе в судурāчāрѣ любимца Господа. Если физически или публицистически я буду противостоять дурāчāру божественной личности, не замѣтив внутри ваішн̣ава (или даже замѣтив!), мнѣ воздастся пун̣ьем, ибо я исполню должное, поступлю правильно. Если я буду почитать, даже мысленно, дэвом или рьшином зауряднаго человѣка в отсутствіе каких-либо указаній на его дэвій свабӿāвъ̤, такое лжеупāсаніе приведет меня к ложным взглядам, усугубленію пāпа и непріятію правды.

Достаточныя и недостаточныя свидѣтельства божественности судурāчāры


Остаточныя и поверхностныя проявленія бӿакти не могут расцѣниваться как отголоски былого и будущаго величія. То, что „бывшій“ не материт Нерожденнаго, а признает „годы духовной практики важным этапом своего становленія как личности“, или продолжает проживать в индійских тропиках-субтропиках, героически не сбѣгая в северный хлад и смрад, или устроился в нишах примиренчества, портняжа пушистых франкенштейнов методом мультирелигіознаго синтеза, не обнаруживает его ваішн̣авскій потенціал и не оправдывает его дурāчāръ̤.

Годы ваішн̣авской „практики“ за плечами тоже не указывают на временно отошедшаго йогина или пытливца. Во-первых, для большинства людей исполненіе религіозной обрядовости не отвѣчает их природной предрасположенности, а значит и не может быть основным дѣлом, карменем в карма-йогѣ. Дѣлал ли человѣк то нужное и цѣнное, что ожидалось в этой жизни именно от него, что было дано ему сдѣлать — это уже вопрос. Во-вторых (и в-главных), аттрибутика ваішн̣ава-дӿарма, повтореніе мантров и имен, проповѣдь тѣх или иных идей могут быть проникнуты невѣжеством, а значит быть недѣйствительными. Если человѣк исповѣдует вѣрные взгляды, то судить о том, насколько глубоко он их воспринял, с наших позицій почти невозможно. Но если его прежнія, в бытность „ваішн̣авом“, убежденія — фантазіи, бред, расходящійся с реальностью щāстр и міра, то это самоочевидно, и говорить становится не о чѣм: налицо отсутствіе одного из основных — и главнаго видимаго — признаков как дэвы, так и йогина или скромнаго џиџњāсова. Обрядовость, аттрибутика и терминологія без должнаго знанія и пониманія — спесь.


Из ежевременника Ashvattho



vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


Бхāгавата: वयमपि ते समासमदृशः

वयमपि \ вайам апи \ мы также. „Мы“ — это щрути.

ЧЧ, Мадхйа 9.123: вайам апи те самāх̤ самадрьщах̤ \ вайам апи — мы тоже; те — Твоим; самāх̤ — равные; самадрьщах̤ — испытывающие такие же экстатические эмоции (перевод Исккон).


Āчāрйа Мадхва: वयमपि समासमदृशः.

На самом деле समासमदृशः — это одно слово, а не два, как полагают гауд̣ӣйи (самāх̤ и самадрьщах̤).

समदृशः \ самадрьщах̤ и असमदृशः \ асамадрьщах̤. सम означает समस्त \ полностью. Такое же значение мы встречаем в Гӣте, 5.18. Самадарщи — это ви́дение Его.

Āчāрйа Мадхва: सर्वमाहात्म्यस्य वेदैरपि वक्तुमशक्यत्वादसमदृशः \ даже Веды и Лакшмӣ (которая называет себя во мн.ч. असमदृशः) неспособны изречь всю полноту величия Нāрāйан̣ы, поэтому они зовутся असमदृशः \ асамадрьщах̤.

А что такое समदृशः?

Āчāрйа: वेदागम्यमाहात्म्यस्यापि वेदैरेव गम्यत्वात्समदृशः

Несмотря на то, что даже Веды не могут выразить всю полноту величия Нāрāйан̣ы, тем не менее, только через Веды, описание Его величия в Ведах, пусть и не всеохватывающе, возможно достичь Его. Поэтому समदृशः \ самадрьщах̤.

Веды – единственный источник знания о Нāрāйан̣е, которое позволяет привлечь Его прасāд (мукти).

Āчāрйа Мадхва: अतः कोऽन्यो वक्तुं वेद.

Поэтому, кто (कः) другой (अन्यः) настолько знает Тебя, чтобы [величие] выразить.

По мнению гауд̣ӣй Веды олицетворились. Если допустить, что они олицетворились в ком-то, но не в Лакшмӣ, то возникает закономерный вопрос — в ком именно? На этот вопрос гауд̣ӣйи ответа не дают. Сам факт олицетворения подразумевает существование кого-то, кто превосходит Веды по знанию, а значит эти „кто-то“ более приближены к Нāрāйан̣е. Возможно, из-за непонимания этой главы гауд̣ӣйи и считают щрути сознательными сущностями, в то время как щрути это вāк, звук, џад̣а-татва. Кто эти другие (कोऽन्यो), если не Лакшмӣ?

Бхāгавата: क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो

Āчāрйа Мадхва: को ह्यस्मांस्त्वां चर्तेऽपेतजन्मलयः

Кто, кроме Тебя и нас, अपेतजन्मलयः. Здесь мы и Ты — это Нāрāйан̣а и те, от чьего лица произносятся стути. Кто же эти „мы“? Действительно ли это Веды и Нāрāйан̣а? Если мы считаем, что Веды персонифицировались и произносят стути, то выражение अपेतजन्मलयः все равно не может относится к Ведам или к Нāрāйан̣е и Ведам одновременно, т.к. Веды это ачетана-татва, т.е. бессознательная категория, а Нāрāйан̣а четана. Однако категория „нитйа-мукта“ естественным образом относится и к Нāрāйан̣е, и к Лакшмӣ. И тут становится очевидным, что это щрути в лице Лакшмӣ говорят о том, что не знают Нāрāйан̣ы во всей полноте. Щрути — это бесчисленные рӯпы Лакшмӣ, которая является абхимāнинӣ Веда-щабд.

Прабодхинӣ: ततश्च त्वामृतेऽस्मांश्च ऋते कोऽपेतजन्मलयो जन्मादिरहितोऽस्ति न कोऽपीत्यर्थः

„Только мы“ — Лакшмӣ в своих Веда-рӯпах и Нāрāйан̣а вечно свободны от рождения и разрушения (अपेतजन्मलयः). Все остальные четаны (само понятие рождения относится только к четанам) рождаются, т.е. приобретают тело, и умирают (оставляют тело): जन्म \ џанма и लय \ лайа. Других нитйа-мукт не существует. Почему?

Бхāгавата: यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये

Āчāрйа Мадхва: यत उदगादुत्पत्तिमानेव ऋषिर्ब्रह्मा

Потому что даже Брахмā (ऋषिः \ рьши), высшее существо, обладающее наиболее полным знанием, когда-то был рожден (उदगाद् \ удагāд), когда-то возник (उत्पत्ति \ утпатти). Здесь „рьши“ стоит в единственном числе, а имени, указывающего на какую-то личность, к которой могло бы относится это слово, нет. Контекст также не говорит о каких-либо рьшиях, поэтому слово „рьши“ применимо только к Брахме.

Бхāгавата: अनुदेवगणा उभये

То же самое относится и к следующим за ним группам дэвов.

Āчāрйа Мадхва: प्राप्तपदा प्राप्यपदाश्च देवगणाः

प्राप्तपदा — дэвы, достигшие положения Щивы, Гаруд̣ы, Саӈкарщан̣ы и др. Например, Лāтавйа стал Вāйу.

प्राप्यपदा — те дэвы, у которых в будущем будет прāпти, т.е. дэвы, еще не занявшие следующего положения в тāратамье.

Несмотря на то, что тāратамье дэвов очень обширно, тем не менее, есть один способ их категоризации на два вида для того, чтобы мы могли сказать उभये \ оба вида дэвов — это деление на प्राप्तपदा и प्राप्यपदा. Āчāрйа приводит слова Сāӈкрьти-щрути, где смысл этого щлока излагается другими словами:

त्वं वेत्थ नापरस्ते स्वरूपं
न नित्यवाङ् नागभोगप्रियस्य ।
कुतो ब्रह्मा प्राप्तलोकाश्च देवास्तथाऽप्राप्ता जनिमन्तो यतोऽस्मात्

Только Ты себя знаешь. Даже нитйа-вāк, Лакшмӣ, не ведает [того], кому любезно тело змея (उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः), что говорить о Брахме и дэвах, достигших своей обители, и тех, кому еще предстоит ее достичь, ведь они рождаются.

Рождение это показатель недостаточности знания, необходимости сāдхания в отличие от нитйа-мукт — Нāрāйан̣ы и Лакшмӣ.

Тот же смысл, только словами Бхāгавата-тантры:

महिम्नः सर्वशोऽनुक्तेर्वेदाश्चासमदर्शिनः [समदर्शनाः]
तस्यापि वेदगम्यत्वात्तथैव समदर्शिनः [समदर्शनाः]

Веды – асамадарщанāх̤, поскольку они не выражают всю полноту величия Парабрахмана, но они также самадарщанāх̤, т.к. Он достижим только через них.


Бхāгавата: … वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो …

Прабодхинӣ: सुधा यथा स्वपानेन जराद्यभावं करोति तथा हरिचरणोऽपि मनसा ध्यानादिरूपस्वपानेन जरामरणादिराहित्यरूपमोक्षं करोति

Аӈгхрисароџасудхā является объектом выражения (вактум).

Почему используется слово „судхā“? Судхā это снадобье, испив которое избавляешься от старости, болезней и т.д. Стопы Хари и есть это снадобье, испив его, т.е. приняв в себя разумом, помня о дарщане, достигают избавления как от старости, болезней, так и от смерти как таковой, т.е. достигают мокша. Поэтому судхā это амрьта.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


По мнению гауд̣ӣй Щрути-Гӣтā (раздел десятого скандха Бхāгавата) это „молитвы олицетворенных Вед“. В действительности, щлоками Щрути-Гӣты величие Нāрāйан̣ы воспевают не Веды, а Лакшмӣ, абхимāнинӣ Вед, в своих бесчисленных рӯпах, в момент срьшти, когда миры еще не проявились и соответственно нет тех, кто мог бы возносить славицы Нāрāйан̣е.

Веды это џад̣а-татва, звук, существующий в пространстве. Как и в кого Веды олицетворились, гауд̣ӣйи не уточняют.

Рассматриваемый нами щлок выражает идею, которую мы также встречаем в третьем мантре Ӣща̄ва̄сйа-упанишады. В Тāтпарье Мадхва цитирует щрути:

असुर्या नाम ते लोका अन्धेन तमसाऽवृताः ।
तांस्ते प्रेत्याभिगच्छन्ति ये के चात्महनो जनाः

Слово आत्महनः \ āтмаханах̤ \ самоубийцы есть и в нашем щлоке:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः । — 10.94.24 пāт̣ха

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤


न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽत्महनो \ асад-упāсание, т.е. ложное поклонение Вишн̣у или же поклонение кому-то как Всевышнему, которое совершают эти самоубийцы, не приводит к счастью: न च रमन्ति \ на ча раманти.

यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः

यदनुशया \ анущайā — те, кто анущайа̄нам курванти, живут так.

Эти главы переводили ученики Прабхупāды. Для „анущайāх̤“ не нашлось иного перевода, нежели „постоянные и непреходящие желания“ (anuśayāḥ — whose persistent desires, 10.87.22), хотя в общедоступных словарях такого значения нет. Однако встречается значение „ненависть“ \ „двеша“, „враждебность“, в особенности древняя, глубокая и оно здесь весьма уместно. Переводчики ББТ или санскритские комментаторы, которым они следовали в своем переводе, этими значениями пренебрегли. Возможной причиной пренебрежения стала попытка связать эти две строки с двумя предыдущими, но и тут что-то по смыслу не клеилось, пришлось снова домысливать.

Те, кто совершает асад-упāсание, поклоняются Нāрāйан̣е не такому каков Он есть, ограничивая Его, а любые ограничения, которые мысленно накладываются на татво Нāрāйан̣ы, являются разновидностью двеша. Двеш — это не просто вражда или нетерпимость в духе „я не могу даже слышать имя Бога“, но и различные ограничения и рамки, в которые я помещаю Нāрāйан̣у, даже если, как мне кажется, я Ему поклоняюсь. „Асад-упāсана“ и „анущайа̄нам“ охватывают все виды двеша, в том числе религиозно-почтительный и откровенно демонический.

Живущие этим двешем (анущайāна курванти) скитаются (бхраманти). В данном случае под скитанием имеется ввиду лишение тела (अभवाः \ абхавāх̤), т.е. они лишаются рождений и скитаются неприкаянными. Ведь ощущение почвы под ногами, места принадлежности к чему-то, это тоже ощущение счастья, пусть минимального, но счастья. Находясь в вечном бестелесном состоянии (абхава̄х̤), двешины не чувствуют а̄щрайа-основы и лишены даже этого минимального счастья.


Āчāрйа Мадхва: अन्यथोपासनयाऽत्महनोऽसुर्यान्नामलोकान्नित्यनिरतिशयदुःखान्निरस्तसमस्तसुखान्प्राप्नुवन्ति

Они достигают не только ужаснейшей степени непрерывных страданий, но и состояния, в котором отсутствует малейшее счастье.

Почему अभवाः это лишение тела, а не „отсутствие“, как можно было бы перевести? Потому что у того, чего нет, не может быть страданий. अभवाः \ абхавāх̤ это कुशरीरभृत \ кущарӣрабхрьта.

Ради переживания āнанда, āтманы в мукти могут принимать любые чит- и ачит-тела, так как у них есть сварӯпа-щарӣро. Но āтмаханы, двешины, находятся в телах, которые только усугубляют их страдания — कुशरीरभृत \ кущарӣрабхрьта.

Таковы значения первых двух строк. Теперь переходим к строкам, которые в щрӣдхаровской версии приписали к следующему щлоку. И тут нам становится понятным их смысл. Йуџах̤ и мунайа (мн.ч.) это бхакты.

निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः

нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤


Āчāрйа Мадхва: ये मुनयो हृद्ययनं भगवन्तं निभृतमोक्षहृदयेन वायुना योगेन युक्ता नियमिताः सन्त उपासते तेषामरयोऽपि तदेव तमो ययुः.

Почему здесь вдруг говорится о бхактах? Потому что не только асад-упāсаки-двешины достигают состояния вечного горя или тьмы (андха-тамаса), но также враги бхакт и йогинов, являющихся сад-упāсаками, поклоняющихся с верным знанием о Нāрāйан̣е.

Враги бхакт — бхакта-двешины, तदरयोऽपि ययुः \ тадарайо апи йайух̤ — также идут туда, т.е. туда же, куда и āтмаханы-двешины: भ्रमन्ति अभवाः कुशरीरभृत \ бхраманти абхавāх̤ кущарӣрабхрьта. Эта мысль подкрепляется прамāн̣иями из щрути – Прāн̣асам̇хиты, Бхāгаватасам̇хиты.

Итак, асад-упāсаки-двешины достигают āсурйа-лока, туда же попадают и враги бхакт.

После того, как установлен смысл, можно переходить к щлоку, часть которого у Щрӣдхары является продолжением: … स्मरणात् । स्त्रिय उरगेन्द्रभोगभूजदण्डविषक्तधियो … \ смаран̣āт стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо (10.87.23). Пāт̣х же Бха̄гавата начинается со слова स्मरणात् \ смаран̣āт.

Для сравнения, щрӣдх.:

निभृतमरुन्मनोऽक्षदृढयोगयुजो हृदि यन्मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः स्मरणात् ।
स्त्रिय उरगेन्द्रभोगभुजदण्डविषक्तधियो वियमपि ते समाः समदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाः ॥ — Бхāгавата, 10.87.23

нибхрьта-марун-мано-’кша-дрьд̣ха-йога-йуџо хрьди йан-
мунайа упāсате тад арайа ‘пи йайух̤ смаран̣āт
стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо
вайам апи те самāх̤ самадрьщо ‘ӈгхри-сароџа-судхāх̤


Пāт̣х:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः ।
निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः ॥ — Бхāгавата, 10.94.23

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤
нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤

स्मरणात् स्वनुराग तद्भवान्
उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो
वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो
यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये ॥ — Бхāгавата, 10.94.24

смаран̣āт сванурāга тадбхавāн
урагендрабхогадан̣д̣авишактадхийо
вайамапи те самāсамадрьщо аӈгхрисароџасудхāм
ка иха веда ну вактумапетаџанмалайо
йата удагāдрьширанудэваган̣ā убхайе


सरोजसुधाः \ сароџасудхāх̤ Щрӣдхары отличается от सरोजसुधाम् \ сароџасудхāм пāт̣ха.

Часть пāт̣ха क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये у Щрӣдхары перенесена в следующий стих (24). С нее он и начинается:

ка иха ну веда батāвара-џанма-лайо гра-сарам̇
йата удагāд рьшир йам ану дэва-ган̣ā убхайе

Отличие не только в концовке-начале стихов, но и в смысле. Как видим, у Щрӣдхары есть слова, которых в Бхāгавате нет. Помимо этого, в гауд̣ӣйа-щрӣдхаровском щлоке во второй половине стиха отсутствуют глаголы, хотя в пāт̣хе они есть наряду со сказуемыми. Это принципиально важно. Глагол йайух̤ относится к тем, кто идет не туда, т.е. в Брахман.

стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо
вайам апи те самāх̤ самадрьщо ’ӈгхри-сароџа-судхāх̤

стрийах̤ — гопи; урагендра — змей; бхога — подобным телам; бхуџа — к рукам; дан̣д̣а — подобным палкам; вишакта — привлечены; дхийах̤ — те, чьи умы; вайам апи — мы тоже; те — Твоим; самāх̤ — равные; самадрьщах̤ — испытывающие такие же экстатические эмоции; аӈгхри- сароджа — лотосных стоп; судхāх̤ — пьющие нектар.

В аӈгхри-сароџа-судхāх̤ слово „судхāх̤“ заменило слово „судхāм̇“. Аӈгхри-сароџа-судхāх̤ относится к „нам“, т.е. к гопӣ, у которых есть нектар. Отсутствие глагола делает предложение назывным или пересказом-перечислением, кто есть кто: стрийа такие-то, вайам такие-то, но это не сочетается со структурой предыдущих предложений, в которых присутствовали глаголы бхраманти (скитаются), йайух̤ (достигают), упāсате (поклоняются). Из-за отсутствия в предложении глаголов переводчики вынуждены их подставлять: „гопи удалось вкусить нектар“, „мы тоже можем вкусить нектар“. Существительные в этом щлоке позволяют лишь догадываться о глаголах, которых там нет. Вот и приходится предложение-перечисление превращать в глагольное с помощью домыслов и переводческих уловок.


Каков же смысл щлока, если убрать „стрийах̤“, первые две строки поставить туда, где они должны стоять, и добавить недостающие три строки:

स्मरणात् स्वनुराग तद्भवान्
उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो
वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो
यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये ॥ — 10.94.24

смаран̣āт сванурāга тадбхавāн
урагендрабхогадан̣д̣авишактадхийо
вайамапи те самāсамадрьщо аӈгхрисароџасудхāм
ка иха веда ну вактумапетаџанмалайо
йата удагāдрьширанудэваган̣ā убхайе


Вместо слова स्वनुराग \ сванурāга в щрӣдхаровском стоит „стрийа“. Мадхва дает очень внятное и простое объяснение: हे स्मरणादेव स्वनुरक्त. Сванурāга — это обращение к Нāрāйан̣е: Ты Сванурāга. Анурāга означает приязнь, любовь, влечение. Слово „сванура̄га“ А̄ча̄рйа объясняет синонимом स्वनुरक्त \ свануракта. Речь идет о том, кто обладает анурāгой. Какого рода анурāг? Су=сушт̣у \ полный, беспримесный, наилучший, одним словом анурāг в высшей степени. Нāрāйан̣а – Сванурāга, обладатель сушт̣а-анурāга. По отношению к кому? Смаран̣āт — этот анурāг в Нем вызывает смаран̣ам, т.е. бхакти. Смаран̣ие \ памятование – наиболее доступная для каждого форма бхакти. С другой стороны, памятование является основой всякой бхакти, ее неотделимой составляющей. Без памятования любое коленопреклонение или āрчание, кӣртание и т.д. уже не бхакти. Поэтому здесь о бхакти говорится как о смаран̣ам.

Смаран̣а-бхакти вызывает в Нем анурāг, поэтому Его зовут Смаран̣а-Дэва-Свануракта, пишет Āчāрйа.

Далее तद्भवान्. Āчāрйа: तत्ते स्वरूपं भवानेव वेद तद्भवान् — это Ты. Ты то (тат). Мадхва показывает, что сказуемым к подлежащему бхавāн  \ भवान् является Веда \ वेद (предпоследняя строка: क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो), которого у щрӣдхарийцев разумеется нет, т.к. оно ушло в следующий стих. Тат \ तत् \ то — это сварӯпам в значении „индрийа-грахйам“. „То“ отличается от „здесь“ \ идам. Идам это џагат. А тат \ „то“ — это бхагават-сварӯпа, т.е. Нāрāйан̣а „то“, в отличие от џагата, который „это“ или „здесь“. Нāрāйан̣а недостижим для индрий.

तत्ते स्वरूपं भवानेव वेद

Только Ты себя знаешь.

Почему у Āчāрйи भवानेव वेद \ бхавāн эва веда, хотя в щлоке तद्भवान् \ тадбхавāн? Во-первых, это явствует из смысла — только Ты знаешь Себя (स्वरूपं भवानेव). Полное знание самого себя есть только у Нāрāйан̣ы, но частично Его знают и щрути, т.е. Лакшмӣ. В меньшей степени Его знает Брахмā, еще меньше дэвы и т.д. Выстраивается тāратамье. Во-вторых, есть правило, согласно которому здесь употребляется слово एव \ эва. Об этом правиле говорят комментаторы Та̄тпарья:

सर्वे शब्दाः सावधारणा… — Прабодхинӣ Щрӣ Чхалāрӣ Нāрāйан̣āчāрйи

Все эти слова имеют авадхāран̣ие — ограничение смысла до одного значения.

Эва \ только — это авадхāран̣ие. Смысл слова, после которого стоит „эва“, ограничен только одним значением этого слова и не охватывает никаких других значений. Если нет чего-то, указывающего на возможность употребления слова в разных значениях, или отсутствует расширяющий смысл контекст, например, „ади“, „апи“: „бхавāн брахмāпи веда…“ \ „Ты знаешь, а также знает Брахмā…“, то любое слово должно восприниматься, как имеющее авадхāран̣ие.

Когда говорится „бхавāн веда“, то имеется ввиду „бхавāн эва веда“ \ „только Ты себя ведаешь“, тем более, что сказанное далее этот смысл подкрепляет и на этом смысле настаивает.

Āчāрйа Мадхва: उरगेन्द्रभोगदण्डे विषक्तबुद्धेस्तेऽङ्घ्रिसरोजसुधाम्

Прабодхинӣ: उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो

В гауд̣ӣйско-щрӣдхаровском щлоке урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо вставлено слово бхуџа. Откуда оно? Возможно, размер щлока показался неправильным или слишком необычным и человек вставил это слово для выправления размера. Необычный размер щлока может навести на мысли, что в щлок закралась ошибка: лишние слова или наоборот отсутствие таковых.

Баннанџе Говиндāчāрйа в своих примечаниях к БТН отмечает необычность размера этого щлока. Но необычность размера не является признаком чего-то пропущенного или добавленного; чего-то неправильного или искаженного. Это не поэтический изъян. Возможно, именно необычность размера была причиной внесенных Щрӣдхарой изменений (или того, кто эти изменения вносил).

В Аитарейа-брāхман̣е говорится о различных видах просодий — чха̄ндасов. Существуют, в том числе, разновидности ануштубха, в которых на один или два слога меньше (30 или 31), а также на один или два слога больше (33 или 34).

В Бхāгавате встречаются необычные размеры и наш щлок тому пример. В одном из пāдов этого щлока на четыре слога меньше, чем в „классическом“ размере. Кроме того, каждая строка этого щлока имеет собственный размер. И это не признаки изъянов – что-то стерлось, недослушалось, по невниманию было опущено или забыто. Где как не в Бхāгавате встречаться удивительным и редким размерам? Возможно, в щрӣдхаровском щлоке слово „бхуџа“ было вставлено из соображений просодии.

Урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо, где урагендра это змей. Что может быть связано со змеем в щрӣдхаровском варианте щлока? Если речь зашла о женщинах (стрийах̤), т.е. о гопӣ, то вспоминаются поэтические образы „змеями своих рук Он обнимал гопӣ Враџа“ и т.д. Но есть и другой образ змея, который связан с Нāрāйан̣ой. Щеша — Змей Саӈкаршан̣а. Именно о нем здесь речь, если убрать лишнее слово „бхуџа“.

उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियः

Cлово उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः \ урагендрабхогадан̣д̣авишактадхӣх̤ стоит в родительном падеже и является именем Нāрāйан̣ы в отличие от предложенного гауд̣ӣйами перевода „дхийах̤“ как „те, чьи умы“, т.е. „они“ во множественном числе. Он – вишактадхӣх̤ и Его вишактадхийāх̤.


Словами अङ्घ्रिसरोजसुधाम् Āчāрйа показывает Его судху, немерть-амрьту Его стоп-лотосов. Что же означает имя उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः?

Нāрāйан̣а испытывает особую приязнь (анурāг) к телу (भोग \ тело – भोगः शरीर) Урагендры-Щеши, которое подобно дан̣д̣е, вытянуто. Урагендра возникает в Щрути-Гӣте не просто так. Он Чха̄ндаса-Дэватā, повелитель чха̄ндасов. Он поддерживает чха̄ндасы в џагате. Нāрāйан̣а испытывает анурāг ко всем, кто Его помнит и знает. Это анурāг к бхакти. Своим разумом (धीः \ дхӣх̤) Нāрāйан̣а испытывает приязнь к телу Урагендры. Почему речь идет о теле? Потому что Нāрāйан̣а возлежит на Щеше. Тело Нāрāйан̣ы и Его сознание (дхӣх̤) это единая сварӯпа-сущность. Телом возлежа на теле Урагендры, соприкасаясь своим сознанием с сознанием Щеши, сознанием с телом Щеши, своим телом с сознанием Щеши — таково соприкосновение (сактих̤) Нāрāйан̣ы и Щеши. Эти смыслы резонируют в имени Нāрāйан̣ы उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधीः \ урагендрабхогадан̣д̣авишактадхӣх̤. И это имя стоит в родительном падеже.



продолжение будет


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Бхāгавата-пурāн̣а 10.87.23


Анализ паломничества Чаитанйи в Щрӣ-Раӈгам был бы неполным без упоминания стиха ЧЧ, Мадхйа 9.123, который является цитатой из Щрути-Гӣты Бхāгавата-пурāн̣ия 10.87.23. Этот стих Чаитанйа использует как подтверждение превосходства гопӣ над Лакшмӣ.

Цитируемый в ЧЧ щлок версии Щрӣдхары Свāмина не совпадает с па̄т̣хом Бхāгавата. Изменение щлока привело к искажению смысла. Именно щрӣдхаровскую версию использовали патриархи гауд̣ӣанства в своих комментариях. Ей же пользуются последователи Чаитанйи и в наше время.

निभृतमरुन्मनोऽक्षदृढयोगयुजो हृदि यन्मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः स्मरणात् ।
स्त्रिय उरगेन्द्रभोगभुजदण्डविषक्तधियो वियमपि ते समाः समदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाः ॥ — 10.87.23 (Щрӣдх.)

нибхрьта-марун-мано-’кша-дрьд̣ха-йога-йуџо хрьди йан-
мунайа упāсате тад арайа ‘пи йайух̤ смаран̣āт
стрийа урагендра-бхога-бхуџа-дан̣д̣а-вишакта-дхийо
вайам апи те самāх̤ самадрьщо ‘ӈгхри-сароџа-судхāх̤


Пāт̣х:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः ।
निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः ॥ — Бхāгавата, 10.94.23

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤
нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤

स्मरणात् स्वनुराग तद्भवान्
उरगेन्द्रभोगदण्डविषक्तधियो
वयमपि ते समासमदृशोऽङ्घ्रिसरोजसुधाम् ।
क इह वेद नु वक्तुमपेतजन्मलयो
यत उदगादृषिरनुदेवगणा उभये ॥ — Бхāгавата, 10.94.24

смаран̣āт сванурāга тадбхавāн
урагендрабхогадан̣д̣авишактадхийо
вайамапи те самāсамадрьщо аӈгхрисароџасудхāм
ка иха веда ну вактумапетаџанмалайо
йата удагāдрьширанудэваган̣ā убхайе


Перед нами два щлока, которые отличаются нумерацией, синтаксисом и, наконец, смыслом. Одни слова похожи, другие определенно вставлены, ибо отсутствуют в па̄т̣хе. Например, слово हृदयं \ хрьдайам изменено на हृदि \ хрьди. Слово „стрийа“, которое судя по всему для гауд̣ӣй является ключевым, в гопӣческом понимании смысла щлока, здесь вставлено, вероятно, по причине непонимания истинного смысла щлока. Имеются и другие расхождения подобного рода.

Раздел Щрути-Гӣтā сложен для понимания, щлоки глубокомысленны, их размер необычен, смысл неочевиден. Поэтому комментарий Мадхвāчāрйи к Щрути-Гӣте настолько подробен: каждый щлок Āчāрйа объясняет пословно, демонстрирует взаимосвязь щлоков, выстраивая смысловой порядок, подводя к единственно верному смыслу.

Для того, чтобы понять, из чего был слеплен щлок в щрӣдхаровской версии, следует обратиться к двум щлокам пāт̣ха — этому и предыдущему.

Щрӣдхаровская версия щлока – это комбинация двух строк предыдущего щлока и двух строк следующего. Она начинается со слов:

निभृतमरुन्मनोऽक्षदृढयोगयुजो हृदि यन्मुनय
उपासते तदरयोऽपि ययुः स्मरणात् ।

нибхрьта-марун-мано-’кша-дрьд̣ха-йога-йуџо хрьди йан-
мунайа упāсате тад арайа ‘пи йайух̤ смаран̣āт


В действительности это первая строка второй части щлока пāт̣ха:

निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं
मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः

нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам
мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤

Если оторвать вторую половину от первой, то вторая должна заканчиваться на слове йайух̤ (отправляются, достигают), но тогда непонятно, куда „они отправляются“ и чего „достигают“. Даже если добавить „смаран̣āт“, с которого в пāт̣хе начинается следующий щлок, все равно остается неясным, чего же именно достигают эти तदरयः \ тадарайах̤ \ враги, того или Его?

अपि \ апи \ также — означает, что они достигают чего-то того же, но в силу разрыва щлока на две части, как в случае ЧЧ, Мадхйа 9.123, получается मुनय उपासते \ мунайа упāсате \ муни поклоняются, а अरयाः \ арайāх̤ \ враги также достигают.

Непонятно, чего достигают, куда идут. Упāсате означает „поклоняются“ (мн.ч.), а апи йайух̤ – „также достигают“ или „приходят“. Почему поклоняются и приходят через „также“? По всей вероятности переводчик не понял, с какой целью тут употреблено слово „также“ и домыслил (цитата из русского перевода, изд-во ББТ):

«Великие мудрецы укрощают ум и чувства, занимаясь мистической йогой и управляя дыханием. С помощью мистической йоги они обретают способность видеть в своем сердце Сверхдушу…»

„Сверхдуша“ — это уже доктринальное дополнение, которого в пāт̣хе нет. Гауд̣ӣй, читающий этот перевод, уже должен знать, что именно „они“ там в своем сердце видят.

Дальше в переводе идет полный абсурд, даже с точки зрения гауд̣ӣйа-сиддхāнта:

«…обретают способность видеть в своем сердце Сверхдушу и в конце концов входят в безличный Брахман…»

Дело в том, что по гауд̣ӣйским представлениям йоги достигают слияния с Брахманом или чего-то в этом духе, а џњāнины – единства с так называемым безличным Брахманом. Но йоги, о которых в этом щлоке идет речь, видят в своем сердце Сверхдушу, а затем входят в безличный Брахман, хотя в безличный Брахман входят только те, кого гауд̣ӣйи называют џњāнинами.

Из этого следует, согласно доктрине гауд̣ӣй, что йоги стремятся к одной цели и достигают ее, а согласно этому щлоку щрӣдхаровской версии Бха̄гавата йоги у гауд̣ӣй стремятся уже к другой цели и ее же достигают. Нестыковка. Почему так? Возможно, потому что надо куда-то определить врагов (Крьшн̣ы), но враги не достигают Парамāтмана (Сверхдушу). Такого сиддхāнта в щāстрах нет. И коль скоро враги Крьшн̣ы „тоже“ чего-то достигают, то логично предположить, что это Брахман, ибо ни о чем другом в контексте речи не идет. В щлоке, однако, не указано, чего конкретно враги достигают.

Глагол „йайух̤“ \ „идут, достигают“ не сопровождается своим дополнением, т.е. тем, чего именно достигают. Если достижение все того же безличного Брахмана, то „также достигают“ означает, что они должны достичь того же, что и йоги! Выбор у переводчика невелик: либо 1. Он должен изменить направление пути йогов с достижения Сверхдуши (каивалйа и др. гауд̣ӣйские идеи) на попадание в Брахман, либо 2. Он должен направить дрезину, на которой едут враги Крьшн̣ы, в Сверхдушу вместо безличного Брахмана. Естественно врагам туда путь заказан, значит на дрезине поедут йоги и смысл щлока становится таким, что все, о ком идет речь, попадают в одно и то же место, хотя по гауд̣ӣйскому сиддхāнту они должны попадать в разные (у одних брахмāлайа или нирвищеша-брахмāлайах̤, у других что-то в духе каивалйа). Так или иначе, они должны достичь чего-то, чего они, по представлениям гауд̣ӣй, достигают, но в щлоке не написано ни про йогинов, ни про врагов, и переводчику остается домысливать. Такой вариант домысливания все равно противоречит гауд̣ӣйа-сиддхāнту: йогины видят в своем сердце Сверхдушу, а потом входят в безличный Брахман, «…хотя того же положения благодаря памятованию о Верховном Господе достигают Его враги». Вот это „благодаря памятованию“ (смаран̣āт) сюда привлечено из следующего щлока, ибо чего еще можно достичь благодаря памятованию? В седьмом скандхе говорится, что они достигают того же, что и бхакты, но это опять же в гауд̣ӣйской расплывчатой интерпретации этих щлоков.

Подобного рода непонятки, кто и чего достигает, домыслы, вставки общеизвестных для гауд̣ӣй, аксиоматических, но на самом деле недоказанных вещей, жонглирование словами и пр., все это возникает из-за того, что отсутствует первая половина щлока:

न च रमन्त्यहो असदुपासनयाऽऽत्महनो
यदनुशया भ्रमन्त्यभवाः कुशरीरभृतः । — 10.94.24 пāт̣ха

на ча рамантйахо асадупāсанайāтмахано
йаданущайā бхрамантйабхавāх̤ кущарӣрабхрьтах̤

Если рассматривать эти строки как первую часть щлока, продолжением которого являются слова निभृतमोक्षहृदययोगयुजो हृदयं मुनय उपासते तदरयोऽपि ययुः \ нибхрьтамокшахрьдайайогайуџо хрьдайам мунайа упāсате тадарайо апи йайух̤, то все встает на свои места, не надо ничего домысливать и придумывать.



продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Чаитанйа в Щрӣ-Раӈгаме


Лакшмӣ = гопӣ


В 9.153-154 Чаитанйа и Бхат̣т̣а опровергают все сказанное ими ранее. Во второй части стиха 9.153 гопӣ отождествляются с Лакшмӣ: «гопӣ-лакшмӣ-бхеда нāхи хайа эка-рӯпа \ нет разницы между гопӣ и Лакшмӣ, ибо они единорӯпны».

Уравнение неизбежно, если не понимать Лакшмӣ-татво. Вкратце: Лакшмӣ не испытывает страданий, как другие џӣвы. Лакшмӣ отлична от всех без исключения чит-āтманов. Для всего сущего, состоящего из чит и ачит, Лакшмӣ и Нāрāйан̣а отец и мать (पितरौ \ питарау). Они пара (गृहस्थः \ грьхастхах̤), потому что у Него есть любовь к Раме̄ [Лакшмӣ] – рамā-пран̣айа:

चिदचिद्भेदमखिलं विधायाऽधाय भुञ्जते
अव्याकृतगृहस्थाय रमाप्रणयिने नमः — Татвасаӈкхйāние (3)

अचेतना चेतनेति द्विविधा प्रकृतिर्मता … पिता विष्णुः स जगतो माता श्रीर्या त्वचेतना… — цитата, приведенная Мадхвой в Гӣта̄-та̄тпарье, 7.4.

Союз Лакшмӣ и На̄ра̄йан̣ы вечен, безначален, бесконечен. Он беспределен – авйа̄крьта. Там, где На̄ра̄йан̣а, там и Лакшмӣ, они неразлучны. Взаимное влечение мужчины и женщины — основа союза людей. Мужчина чувствует притяжение к женщине. Женщина – притяжение к мужчине. Однако между Лакшмӣ и Нāрāйан̣ой все иначе. Лакшмӣ безусловно чувствует притяжение к На̄ра̄йан̣е, но она не притягивает Нāрāйан̣у. Почему же тогда говорится: рамā-пран̣айин \ возлюбленный Рамы̄ и любящий Рамӯ? Пран̣айа — это स्नेह \ снеха (очарование, приязнь, симпатия). Однако Рама̄ привлекает Бхагава̄на не потому, что она идеальная женщина. Он испытывает приязнь к тем, у кого есть знание. В Раме̄ знание присутствует в бесконечной степени больше, чем в любом представителе мира чит. Поэтому снеха Бхагавāна к Лакшмӣ превосходит влечение к кому бы то ни было другому, включая гопӣ. Бхакти невозможна без знания. Бхакта является џњāнином. Говоря о знании, речь, разумеется, идет о знании Бхагават-татва. Говоря о Нāрāйан̣е, мы говорим о свайам Бхагавāне, которого также называют Крьшн̣а.

Гопӣ не участвуют в творении миров, как Лакшмӣ (Брахма-сӯтры, 1.4.24-28). Лакшмӣ может воплотиться в сам̇сāре по своему желанию (Брахма-сӯтры, 3.3.40-42). Лакшмӣ – нитйа-муктā (Брахма-сӯтры, 4.2.7-14). В Гӣте (13.27, 13.30) мы находим другие указания на высшее татво Лакшмӣ. Āчāрйа Мадхва говорит, что в этом щлоке под словом „кшетра“ подразумевается Лакшмӣ: अव्यक्तं च महद्ब्रह्म, „क्षेत्रक्षेत्रज्ञसंयोगात्“ इत्यत्र क्षेत्रं श्रीः, и приводит в подтверждение прамāн̣ие: „मम योनिर्महसह्म तस्मिन् गर्भं ददाम्यहम्“. В Гӣте мы встречаем и другие стихи, касающиеся Лакшмӣ-татва.

В Пуруша-сӯкте Лакшмӣ это Бху-Дэвӣ. Она – абхимāни-дэватā Џад̣а-пракрьти и Вед. Лакшмӣ – акшара-татво, ее тело вечно неразрушимо. Гӣтā 15.18: यस्मात्क्षरमतीतोऽहमक्षरादपि चोत्तमः । अतोऽस्मि लोके वेदे च प्रथितः पुरुषोत्तमः \ Я превосхожу даже Акшара-татво.

Прамāн̣ий о верховенстве Лакшмӣ-Дэвӣ над гопӣ и всем сущим великое множество. По просьбе сомневающихся они могут быть представлены отдельно.


О Лакшмӣ:

http://vilasatu.livejournal.com/28415.html
http://vilasatu.livejournal.com/28744.html
http://vilasatu.livejournal.com/29107.html



Лакшмӣ и танец рāса
или
Чаитанйа-бхāгавата vs. Чаитанйа-чаритāмрьта


В ЧЧ, Мадхйа 9.120, 122 и 124, утверждается, что Лакшмӣ не участвовала в танце рāса Враџа-лӣлы:

рāса нā пāила лакшмӣ, щāстре ихā щуни \ однако ей [Лакшмӣ] так и не удалось принять участие в танце раса — ЧЧ, Мадхйа 9.120 (орфография Исккон)

лакшмӣ кене нā пāила, ихāра ки кāран̣а \ почему богиня процветания, Лакшми, не смогла войти в танец раса — ЧЧ, Мадхйа 9.122

щрути пāйа, лакшмӣ нā пāйа, итхе ки кāран̣а \ почему богине процветания не удалось войти в танец раса — ЧЧ, Мадхйа 9.124 (перевод Исккон).


Однако «Чаитанйа-бхāгавата» (Мадхйа-кханда, гл. 18) повествует об участии Чаитанйи и его друзей в театральной постановке Враџа-лӣлы и танца рāса. Чаитанйа играл роль Лакшмӣ, наряжаясь в ее платье и танцуя:

лакшмӣ веще анка-нрьтйа кариба т̣хāкура
сакала ваишн̣ава-раӈга бāд̣ила прачура
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.20

āи чалилена ниџа бадхура сахите
лакшмӣрӯпе нрьтйа бад̣а адбхута дэкхите
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.29

āре āре бхāи саба хао сāбадхāна
нāчиба лакшмӣра веще џагатера прāн̣а
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.41

лакшмӣ веще нрьтйа āџи кариба āпане
премабхакти лӯт̣и āџи лао сāбадхāне
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.47

прабху āџи нāчибена дхари лакшмӣвеща
атаэва э сабхāйа āмāра правеща
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.60


Иначе говоря, на страницах ЧЧ Чаитанйа утверждает прямо противоположное тому, что он говорит на страницах «Чаитанйа-бхāгаваты». Произведения противоречат друг другу. Если допустить, что вымыслом является сюжет ЧЧ, то возникает причина считать содержание беседы Чаитанйи и В. Бхат̣т̣ы выдуманным, что в свою очередь ставит под сомнение и опровержение Рāмāнуџа-сампрадāйа в лице В. Бхат̣т̣ы, равно как и очередную победу Чаитанйи.

Крьшн̣адāс неоднократно уподобляет Врьндāвана Дāса Ведавйāсе (ЧЧ, Āди 8.34; 13.48 и др.). Если это так, то мы должны допустить, что и сам Ведавйāса обманщик.

Более того, Крьшн̣адāс утверждает, что слушание ЧБ приносит благо (ЧЧ, Āди 8.35). Но если допустить, что ЧБ описывает нереальные события, какое же благо может быть от такой книги?

Крьшн̣адāс утверждает, что устами Врьндāвана Дāса говорит сам Чаитанйа (ЧЧ, Āди 8.39): „врьндāвана-дāса-мукхе вактā щрӣ-чаитанйа“. Если ЧБ описывает фантазии автора, то мы можем допустить, что и сам Чаитанйа выдуманный персонаж или ему приписывают события и поступки, которых он не совершал, а это влечет за собой скептическое отношение к догмам культа Чаитанйи, которых Чаитанйа не провозглашал. К слову, многие из этих догм все равно не подтверждаются и не провозглашаются Ведами и сат-āгамами.

Крьшн̣адāс заявляет, что ЧБ спасает от сам̇сāра: „аичхе грантха кари’ теӈхо тāрилā сам̇сāра“ (ЧЧ, Āди 8.40). Если допустить, что ЧБ полна противоречий и повествует о фиктивных событиях, то как же может быть спасением такая книга?

Противоречие между ЧБ и ЧЧ столь очевидное и обличающее, что игнорировать его просто нельзя. Либо кто-то из авторов обманывает читателей, либо сам Чаитанйа. Таков неутешительный вердикт для всех адептов культа Чаитанйи.

Из комментария А. Ч. Свāмӣ Прабхупāды (ЧЧ, Āди 8.39):

«Трансцендентное произведение, даже если оно написано далеким от совершенства языком, но автор его преданный, достойно признания, тогда как так называемые духовные книги, написанные каким-нибудь мирским ученым, даже если они совершенны по форме, бесполезны. Секрет произведения, написанного преданным, заключается в том, что, когда он пишет об играх Господа, Сам Господь помогает ему: преданный не пишет в одиночку. В «Бхагавад-гите» (10.10) по этому поводу говорится: дадāми буддхи-йогам̇ там̇ йена мāм упайāнти те. Поскольку, создавая литературные произведения, преданный служит Господу, Господь изнутри дает ему столько разума, что преданный чувствует себя так, как будто он сидит рядом с Господом и в Его обществе пишет свою книгу. Кришнадас Кавираджа Госвами подтверждает, что все написанное Вриндаваном дасом Тхакуром было поведано ему Самим Господом Чайтаньей Махапрабху, а он лишь повторял услышанное».

Факт противоречия одного произведения другому указывает на то, что как минимум одно из них не является богооткровенным, трансцендентным, достойным признания, духовным. Господь не давал автору разума изнутри. Автор не получал указания свыше, как и что писать, иначе откуда такие существенные расхождения? Бог гауд̣ӣй запутался в собственных лӣлāх? Если уже один подобный факт способен перечеркнуть состоятельность культа, то что говорить о противоречивости всего культа и многочисленных фактах обмана, которые мы доселе вскрыли?

Отсутствие Лакшмӣ в танце рāса было главной темой победы Чаитанйи над рāмāнуџинами в лице В. Бхат̣т̣ы.

О противоречивости литературы гауд̣ӣй см. эссе Джагадананды «The dāna-līlā play in Chandrasekhara's house».


Обращают на себя внимание еще два противоречивых утверждения Врьндāвана Дāса:

Брахмā, Вишн̣у, Махещваре томāра махимā
Балите нā пāре, анйе кебā дибе сӣмā
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.169.

Брахмā, Вишн̣у и Махещвара не способны описать твое величие, куда уж кому-то иному охватить твои пределы.

Комментарий А. Ч. Свāмӣ Прабхупāды: «Ты богиня бесчисленных вселенных. Под влиянием твоей энергии, религиозные принципы йуг защищены. Три главных божества творения, поддержания и разрушения космического проявления неспособны воспеть твою славу. Как же могут те, кто подчинен им достигнуть предела твоей славы?»

В этом стихе Врьндāван Дāс, прославляя Лакшмӣ, уравнивает Вишн̣у с Брахмой и Щивой. Но уже в следующем стихе Вишн̣у превозносит:

џагат сварӯпā туми, туми сарвва-щакти
туми щраддхā, дайā, лаџџā, туми вишн̣у-бхакти
— ЧБ, Мадхйа-кханда, 18.170.

Ты самость мира. Все щакти в твоей власти. Ты щраддхā, сострадание и скромность. Ты Вишн̣у-бхакти.


Автор называет диалог Чаитанйи и Бхат̣т̣ы дружеской беседой, но уже в ЧЧ, Мадхйа 9.151, без видимых причин называет Бхат̣т̣у гордецом, и, оказывается, Чаитанйа, в том числе, усмирял его гордость. После прочтения сюжета о пребывании Чаитанйи в Щрӣ-Раӈгаме ну никак не складывается впечатления, что простой брāхман̣ Бхат̣т̣а, искренно поклоняющийся Лакшмӣ-Нāрāйан̣е, на самом деле является гордецом. По крайней мере его слова и манера поведения никоим образом не выдают этого. Для чего потребовалось автору ЧЧ выставить Бхат̣т̣у гордецом на пустом месте? О манерах же Чаитанйи и его поведении с оппонентами мы писали в предыдущей части цикла.


продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Объяснения третьего сӯтра Щаӈкарой и Рāмāнуџей поражают своей громоздкостью и неуклюжестью. Они вынуждены были прибегнуть к выше упомянутому адхйа̄ха̄ре, пришлось также вставить слова संकर्षणादीनाम् (Саӈкаршан̣ы и других), чтобы сохранить смысл собственных толкований. В этом их объяснения явно проигрывают Мадхве, который объясняет этот адхикаран̣ам и сӯтры в нем как опровержение учения ща̄кт. Его слова виџња̄на̄дибха̄ве ва̄ естественным образом взаимосвязаны со словом картух̤ из предыдущего сӯтра नच कर्तुः करणम्.

Как считает Щаӈкара, длинную фразу тадапратишедхах̤ в третьем сӯтре спокойно можно заменить одним словом сах̤, относящимся к утпаттйасамбхавах̤. Мадхва же употребляет эту фразу полностью по самым разным причинам. Признав заявление па̄њчара̄трика, что слово саӈкаршан̣а и другие не означают џӣва̄тмана, а только Брахман, будет логичным следующий вывод: па̄њчара̄трик видит всех их как различные проявления одного и того же Брахмана.

При таком раскладе повторное приведение аргумента о невозможности происхождения (उत्पत्त्यसंभवप्रतिषेधः) со стороны Щаӈкары не оправдано. Заявление о том, что причина обладает превосходством над следствием, и мысль о та̄ратамйе между причиной и следствием нельзя применить к проявлениям (प्रदुर्भाव) самого Бога. Иначе даже сам Щаӈкара вряд ли решился бы утверждать, что џӣва̄тман может быть трехкратным, пятикратным, семикратным, стооднократным и т.д. Упанишады говорят о Брахмане как о самом „блаженстве“ и о „блаженстве Брахмана“ так, как будто они разные. Почему же Щаӈкара проявляет недоумение, когда Пањчара̄тро один раз говорит о силе, мощи и славе божественных форм, а в другой раз называет эти достоинства Ва̄судэвами?

Когда же мы, после разбора критики Щаӈкарой учений Пањчара̄тра о вйӯхе и џӣвотпатти, взвешиваем аргументы Ра̄ма̄нуџи и Мадхвы по поводу этих спорных моментов, то вынуждены признать, что Мадхва и Ра̄ма̄нуџа были правы, говоря Щаӈкаре अनभिज्ञो भवात् भागवतप्रक्रियायाः (Ты неверно осведомлен о всех тонкостях Бха̄гавата теологии).

То, как Щаӈкара злоупотребил невинным артхава̄дом Ща̄н̣д̣илйи в защиту Пањчара̄тра-ща̄стр, и уязвимость большинства его критических замечаний заставляют нас думать, что он был не справедлив к великой Бха̄гавата традиции. Среди современных ученых Р. Д. Кармаркар был первым, кто открыто выступил против позиции Щаӈкары по этому адхикаран̣у.


P.S.: И это только небольшая часть заблуждений Щаӈкары и неверного понимания им щāстр. К этому следует прибавить его извращенные объяснения Упанишад и вычурность махāвāкьев. Фантазия Щаӈкары есть не что иное, как воровство смысла. Несколько слов, но по сути абстракции, набившие оскомину, схоластическая суетня, та же неувязка концов с концами.

Мятущаяся от одного лагеря к другому душа др. С. Радхакришнана, запутавшегося в самых элементарных и базовых моментах Ведāнта, так и не разобравшись в них, оставила своим почитателям лишь неопределенность и заблуждения.



vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Заявление Щаӈкары о внутреннем противоречии в Пањчара̄тре касательно гун̣агун̣ибха̄ва-связи между Ва̄судэвой и Его божественными характеристиками это явное доказательство того, что учение о вищешах и савищеша̄бхеде входило в представления Пањчара̄тра о Брахмане и Его проявлениях и достоинствах. Это учение было сохранено в первозданном виде и перенесено из ядра Упанишад (срав. неха на̄на̄сти кимчана; эвам дхарма̄н прьтхак пащйан ***; экадхаива̄нудрашт̣авйам; сатйам џња̄нам анантам брахма) в слова и видение Мадхвы, а именно в положение о Брахмане как о савищеша-Брахмане. Такое ви́дение опирается на понятие вищеша как на краеугольный камень всего учения.

Зная об удивительном могуществе и возможностях Всевышнего, нет смысла поднимать вопрос, почему у него только четыре вйӯха. Он может быть четырьмя или больше, при этом Он вполне способен поддерживать единство своей сущности и полноту достояний. Аргумент Щаӈкары о том, что среди всех проявлений Брахмана одно должно обладать неким превосходством, иначе невозможна была бы причинная связь между ними, может быть применим к эмпирическому опыту, но никак не к состояниям, связанным с Брахманом. Щрути говорит:

पूर्णमदः पूर्णमिदं पूर्णात् पूर्णमुदच्यते
पूर्णस्य पूर्णमादाय पूर्णमेवावशिष्यते — Брьхадаран̣йака-упанишада, 5.1.1

Заявление Щаӈкары о том, что проявления Бога не могут быть ограничены до четырех, обнажает его несведущесть в телеологическом представлении о вйӯхах. Пањчара̄тро говорит о четырех видах творения (и Мадхва называет их все) — щуддха, пара̄дхӣна-вищеша̄пти, кевала и мищра. Щуддха-срьшт̣и это проявление (пра̄дурбха̄ва) из мӯларӯпа (изначальной формы) всех необходимых для творения форм Бога без малейшего изменения качеств, тела или органов. Его цель — возобновить космологический процесс после долгого периода маха̄пралайа. Соответственно, в конце периода маха̄пралайа Всевышний, по своему желанию, принимает свою первую форму как Ва̄судэва. В этом проявлении Он одаривает счастьем мокша тех, кто для этого пригоден. По Его же воле Лакшмӣ, которая нитйа-муктā, принимает форму ма̄йи и предоставляет себя к услугам Всевышнего. Затем Бог принимает свою вторую форму Саӈкаршан̣а. Пребывая в ней, он управляет процессом сам̇ха̄ра. Его сопровождает Лакшмӣ, принявшая форму џайа̄. Третья форма Бога, Прадйумна, управляет процессом творения и развития мира, Лакшмӣ принимает для Него форму крьти. Четвертая вйӯха-форма это Анируддха, чьей задачей является поддержание (стхити) сотвренного мира, Его спутница в этой функции - ща̄нти. Таким образом, первые четыре вйӯха несут в себе определенный телеологический смысл (cм. Маха̄бха̄рата-та̄тпарйа-нирн̣айа, 1.2-8). Согласно Ф. О. Шрадеру, Маха̄санаткума̄ра-сам̇хита̄ говорит о Ща̄нти, как о Щакти, спутнице Саӈкаршан̣ы. В теологии Пањчара̄тра „Щакти“ персонифицирована как спутница, супруга: शक्यत्वात् शक्तयो भार्याः (Мадхва). Помимо этих четырех основных вйӯх, в Пањчара̄тре говорится еще и о многочисленных других проявлениях (слово вйӯха означает „само-выражение“), действующих в определенный момент времени на благо различных адхика̄ринов:

एकमूर्तिश्चतुर्मूर्तिरथवा पंचमूर्तिकः ।
द्वादशादिप्रभेदो वा पूज्यते सज्जनैर्हरिः — Гӣта-та̄тпарйе Мадхвы, 9.11

Посему вопрос об ограничении вйӯх Брахмана до четырех несостоятелен.


Отложив дискуссию о вйӯхах и џӣвотпатти, нам нужно проверить, насколько интерпретации этого адхикаран̣а Щаӈкарой и Ра̄ма̄нуџей совпадают со структурой самих Сӯтр. Если бы этот адхикаран̣ам ставил своей целью показать логическую и философскую несостоятельность указанных выше учений Пањчара̄тра или самого Пањчарāтра, как думает Щаӈкара и другие блядознавцы, или же защитить их от критики, как предположил бы Ра̄ма̄нуџа, то не было бы нужды во втором сӯтре „на ча картух̤ каран̣ам“. Все аргументы в пользу происхождения џӣва от Ва̄судэвы, а разума от џӣвы приведены уже в первом сӯтре. Там объясняется эта идея сполна: „уттпатйасамбхава̄т“.

Если бы обсуждение второй части этого положения (т.е. происхождения разума от џӣва̄тмана) требовалось вынести в отдельное сӯтро, то он был бы составлен куда более подходящим образом: картущча каран̣асйа. Такая формулировка лаконична и ясна, более того, она позволила бы избежать навязчивого отрицания в начале сӯтра и излишней роскоши введения нового сказуемого „утпадйате“ или „утпадйама̄нам дрьщйате“, как у Щаӈкары, ибо смысл и формулировка первого сӯтра утпаттйасамбхава̄т очень легко и гармонично привязывается к картущча каран̣асйа.

В традиции интерпретации Сӯтр считается уместным избегать адхйа̄ха̄ру (чрезмерную перегрузку) там, где слова из предыдущего сӯтра простираются и на следующий, что поддерживает их взаимосвязь (анушаӈга). Тем не менее это сӯтро звучит на картух̤ каран̣ам, а это намек на открытие новой темы обсуждения: यथान्यासपक्षेऽपि ह्युत्पद्यत इत्येतदध्याहार्यम् । अध्याहाराच्चानुषंगो ज्यायान् — Тāтпарйа-чандрикā, стр. 939b. Ра̄ма̄нуџа, дабы избежать присовокупления сказуемого, пытается читать в сӯтре именительный падеж каран̣ам как родительный: कर्तुःजीवात् करणस्य मनसः उत्पत्तिर्न संभवति (मनसो ब्रह्मणो ह्यत्पत्तिःश्रूयते) — Веда̄нтадӣпа, 2.2.40. Это определенная свобода, которую он себе позволяет в формулировке сӯтр.



продолжение следует


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


Ра̄ма̄нуџа и Мадхва настаивают на том, что согласно теологии Пањчара̄тра слова џӣва, манас и ахам̇ка̄ра означают вйӯха-формы Всевышнего. Их нельзя понимать исключительно как самость, разум и антах̤каран̣а. Теперь понятно, что происхождение Саӈкаршан̣ы, Прадйумны и Анируддхи означает „проявление“ (пра̄дурбха̄ва) божественных форм, но не „возникновение, образование“ того, чего раньше не существовало (абхӯтва̄ бха̄варӯпотпаттих̤). Словами џӣва, манас и ахам̇ка̄ра нарекаются формы Всевышнего, ибо Бог есть наивысший принцип, который управляет всей системой применения имён к объектам конечной реальности, и это детально описывается на протяжении всего Саманвайа̄дхйа̄йа Брахма-сӯтр.

Что же касается других положений Пањчара̄тра, критикуемых Щаӈкарой, то Отто Шрадер замечает следующее: »Это учение постепенно исчезает из литературы сам̇хит. Причина этому, очевидно, лежит в трудности примирить понятие „ахам̇ка̄ра“ с таким абсолютно чистым проявлением как „вйӯха“. Та же проблема возникает, если принять материальный принцип разума. Этим ничего не объясняется. Но если понимать формы Брахмана в смысле адхишт̣хатрь, то трудность устраняется при любой точке зрения. Мы находим лишь один текст, который открыто пытается объяснить учение во всей его целостности, а именно Лакшмӣтантра (6.9-14). И его смысл таков, что Саӈкаршан̣а и т.д. являются как бы душой (џӣвом), разумом и органами самоутверждения играющего (творящего) Ва̄судэвы. Но истинное значение этого учения состоит скорее в том, что вйӯхи это что-то наподобие божеств, опекающих выше указанные принципы (душа, разум, органы чувств).

Это также соответствует учению Вишваксена-сам̇хиты, которое говорит о Саӈкаршан̣е „Он действует как заведующий душами“, о Прадйумне „Он — заведующий разумом“, об Анируддхе ничего не сказано, тем не менее, объявляя Бога Творцом мищраварги, т.е. душ, чья природа большей частью раџас и тамас, Его понимают как автора Сам̇хиты, адхишт̣ха̄тря ахам̇ка̄ра. В этой же сам̇хите заведование Саӈкаршан̣ы описывается так: „Затем Саӈкаршан̣а, божественный Всевышний, желая сотворить мир, стал управителем самого принципа жизни и создал мир. Сделав это, Он стал Прадйумной“ (срав. формулировку Мадхвы в его Маха̄бха̄рата-та̄тпарйа-нирн̣айе, 1.7: प्रद्युम्नतामुपगतः कृतितां च देवी) — из предисловия к Пањчара̄тру.

Щаӈкара сам обращается к такому специфическому толкованию учения Пањчара̄тра, рассматривая Саӈкаршан̣у (џӣва̄тмана), Прадйумну (манас) и Анируддху (ахам̇ка̄р), как имена-проявления божественных образов. Очевидно, что эта мысль является интегральным слагаемым теологии Пањчара̄тра с древнейших времен. Есть основания полагать, что Пањчара̄тро включает в себя определенный набор речений щрути Эка̄йана-щакхи. В комментарии на Брахма-сӯтра-бха̄шйе Щаӈкары Пракат̣а̄ртха-Виваран̣е одно такое речение, процитированное Щаӈкарой в его комментарии на 2.2.44, идентифицировано как взятое из Пањчара̄тра:

ईश्वरा एवैते सर्वे ज्ञानैश्वर्यशक्तिबलवीर्यतेजोभिरैश्वर्यधर्मैरन्विताः ।
वासुदेवा एवैते सर्वे निर्दोषा निरधिष्ठाना निरवद्याश्च ॥

Учение Пањчара̄тра никак нельзя назвать враждебным духу щрутьев. Среди хорошо известных речений щрути имеются ссылки на многочисленные проявления Всевышнего: अयं वै हरयोऽयं वै दश च सहस्राणि बहूनि अनन्तानि च — Брьхада̄ран̣йака Упанишад, 2.5.19; अजायमानो बहुधा विजायते — Таиттирӣйа-А̄ран̣йака, 3.13.1b; इन्द्रो मायाभिः पुरुरूप ईयते युक्ता ह्यस्य हरयः शता दश — Рьг-Веда, 6.47.18.

Но как и следовало ожидать, Щаӈкара продолжает аргументировать против проявлений Ва̄судэвы, происходящих одно от другого, как это описано выше. Щаӈкара пишет: если четыре вышеназванных проявления Ва̄судэвы имеют одни и те же гун̣ы, но при этом не являются одним и тем же существом, то это неизбежно ведёт к ошибочному и бесполезному заключению о существовании более чем одного Всевышнего, каждый из четырех мог бы выполнять работу другого. Предположение четырех разных Всевышних расходится с признанием Ва̄судэвы одним единственным Верховным Господом. Было бы нелогично предполагать, что все четыре обладают одними и теми же качествами и в то же время происходят один от другого. Разве что если один из них, являющийся источником других, обладает неким превосходством, но тогда невозможно себе представить, чтобы другие были источником этого превосходящего. Причинно-следственная связь подразумевает некоторое превосходство причины над следствием или ее специфичность. Глина, например, превосходит по своим характеристикам кувшин из глины (прим.: ибо глина как материал доступна в больших количествах, её имеются целые массы, более того из нее можно сделать самые разные вещи, кувшин же ограничен формой, для него использовано ограниченное количество глины, из него ничего другого уже не выйдет кроме кувшина).

Без подобного превосходства или специфичности не может быть речи о вйӯхамӯртьях, происходящих одна от другой. Дело в том, что Пањчара̄тро не признает различия или превосходства между такими характеристиками как знание, сила и т.д., ни между самими вйӯхамӯртьями, ни между ними всеми и Пара-Ва̄судэвой. Пањчара̄тро смотрит на все вйӯха-формы как на alter ego Всевышнего Ва̄судэвы, лишенные различия в качествах или силе. Щаӈкара приводит еще один аргумент против Пањчара̄тра — почему эти вйӯха-формы или проявления ограничены только до четырех (यदि तावत् परस्परभिन्ना <…> न चैते भगवद्व्यूहाः चतुःसंख्यायामवतिष्ठेरन् — Брахма-сӯтра-бха̄шйе Щаӈкары, 2.2.44). В заключительном сӯтре он также обращает внимание на тяжкое противоречие в Пањчара̄тре, где в одном месте о знании, управляющих способностях, потенциале, силе, бесстрашии и славе Всевышнего говорится как о „качествах“ (धर्माः), а в другом - как о „сущностях“ или „Ва̄судэвах“ (विप्रतिषेधश्चास्मिन् शास्त्रे बहुविध <…> इत्यादिदर्शनात् । — Брахма-сӯтра-бха̄шйе Щаӈкары, 2.2.45).

Странно, что Ра̄ма̄нуџа, который считает два последних сӯтра этого адхикаран̣а подтверждением слов Пањчара̄тра, не отреагировал ни на один из аргументов Щаӈкары в своем комментарии, кроме заявления о враждебности Ведам. Ра̄ма̄нуџа полагает, что Брахман и его гун̣ы отличны (धर्मधर्मिभेदवाद), по всей видимости из-за этого убеждения ему было трудно опровергнуть претензии Щаӈкары к Пањчара̄тру: गुणिभ्यः खल्वात्मभ्यो ज्ञानादीन् गुणान् भेदेनोक्त्वा, पुनरभेदं ब्रूते — „आत्मान एवैते भगवन्तो वासुदेवा“ इति (Бха̄матӣ, 2.2.45). На критику Щаӈкары по поводу гун̣агун̣итвакалпана̄ и т.д. попытался ответить комментатор Ра̄ма̄нуџи Сударщана.


Мадхва вообще не считает, что между этим адхикаран̣ом и доктринами Пањчара̄тра имеется хоть какая-нибудь связь. В своем Ану-Вйа̄кхйа̄не он указал на отсутствие связи и несостоятельность претензий Щаӈкары к доктринам вйӯха и џӣвотпатти.

Подходящий ответ на критику Щаӈкары дал Џайатӣртха. Проявления Бога не отличны друг от друга ни по своей сути, ни по качествам. Между ними нет та̄ратамйа (градации). Они одинаковы по всем параметрам. Они — часть одной и той же единой сущности. Благодаря своим удивительным силам Всевышний (Ва̄судэва) по своему желанию выбирает, в какой форме Ему проявиться. Разница не в сущности, а в выборе. Такое возможно благодаря онтологической категории вищеша, которая обеспечивает взаимосвязь между субстанцией и ее качествами, а также удержание их в одном общем целом. Вищеша является органичной составляющей в понимании природы Брахмана, как о Саччида̄нанда̄тмака, где тройственный союз сат, чит и а̄нандам не может быть ничем иным как сущностью Брахмана. Поэтому Мадхва̄ча̄рйа уместно дает четкое определение вищеша:

भेदहीने त्वपर्यायशब्दान्तरनियामकः ।
विशेषो नाम कथितः सऽस्ति वस्तुष्वशेषतः ॥

И это подтверждается щрутьями: एकधैवानुद्रष्टव्यं नेह नानास्ति किंचन.

Доктрина единства в разнообразии освещена в Ахикун̣д̣ала̄дхикаран̣е Брахма-сӯтр (3.2.28), а также в приведенной выше щрути.



продолжение следует


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


С точки зрения ш́рути аргумент Шанкары против сотворения āтманов Ва̄судевой однобок. В ш́рути предостаточно речений о «сотворении» āтманов Брахманом или их происхождении из Него. В комментарии к «Брахма-сӯтрам» (2.3.17), Шанкара цитирует такое речение, как подтверждающее происхождение āтманов: सर्व एते आत्मानो व्युच्चरन्ति, и еще одно: यतः प्रसूता जगतः प्रसूती तोयेन जीवान् व्यससर्ज भूम्याम् (Таиттирӣйа-а̄ран̣йака 10.1.1). Однако, он попытался объяснить, что тут подразумевается приобретение джӣвами упа̄дхи в виде тел, органов чувств и т.д.: यदपि क्वचिदस्योत्पत्तिप्रलयश्रवणं, तदप्यत एवोपाधिसंबन्धान्नेयम् । उपाध्युत्पत्त्योत्पत्तिः तत्प्रलयेन च प्रलय इति (БСБ 2.3.17), ибо ш́рути не признает иной формы «рождения» джӣвов (абхӯтва̄бхаванам). Нам ничего не препятствует понимать происхождение джӣвов от Ва̄судевы, о котором говорит Панчара̄тра и которое упоминает Шанкара, в том же смысле приобретения новых упа̄дхи, т.е. тела и органов чувств. Потому как мы находим столь же четкие и недвусмысленные свидетельства в сам̇хитах Панчара̄тры о том, что джӣвы не имеют начала и не имеют конца. «Джӣвы описываются как не имеющие начала и конца, как чистое сознание и блаженство» (История индийской философии. Дасгупта. Т.3, с. 51, глава о Панчара̄тре). Одно такое речение цитирует Ра̄ма̄нуджа:

अचेतना परार्था च नित्या सततविक्रिया ।
त्रिगुणा कर्मणां क्षेत्रं प्रकृते रूपमुच्यते ॥
व्याप्तिरूपेण संबन्धः तस्याश्च पुरुषस्य च ।
स ह्यनादिरनन्तश्च परमार्थेन निश्चितः ॥ (Ш́рӣ-бха̄ш̣йа)

Другое цитирует Мадхва:

अनादिकर्मणा बद्धो जीवः संसारमण्डले ।
वासुदेवाज्ञया नित्यं भ्रमति * * * ॥ (Анувйа̄кхйа̄на)

Все это в полной мере доказывает неверность предположения о том, что Панчара̄тра проповедует теорию создания джӣвов Ва̄судевой de novo или происхождение от Него. Критика теории, возникшей в результате заблуждения, бессмысленна.

Те же доводы можно применить к утверждению о «создании» разума джӣва̄тманом (Санкарш̣ан̣ой). Шанкара говорит: на ча картух̤ каран̣ам — инструмент не производится деятелем (2.2.43).

Похоже, он подразумевает причинную связь между инструментом и деятелем в смысле преобразования (упада̄нопа̄дейабха̄ва). Но вовсе не обязательно понимать производство инструмента деятелем в таком смысле. Деятель (картр̣) вполне может соорудить топор для себя и нарубить дров. Если критика состоит в том, что предмет, как инструмент в определенном действии, не произведён самим деятелем, не исходит от деятеля, в то время как деятель наделён способностью так действовать, то такую критику никак нельзя применить к заявлению Панчара̄тры о происхождении разума. Панчара̄тра говорит, что разум, как инструмент познания или инструмент для производства знания, не создан джӣва̄тманом, тем не менее джӣва̄тман действует как способный познавать и знать: पंचारात्रे ज्ञानलक्षणक्रियाकरणस्य मनसो ज्ञातृत्वावस्थापन्नादेव जीवात् जन्मानभिधानादिति (Нйа̄йасудха̄-Ш́ешава̄кйартха-чандрика̄ 2.2). Те же аргументы можно применить и к отрицанию происхождения ахам̇кары от манаса: एवमभिमानरूपक्रियायां करणस्य मनोवृत्तिविशेषस्याभिमन्तृत्वावस्थापन्नादेव जननानभिधानाच्च न विरोधरूपो दोषः.

Шанкара аргументирует далее, что ш́рути и смр̣ти говорят о происхождении разума исключительно от Брахмана, а не от джӣвы, и поэтому заявление Панчара̄тры о том, что разум происходит от джӣвы, Сан̇карш̣ан̣ы, противоречит ш́а̄стре. Следует обратить внимание на то, что́ говорится в Чха̄ндогйа-уп. (6.5.1): тончайшие элементы пищи, которую существо принимает каждый день, перерабатываются в материю разума. Это речение разбивает утверждение Шанкары о том, что ш́рути отрицают создание разума самим джӣва̄тманом. В «Нйа̄йасудха̄-Ш́еш̣ава̄кйартха-чандрике» ясно говорится, что слова Панчара̄тры о разуме, создаваемом џӣвой, относятся исключительно к ежедневному процессу «питания и производства» разума. Этим же аргументом можно парировать критику «Бха̄матӣ».

Джӣвотпатти в Панчара̄тре легко объясняется с позиции облачения джӣвы в физическое тело и органы чувств (пара̄дхӣнавиш́еш̣а̄пти). Тут как раз представление Шанкары о джӣве идёт вразрез с вечностью джӣвы. В философии Шанкары джӣва в сам̇са̄ре это сложносоставное существо (виш́иш̣т̣а) и непостоянно по своей природе. В адвайте есть понятие «чистой самости» (ш́уддха), которая в некоторой степени связана с джӣвой и несёт в себе «вечность» как качество джӣвы, но «чистая самость», перекликающаяся с понятием джӣвы, не является тем же, что и эмпирическая самость. Вечность эмпирической самости никак не зависит от вечности чистого сознания (здесь уместно будет отправить блогера изучать Рāмāнуджу, коль скоро он пишет о нем). Срав. मयि नष्टेऽपि मत्तोऽन्या... (Брахма-сӯтра-бха̄ш̣йа Рāмāнуджи 1.1.1).

Шанкара заявляет, что, признавая джӣва̄тмана созданным Ва̄судевой, Панчара̄тра делает невозможным выживание џӣва̄тмана в мокш̣е, это лишает смысла само состояние мукти. С теми же трудностями сталкивается Шанкара в своем понимании сам̇са̄ры. Явления сам̇са̄ры для джӣвы-отражения подобны грязи на зеркале, они непостоянны и отделимы от самости, в то время как сознание джӣва̄тмана, которое пребывает в мокш̣е, чисто и едино, оно не подвержено эффектам сам̇са̄ры. Таким образом, согласно Шанкаре, состояние джӣвы в сам̇са̄ре и в мокш̣е не привязаны к одному и тому же джӣва̄тману. Если джӣва̄тман, как чистое сознание, ограниченное авидьей или же отраженное в ней, может не иметь начала, то эмпирическое эго, ограниченное антах̤каран̣ой, следует признать в философии Шанкары как «создаваемое» в каждом новом творении и «рождаемое» каждый раз, когда эго (ахамартха) пробуждается к жизни из глубокого сна: अविद्यावच्छिन्नचैतन्यरूपस्य वा <…> कृतहान्याद्यापातात् (Тāтпарйа-чандрикā).

Есть еще одно критическое замечание Шанкары о происхождении разума от джӣва̄тмана, которое бьет рикошетом по самой же системе адвайты, ибо согласно Шанкаре, ш́рути अनेन जीवेनात्मनानुप्रविश्य नामरूपे व्याकरवाणि наделяет самого Всевышнего функцией образования имён и форм по принципу тройственности трёх элементов теджобанна, что подтверждает Его единение с джӣва̄тманом и тождественность с ним. То есть получается, что и разум, и другие субстанции создаются тем же джӣва̄тманом. А это заключение опять же должно выстоять критику «на ча картух̣ каран̣ам», которую Шанкара направил против Панчара̄тры — инструмент не производится самим деятелем и не происходит от него: एवं जीवान्मनस उत्पत्त्यसंभवदोषोऽपि <…> वक्तव्यत्वात् (Тāтпарйа-чандрикā, с. 928).



продолжение будет


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥


Что, собственно, определяет ведность того или иного мировоззрения? Частное мнение некоего гуру? «Авторитетное» заключение э́кспертов кафедры индологии или, быть может, это могут сделать мнящие себя интеллектуалами блогеры, не видевшие в глаза мӯла-ш́āстру?


Шанкара считает вторую пāду второго раздела (адхйāйа) «Брахма-сӯтр», в том числе, критикой Панчарāтры и бхāгавата-традиции. Индологи, воспринимая Ведāнту через призму Шанкары, не особо вникая, придерживаются того же мнения. Блогошушера разного пошиба, от безмозглых шактистов до блаженных болтунов, без образовательного лоска, начитавшись Радхакришнана, также повторяют сию чушь.

А ведь стоило бы просто изучить тематику этой части Сӯтр, сверившись прамāн̣ами, и, глядишь, все встает на свои места — рассеивается поверхностный туман Шанкары; Панчарāтра предстает по-новому, по-веднему.

Невежественное мышление — не пытаться разобраться в методике распознавания смыслов и истории их возникновения.

»Секта Панчаратра была не ведической системой, которую можно отнести к тантрическим направлениям, не основанным напрямую на откровении Вед и Упанишад. Эту систему, как ложную, справедливо критикует Бадараяна в Брахма Сутрах относя её к еретическим учениям противоречащим Упанишадам. И именно Панчаратра стала родоначальницей вайшнавизма« — пишет один писака.

Разумеется, никаких прамāн̣ он не дает. Прочитал перевод-другой какого-нибудь деятеля индуизма и вот уже однозначное мнение готово. Кроме того, он подменяет понятия, а главное, умалчивает, или скорее всего просто не знает, что не Бāдарāйан̣а в Сӯтрах критикует, а Шанкара так считает.

Знает ли блогер принципы, по которым определяется ведность? Очевидно же, что не в курсе. А известно ли ему, что Шанкара не отрицал панчарāтра-упāсану, но высказывался лишь по некоторым заключениям Панчарāтра-дарш́ана, не отрицая его полностью? Чем именно Панчарāтра противоречит упаниш̣адам? Способен ли блогер продемонстрировать это?

Если повторяешь как попугай, не разбираясь и не приложив усилий для анализа, то имей хотя бы честность, сказать «это мое мнение», «мне так кажется», «я не изучил, но хочу разобраться». Шушера безапелляционно выдает серость своего невежества за реальность.


Разобраться в правильном понимании Панчарāтры и увидеть заблуждения Шанкары нам поможет проф. Б.Н.К. Шарма в своей книге «The Brahma Sutras and Their Principal Commentaries» (Vol. 2).

Во второй пāде раздела «Авиродха» «Брахма-сӯтр» анализируется ряд мировоззрений и показана их неведность и па̄шан̣д̣атва.

«Рачанāнупапаттйадхикаран̣ам» (2.2.1-4), «Анйатрāбхāвāдхикаран̣ам» (2.2.5), «Пуруш̣āш́мāдхикаран̣ам» (2.2.7-8) и «Анйатхāнумитйадхикаран̣ам» (2.2.9-10) — тема четырех адхикаран̣ов — несостоятельность и опровержение учения и взглядов школы Сāн̇кхйа и ее разновидностей.

«Абхйупагамāдхикаран̣ам» (2.2.6) — несостоятельность и опровержение идей Чāрвāки (атеистический материализм).

«Ваиш́еш̣икāдхикаран̣ам» (2.2.11-17) — несостоятельность и опровержение школы Ваиш́еш̣ика.

Начиная с «Самудāйāдхикаран̣а» (2.2.18-25) опровергается буддизм и его разновидности — Ваибхāш̣ика (сарвāстивāда) и Саутрāнтика. «Асададхикаран̣ам» (2.2.26-29) — низвержение Ш́ӯнйавāды (одного из направлений буддизма). «Анупалабдхйадхикаран̣ам» (2.2.30-32) — несостоятельность и опровержение Виджн̃āнавāды (направление буддизма. Распространено в Тибете, Китае — школы Фасян, Шэлунь, Дилунь, в Японии — школа Хоссо, и в Монголии).

«Джаинāдхикаран̣ам» (2.2.33-36) — несостоятельность и опровержение джайнизма.

За ним следует «Пāш́упатāдхикаран̣ам» (2.2.37-41) — анализ и опровержение идей, воззрений и практик антиведней секты «пāш́упата».

И, наконец, рассматриваемый нами «Ш́āктāдхикаран̣ам» (2.2.42-45), который Шанкара считает опровержением школы Бхāгавата и учения Панчарāтры о вйӯхах (अथापि स्यान्नैते संकर्षणादयो <…> प्रकारान्ततरेणेत्यभिप्रायः — «Брахма-сӯтра-бха̄ш̣ья Шанкары, 2.2.44) и происхождении джӣва̄тмана от Ва̄судевы (यत्पुनरिदमुच्यते-वासुदेवात् <… > तस्मादसंगतैषा कल्पना — БСБ Шанкары, 2.2.42). Шанкара также заявляет, что Панчара̄тра враждебна Ведам, ибо, как говорит одна из сам̇хит, «не найдя высшей благости в четырех Ведах, Ш́а̄н̣д̣илйа стал изучать эту ш́а̄стру» — वेदप्रतिषेधश्च भवति — चतुर्षु (БСБ Шанкары, 2.2.45).


Однако, в учении Панчара̄тры о верховенстве На̄ра̄йан̣ы и о методах поклонения Ему Шанкара не находит ничего, что можно было бы опровергнуть (तत्र, यत्तावदुच्यते, योऽसौ... Чхāндогйа-уп., 7.26.2,
इत्यादिश्रुतिभ्यः परमात्मनोऽनेकधाभावस्याधिगतत्वात्... БСБ Шанкары, 2.2.42). Более того, в пура̄н̣ах (वेदेन पंचरात्रेण भक्त्या यज्ञेन... Варāха-пурāн̣а, 66.19) и в «Мокш̣адхарме» (पंचरात्रस्य कृत्स्नस्य वक्ता... Маха̄бха̄рата, 12.337.63, 67; इदं महोपनिषदं चतुर्वेदसमन्वितम्... Маха̄бха̄рата, 12.326.100; भाविष्यति प्रमाणं वै... Маха̄бха̄рата, 12.332.37; а также ऋग्वेदो यजुर्वेद <…> उपनिषदः श्लोका — Бр̣хада̄ран̣йака-уп., 4.5.11) о Панчара̄тре говорится с большим почтением. Учитывая это обстоятельство, будет разумно для согласования разных положений Панчара̄тры, составляющих, подобно доктринам о вйӯхах и происхождении джӣва̄тмана от Ва̄судевы, применить принцип асати хйанума̄нам (विरोधे त्वनपेक्षं... Пӯрвамӣмāмсā-сӯтры Джаймини, 1.3.3).

Очевидно, именно по этой причине Калпатару в комментарии к «Бха̄матӣ» с осторожностью анализирует учение Панчара̄тры и обращается к согласовывающим противоречия методам, в отличие от Шанкары и Ва̄часпати. В начале нового адхикаран̣а, посвященного доктринам Панчара̄тры, Калпатару перечисляет доводы, почему вообще потребовалось открытие отдельного адхикаран̣а о Панчара̄тре: эти учения — работы самого На̄ра̄йан̣ы. (1) Его всезнание подтверждается Ведами, (2) Он не равен Капиле или Патанджали, простым джӣва̄тманам, Он есть сам Господь, (3) В пура̄н̣ах нет указаний на то, что Его учения созданы с целью ввести в заблуждение недостойных, как в случае с Будда-аватāрой (पंचरात्रकर्तुर्वासुदेवस्य वेदादेव सर्वज्ञत्वावगमात्... Калпатару, 2.2.42).

Ввиду этих доводов к Пањчара̄тру следует проявить особое внимание и уважение. Его статус особый. Пањчарāтра-прамāн̣ие такое же как щрути-прамāн̣ие. А вот то, что противоречит щрутьям в паурушейа источниках, следует безоговорочно списать как химеру заблуждения (бхра̄нтам). Однако такой подход не приемлем к учению Пањчара̄тра о сотворении џӣва. Следует разобраться в контексте и значениях слов. Своим особым авторитетом Пањчара̄тро пользуется благодаря своему автору (कर्तृगौरव), доводы приведены выше. И как говорит «А̄бхога», комментарий на Калпатару, причина такова: (पूर्वोक्तयुक्तेरिति) तत्कर्तुः सर्वज्ञत्वावगमविरोधादित्यर्थः («Калпатару-А̄бхога», стр. 534).

Калпатару приходит к заключению:

सिद्धान्तस्तु —
बुद्धिपूर्वकृतिः पंचरात्रं नियश्वसितं श्रुतिः ।
तेन जीवजनिस्तत्र सिद्धा गौणी नियम्यते ॥
अतः प्रमाणापहृतविषये गौणं तद्वचनम्, न तु भ्रान्तम्, पूर्वोक्तयुक्तेरिति (2.2.42, из того же произведения).

Эта сан̇грахаш́лока Калпатару процитирована Вйа̄сатӣртхой в «Та̄тпарйа-чандрике», а отрывок в прозе из Калпатару цитирует Ра̄гхавендра Тӣртха в «Та̄тпарйа-чандрика̄-прака̄ш́е».

Вйа̄сатӣртха упоминает Калпатару для демонстрации того факта, что по меньшей мере один ведущий комментатор школы Шанкары не соглашался с мнением Шанкары и Ва̄часпати, отрицающих достоверность Панчара̄тры только потому, что она утверждает происхождение джӣва̄тмана от Ва̄судевы и тем самым противоречит ш́рути. Если бы Панчара̄тра действительно провозглашала такие убеждения, то ее можно было бы целиком отвергнуть как ложное учение. И тогда нет смысла такому комментатору-адвайтину как Амала̄нанда выступать в защиту Панчара̄тры или же протестовать против попытки окрестить их ложным учением, и уж тем более нет смысла предлагать интерпретировать учение в более образном, либеральном ключе — этой нотой в защиту Панчара̄тры он противостоит Шанкаре (तस्मादसंगतैषा कल्पना — «Брахма-сӯтра-бха̄ш̣йа», 2.2.42): गौणं तद्वचनं, न तु भ्रान्तम्. К чему же такие поблажки Панчара̄тре?

Вйа̄сатӣртха подчеркивает, что понимание положений Панчара̄тры о сотворении āтманов в фигуральном смысле (как это делает Калпатару) вовсе не лишает их достоверности. Из Сӯтр мы знаем (например, гаун̣йасамбхава̄т, 2.3.3), что если между двумя ш́рути имеется противоречие, то одно из речений следует интерпретировать в фигуральном смысле, дабы избежать противостояния двух противоположностей и в то же время не ставить под угрозу достоверность одного из них. Точно так же в нашем случае, достоверность Панчара̄тры и ее учений, понятых в фигуральном смысле, не нарушается. Таков метод ш́āстра-вичāра и вообще принцип толкования ш́āстр.



продолжение не заставит долго ждать


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥


В книгах Бхактиведанты Свами мы находим и другое отношение к учению Мадхвы. Удивляет, с каким упорством, самоуверенностью и ненавистью, свами оскорбляет последователей Мадхвачарьи, высказываясь по сути в адрес самого Ачарьи, чего него не делал открыто ни один чайтанит.


Комментарий Бхактиведанты Свами к Бхаг. 6.4.31:

«С незапамятных времен, обусловленные души создают различные философские школы и учения. Но преданные не имеют с этим ничего общего. Те, кто не предан Господу, отстаивают разные взгляды на происхождение, существование и гибель мироздания, поэтому их называют вāди и пративāди — сторонниками одних воззрений и противниками других. В «Махāбхāрате» говорится о том, как много на свете муни, мыслителей:

tarko ’pratiṣṭhaḥ śrutayo vibhinnā
nāsāv ṛṣir yasya mataṁ na bhinnam (МБх. Вана-парва 313.117).

Разные мыслители всегда оспаривают друг друга. Иначе вокруг поисков первопричины всего сущего не возникло бы столько опровергающих друг друга учений.

Цель философии — познать высшую причину всего сущего. К этому, как гласит «Ведāнта-сӯтра», и должен стремиться человек: „атхāто брахма-джиджнāсā. Преданные, основываясь на заключении всех ведических писаний, а также на словах Самого Кришны, считают высшей причиной Кришну. Кришна говорит: ахам сарвасйа прабхавах̤ — «Я — источник всего сущего». Поэтому для преданных найти высшую причину не составляет труда, тогда как философы-непреданные беспрестанно оспаривают друг друга, ибо каждый из них ради почета и славы придумывает свой собственный путь познания истины.

В Индии есть много философских школ: двайта-вада, адвайта-вада, вайшешика, мимамса, свабхава- вада и майявада, — и каждая школа противопоставляет себя всем остальным. Итак, несомненно, что в мире множество мыслителей и все они противоречат друг другу.

Демонически настроенные мыслители не способны постичь трансцендентные качества, облик, деяния, могущество, мудрость и богатство Верховной Личности Бога, в которых нет ни грана материальной скверны (вина хейаир гунадибхих). Таким философам ненавистна сама мысль о существовании Бога. Они думают, что мироздание возникло и существует само по себе, без высшего промысла (джагад ахур анишварам). Поэтому они обречены жизнь за жизнью прозябать во тьме, не имея никакой надежды познать истинную причину всех причин. Вот почему в мире так много разных философских школ и направлений».


Примечание. Попытка объяснить слово «vādī» в шлоке достойна, но обобщение строится на ложных посылках и собственном невежестве по данному вопросу. Почему бы тогда в список вадинов не добавить «ачинтья-бхеда-абхеда-вадинов»? А правильно было бы сказать, что есть «хетувадины», вроде санкхьяиков, но есть и пашандины. Последних вады не волнуют, даже если они ведутся ради установления истины (а могут и ради славы, и ради искусства). Они даже сами себе считают грешным задавать вопросы.


Можно, конечно, отделить Мадхву от татвавады и считать татвавадинами только последователей, а двайту считать демонической философией, как говорит Прабхупада, но Джива Госвами называет татвавадином и самого Мадхву, а не только последователей Ачарьи.



Комментарий Прабхупады к ЧЧ Ади 1.19:

«Шри Чайтанья Махапрабху принадлежал к цепи духовных учителей, идущей от Мадхвы Ачарьи, однако вайшнавы — последователи Господа Чайтаньи не признают сторонников философии таттва-вады, тоже причисляющих себя к Мадхва-сампрадае. Чтобы отмежеваться от школы таттва-вады, бенгальские вайшнавы предпочитают называть себя гаудия-вайшнавами. Шри Мадхва Ачарья известен также под именем Шри Гауда-пурнананда, поэтому название Мадхва-гаудия-сампрадая вполне подходит для преемственности духовных учителей гаудия-вайшнавов».


Комментарий Прабхупады к ЧЧ М. 3.85:

«Некоторые жители Кхададахи ошибочно считали Нитьянанду Прабху представителем шакта-сампрадаи, философия которой гласит: антах шактах бахих шаивах сабхайам ваишнаво матах. Последователи шакта-сампрадаи, которых называют каулавадхутами, имеют материальный образ мыслей, хотя внешне играют роль великих преданных Господа Шивы. Когда такой человек попадает в общество вайшнавов, то выдает себя за вайшнава. Нитьянанда Прабху никогда не был членом этой религиозной группы. В качестве брахмачари Нитьянанда Прабху всегда был брахмачари, служившим санньяси ордена вайдика. В действительности Он был парамахамсой. Некоторые считают, что Нитьянанда Прабху был учеником Лакшмипати Тиртхи. В таком случае Нитьянанда Прабху принадлежал к Мадхва-сампрадае. Как бы то ни было, Он не имел никакого отношения к распространенной в Бенгалии тантрика-сампрадае».


Комментарий Прабхупады к ЧЧ М. 9.11:

«Как объясняет Шрила Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур, словом таттвавади называют последователей Шрилы Мадхвачарьи. Чтобы подчеркнуть различие между своей школой и последователями Шанкарачарьи, или майявади, Шрила Мадхвачарья назвал ее таттвавадой. Таттвавади неустанно критикуют монистов-майявади, развенчивая их философию имперсонализма и провозглашая верховенство Бога-личности. Последователи Мадхвачарьи известны как Брахма-вайшнавы, то есть вайшнавы, цепь преемственности которых начинается с Господа Брахмы. По этой причине таттвавади, последователи Мадхвачарьи, не признают приведенное в Десятой песни «Шримад-Бхагаватам» описание того, как Господь Брахма впал в иллюзию. Шрила Мадхвачарья намеренно воздержался от комментирования той части «Шримад-Бхагаватам», где говорится о брахма-мохане, иллюзии Господа Брахмы. Шрила Мадхавендра Пури был одним из ачарьев в цепи преемственности таттвавади; он принес в эту традицию представление о том, что высшей целью трансцендентализма является обретение чистого преданного служения, любви к Богу. Вайшнавы, принадлежащие к Гаудия-сампрадае, ученической преемственности, идущей от Шри Чайтаньи Махапрабху, отличаются от таттвавади, хотя и принадлежат к той же самой Таттвавада-сампрадае. Поэтому школа последователей Шри Чайтаньи Махапрабху носит название Мадхва-гаудия-сампрадая.

Словом пашанди называют тех, кто выступает против чистого преданного служения. Это в основном относится к майявади, имперсоналистам. Определение пашанди дается в «Хари-бхакти-виласе» (1.73), где на этот счет сказано следующее:

yas tu nārāyaṇaṃ devaṃ brahma-rudrādi-daivataiḥ
samatvenaiva vīkṣeta sa pāṣaṇḍī bhaved dhruvam


Пашанди — это тот, кто считает, будто Господь Нараяна, Верховная Личность Бога, находится на одном уровне с полубогами во главе с Господом Брахмой и Господом Шивой. Преданный никогда не думает, что Господь Брахма или Господь Шива равны Господу Нараяне.


Последователи Мадхвачарья-сампрадаи и Рамануджа-сампрадаи поклоняются главным образом Господу Рамачандре, хотя Шри-вайшнавы, по идее, должны поклоняться Господу Нараяне и Лакшми, а таттвавади — Господу Кришне. Сейчас же в большинстве монастырей, принадлежащих Мадхва-сампрадае, поклоняются Господу Рамачандре…».



Примечание. Татвавадины считают эпизод об иллюзии Брахмы интерполяцией в текст пураны, поэтому его и не принимают, а вовсе не потому, что Брахма является источником традиции (об этом отдельно). В тексте «Бхагаватам» вайшнавской версии этих глав нет. О них, как о поздней интерполяции высказывались до Мадхвы последователи Рамануджи. Этих глав не было во времена Чайтаньи, в версиях текста, отличных от той, которой пользуются чайтаниты. О поддельности этих глав говорит также Валлабха. В одной из частей цикла мы вернемся к этой теме.

Мадхавендра — неизвестное в татваваде лицо. Титул «Пури» говорит о принадлежности к традиции Шанкары.

У слова «pа̄ṣаṇḍī» имеются и другие значения. Считать Нараяну равным деватам является одной из девяти характеристик двеши — проявления ненависти к Вишну.



продолжение следует


vilasatu: (Default)
॥श्रीः॥



Прабхупада versus Мадхва


Культ Чайтаньи, в лице гаудия-матхов и Международного общества сознания Кришны (ISKCON), призывает своих адептов воздерживаться от участия в любых дебатах, спорах и дискуссиях, посвященных обсуждению собственных доктрин и учений. Принцип «держаться в стороне» подкрепляется лозунгами о смирении. Это выглядит странно на фоне большого числа работ патриархов культа, среди которых есть и полемические. Патриархи не чурались высказываться против идей, которые они считали неприемлемыми. Активной полемики, конечно, они не вели, как это происходило между вайшнавами шри- и татвавада-традиций, с одной стороны, и представителями адвайты, с другой, но все таки высказывались.

Важной составляющей воздержания от дебатов является навязчивый, можно сказать, запугивающий призыв не вступать в споры, в которых неизбежно услышишь оскорбления (апарадха) в адрес великих, божественных учителей культа, что, несомненно, приведёт к духовному падению. О полемической природе веданты, в рамках которой культ Чайтаньи в той или иной мере, все-таки, остается, как-то забывают, а большинство адептов даже не знает.

Но критика критике рознь. Одно дело анализ на соответствие шастре, другое — беспочвенный поток необоснованной ругани, порождение собственной неудовлетворённости и невежества. Можно ли вообразить благородство, рожденное подлостью? Зато почитаемость, выведенную из лжи, вполне. Ложь приносит свои дивиденды.

Осознание собственной значимости дает, нет, просто навязывает, право не церемониться. На язык мягко ложатся крепкие словеса, дабы четче обозначить и подчеркнуть своё отношение к тому, кого либо не знаешь, либо не понимаешь, да и понять никогда не пытался. Невежественной толпе достаточно пары красивых, но пустых слов, чтобы она возликовала. А до слепого почитания отсюда один шаг.

Безосновательно раздутое последователями амплуа А. Ч. Бхактиведанты Свами, как непогрешимого спасителя Запада, рано или поздно должно было дать трещину. Чем ярче человек, чем противоречивее его слова, тем неотвратимее плаха правды.


Наше исследование культа Чайтаньи было бы неполным, если бы мы не представили читателям, равно как и почитателям Бхактиведанты Свами, примеры его подлинного отношения к Ачарье Мадхве и вайшнавам в целом — банального, гадливого и подлого.

Еще Кришнадаса Кави в «Чайтанья-чаритамрите» высказывал примерно такое же отношение, описывая историю о встрече Чайтаньи с вайшнавами Удупи, и, якобы, победе над ними. Тут уместно вспомнить, как Чайтанья защищал адвайтина Шридхару Свами и оскорбил Валлабху, когда тот недоуменно воспротивился почитать мнение майявадина Шридхары.


Иной раз Бхактиведанта Свами славит Мадхву — Бхаг. 1.9.6-76:

«Нарада дал посвящение Прахладе Махарадже, Дхруве Махарадже и многим прославленным преданным Господа. Он дал посвящение даже Вьясадеве, автору ведических писаний, а от Вьясадевы посвящение получил Мадхвачарья. Так по всей вселенной распространилась мадхва-сампрадая, куда входит и гаудия-сампрадая. К Мадхва-сампрадайе принадлежал и Шри Чайтанья Махапрабху. Таким образом, Брахмаджи, Нарада, Вьяса, а затем Мадхва, Чайтанья и Госвами - все они принадлежали к одной линии ученической преемственности».


Бхаг. 2.2.36:

«Славу Господа постоянно воспевали и проповедовали все великие ачарьи: Рамануджа, Мадхва, Чайтанья, Сарасвати Тхакур, а в других странах - Магомет, Христос и многие другие».


Бхаг. 2.9.6:

«Сам Господь Кришна дал Брахме посвящение, открыв ему мантру Кришны. Следовательно, Брахма стал вайшнавом, преданным Господа, еще до того, как создал эту огромную вселенную. В «Брахма-самхите» сказано, что Господь открыл Господу Брахме мантру Кришны, состоящую из восемнадцати букв, которую признают все преданные Господа Кришны. Мы следуем тому же принципу, поскольку принадлежим к Брахма-сампрадайе, цепи ученической преемственности, ведущей начало от самого Брахмы, первым учеником которого был Нарада. Нарада передал это знание Вьясе, учеником Вьясы был Мадхва Муни, преемником Мадхвы Муни стал Мадхавендра Пури, а учеником Мадхавендры Пури - Ишвара Пури, чьим учеником был Господь Чайтанья».



Примечание. Мадхва называет Вьясу своим гуру, но нигде в работах Ачарьи не говорится, что они получили дикшу от Вьясы. Значение слова «преемник», употребляемое Бхактиведантой Свами, слишком расплывчато. В любом случае в мадхва-парампарах человек по имени Мадхавендра, не встречается. Учение Мадхвы по своей сути отличается от учения Чайтаньи. Различие имеется также на уровне парампар. Ни одно звено гаудия-парампары не встречается в 22-х мадхва-парампарах.


Или ещё:

«Возможно, вы знаете изображение Мадхвачарьи, одного из великих Ачарьев в нашей линии преемственности, который показывает два пальца, означающие Кришну и дживу. Имперсоналисты показывают один палец, потому что их идея состоит в том, что все едино» (Из письма Шрилы Прабхупады Ишане и Вибхавати, 21 сентября 1970 года).

«Шрила Мадхвачарья – изначальный ачарья для тех, кто принадлежит к мадхва-гаудия-сампрадайе". («Шримад-Бхагаватам» 6.1.40, комментарий).

«Мадхва-гаудия-сампрадая также известна как Брахма-сампрадая, потому что истоки этой ученической преемственности восходят к Брахме. Брахма дал наставления мудрецу Нараде, Нарада передал их Вьясадеве, а Вьясадева поведал их Мадхве Муни, или Мадхвачарье».

(«Кришна. Верховная Личность Бога», введение) «Четыре ачарьи-вайшнава, которых признают и гаудия-вайшнавы, – это Шри Рамануджа Ачарья родом из города Махабхутапури на юге штата Андхра-Прадеш, Шри Мадхва Ачарья родом из Паджакама, селения близ Виманагири (недалеко от города Мангалор), Вишну Свами из Пандьи и Шри Нимбарка из Мунгера Патаны, города на самом юге Индии. Шри Чайтанья Махапрабху принадлежал к цепи духовных учителей, идущей от Мадхвы Ачарьи, однако вайшнавы – последователи Господа Чайтаньи не признают сторонников философии таттва-вады, тоже причисляющих себя к Мадхва-сампрадае. Чтобы отмежеваться от школы таттва-вады, бенгальские вайшнавы предпочитают называть себя гаудия-вайшнавами. Шри Мадхва Ачарья известен также под именем Шри Гауда-пурнананда, поэтому название Мадхва-гаудия-сампрадая вполне подходит для преемственности духовных учителей гаудия-вайшнавов. В этой сампрадае получил посвящение и мой духовный учитель Ом Вишнупада Шримад Бхактисиддханта Сарасвати Госвами Махараджа».

(«Шри Чайтанья-чаритамрита» Ади-лила, 1.19, комментарий) Шрила Прабхупада написал интересный очерк жизни Шри Мадхвачарьи в комментарии к «Шри Чайтанья-чаритамрите», Мадхья-лила 9.245.

«Затем Чайтанья Махапрабху пришел в Удупи, резиденцию Мадхвачарьи, где жили философы таттва-вади. Увидев там Божество Господа Кришны, Он лишился рассудка от экстаза». («Шри Чайтанья-чаритамрите», Мадхья-лила 9.245) Удупи Кришна – Божество, которое Шри Мадхвачарья принес в Удупи и установил там. Господь Чайтанья танцевал в экстазе перед этим Божеством.



Бхаг. 3.13.8:

«Цепь ученической преемственности, ведущую начало от Брахмы, называют Брахма-сампрадаей. К ней относятся Брахма, Нарада, Вьяса, Мадхва Муни (Пурнапрагья), Падманабха, Нрихари, Мадхава, Акшобхья, Джаятиртха, Гьянасиндху, Даянидхи, Видьянидхи, Раджендра, Джаядхарма, Пурушоттама, Брахманьятиртха, Вьясатиртха, Лакшмипати, Мадхавендра Пури, Ишвара Пури, Шри Чайтанья Махапрабху, Сварупа Дамодара, а также Шри Рупа Госвами и другие, Шри Рагхунатха дас Госвами, Кришнадас Госвами, Нароттама дас Тхакур, Вишванатха Чакраварти, Джаганнатха дас Бабаджи, Бхактивинода Тхакур, Гауракишора дас Бабаджи, Шримад Бхактисиддханта Сарасвати, А.Ч. Бхактиведанта Свами. Цепь ученической преемственности, ведущая начало от Брахмы, является духовной, а генеалогическое древо, родоначальником которого является Ману, - материальным, но назначение у них одно - привести людей к сознанию Кришны».


Примечание. О фальсификации парампары мы уже писали, Прабхупада продолжает распространять подделку:
1) http://vilasatu.livejournal.com/89444.html
2) http://vilasatu.livejournal.com/89717.html


В одной из последующих частей цикла мы затронем тему дикша-парампары и шикша-парампары чайтанитов.

Из цитат видно, что Прабхупада считает Мадхву своим парама-гуру, вайшнавом и бхактой. Однако в других местах, Прабхупада высказывается несколько иначе.




продолжение следует


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥



Парампара № 2 — версия Прабхупады


Существует еще один вариант преемственности учителей, которую предлагает основатель Международного общества сознания Кришны, А. Ч. Бхактиведанта Свами. Она заметно отличается от уже описанной в четвертой части цикла. Вообще следует сказать, что Бхактиведанта Свами часто выступает как свободный мыслитель, игнорируя мнение предшественников и догматы культа.


О качестве книги Бхактиведанты Свами «Бхагавад Гита как она есть» высказался индолог С. Д. Серебряный: «Зато в 1984 г. вышла первым изданием русскоязычная (вот уж именно русскоязычная – но никак не русская!) версия пресловутой книги Свами Прабхупады «Бхагавадгита как она есть». Стоило бы назвать ее „Бхагавадгита, какой бы она лучше никогда не была“».

Это произведение заслуживает отдельного обстоятельного разбора. Здесь достаточно отметить две характерные черты: предопределенность перевода (и, разумеется, комментариев) сектантскими воззрениями Общества сознания Кришны и некоторое, мягко говоря, своеобразие русского стиля, обусловленное большей частью несомненным «посредничеством» англоязычной версии этой книги, опубликованной в 1968 г." ... "На мой взгляд, в свой перевод и комментарий к "Бхагавадгите" Прабхупада привнес слишком много своих собственных идей, унаследованных главным образом от традиции бенгальского вишнуизма" – С. Д. Серебряный, директор Института высших гуманитарных исследований им. Е. М. Мелетинского Российского государственного гуманитарного университета.“ — (http://bhagavadgita.ru/)


«Бхагавад Гита как она есть» изобилует уводами читателя в сторону от изначального смысла санскритского текста оригинала. Следует добавить, что не только уводит, но и не соответствует вайшнавскому учению, если не сказать, что противостоит ему.


Обратим внимание на ту часть парампары, которая продолжается после Чайтаньи. Этот вариант преемственности дал всем своим ученикам Бхактисиддханта Сарасвати, она придумана им:

Чайтанья-Рупа (Сварупа, Санатана)-Рагхунатха-Джива-Кришнадаса-Нароттама-Вишванатха-(Баладэва) Джаганнатха-Бхактивинод-Гауракишора-Б. Сарасвати.


В журнале «Обратно к Богу» от 20 марта 1960 года А. Ч. Бхактиведанта Свами пишет:

«И от Шрилы Рупы Госвами идет Шрила Рагхунатха Дас Госвами, как прямой ученик, а автор Чайтанья- Чаритамриты, Кришна Дас Кавирадж Госвами, является его прямым последователем. Прямой ученик Госвами Кришна Дас Кавираджи — Нароттама Дас Тхакур, принявший Вишванатху Чакрабарти как своего слугу. Вишванатха Чакрабарти принял Джаганнатху Даса Бабаджи, от которого Шрила Бхактивинод Тхакур был инициирован и Шрила Гоур Кишор Дас Бабаджи, духовный учитель Бхактисиддханты Сарасвати Прабхупады — моего божественного духовного учителя».


В литературе культа Чайтаньи нигде не говорится, что Чайтанья кого-то инициировал. Санатана Госвами был дикша-учеником Видья Вачаспати, майявадина из Варанаси. Рупа Госвами был дикша-учеником Санатаны Госвамина. Джива Госвами был дикша-учеником Рупы Госвамина. Рагхунатха Даса Госвами был дикша-учеником Ядунанданачарьи, а не Рупы или Санатаны. Нароттама Даса был дикша-учеником Локанатхи Госвамина, а не Кришнадаса Кавираджи. Вишванатха Чакраварти был дикша-учеником Радхараманы Чакраварти и никогда не встречался с Нароттамом, так как они жили в разное время. Баладева Видьябхушана был дикша-учеником Радха- Дамодары Госвамина, а не Вишванатхи Чакраварти. Джаганнатха Даса Бабаджи родился спустя много лет после смерти Баладевы Видьябхушаны. Кедаранатха Бхактивинод был дикша-учеником Випины Бихари, о чём сам пишет в своей автобиографии и в других работах, восхваляя своего наставника. Бенгальский историк Харидаса Даса отмечает, что Бхактивинод тщетно искал встречи с Гауракишорой, но последний избегал Бхактивинода. Гауракишора был учеником Нандакишоры Госвамина из Шантипура. В разговоре с бабаджи Рамакришной Дасом, махантой Радхакунды того времени, Бхактисиддханта Сарасвати признался, что получил дикшу у Гауракишоры во сне. Б. С. Сарасвати утверждал, что он является единственным учеником Гауракишоры. На самадхи-мандире Гауракишоры записаны имена учеников покойного — четыре человека, — два фермера и семейная пара. Б. С. Сарасвати среди них нет.


Ни идейно, ни исторически гаудийи не являются частью традиции Мадхвы. В «Чайтанья-Чаритамрите» встречаются прямые оскорбления (в том числе из уст Чайтаньи) последователей и учения Мадхвы. Такое же отношение заметно и у А. Ч. Бхактиведанты Свами.


Харе-Кришна-махамантра


В «Бхагавата-пуране» ХКМ не встречается.
В «Бхагавадгите» ХКМ не встречается.
В шрути ХКМ не встречается.
В пуранах ХКМ не встречается.
В панчаратра-самхитах ХКМ не встречается.
В «Рамаяне» и «Махабхарате» ХКМ не встречается.
В вайшнавов-ваидиков — Рамануджи и Мадхвачарьи упоминание о ХКМ и вообще о такой татве — не встречается.

В работах мыслителей до XVI в. упоминание ХКМ или похожей мантре не встречается.


Последователи Чайтаньи утверждают, что о ХКМ говорит «Кали-Сантарана-упанишада». Однако эта упанишада считается новоделом и не признается ортодоксальными ведантистами. Свидетельств существования этой упанишады ранее XVI в. не обнаружено.



Давайте строить отношения с Кришной


Выражения «строить отношения с Кришной», «строить отношения с гуру» весьма туманны. В шастрах ничего подобного не встречается. Кришнаиты говорят о пяти расах, которые садхака может развивать с Кришной — шанта, дасья, сакхья, ватсалья, мадхурья. Совершенно не понятно, что же такое «развивать»?! Подобная классификация в шастрах не встречается, но упоминаются «дасья» и «сакхья» в качестве методов бхакти (см. Бхаг. 7.23-24). Эротическая сторона «отношений с божеством» яркая черта чайтанизма. Одним из первых, кто об этом начал говорить, — Билвамангал Тхакур. Он же один из самых ранних, кто начал говорить о сексуальной подруге Кришны — Радхе.


продолжение следует


vilasatu: (Default)

॥श्रीः॥



Четыре авторитетных сампрадайи

Согласно легенде, Мадхавендра Пури был санньясином из мадхва-сампрадайи, одной из четырех авторитетных вайшнавских преемственностей в эпоху Кали. Ученик Мадхавендры, Ишвара Пури был наставником Чайтаньи. Таким образом, последователи Чайтаньи являются звеньями в цепи ученической преемственности, идущей от Мадхвы.


Источники отождествления культа Чайтаньи с традицией Мадхвы следующие: «Гаура-ганоддеша-дипика» Кави Карнапуры (XVI в.), сочинения Гопалагуру Госвами примерно того же времени, «Прамея-ратнавали» Баладевы Видьябхушаны (конец XVIII в.), а также поздняя работа Нарахари Тхакура (XVIII в.) «Бхакти-ратнакара», повторяющая версию Карнапуры.

Версия «Гаура-ганоддеша-дипики»: «Брахма, повелитель вселенной, был учеником Господа, повелителя духовного мира. Учеником Брахмы был Нарада, а Вьяса стал учеником Нарады. Шука стал учеником Вьясы. Вьяса дал дикшу в кришна-мантру Мадхвачарье. Учеником Мадхвы был Падманабхачарья, чьим учеником был Нарахари. Учеником Нарахари был брахман Мадхава. Ученик Мадхавы — Акшобья. Джаятиртха — ученик Акшобьи. За Джаятиртхой следовали Джнянасиндху, Маханидхи, Видьянидхи и Раджендра. Джаядхарма Муни — один из многих учеников Раджендры. Вишну Пури, автор „Бхакти-ратнавали“ и брахман Пурушоттама стали учениками Джаядхармы. Вьясатиртха, автор „Вишну-самхиты“, был учеником Пурушоттамы. Лакшмипати Тиртха, неиссякаемый источник преданности, был учеником Вьясатиртхи. Мадхавендра Пури был учеником Лакшмипати, он и основал эту религию. Ишвара Пури, ученик Мадхавендры, принял умонастроение мадхурьи, тогда как Адвайта Ачарья (ученик Мадхавендры) принял умонастроение дасьи и сакхьи. Гаура принял Ишвару Пури своим гуру, а затем наводнил материальные и духовные миры божественной любовью».


В «Прамея-ратнавали» преемственность короче:

Кришна-Брахма-Нарада-Вьяса-Мадхва-Падманабха-Нарахари-Мадхава-Акшобья-Джаятиртха-Джнянасиндху-Даянидхи-Видьянидхи-Раджендра-Джаядхарма-Пурушоттама-Брахманья-Вьясатиртха-Лакшмипати-Мадхавендра. Ученики Мадхавендры — Адвайта, Нитьянанда, Ишвара Пури. Чайтанья — ученик Ишвары Пури.


Обе преемственности почти совпадают, с той лишь разницей, что в ГГД Пурушоттама назван брахманом, а в ПР имеется звено-личность Брахманья.

Всеобъемлющего принятия учения Мадхвы нет ни в одном произведении последователей Чайтаньи, как прошлого, так и настоящего. Выразил почтение Мадхве лишь Баладева Видьябхушан̣а. На самом деле, чайтаниты Мадхву не признают своим ачарьей. У Карнапуры мы встречаем такие слова «Мадхавендра — ученик Лакшмипат, основал эту религию» (tasya śiṣyo mādhavendro yad-dharmoyaṃ pravartitaḥ).


Бхактивинод заявляет: «Мадхавендра был широко известным санньясином в мадхва-сампрадае. Его праучеником был Чайтанья Махапрабху. До появления Мадхавендры не было никаких свидетельств о према-бхакти в линии Мадхвы. В стихе, ayi dina-dayardra-natha (ЧЧ, М. 4.197), можно найти семя религиозной доктрины Чайтаньи Махапрабху».


Б. Сарасвати утверждает тоже самое: «Мадхавендра Пури был первым ростком древа желаний божественной любви, которая пришла из преемственности Мадхвы. До его явления не было признаков супружеского умонастроения преданности в линии Мадхвы».


Анализ преемственности чайтанитов, проведенный Б. Н. К. Шармой и другими учеными, показал, что никакого Мадхавендры Пури в списках санньясинов мадхва-сампрадаи никогда не было. Не говоря уже о том, что титул «пури» носят санньяси школы Шанкары.

Это интересно: http://vilasatu.livejournal.com/4481.html (подробный анализ преемственности кришнаитов).


Важно заметить, что доктрина «рас» и «према-бхакти», разработанная патриархами гаудианства, в Ведах не встречается.


Утверждения о том, что татвавадины не были знакомы с идеей бхакти, явная ложь, ибо Ачарья Мадхва были инициатором целого Движения Бхакти Харидасов за три столетия до рождения Чайтаньи, который, вдохновившись им, вероятно, будучи в Удупи, перенес подобие этого Движения в Бенгал. Песни харидасов исполнены бхакти, ради бхакти. В литературе чайтанитов не встречаются заявления Чайтаньи о том, что он является инициатором Движения Бхакти.

Основные догмы культа Чайтаньи сформированы последователями Чайтаньи. Единственное наследие Чайтаньи это восемь стихов, не содержащих каких-либо серьезных доктринальных положений, которые в последствии появились у кришнаитов (нет никаких однозначных доказательств, что автором восьмистишья действительно является Чайтанья).


И Бхактивинод, и Б. Сарасвати явно лукавили, говоря, что о бхакти у татвавадинов ничего не известно. А вот понятие «према-бхакти» в шастрах действительно не встречается.


Карнапура прямо утверждает, что Мадхва получил дикшу в кришна-мантру от Вьясы, но в работах Мадхвы и татвавадинов не встречается ничего подобного. Слова о «не эффективности» мантр, не полученных в авторитетной традиции, приписывают «Падма-пуране».


sampradāyavihīnа̄ ye mantrа̄ste niṣphalā matа̄ḥ…


Мантры, не полученные в ученической преемственности, бесплодны. Поэтому в век Кали появятся основатели четырех традиций — Шри, Брахма, Рудра, Санака — вайшнавы очищающие Землю. В Кали [они] появятся в Уткале Пурушоттамы (Орисса). Шри выбрала Рамануджу, Четырехликий выбрал Мадхвачарью, Рудра Вишнусвамина, Кумары Нимбадитью.


В мае 2000 года Харидас Бхат и Н. Рао из «Пурнапраджня Видьяпитха» г. Бангалора сделали следующее заявление относительно этого слов: «Татвавада не принимает авторитетность этой шлоки, подразумевающей, что разные школы Веданты, спорящие о корректной интерпретации шрути, являются авторитетными, несмотря на существенные различия».


Традиция Мадхвы, согласно «Маниманджари», называется санакади-сампрадаей и никогда не называлась и не называется «брахма-сампрадаей».

Идею существования четырех вайшнавских традиций не удалось обнаружить в работах патриархов культа Чайтаньи, включая «Харибхакти-виласу».


Более того, Падманабха, Нарахари, Мадхава и Акшобья — прямые ученики Мадхвы, а не последовательные звенья преемственности. В списках парампар татвавада-матхов ученик Вьясатиртхи по имени Лакшмипати не встречается.

Легитимность связи культа Чайтаньи с традицией Мадхвы оспаривали многие ученые, в том числе и последователи Чайтаньи, например, С. К. Дэ, Сурендранатха Дасгупта, Сундарананда Видьявинод — ученик Б. Сарасвати, Фридхельм Харди и др.).





продолжение следует


Profile

vilasatu: (Default)
vilasatu

March 2017

S M T W T F S
   1234
5 67891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 07:44 pm
Powered by Dreamwidth Studios